Твой голос

Однажды, в обычный весенний день, когда все уже разбрелись по домам, а солнце сменил закат, в одной старенькой однокомнатной квартире всё ещё горел свет. Парень по имени Шиники Окидзи, будучи студентом не имеющим достаточно денег для покупки современной квартиры, вновь готовился поплатиться за это своими ушами. Было около часа ночи, Шиники копошился за своим столом, довыполняя студенческие дела. В силу возраста квартиры, её стены были хлипкими и через них было прекрасно слышно всё: ссоры соседей, чьи-то вопли, просматриваемые фильмы и сериалы. Студент привык к такому порядку вещей, его это уже мало волновало. Наконец, настало время, когда вроде бы всё утихло, Окидзи начал готовиться ко сну. Его внешний вид оставлял желать лучшего: тёмные, взъерошенные волосы, пострадавшие в моменты непонимания какой-либо изучаемой информации (Шиники имел привычку их трогать, когда что-то шло негладко); затем серая футболка с пятном от кофе, поставленным незадолго до отхода ко сну, а также клетчатые красные штаны, еле болтавшиеся на талии парня. В прошлом молодой человек находился довольно-таки не в спортивной форме, а позже, решивши это менять и занявшись своим телом, тот сбросил немало лишних килограмм. То ли по причине занятости, то ли лени, но до покупки новых домашних вещей так и не дошло. И так, снявши грязную футболку и улёгшись в кровати, тот уже было принялся начать засыпать, как вдруг за стеной послышались стоны. Поначалу, парень пытался себе врать, убеждая себя, что это не то, о чём он думает. Затем, когда от соседей стало слышно фразы: «сильнее, агх~, да, вон там», он прекратил себя обманывать. Шло время, а шум только увеличивался. За время оргии, Шиники отметил, что голос девушки довольно необычен, но не менее привлекателен. Он был слегка грубоват, но такой же мягкий и плавный, достаточно приятный, чтобы возбудиться. В действительности, в скором времени именно это и произошло. Брюнет пару секунд подумал и пришёл к выводу, что от его паруминутной дрочки никому хуже не станет. Парень откинул голову назад и прижался ею к стене, дабы лучше слышать происходящее за ней. Спустив штаны и прикрыв глаза, тот осторожно прикоснулся к члену. Сначала он дотронулся до головки, а затем медленно скользнул ладонью к основанию. По мере ускорения звука, тот также ускорял темп руки. Чуть надавливая пальцами на головку и проходясь ими по каждой венке органа, вперемешку с возбуждёнными стонами соседей, тому удалось достигнуть пика своего наслаждения и кончить. Отлипнув от стены, Шиники обратил свой взгляд на ладонь. -Чёрт, хочу оказаться на месте её партнёра- неожиданно для самого себя произнёс он вслух. На лице красовалась удовлетворённая улыбка. ***************** Прозвенел будильник. Шиники резво встал с кровати и принялся собираться на утреннюю пробежку перед университетом. После начала своих тренировок, парень ни разу не давал себе поблажек в виде отдыха, поэтому, дабы не терять время, он быстро одевался, брал с собой необходимые вещи, например телефон и бутылку с водой, а позже выходил из квартиры, как и сделал в этот раз. На удивление, в этот раз не он один встал рано, прямо перед его глазами открылась соседская дверь. За секунду он осознал, что это именно та квартира, из которой вчера доносились звуки. Предвкушая увидеть ту прекрасную красотку, брюнет решил покопошиться около своей двери. Но никакая красотка не вышла, вместо неё на пороге появился хрупкий парень миловидной внешности, кокетливо прощавшийся с соседом Шиники. «Спортсмен» широко раскрыл глаза и, не дожидаясь пока парочка разойдётся, промчался мимо них. Всё время, что тот наворачивал круги на спортивной площадке, голову не покидала лишь одна мысль: «я дрочил на парня?» конечно, он не мог знать, с кем спит его сосед, но ведь голос Окидзи-то понравился. Он даже сам представлял как трахается с его прекрасным обладателем. И сейчас его вовсе не волновали отношения этих двоих, он думал лишь о том, что, может, парни могут оказаться и в его вкусе тоже. Весь в раздумьях о произошедшем, Шинки вернулся домой и таким же образом успел помыться и переодеться в университетскую форму. «Но ведь голос-то действительно был хорош?» — всё думал про себя брюнет. Такой, по его мнению, бывает не у всех девушек, но ведь не может же он стать геем из-за одного пристрастия? В надежде, что эти мысли покинут его голову, он отправился на занятия. __________________ В аудитории его уже ждали друзья. Один из них, по-видимому, занял ему место и всячески указывал на него. Заметив его жесты, Шиники поднялся по ступенькам и уселся рядом с блондинистым парнем чуть ниже него самого. -боже мой, ты вроде не опоздал, но столько всего пропустил! — принялся рассказывать Дэни (друг Окидзи). -Вновь порадуешь какими-то сплетнями? , — усмехнулся Шиники.