В тишине

             — Эй! Ну перестань, ха-ха!                   Второй отряд медленно возвращался в беседку, следуя извилистой тропинке вдоль зелёных деревьев. Ребята, брызгая друг в друга каплями прохладной воды, громко смеялись — некоторые убегали, пытаясь спрятаться от «атак» за стволами дубов, пока другие просто наблюдали за ними, не желая промокнуть во время игры. Отражения солнечных лучей играли на поверхности воды, создавая яркие блики на ней.                   Исыль осталась одна за столовой, тщательно вымывая кожу от синей краски. Она, подняв руки, осмотрела мокрые ладони, замечая, как маленькие мутные капли голубого цвета стекают по предплечьям к локтям. Стряхнув ими, капли разлетелись в стороны, разбиваясь о землю на маленькие крапинки. Девушка завязала привычный высокий хвост на макушке, обернулась и посмотрела на группу уходящих подростков.                   Ха Джун шёл впереди всех, медленным, размеренным шагом. Красная кепка, выделяющая его из толпы, прикрывала светлое лицо, защищая от последних лучей Солнца, прячущегося за горизонт. Рядом с ним плёлся верный друг, с которым тот приехал в лагерь, Ю Джун. Весёлый, русый парень. Душа компании. Джинэ старалась заплести темные волосы в косу, туго затягивая пряди, чтобы те не попадали на лицо. Она посматривала на руки Юки, которые плохо отмылись от акриловых красок. Завязав резинкой длину, девушка подошла к светловолосой и ногтем провела по коже, слегка улыбаясь, предлагая ей способ от избавления пятен. Юки неловко посмотрела на нее, начала махать ладонями на уровне груди, вежливо отказавшись. Их разговор быстро перебил смех нескольких девочек, прилипающие к Юнг Хо — дракону. Аёнг, его «подруга», ухмылялась и что-то шептала парню в ухо, а потом смеялась. Йонг, спокойный и неразговорчивый, наблюдал за ними, иногда фыркая от этого вида.                   Девушка стояла на том же месте, опустив руки в раковину, пока ледяная вода стекала по ним. Исыль давно не замечала этого: думала о ребятах. Наконец обернувшись, взгляд остановился на немного покрасневших от холода ладоней. Тонкие пальцы касались белой гладкой поверхности. Та поджала губы, стараясь сдержать грустный вздох.       «Интересно, я смогу с ними подружиться?..» — подумала она.                   И это единственное, что её волнует.                   Исыль подняла руку, чтобы выключить воду. Пока стояла лицом к раковинам, она услышала, как сзади к ней подбежал Юнг Хо, широко улыбаясь, обнажая крепкие зубы. Передние окрашенные в русый цвет пряди были мокрыми от пота после продолжительного бега. Девушка сделала шаг назад, уступая ему место. Он остановился возле неё, благодарно кивнув, и поднял кран резким движением вверх, набирая в «лодочку» воду, чтобы умыться. Затем поднял руки с холодной жидкостью, и костяшками пальцев постарался выключить его. Она потянулась и выключила сама, посматривая на младшего. Дракон хмыкнул и, если бы у него не были заняты руки — коснулся б указательным пальцем собственных губ, прося старшую держать это в секрете.       — Тихо. Никому не слова, поняла?                   Исыль ничего не успела ответить: веселье ребят неожиданно оборвалось хохотом Хо, который мчался вперёд, держа в ладонях воду, как секретное оружие, оставшееся напоследок. Девушка закатила глаза и хмыкнула: "Зачем меня просить молчать, если сам закричал на весь лагерь?" Жидкость выплёскивалась с рук парня большими каплями, падая на землю. Её осталось совсем немного, но достаточно, чтобы намочить хотя бы одного из них. Понимая, что план может провалиться из-за собственной неосторожности, дракон сделал выпад, вытянув руки.       — Х-ха!                   Пауза на мгновение. Одна из девушек, обернувшаяся в этот момент, вскрикнула, разрушая тишину, пытаясь предупредить ребят, которые не услышали смех Юнга. Они оборачиваются, но было уже поздно: перед лицами в воздухе в замедленной съёмке промелькнули ледяные капли, летящие точно в их сторону. Вода достигла своей цели — Ю Джуна –, осыпая прохладой и свежестью.                   Исыль вздрогнула, прикоснувшись пальцами губ, словно это она почувствовала ледяные капли на своей кожей. Вторая пауза. Долгая пауза. Они смотрели друг на друга, пока Юнг побежал обратно к умывальникам, чтобы не попасться хёну на глаза. А затем возле деревьев прозвучал хохот и крики, на который обернулись остальные.       — Ты в деле, Юнг Хо! — воскликнул Ю, вытерев лицо ладошкой, хитро улыбаясь. — Ну берегись!                   