- Кстати, где профессор? -Да это даже не сплетни! Вон, допустим тот же профессор, у него что-то произошло и он умчался домой. Нам замену так и не поставили, причину ухода этого старикана объяснили «семейными обстоятельствами», но мы ставим на то, что он испугался, увидев новый цвет волос Кано, — тут студенты одновременно повернули свои головы направо. Окружённый толпой смеявшихся ребят, парень ростом около 175, с ярко красной головой и такими же щеками (непонятно от злости или смущения), сидел, вжившись в спинку общей скамьи аудитории. -нда, наверняка снова беснуется от такого внимания? , — вновь усмехнулся Шиники. -Ага, уже всех обматерил. Говорит, что перепутал шампунь с сестринской краской, но, чёрт, зная его характер, ему очень подходит этот цвет, — Дэни не смог удержать смех и, закончив свою фразу, взорвался от наката эмоций. Через какое-то время замену всё-таки привели и лекцию продолжили. Шиники. Какое-то время решил понаблюдать за одноклассником. И правда, взрывной характер лишь подчёркивался этим цветом волос. У них были не очень хорошие отношения, в силу слишком разного мнения о мире и поведения, поэтому оба молча выбрали держаться друг от друга подальше. _____________________ -А всё-таки неплохо, что нам оставили спортивную деятельность, — студенты, будучи уже переодетыми, выходили на университетский стадион. Дэни удовлетворённо потягивался навстречу солнцу и ждал того же энтузиазма от остальных. Не успели ребята собраться с мыслями, как их уже нагрузили упражнениями для выполнения. Шиники вновь вспомнились утренние раздумья, но, уверенный, что все мысли были вызваны лишь от эмоций и, всё случившееся лишь ошибка, он принялся вместе с Дэни радоваться погоде. -Дэни, это что за внешний вид? Где твоя форма? , — раздался голос физрука -Ну, извините… в какой момент Вы стали таким строгим? , — взвыл блондин. -Последние три года. Дэни, вроде взрослый парень, а поведение хуже ребёнка. Марш в здание, — скомандовал старший, а затем обратился к оставшимся студентам.- разбредитесь как-то по парам и будете выполнять оставшиеся упражнения. Шиники оглянулся и осознал, что попал весьма затруднительное положение без Дэни. Ребята уже принялись выбирать себе партнёра, но тут на горизонте вновь возникла красная голова, окружённая людьми. Неожиданно для самого себя, Окидзи направился именно в её сторону. -Да твою ж мать, отстаньте! Я не лава, не помидор, я завтра же пойду и перекрашусь, — взревел Кано, отталкивая ещё одно надоедливое лицо. Возникало ощущение, будто физрук вовсе и не давал никакого поручения, раз все стопившиеся так нахально его проигнорировали. -Давай со мной в паре работать, — от неожиданного голоса Шиники ребята остановились. Затем, с минуту подождав, они всё-таки разошлись. Кано удовлетворительно кивнул и они приступили к упражнениям. Сперва всё шло вполне гладко. Молча, лишь изредка перекидываясь фразами «меняемся», те спокойно меняли позиции и выполняли задания. Но, спустя какое-то время студентам сказали сделать так: сесть и расставить ноги в стороны, почти как при поперечном шпагате, а затем потянуться руками до середины. Шиники и Кано кивнули друг другу и так же плавно приступили к выполнению. Окидзи спокойно растягивался и лишь изредка кряхтел, когда Кано надавливал ему на спину. Дожидаясь, когда настанет очередь красноголового, брюнет уже готовился на нём оторваться. Затем, встав и отряхнувшись, тот указал ему место, где растягивался сам ранее. Кано расставил ноги и наклонился корпусом вниз. -Ниже можешь? , — поинтересовался Шиники -Если бы мог, то давно бы так уже и сделал, — дабы доказать это, красноголовый чуть наклонился вперёд и вернулся в прежнее положение. Посмотрев на это, Шиники без тени сомнения надавил на спину Кано. -Ай! Больно же! , — завопил парень и оглянулся в сторону партнёра. Через пару секунд они вновь продолжили упражнение. -Да блять, больно! , — Окидзи чуть сильнее пригнул студента к земле, за что был вновь награждён воплями и кряхтениями. -Если я не буду давить, то ты вообще ничего путного не сделаешь, -оправдывался он. Не дожидаясь последующего ответа, он повторил своё прежнее действие с ещё большей силой. -Да я же говорю мне бо.