Парни побежали обратно к раковинам за Джуном, желая продолжить игру, начавшуюся драконом. Девочки стояли рядом, обмениваясь улыбками и хихикая. Летний ветер ласково играл с волосами, пока они направлялись в домик со спокойным Йонгом, предпочитавший вернуться сухим, а Ха Джун пытался остановить остальных, и поскорее закончить с плакатом. Один из ребят, стоявший ближе к беседкам, обернулся и, не заметив половину отряда рядом, побежал за ними.       — Эй, подождите нас! — кричит он, подняв и помахав рукой, чтобы привлечь к себе внимание. Другие тоже не остались на месте, резко сорвавшись с места. Юнг Хо, оборачиваясь, заметил пустую площадку и охнул, разъединяя ладони так, что вода брызнула обратно в раковину, и побежал за ними, стукнувшись плечом с Ха Джуном.                   Капитан, тяжело вздыхая, развел руками, якобы демонстрируя беспомощность. «Меня никто не слышал..» — сказал Джун про себя и пошел следом, слабо улыбнувшись от досады. Спустя несколько шагов в сторону беседки почувствовал ладонь Ю на плече, решая подбодрить друга. Он улыбнулся и покачал головой, показывая, что всё хорошо. Все, кто шёл на несколько шагов впереди, рассмеялись вновь, когда толпа, вся мокрая после игр, прибежала к ним, и обернулись к парням. Их взгляды пересеклись, делясь шутками и идеями для следующих развлечений, которыми обязательно воспользуются.                   Исыль слабо улыбнулась. Они веселые, не ругаются друг на друга из-за таких пустяков. Не то, что..                   Дети, направляясь через высокие деревья, зашли в уютный домик. Солнечный свет игрался с зелёными листьями, создавая игривые тени на земле. Внутри они заметили Джисона, прикрепляющий палочки по бокам плаката, чтобы было удобнее его держать. Хан тихонько напевал под нос песню, исполняемую вожатыми перед началом смены:       — Мы тут любим играть, мы не будем скучать и грустить. — тело точно помнит движения танца и автоматически повторяет их, — Думаю, и так всё видно. Похоже так оно и есть!..                   Воспоминания с того дня ещё не утратили своей свежести: страх окутывал прошедший опыт. Они, как невидимые нити, продолжают тянуть парня в прошлое. Сейчас, вспоминая, как сильно нервничал, боясь подвести, Хан ощущал, что те мгновения оставили в душе только приятный сгусток — драгоценный клад в сундуке воспоминаний. А теперь, когда нервозность отступила, Джисон встречает их с теплой улыбкой на лице. Губы приподнимались, добавляя искры в глаза.                   Джисон услышал, как ребята вошли в беседку, и, обернувшись, неловко улыбнулся, переставая танцевать. Он повернулся спиной к столу и опёрся руками по обе стороны плаката, чтобы посмотреть на воспитанников. Дети прошли, усаживаясь на скамейки вокруг него, заставляя вожатого повернуться обратно к столу лицом. Передние пряди волос неприятно касались век, щекоча нежную кожу. Хан поправил чёлку назад, нечаянно показывая небольшое жёлтое пятно на лбу, о котором сам не догадывался. Дети, переглядываясь, тихо засмеялись. Юки опустила руку в сумку, висящую у неё через плечо, чтобы найти салфетки. Джисон, примерно понимая причину такой реакции, опустил руку с макушки, осматривая разноцветную палитру красок на коже ладони. Парень хмыкнул.       «Нужно тоже смыть всё..» — пронеслось у него в голове. Стараясь не задевать ещё мокрую краску пальцем, он показал на ватман.       — Присмотрите за плакатом? Я пойду руки помою.       — Конечно, Джисон, — сказал капитан отряда, поправляя кепку козырьком назад, — мы своё искусство беречь будем, как зеницу ока. Не сомневайся в нас.                   Хан улыбнулся и кивнул. Конечно, он не сомневался ни в словах, произнесенные им, ни в ребятах. Парень легко коснулся деревянного косяка возле выхода и покинул беседку, оставив детей наедине с плакатом. Джисон шел, смотря перед собой, засунув руки в карманы шорт. Темные волосы красиво развивались на ветру, а солнечные лучи, красивое падающие на лицо, подчеркивали естественную теплоту кожи. Тихий вздох сорвался с губ, как едва уловимый шепот воздуха. Мгновение, пропитанное эмоциями, нашло умиротворение в тишине. Вокруг лишь тишина и воспоминания о весёлых моментах, наполнивших уголок души. Вдох – летний ветер приятно защекотал нос. Долгий выдох – вместе с воздухом потихоньку начинают уходить и дурные мысли:       «А что, если не справлюсь?»       «Если подведу?»       «А если..»                   Спустя несколько шагов парень почувствовал, как указательный палец неприятно заныл, начиная покалывать в определенном месте. Остановившись, Джисон поднял ладонь и увидел маленькую занозу, что застряла в коже.       — Чёрт.. — прошипел он, осматривая со всех сторон, медленно возобновляя шаг — только теперь в сторону медпункта, что стоял неподалеку от столовой.