агх~, неожиданно для самого себя Кано издал стон и повалился всем туловищем на землю. Парни погрузились в тишину. Шиники смотрел на Кано с широко раскрытыми глазами, пытаясь не думать о прошлой ночи. По телу пробежали мурашки, от осознания, что голос студента, в действительности, его привлёк. Он встряхнул головой и устремил взгляд на лежавшего. Переведя дыхание, красноголовый поднялся на локтях с земли, а затем подтащил ноги к себе. Уши его пылали от смущения и он был безумно рад, что Окидзи находился не впереди него. -У меня низкий болевой порог -Да -И сейчас мне было больно -Да -И ты ничего не слышал, понял? -Понял, — Шиники наконец пошевельнулся и кивнул головой. -Ой, да иди ты к чёрту, — резко проговорил Кано.- нужно мне ещё перед тобой оправдываться, — парень поднялся на ноги и направился в сторону, противоположную Окидзи. -Кано, — немного помедлив, позвал тот.- не перекрашивай свои волосы, тебе идёт этот цвет, — на прощание произнёс он. -Ага, сам разберусь, — Шиники пригляделся и заметил вновь покрасневшие уши уходящего. Непонятно почему, но через секунду он разразился громким, весёлым смехом. -Боже, ну что за забавный парень, — сквозь смех признался брюнет ******************** При смехе у него появлялись ямочки, а когда он злится, то на щеках выступает румянец, — Шиники до сих пор не понимал, как его мысли обратились на фигуру Кано. Тот всё так же сидел окружённый компанией, правда, значительно меньшей, нежели пару дней назад. Всё это время Окидзи рассуждал о случившемся: как у такого человека получается уместить в себе такие умилительные качества с таким-то характером? И почему именно сейчас он обращает на это внимание? В любом случае, отрицать влечение было нелепо, но Шиники продолжал это делать. Будто бы для того, чтобы кого-то заинтересовать достаточно сделать что-то одно и от этого одного пошатнётся сознание. А может, брюнет и раньше обращал на него внимание, но лишь сейчас заметил что-то привлекательное? Что за бред. -Кано, — неожиданно около красноголового возникла фигура Шиники.- пойдём выйдем? Сидящий моментально поднял взгляд на подошедшего. С широко раскрытыми глазами он поднялся с места и проследовал за брюнетом к выходу из аудитории. Почему-то перед глазами вспыли события недавних дней, заставившие его нервно сглотнуть. -Чего такое? , — он старался скрыть волнение -Давай вместе сходим поедим? На секунду между студентами возникла пауза. Вопрос застал Кано врасплох, а затем он переспросил: -Ты сейчас не шутишь? -Ни чуть, — уверенно парировал брюнет -С чего бы? , — поинтересовался второй -Если не хочешь, то я пойду -Стой, я сейчас, мне нужно взять деньги, — интерес победил сомнения, и Кано метнулся обратно в аудиторию. Спустя мгновение, тот вновь очутился рядом с Шиники. _____________________ На лавочке во дворе университета сидели двое студентов. Позади них виднелись окна первого этажа здания, а с правой и левой сторон располагались различные горшки с растениями. Наверняка ребята из клуба садоводства постарались. Впрочем, сейчас их мало волновала окружающая среда- парни целиком и полностью были погружены в беседу, которая больше походила на спор, нежели привычный разговор: -Почему ты взял онигири? Тем более с лососем, — возмущался красноголовый. -Ты имеешь что-то против рыбы? , — хихикнув спросил Шиники. -Да, от неё ужасно пахнет. -Ты ведёшь себя как ребёнок. В таком виде запах от неё не чувствуется, он тебе никак не помешает, — уверенно отвечал Окидзи.- К тому же, не тебе мне что-то говорить, держа в руках бутерброд, содержимое которого вот-вот вывалиться и испачкает кого-то из нас, а может быть и обоих. Не зная, что на это ответить, Кано недовольно закатил глаза и, напоследок, пожелав приятного аппетита, принялся есть свой обед. Последующие минуты они сидели в тишине. Она, на удивление, не была некомфортной, наоборот, весьма успокаивающей, позволяющей уйти от суматохи и приставаний. Нахождение друг с другом не вызывало отвращения и напряжения, как это было раньше. Да и что значил этот спор? Он вовсе не оставил неприятных ощущений от обычного разногласия, что немало удивило обоих. Они сидели и слушали звуки окружающего: природы, прохожих и прочего, до чего обычно не было дела. И пусть это лишь минутное ощущение умиротворения, они всё равно его сохранят рядом друг с другом. Кано посмотрел на время, достав свой телефон из кармана. Затем встал и, не повернув головы в сторону Шиники произнёс: -Спасибо, что забрал меня из этого шума, — не дождавшись ответа, тот отправился в здание. На душе обоих было спокойно и от чего-то тепло. Возможно, окончание их маленькой встречи, стало началом чего-то большего. **************** -Эй, Шиники, — раздался голос с задних скамеек, когда брюнет вошёл в аудиторию. Он оглянулся и увидел небольшую группу парней, их было около четырёх: одного он не знал, видимо, тот был с другого курса; с троими был знаком, но опять-таки не близко, в силу разного подхода к жизни и интересов (они постоянно не пересекались). Поэтому, услышав от них обращение, тот удивился. Затем, его взгляд переместился на встающего с места Кано, идущего явно к выходу. В голове загорелась лампочка: «точно! Это ведь его компания». -Что-то случилось? , — поинтересовался брюнет. Студенты переглянулись, будто бы их визит был очевидным для всех. Наконец, один начал говорить: -Куда вы с Кано постоянно ходите во время обеда? Раньше мы постоянно что-то обсуждали, а теперь он полностью от нас изолировался, — возмутился он. -Почему вы спрашиваете об этом меня? , — совершенно спокойно поинтересовался Шиники. -Ты что, собираешься его у нас украсть? , — вопрос застал Окидзи врасплох. Видимо, он показался странным не только одному ему, так как через секунду один из студентов ударил парня по затылку. Спрашивающий почесал место удара и надулся. Брюнет не успел ничего ответить, ровным счётом как и обдумать- из дверного проёма аудитории появилась красная голова Кано: -Ну, ты там долго ещё? , — спросил он, на что получил удовлетворительный кивок, после которого Окидзи тоже направился к выходу. Их обеденные встречи стали для них ритуалом. Тихим, спокойным проведением времени, в котором существовали только они вдвоём. Никто не задумывался, как это выглядело со стороны, потому что они сами не знали, как называются такого рода отношения. -Чего они от тебя хотели? , — Кано посмотрел на брюнета, пытаясь уловить его эмоции. -Спрашивали, что мы делаем вдвоём на обеденном перерыве, — ответил он. Через несколько минут они дошли до излюбленной ими лавочки и, усевшись, Окидзи продолжил: -Один из них боится, что я тебя украду, — посмеиваясь, доложил он. Только сейчас до него начал доходить смысл сказанного. А ведь правда, укради тот куда-нибудь Кано, они могли бы больше проводить время вместе, общаться, спорить, да и просто молча наслаждаться происходящим вокруг них. Только сейчас он осознал, как сильно его душит нехватка контакта с Кано. Ему хочется большего: прикоснуться к его волосам, щекам, сжать ладони, услышать вновь сдавленный стон, от которого проходятся мурашки по коже от ушей до пят. Поймав себя на этих мыслях, Шиники широко раскрыл глаза и посмотрел в сторону Кано, что, казалось, всё так же безмятежно жевал свою еду. Лишь кончики покрасневших ушей его выдавали: «неужели, он тоже думает о чём-то таком?». Дышать стало будто бы сложно, он повернул голову в другую сторону, как вдруг услышал голос: -Знаешь, было бы неплохо, укради ты меня. ________________________ -Ты вроде бы говорил, что любишь сладости, — парни направлялись к выходу из университета. Занятия закончились и на душе становилось спокойнее и легче. -Да, ты запомнил? -Ага, что-то вроде того. У нас через пару дней каникулы начинаются, — продолжал Шиники. -Ага, что-то вроде того, — посмеиваясь, пародировал его Кано. -Приходи ко мне домой готовить печенье, — после завершения фразы возникла тишина. Идя минуту молча, парни посмотрели друг на друга и остановились на дороге. -К тебе домой? -Да. -Готовить печенье? -Да. -Мы вдвоём? -Да. Они вновь замолчали. Казалось, тишина длилась слишком долго, хотя ответ давно уже был готов. Кано посмотрел в глаза Шиники и утвердительно кивнул; они вновь направились в сторону своих домов. Поздно вечером Кано получил сообщение с указанием местонахождением дома. ******************* Квартира была небольшая, но довольно уютная, в пределах её возможностей. Где-то повешена картина, где-то плакат, а в каком-то углу может стоять куст в горшке, максимально вписывающийся в интерьер комнаты. И несмотря на это, её владельцу не удалось скрыть её возраст. -Здесь, наверно, прекрасно всё слышно? , — поинтересовался Кано, снимая обувь и ставя её на определённую полочку; вскоре, взамен на уличные ботинки, он получил домашние тапочки. -Ты даже не представляешь на сколько, — посмеиваясь признался он. В голове неожиданно всплыла ситуация с ночными утехами соседей. Подумать только, именно благодаря им у него появился фетиш на голос, а затем он услышал схожий, но гораздо приятнее и необычнее у своего одногруппника. И что теперь? Он стоит позади него, в его квартире, и они собираются провести время вместе. Если бы Кано знал, как часто его друг представлял этот