***

Третий отряд. Третья смена. 9 лет назад.

                  Под густыми ветвями, которые создали завораживающий узор листвы, Джисон во главе дружного отряда принимал участие в захватывающем квесте, включая в себя переход через мостик на небольшой высоте. Шум леса, пение птиц, солнечные лучи, что били в глаза — всё было таким особенным в тот момент.                   Команда продолжила путь. Предыдущие преграды были успешно пройдены, заставляя отряд верить в их победу — они были ближе к финишу, чем остальные. Следуя тропинке, дети подошли к последнему месту, за которым находилась красная лента, ожидая победителей, — к мосту. В нос ударил запах древесины, смешивающийся с ароматом леса. Ветшающие веревки, заменяя поручни, мягко колыхались на ветру. Хан смотрел, как ребята по одному начали идти по брусочкам, смеясь. Сонни, ощущая адреналин и желание победить, шагнул, как только получил разрешение от вожатого, находившийся на земле для подстраховки. Другие дети, которые были сзади него, подхватили настрой капитана, идя следом.                   Расставив руки в разные стороны, Джисон переступал каждый брусок, и где-то на половине пути почувствовал, как колени предательски задрожали. Для Хана шорох и шелест показались предвестием чего-то неизведанного. непонятного. Ветер, шепчущий свои тайны, пытался внушить страх мальчику, и мальчик ощущал, как он пробуждался в глубине души. Куда же делась его недавняя решимость? Ладони схватились за веревки, и шаг ненадолго замедлился. Взгляд упал на землю между досками. И в тот момент страх высоты, открывающейся под ногами, охватил его. Небольшое расстояние между поверхностью и мостом казалось парнишке пропастью.                   Неприятное чувство спряталось в груди, в глазах потемнело. Сзади пронесло: «Ну чего ты стоишь?» Хан резко вдохнул воздух через нос, и не стал поворачиваться: не хотел, чтобы ребята увидели, что он боится, и засмеялись. Джисон сделал шаг, ещё один — с каждым следующим тщательно выбирал правильное место, чтобы не провалиться. Глаза скользили по колышущимся веревкам и брускам. Появилось ощущение — очень неприятное –, что он шагает по тонкой нити над пропастью.                   Продолжая путь, мальчик преодолевал страх, опускаясь на доски с предельной осторожностью. Вот она — последний брусок, а значит и победа. Спустившись, Джисон подождал, пока другие тоже справятся — они ведь команда — и, повернувшись, повёл друзей дальше. Тяжелый вздох облегчение.       «У меня получилось..»                   Вглядываясь в густую листву, Джисон погрузился в размышления, пытаясь на время забыть о квесте и сосредоточиться на себе, успокоить быстро бьющееся сердце. Перед глазами проявлялась темная пелена.       Осторожнее..                   Он не заметил, как нога зацепилась за выступающий корень дерева. Внезапная потеря равновесия — внутренний мир соприкоснулся с реальностью.                   Резкая боль. Лежа животом на земле, мальчик вдыхал влажный запах земли, пытаясь собраться с мыслями, уплывающие из сознания.                   Это стало частью собственного квеста познания.       — «Эй.. нас слы..шь?»       — «Он в соз..нии?..»       — «Джи..сон!..»                   Хан ничего не видел. Была лишь одна темнота. И он. Звуки окружающего мира казались приглушенными и искаженными: фразы, воспринимающиеся как приглушенный шёпот, медленно проникающий сквозь толщу воды, доносились словно из параллельной реальности. Этот мир существовал только для него одного..                   Он не помнит, как очнулся. Вся группа оборвала разговоры, обеспокоенно взглянув на Джисона. Мальчик, сидя на земле, попытался собраться и слабо улыбнуться, но не мог скрыть боль на лице. В голове кружилось, рука и колено поцарапаны, на теле проявлялись первые синяки. Беспокойные взгляды друзей выражали безмолвный вопрос:       «Ты в порядке?»                   Попытавшись шире улыбнуться, чтобы успокоить всех, пока ему помогали встать вожатый и другие люди, лица и имена которых уже не вспомнит, он встал. Поддерживаемый взрослыми, Джисон направился в сторону лагерного медпункта, что находился возле столовой. Вход в него вёл через белую, как и всё здание, дверь, на которой была наклейка с изображением красного креста.                   Мальчик медленно поднял тяжелую голову и осмотрел помещение. Комната в медпункте встречала Джисона уютной обстановкой. На белых стенах висели картинки с изображением природы: ле́са, гор, мо́ря, по́ля. Каждая картинка будто рассказывала свою историю, перенося посетителей в разные уголки мира. На другой стене, ближе к окну, висели плакаты с правилами безопасности и инструкциями по первой помощи, графики анатомии человека с подписями к органам и системам, описывающие их. Вдоль стен стояли шкафы, наполненные бинтами, марлей и разными баночками. Легкий запах дезинфицирующих средств, далеко не острый, но достаточно уловимый, наполнял воздух.                   