голос у себя в голове в моменты возбуждения. Ни одно грёбаное порно на нём не срабатывало: сначала, пытаясь перебить внезапное впечатление от услышанного, Окидзи включал себе видео со стандартными женскими стонами; затем, поняв, что этого недостаточно, тот принялся смотреть видео более тяжёлого характера с жанрами бдсм, вследствие чего окончательно убедился, что обманывать себя он не в силах, но ещё не дошёл до стадии принятия своего влечения к одногруппнику. В очередной раз смотря как трахают миловидного парня и пытаясь уловить хотя бы нотку того голоса, что который раз не давал ему покоя, он решился на крайнюю меру- вновь воспроизвести его у себя в голове. Сдавленный, нежный стон за секунду зазвучал в сознании, будто ждал своего выхода всё это время. Шиники не успел осознать, что произошло, но, посмотрев на руку, державшую член, тот убедился в своём симпатии. Блядство. Парни принялись замешивать тесто. Окидзи и Кано решили разделить обязанности, благодаря чему дело должно было пойти быстрее: -В смысле? Как я должен это сделать? , — внезапно спросил красноголовый -Ты что, никогда не готовил? Разве тебя там не учила мама? Сестра? , — удивлённо поинтересовался брюнет. -А откуда у меня должна взяться сестра? Моя мама и отец постоянно работали, так что готовка- не мой конёк, — пояснил он и принялся вновь изучать рецепт. -Стой, так ты же говорил…- Шиники не закончил фразу, вместо этого он ударил себя ладонью по лбу и звонко рассмеялся. Боже мой, какой же всё-таки этот парень!…. Почему он раньше не замечал всей этой разносторонности? Из-за вспыльчивого характера второго? Почему он никогда не обращал внимания на его глаза, полные заинтересованности и надежды на что-то? Как необычно сменяется его выражение лица при проявлении эмоций? Как он дорожит временем и всё равно тратит всего себя на помощь нуждающимся? Он вовсе не такой вспыльчивый, каким кажется для окружающих: при общении с Шиники он спокоен, расслаблен и доволен, словно кот, наевшийся сметаны. Почему Окидзи всего этого не замечал? Был недостаточно заинтересован? И почему второй так спокойно отзывается на его действия? Теперь это неважно, вообще всё неважно, потому что ему удалось украсть Кано, запереть его на своей кухне и смотреть как тот разбирается с рецептами. -Я вроде разобрался, — доложил красноголовый.- Вот уже начал замешивать… Эй, приём, ты., — Он начал махать ладонью около лица Шиники, стоявшего и молча наблюдающего за его действиями. Окидзи остановил его руку, обхватив своей: -Если бы тебе в голову пришла глупая идея, ты бы её сделал? -Не знаю, наверное, нужно же её проверить… — Кано не успел среагировать, лицо Шиники сдвинулось с места и приблизилось к его лицу; Они встретились взглядами: будто бы напоследок убедившись в своих действиях, брюнет осторожно коснулся своими губами его губ. Нежно и очень осторожно. Словно Кано был стеклянной фигурой. Чуть выждав и осознав, что тот никуда не сбежит, Шиники углубил свой поцелуй, слегка напирая на второго. Кано не двигался, он медленно тонул в омуте ощущений, понимая, что настала та самая точка невозврата, и он больше не сможет противиться своим чувствам, отмахиваясь от них и обманывая самого себя. Он больше этого не хочет. Они стояли так минуту, а может быть и дольше. Для них это время длилось гораздо дольше. Наконец, Окидзи отстранился от партнёра; оба смотрели друг на друга и сбивчиво дышали. Раскрасневшийся Шиники с широко раскрытыми глазами смотрел на Кано, нет, на его уши. Он уже давно узнал об этой особенности. Те горели гораздо сильнее, чем они оба ожидали. Какое-то время они изучали друг-друга глазами, словно животные, что вот-вот встретились. К Кано осознание произошедшего пришло раньше: он, моргнув, отвернулся от брюнета в сторону недавних заготовок. Гипнотизируя их глазами и вцепившись руками в столешницу, тот пытался привести сердце и разум в норму. «Заткнитесь, прекратите так бешено колотить!» -Блять -Не понравилось?.. -Понравилось… Очень. ********************* Прячась по углам улиц, они изучали друг-друга губами. Сначала это были такие же сбивчивые и неуверенные поцелуи, построенные на желании: они никак его не обговаривали, просто могли долго смотреть в глаза и всё становилось понятно. Казалось, будто бы весь недостаток тактильности из прошлого обрушился на них с неимоверной скоростью. Им обоим этого не хватало. Затем, приноровившись, они принялись оставлять еле-заметные покраснения на шеях друг-дружки. Это тоже получалось неосознанно, но теперь добавлялась фраза: «-Предоставь шею, пожалуйста» На что «предоставляющий» обязательно хихикал и пододвигался ближе, чуть поднимая голову для большей удобности. Какое же это было детское поведение. Словно подростки в период влюблённости, они осторожно преодолевали ступени их романтических отношений. Наконец-то. ________________________ -Я хочу вновь прийти к тебе домой, — парни шли вечером после очередной практики домой. От неожиданного признания, Шиники решил посмотреть на партнёра, дабы понять, что тот имеет ввиду. Дойдя до ближайшего фонаря, они остановились. Лицо Кано вновь было спокойным и безразличным, а уши, прямо как в их первый поцелуй, горели ярким пламенем. Всё стало ясно. -Ты уверен, что хочешь этого со мной? , — осторожно переспросил брюнет -Блять, если бы я этого не обдумал, я бы не предложил, — злясь от накатившего смущения произнёс он. -Ты это обдумывал? , — Тишина. Ответа так и не последовало. Шиники догадался, что и не последует. Затем, простояв в молчании около минуты он дополнил: -Тогда нам нужно будет идти к тебе домой. -Почему? -Потому что я не хочу, чтобы тебя тоже кто-то слышал, — теперь уже Шиники отвёл взгляд от красноголового. Ему было немного стыдно вспоминать ту историю. Кано непонимающе наклонил голову набок и постарался заглянуть в глаза своего парня. Но, поняв, что продолжения всё-таки не будет, утвердительно кивнул. Они сдвинулись с места и вновь направились по домам. Ближе к ночи Шиники получил сообщение с местонахождением дома. ********************* -Ммха… Кано прятался в сплетении рук, пытаясь как можно меньше издавать возбуждённые звуки. Приподняв кверху ягодицы, тот упёрся руками о кровать и хватался за наволочку в моменты полного бессилия. Шиники постепенно вводил в него пальцы, параллельно растягивая движениями ножниц. Дырочка сочилась собственной смазкой парня и искусственной, прохладной и так трудно вводимой в него. Каждый палец давался им с трудом. Сначала они начали с прелюдий: Окидзи навис над партнёром, начиная зацеловывать его тело. Он прошёлся языком по его мочке уха, отметив для себя, что это довольно чувствительное место. Каждое касание обжигало Кано, приходясь, будто на всё его тело. Оно отдавались во всей его натуре, заставляя невольно выгибаться под нежным, но не менее слабым напором брюнета. Спустившись к шее, тот оставлял влажные дорожки по всей её поверхности. Не в силах себя остановить он прикусывал кожу Кано и в тот же момент зализывал, одаряя нижнего извинительным взглядом. Постепенно спускаясь ниже, Шиники продолжал исследовать его тело руками: пройдясь ими по грудной клетке он плавно перешёл набок и талию, чуть погодя, спустившись к бёдрам и несильно сжав их, вновь заставляя парня начать извиваться. Язык продолжал прикасаться к раскалённой коже около ореолов сосков. Он всё так же оставлял красные отметины, помечая своё право на это тело. Кано прикрывал лицо ладонями и откидывал голову назад. Его дыхание становилось сбивчивее, а наблюдать за происходящем стало для него чем-то интимным и по-своему стыдным; но он не отказывался от этого, ему нравилось то, как к нему осторожно прикасается Шиники, не пытаясь срываться и причинять боль. И в то же время он властвовал над этим телом: это было видно в его напряжённом выражении лица, его руках, что вот-вот могли бы начать действовать, но продолжают медлить, в попытке сгладить болезненные касания. Облюбовав грудь, тот, чисто из интереса решил притронуться к животу Кано. От ощущения касания в этой области, парень неожиданно для себя замычал, его пальцы на пятках сжались, а руки схватились за ближайшую ткань. Такой реакции не мог ожидать ни один из партнёров. В глазах Шиники загорелась идея; Их взгляды встретились: один возбуждённый, второй, словно заполненный пеленой наслаждения, выказывал некий испуг перед происходящим. Это не насторожило верхнего и он принялся вылизывать эту область: ласково прикасался к пупку, чуть выпирающему на поверхность. Вырисовывал влажные круги вокруг него, выбивая из парня нервные выдохи. -«Неужели недостаточно?», — пронеслось в голове у Шиники. А Кано просто не мог, не позволял себе издать того сдавленного стона, что жаждали уже оба. Он всё ещё не мог признаться самому себе, что всё его тело- одна блять сплошная эрогенная зона, а эта-особенно. Заметив, что нижний не скрывает своей сдержанности, Окидзи начинает напирать чуть активнее: движения становятся более резкими, а на живот уже ложиться одна из рук. На пару с ладонью, он приступает к поглаживаниям и нежным надавливаниям, всё так же оставляя аккуратные покраснения на его