Дверь в комнату за вожатым закрылась. Джисон, которого посадили на койку, ощущал, как ладони легко скользят по её поверхности. Глаза смотрели в пол, иногда опускались на разодраное колено. Тонкие дорожки крови засохли, смешались с грязью. Он поджал губы и прикрыл веки.       «Какой я неженка.. упал и уже теряю сознание.» — подумал Джисон и вздохнул, еле поддерживая тело, чтобы не упасть.                   В кабинет заходит в белом халате медсестра, неся в руках несколько новых баночек с антисептическими средствами. Дверь за ней тихо закрывается. Мальчик вновь поднял голову, дабы посмотреть на неё. Темные волосы аккуратно собраны в низкую прическу, украшенную аккуратной шпилькой.                   Она тщательно выбирала необходимые препараты, осторожно ставя их на стол. Затем подошла к белой раковине и начала мыть ладони под прохладной водой. Повернувшись лицом к пациенту, пока вытирала салфетками руки, медсестра спокойно сказала:       — Ложись.                   Лицо женщины обладало мягкими чертами: глаза темные, а брови естественные, аккуратные, подчеркивали выразительность взгляда; нос прямой, губы полные, с легкой улыбкой; вокруг глаз и уголков рта проявлялись тонкие морщины. Джисон прикрыл глаза и лег спиной на прохладную койку, тихо дыша. Живот неприятно обожгло. Женщина надела перчатки и, поместив нужные инструменты, подошла к нему, убирая лоток в сторону, чтобы младший не заметил его. Нежный взгляд скользит по профилю мальчика, затем внимательно спустился на раненые области рук и ног. Она, сев рядом, начала аккуратно убирать грязь, используя ватные тампоны, пока глаза оценивали раны.       — Герой, как свалился-то?                   Джисон ощутил, как ком застрял в горле. Медленно повернувшись к ней и открыв глаза, тихонько прошептал:       — Не помню..       — Вот как, — женщина тепло улыбнулась и покачала головой, продолжая очищать раны, — ничего, я спрошу у вожатого.                   Рука медленно двигалась от краев кругами, протирая кожу раствором хлоргексидина, а затем спиртовым раствором, избегая мест, где была непосредственно сама рана. Затем она аккуратно очистила поверхность губкой, чтобы ничего не попало внутрь. Женщина наклоняла голову набок, оценивая результат очистки.                   Мальчик тихо шипел, чувствуя неприятное жжение на коже. С каждым её движением сдерживать мычание было труднее. Медсестра убрала ладонь с его руки, заканчивая обрабатывать рану. Осталось только перевязать.       — Потерпи немного.                   Вскоре она осторожно начала перевязку. Морщинистые пальцы рук взяли бинт, предварительно погрузив в мазь, и с осторожностью начала обматывать место под локтем. Джисон продолжал лежать, смотря в потолок. Вместо того, чтобы думать о себе, его мысля были посвящены отряду:       «Как там ребята?.. Выиграли без меня?» — он поджал губы и тяжело вздохнул.                   Женщина, закончив перевязывать колено и руку, отстранилась и посмотрела на него. Взгляд её переключался с лица на раны, а затем возвращался к глазам. Она подошла к нему ещё раз и, сняв перчатки, коснулась лба. Не горячий.       — Ты такой бледный. Кушал что-нибудь?                   Он скривил губы и отвернулся к стенке. Молчание было невыносимо тяжелым. Медсестра вздохнула, разрывая напряжённую тишину:       — Понятно.. Голодный обморок.                   Дверь с грохотом открывается, ударившись о стенку. В здание заходит обеспокоенный директор, слегка хмурясь. Мальчик вздрагивает от громкого звука и поворачивается назад. Серьезное лицо Чана вмиг исчезло, заменяясь на измученное, когда замечает взгляд Джисона, лежащего на койке в комнате. Кристофер подошёл ближе, уселся на стул, передвинув спинкой вперёд, и скрестил руки. Медсестра, поклонившись, вышла, оставляя их наедине. Старший внимательно рассматривает бледное лицо мальчика, в конце концов, издав сдавленный вздох:       — Я слышал, что сказала медсестра. Почему не ел ничего?                   Джисон продолжал молча лежать, сложа руки на животе. Его глаза встречались с директором, но в ответ на вопросы сохранял молчание. Тишина стала ещё более ощутимой в комнате, где лишь дыхание ребёнка служило ответом. Вздохнув, Чан почувствовал разочарование, когда понял, что Хан не собирается отвечать. Решив отложить разговор на более подходящий момент, он понимающе кивнул.       — Оставим на потом. Тебе отдыхать нужно.       — А наша команда победила?                   Этот вопрос он не ожидал услышать — удивлённое выражение проявилось на лице. Бан на мгновение застыл, пытаясь переключиться на него. Через минуту Чан хмыкнул и легонько погладил по мягкой щеке, которую так хотел убрать Джисон..       — Выиграла. Отдыхай.