теле. Наконец, Окидзи поднимает свой взгляд и замечает, что Кано прикрывается руками, скрестив их около своего лица и закрыв одной из них свой рот. В мгновение ока всё становится понятно: оставляя на животе ладонь, он перемещается чуть ближе к лицу парня и нежно, улыбаясь той тёплой улыбкой, которую он может дарить только ему, он убирает от лица руки: -Не сдерживай себя, пожалуйста, — Кано краснеет, из глаз текут маленькие, еле-заметные капельки слёз, а на лице наконец-то выражаются эмоции: смущение и испуг. С секунду насладившись видом партнёра, Шиники надавливает на его пупок большим пальцем. -Агх~, голова Кано откидывается назад и, не будь у него межу ног Шиники, тот наверняка бы поджал ноги к себе. На животе виднеется белая смазка. Вначале, от неожиданности, оба не понимают, что произошло, но затем брюнет опускается на привычное ему место и, щекоча смехом живот, слизывает с него содержимое. -Стой, нет… выплюнь! , — Кано среагировал позднее, поэтому перед глазами лишь возникает Шиники, успевший проглотить слизанное и теперь довольно облизывающий губы. Голова вновь откидывается назад, тем самым отпуская происходящую ситуацию. Окидзи рад, он наконец то услышал этот стон, и теперь не готов так просто отпустить Кано. Он спускается ниже, к внутренней части бёдер и оставляет на них такие же алые отметины. Здесь ему больше всего нравится своя причастность. _________________________ Кано лежит к нему спиной и нервно вдыхает воздух. Его лицо упирается в сплетённые между собой руки, а ягодицы направленны вверх. Как же долго Шиники ждал этого момента. Достаточно обильно налив смазки на палец, он постепенно начинает вводить его в колечко мышц: -Ммха… мычит, давясь воздухом, которого то ли слишком много, то ли наоборот, катастрофически мало, Кано. В ту же минуту около его лица возникает Шиники и осторожно целует. Он знает, на сколько тому это непривычно, страшно и, может быть, даже болезненно. -Я осторожно, — уверяет он и вводит второй смазанный палец, начиная движения внутри своего парня. Ноги начинает потряхивать, а лицо окончательно скрываться в руках: лишь уши продолжают выдавать его наслаждение. Пытаясь ненадолго отвлечь красноголового, тот заводит небольшой диалог: -Ты знал, что у тебя не только низкий болевой порог, но и в принципе довольно чувствительное тело? , — одновременно с вопросом, он направляет свой взгляд в сторону дырочки, контролируя процесс «растяжки». -Да.гх. где-то в начале учёбы в университете, — тут он сделал паузу и, выгнувшись в спине вновь свалился головой на кровать. Ноги оказались раздвинуты шире, но держались так же неуверенно, как и прежде. Шиники подходил к той самой точке. -После этого я намеренно перестал быть тактильным, — продолжал он, чуть высунув голову. -Тогда почему со мной ты позволял до себя прикасаться? , — брюнет немного запнулся на этом месте, будто бы осознавая, что переходит к чему-то очень секретному. -У тебя с самого начала было больше шансов, — Кано вновь заливается румянцем и немного скрывает лицо, опуская его вниз. -Что это значит? , — ответа снова не следует, а его он знать очень хочет. Тогда Окидзи вновь напирает на нижнего и продвигает пальцы дальше, к тому самому комку нервов, что заставляет парней кончить от одного прикосновения. Кано чувствует, к чему двигается брюнет и моментально поднимается на локтях: -Стой, хорошо, я всё рас…агх! , — Не успел. Брюнет сгибает пальцы и приходится в самую середину интимной точки. Кано сгибается, чувствуя, как начинает скручивать живот, а между ног вновь становится влажно. Верхний вновь приближает лицо к парню, явно показывая, что ждёт продолжения. Тот нервно и сбивчиво дышит, пытаясь поглотить как можно больше воздуха и прийти в норму. Ноги начинает потряхивать сильнее, будто вот-вот он упадёт и не сможет принимать ту же позу. -Я заинтересовался тобой чуть раньше, — с расстановкой начал тот.- Поначалу, это было просто интересом, ты показался мне забавным, чуть позже умным и необычным. В силу нашей с тобой разности, мы никак не общались, да и я до тех пор не был уверен в своём влечении. Переодически наблюдал со стороны, — дополнил Кано и увёл взгляд в сторону. Глаза Шиники расширялись с каждым новым словом.- А когда понял, что этого недостаточно- испугался, начал делать вид, что не замечаю тебя и постарался игнорировать желание с тобой сблизиться, — ему было стыдно признаваться во всём случившемся, потому что звучало это немыслимо и глупо. Взрослый человек уже, но такое же поведение, как у ребёнка. Пускай, происходящее и так не походило на что-то логичное. -А затем эта растяжка, когда ты надавил мне на спину. У меня, знаешь ли, там тоже нежное место, — с наигранной обидой произнёс Кано.