***

                  Войдя внутрь, вожатый сразу же заметил, что в светлом помещении очень тихо. Парень поджал губы и вновь осмотрел ранку. Деревянная заноза вошла не глубоко — можно просто вытащить пальцами.       «Только руки надо помыть..» — Хан прошёл вперёд и осмотрел вторую комнату, где часто лежали больные отдыхающие. Как и он в своё время.                   Угловая белая раковина выделялась в интерьере комнаты. Отражение света на гладкой поверхности создавало впечатление невиданной чистоты. Рядом с ней стояли большие деревянные полки, на которых находились лекарства. Каждая баночка аккуратно выстроена рядом с другими, подобно маленьким солдатикам в строю. На них были написаны крошечные этикетки с названиями препаратов и дозировками. За окном пробивались лучи Солнца, придавая всему пространству нежно-желтый оттенок.                   Вожатый подошёл к раковине. Взяв маленькое мыло, Хан начал мыть руки, наблюдая, как вода стирает следы краски, а затем осторожно вытащил занозу, тихо прошипев. Немного неприятно. Стряхнув лишнюю влагу, вожатый стал ходить по комнате в поисках чего-нибудь, что могло закрыть небольшую рану. Вскоре Джисон нашел небольшую коробочку на полке, в которой хранились пластырь и антисептик. Он мысленно извинился за то, что берет вещи без разрешения медсестры, — «Самолечение может быть вредным для вашего здоровья!» — и принял решение справиться с небольшой неприятностью самостоятельно. Обработав спиртом и распаковав пластырь, Джисон приложил его к пальцу, ощущая облегчение, когда защитный слой надежно прилегал к покрасневшему участку кожи.       «Ничего серьезного..» — подумал Хан, в очередной раз осматривая комнату, что изменилась с последнего посещения.                   Неожиданно взгляд остановился на полке, где располагались разнообразные медицинские справочники. На ней стояли книги с яркими обложками. Джисон, взяв аптечку, чтобы положить на место, подошёл туда, рассматривая книжки. Он поднял руку и провёл пальцами по гладкой поверхности.       «Может быть, стоит ознакомиться с ними для будущего?..» — предложил себе Хан, немного сомневаясь в своих действиях.                   Решив, что прочитать стоит, Джисон взял одну из них и начал читать. Парень осторожно держал книжку в руках, переворачивая страницы мягким движением пальцев. Его взгляд обращал внимание на каждую деталь. Пролистывая бумагу, он наткнулся на интересный раздел о первой помощи при различных ситуациях, которые могли произойти в лагере. В первом параграфе подробно рассказывалось о укусах насекомых, что было особенно актуальным в это время — в начале июня их больше, чем в другие месяцы. Под текстом находились яркие иллюстрации, где описывались алгоритмы по оказанию помощи и приводились рекомендации по предотвращению аллергических реакций и облегчению дискомфорта:

«Признаки укуса насекомых могут являться как общей, так и местной реакцией. В первом случае это повышение температуры после укуса насекомого, увеличение лимфоузлов, ухудшение аппетита, нарушение сна и учащение сердцебиения. Осложнением часто бывает вторичная бактериальная инфекция. Локальные симптомы укусов насекомых — покраснение кожи, сыпь, зуд и боль, а также отёк конечностей или лица. Если вы очень чувствительны к яду насекомого, симптомы аллергии на укусы насекомых могут вызвать потенциально смертельное состояние, называемое анафилактическим шоком. Это может привести к сжатию горла и затруднению дыхания или привести к низкому артериальному давлению...»

      «Я это, конечно, на медицине проходил, но освежить память не помешает..» — и вожатый, увлекшись, начал читать, переворачивая страницы.

***

                  В то время, как он читал, в беседке ребята, не подозревая о небольшом происшествии в медпункте, продолжали веселиться и общаться. Кроме светловолосой девушки. Исыль нежно поглаживала большим пальцем подбородок, хмуро смотря на беседку изнутри. Светло-коричневое деревянные плиты на крыше плотно соединялись, не пропуская солнечный свет. По бокам нарисованы цветы разных размеров и раскраса. Было.. простенько.       «Чего-то не хватает..» — подумала она, тяжело вздыхая.       — Что-то случилось?                   Девушка приложила ладонь к груди, ощущая под пальцами быстрое из-за страха сердцебиение, и охнула, оборачиваясь назад. За её спиной стоял Ха Джун, слабо улыбаясь. Его скрещенные руки лежали на поверхности, где было «окно», а голова опущена на левую сторону, выражая интерес к мыслям собеседницы. Исыль тихо выдохнула и покачала головой, обратно поворачиваясь лицом к беседке.       — Ничего. Просто.. беседка тусклая.                   Парень поднял голову и проследил за её взглядом. Две пары тёмных глаз рассматривали его, окружённую деревьями. Он взял мгновение, чтобы вглядеться в структуры, а затем кивнул мыслям.       — Ты предлагаешь украсить? — он получил кивок. — Что ж, нужно спросить у Джисона.                   Рядом с Исыль опускается соседка по комнате, Аёнг, обнимая старшую за локоть. Четырнадцатилетняя кореянка с темными густыми волосами, уложенные в легкие волны, одетая в стильную одежду, улыбалась ей. Она усаживается прямо и грациозно: плечи слегка опущены, a спина осталась в прямом положении. Ладони лежали на руке Исыль, взгляд устремлён вперед, на подругу.       — А может не стоит? — спрашивает Аёнг, что подслушала разговор. Губы, накрашенные в розовый блеск, расплылись в нежной улыбке, замечая взгляды на себе. — Придёт, а мы тут делом заняты. М-м?       — Нет. Спросим у него. — Ха Джун тяжело вздохнул и покачал головой, не соглашаясь с ней. — Вдруг нельзя сейчас пользоваться комнатами, а доступ туда имеют вожатые?       — А если сказать, что ты капитан, и тебя послал вожатый? — девушка прищурилась, явно не оценив его тон общения. — Ты просто ищешь оправдание, Ха Джун.       — Я пытаюсь сделать так, чтобы мы не влипли в неприятную ситуацию, — парень поправил кепку, нахмурившись, — и я не говорил, что это плохая идея. Всеми руками и ногами «за». Но нужно разрешение от Джисона.       — Зануда. — она нахмурилась и обиженно надула губы, сложив бантиком.                   Капитан отвёл взгляд, высматривая ответ на колкость девушки между столбами деревьев. Медленно вдохнув воздух ноздрями, подруги приготовились к тому, что тот сейчас что-то скажет. Но Ха Джун, шумно выдохнув, промолчал. Аёнг хмыкнула, забрав «победу» себе, начиная счет. Исыль, оказавшись между двух огней, нервно сжала платье, опуская глаза на светлые коленки.       «Нужно что-то сделать.. Не молчи, Исыль!»       — А давайте я пойду к нему.. и спрошу?                   Её взгляд встретился с поднятыми бровями Джуна и Аёнг, не скрывающие любопытства. Парень осмотрел её с ног до головы, как будто изучая её.       — Ну.. ладно. — спокойно ответил он, поправляя влажные от пота волосы под кепкой.       — То есть, капитан, ты так просто отправишь её? — Аёнг вскочила со скамейки, хмурясь. Ногти впились во внутреннюю кожу ладони, рисуя немного темные четыре полумесяца.       — Я за вами буду следить тут. А Исыль я верю. — лицо Джуна было серьезным, как и тон голоса.       — Мы в лагере, а не в детском саду!                   На крики сбежались все со второго отряда, стремясь выяснить, что произошло. Однако Исыль, не желая принимать участие в спорах, решила быстро удалиться и направилась в сторону столовой, в надежда встретить там вожатого.                   Она преодолевала расстояние, идя быстрыми маленькими шагами. Её светлое лёгкое платье колыхалось на ветру, а пальцы нервно играли с тканью.                   Подойдя к ряду умывальников, она напряженно взглянула вокруг, надеясь увидеть вожатого. Платье едва заметно колыхалось в лёгком ветерке. Пальцы продолжали играть с тканью, выражая её беспокойство.                   