- Было стыдно, очень. Мне показалось, что ты начнёшь считать меня странным, но позже ты, наоборот, позвал меня проводить с тобой время. Ты же заметил, как быстро я согласился? , — закончив, поинтересовался он. -Да, но почему ты не рассказал об этом раньше? -А как ты, блять себе это представляешь? Может быть, каждый из нас воспринимал эти встречи по-своему. И, твою мать, может быть продолжим? А то у меня сейчас, так-то, пальцы в заднице находятся, — не выдержал красноголовый. Шиники посмеялся и продолжил своё дело, мысленно прикидывая, как бы облюбовать во время процесса спину нижнего. Третий палец зашёл гораздо легче, хотя и не без шипения. Каждое движение заставляло Кано содрогнуться. Ему было непривычно и одновременно приятно. Боль стихла, позволяя утонуть в омуте наслаждения. Не выдержав медленного темпа, тот принялся насаживаться самостоятельно. Покачивая бёдрами, он направил их в сторону руки партнёра и с неким усилием сделал рывок на встречу. Пальцы быстро направились дальше, а из-за резкого контакта руки и истекающей смазкой проиежности, оба парня услышали пошлый звук хлюпанья. Блять. -Давай быстрее? -Я не хочу, чтобы тебе было больно. Когда твоё тело запомнит мой размер, будет легче. Или я один помню о твоём низком болевом пороке? -Сука, — изнеможённо выдавил тот.- Я внутри уже как резина, а из-за смазки там уже всё причмокивает. Ты будешь медлить ещё, пока там, наконец, не зазудит от желания? , — без сил выругался нижний. -Я тебя понял, но не проси потом остановиться, — Кому он врёт, если Кано станет больно, он не то что остановиться, он предложит прекратить и отложить до следующего раза. Окидзи слишком сильно его ценит, чтобы наносить боль. Шиники достаёт презерватив и смазку. Аккуратно его натягивает и наливает содержимое бутылочки на член. Затем направляет орган ко входу парня и, придерживая того за живот, начинает медленно в него входить. -Агх. блять, — внутрь уже вошла головка, выбивая из него прежнее количество воздуха. Сука, действительно больно. -А я предупреждал. -А я и не возмущаюсь, — ругался нижний. Будто бы это не он сейчас выставил руку назад, чтобы на какое-то время остановить Шиники от дальнейших движений. -Я продолжаю, — доложил верхний и, со скользящим звуком члена о стенки ануса, вошёл чуть дальше. Кано сильнее ухватился за ткань наволочки, но больше не шипел. Окидзи продвинулся чуть дальше, чем ранее и вновь остановился, давая партнёру привыкнуть. Подобные действия стали изрядно раздражать. Кано приподнялся на локтях и, неожиданно для обоих насладился на член до самого упора. Раздался негромкий шлепок и прежний звук хлюпанья. -Блять, — отозвался Шиники. Из глаз нижнего снова текли еле-заметные капли слёз. Но он их не замечал, а лишь судорожно водил по животу, пытаясь распознать, на сколько глубоко вошёл орган его парня. -Прошу, давай быстрее, у меня уже всё ноет внутри, — плачущим голосом ответил он. У Окидзи в голове сработал спусковой рычаг. Он схватил Кано за шею и упёр головой в кровать. Пройдясь языком по позвоночнику, тот наконец расположил руки по бокам красноголового и принялся ускорять темп. Он больше не думал головой, как старался делать раньше. Сейчас он инстинктивно следовал желаниям партнёра, в глубине осознавая, что и своим желаниям тоже. Он хочет вбиваться в это нежное тело, с каждым толчком выбивая новый стон, какой бывает только у его парня. Слышать шлепки своих бёдер о его ягодицы, хлюпанье треклятой смазки, всё ещё остающейся внутри Кано и, наверняка, выробатываемой снова. Ему нравится. И обманывать самого себя он больше не намерен. Ему мало встреч и осторожных касаний- он хочет всего его. Чтобы были только они, потому что им этого достаточно . ________________________ Изнеможённый после нескольких раз, Кано валялся на животе собственной кровати. Он отрубился под конец секса и Шиники, имевший хотя бы какой-то остаток сил, бережно вытер парня от остатков смазки и прочих выделений; поменял- на сколько это было возможно- постельное бельё и также улёгся на кровать. Он осторожно шебуршил красные волосы парня и переодически хихикал. Наконец, он заметил, что тот проснулся и отстранился. -Чего смеёшься? , — полусонно спросил Кано -А ведь это ты сам себя красил -Да я же говорю, перепутал сестр… — Кано не смог договорить фразу, он осознал, что даже эту маленькую ложь, его парень давно уже раскусил: -Ой, да иди нахер.