Но Джисона там не оказалось. Девушка повернула голову налево, затем направо, оценивая окружающую обстановку. Здесь не было ни души. Вокруг абсолютная тишина. Небольшая волна мурашек прошёлся по телу, и она задумчиво продолжила путь.       «Может, в столовую зашёл?..»                   Исыль осторожно обошла большое помещение, из которой доносился грохот посуды. Перед дверьми она замедлила шаг, вглядываясь внутрь, чтобы найти там Джисона. Его не было видно. Девушка поджала губы и неуверенно продолжила осматриваться.       — Исыль?                   Вздрогнув от неожиданности, девушка обернулась. Вожатый третьего отряда, улыбаясь, держал в руках кисточки и баночки для рисования. Её испуг заменился удивлением, когда та заметила Минхо. Она быстро поклонилась и тяжело вздохнула.       — Значит я правильно запомнил твоё имя. Что ты тут делаешь?       — Джисона ищу. — она выровнялась и сделала шаг назад, держа расстояние между ними. — Вы его не видели?                   Лицо парня изменилось: брови нахмурились, взгляд стал настороженным, а уголки губ опустились, подчёркивая серьезность ситуации. Ли смотрел на девочку снизу-вверх; голова наклонена набок, создавая впечатление лёгкой загадочности и интереса к тому, что происходит перед ним.       — Не видел. — сказал он после полуминутной паузы.       — Что ж. тогда я пойду искать. — Исыль грустно вздохнула и, развернувшись, пошла назад.       — Постой, — девочка остановилась и обернулась к нему, — подожди здесь, я отнесу это и вернусь.                   Минхо быстрым шагом обошел столовую и пошёл в сторону беседок, оставив Исыль стоять и ждать. Она немного выглянула за здание и наблюдала за ним. Его походка была уверенной, каждый шаг — точным, в то время как девушка продолжала оставаться на месте, нервно сжимая ткань платья. Она вздохнула и вновь посмотрела в столовую, где никого не было.        «Этого ещё не хватало.. Мне своих проблем хватает, а он создает их больше и больше!» — Хо нахмурился, крепко сжимая художественные принадлежности.       Этот щекастый..                   Парень прошёл вперед и слабо улыбнулся, видя, как дети рисуют на белом холсте маленькие кошачьи лапки. Мило. Поставив на стол баночки и краски, вожатый повернулся к отряду и вздохнул, смотря на Феликса, что стоял с ними рядом.       — Ты меня выручаешь.       — Да все в порядке. Всё равно сейчас делать нечего: моих забрали на костёр, а девочки краситься пошли. — он вздохнул и осмотрел Минхо. — Всё окей? Ты хмурый какой-то.       — Всё хорошо, Феликс. — он хмыкнул и сложил ладони вместе, немного поклонившись. — Посидишь ещё с ними, пожалуйста?       — Без проблем, Хо. Но с тебя чай. — австралиец подмигнул.       — Ха-ха, ладно. Сделаю.       — Спасибки! Ну всё-всё, иди. — Феликс решительно поднял руки и махал ими перед парнями, выталкивая его воздушными движениями.                   Младший Ли слабо улыбнулся и, развернувшись, пошёл обратно к Исыль, ожидая его возле столовой.                   Через пару минут он вернулся — выражение лица стало более серьезным, хмурым. Ли подошёл к месту, где оставил младшую, но её там не было. Старший осмотрелся. Заметив девочку в тени под деревом, Минхо слабо улыбнулся, кивая головой в сторону корпуса. Исыль, заметив его, кивнула и подбежала к нему, идя с правой стороны.       — А на кого вы оставили детей?.. — она завела руки за спину, смотря на профиль Хо, думая про себя: «Такой.. красивый.»       — На другого вожатого. Не волнуйся, не пропадут. — он слабо улыбнулся и кивнул в сторону корпуса. — Пойдём.                   Девушка кивнула и шла дальше, постоянно смотря то влево, то вправо, выискивая практиканта. Сам Ли шёл, уверенно смотря прямо перед собой, сложа руки в карманы. Исыль снова подняла на него взгляд и вздохнула.       — Он недавно ушёл. Может быть, в столовой всё-таки где-то?       — Мне кажется, что он в комнату зашёл. Забыл что-то.       «Вечно так.»       — Он бы предупредил нас. — она продолжала смотреть на него.       — Ох, Исыль, это слишком наивно с твоей стороны. — Минхо вздохнул и вытащил одну руку с кармана, поправляя непослушные пряди волос назад, что падали на лицо. — Он подумает, что быстро справиться, и побежит туда, куда ему нужно.       — Думаете?       — Знаю. Хотя, с кем такого не было?..                   Исыль медленно кивнула, соглашаясь с Минхо. Они зашли в прохладное здание и сразу же пошли к ступенькам. Ли сделал шаг в сторону, пропуская младшую. Кивнув, она прошла вперёд, смотря под ноги, чтобы не споткнуться о лестницу. Пройдя второй и третий этажи, те направились по коридору. Лучи Солнца проникали сквозь окно, находившийся в самом конце, лаская поверхности тёплыми оттенками.                   Добравшись до последней двери, Исыль посмотрела на старшего, поджав губы. Не захотела постучаться сама — неловко. Ли заметил это и кивнул, поворачиваясь лицом к двери. Поднял неплотно сжатый кулак, и. тот завис в воздухе. Секундное замешательство. Исыль наклонилась, пытаясь всмотреться в причину такого поведения со стороны Хо. Но Минхо спустя ту секунду постучал, прислушался. Тишина.       — Хан Джисон. — он наклонился к двери и повернулся ухом к двери.                   И снова молчание по ту сторону. Минхо опустил ладонь на ручку и потянул вниз. Та поддалась, и дверь начала медленно открываться. Заглянув внутрь, парень открыл её шире.                   Комната была пуста. Тишина внутри была почти осязаемой, впитавшей все звуки снаружи. Свет проникал через голубые занавески, так же раскрывая солнечные лучи на полу, как и в коридоре.                   Вожатый и девушка обменялись взглядами.       — Его здесь нет. — она перевела взгляд с комнаты на вожатого младшего отряда.       — Пойдём назад. Может, вернулся.                   Кивнув, они пошли на первый этаж, затем к выходу. Девушка поджала губы и задумалась о том, куда же мог пропасть Джисон. «Возможно, он уже вернулся..» — думала она. Спускаясь, та вновь почувствовала лёгкую тяжесть внизу живота. Рука опустилась, глаза слегка сощурились. Слишком неприятное чувство. Минхо не замечал этого: шел сзади.                   Исыль опустилась на последнюю ступеньку, как неожиданно перед ней резко образовалась тень. Она остановилась, испугавшись, когда кто-то спереди чуть не врезался в неё. Громкий звук вырвался с губ. Хо быстро среагировал: рука схватила девушку за локоть, оттягивая подальше от лестницы. Она от неожиданности вновь охнула, на мгновение перестав чувствовать боль внизу. Ли, повернувшись к тени, чтобы разобраться с тем, кто чуть ли не врезался в них, остановился. Их взгляды встретились с встревоженными тёмными глазами заместителя Со, который выглядел не менее удивленным. Отражение двух, Минхо и Исыль, проявлялось на круглых линзах.                   Со Чанбин, кажется, ожидал увидеть кого-то другого, но выражение изменилось, когда осознал, что встретил Минхо и, возможно, его воспитанницу. Исыль сделала шаг вперёд, освобождаясь от руки Хо, и поклонилась. Ли повторил за ней.       — Заместитель Со, простите.                   Мужчина, удивившись словам Хо, прочистил горло и покачал головой, немного наклонив её в сторону, как будто пытаясь понять или прояснить сказанное.       — Ох, Минхо, не стоит. Я сам виноват: под ноги не смотрел. — он вздохнул. — Прошу прощения.       — Ничего страшного. — Минхо посмотрел на Исыль и поджал губы. Девушка продолжала держать руку на животе. Чтобы не терять время, он обернулся к мужчине.— Заместитель Со, а вы не видели Джисона?                   Чанбин в удивлении покачал головой, внимательно переводя взгляд с одного на другого. В его выражении лица мелькнуло любопытство: он ожидал дополнительного объяснения или просто пытался расшифровать их реакцию.       — Нет, а что? Потерялся?       — Не знаем. — Минхо вздохнул, встречая взгляд Исыль, и пожал плечами. «Кто же знает.» — его молчаливый ответ отражал некоторую невозможность предсказать или понять, что происходит. — Ладно, спасибо.       — Мы с директором его не видели. Может быть, пошёл во второй корпус.       «Капец..» — младшая поджала губы и подняла голову, смотря на Минхо.       — И что же мы будем делать?       — Думать. Где бы он пошёл?.. — рыжеволосый вздохнул и отвёл взгляд, смотря вслед Чанбину, который шел по коридору первого этажа.                   В воображении мелькнули красочные образы и воспоминания. Перед глазами девочки внезапно возникли пустые баночки синей краски, что были на столе в беседке.       — Я зна..                   Девушка чуть поморщилась, тяжело вздыхая. И Минхо вновь заметил, что та была бледной и держалась за живот.       — Что случилось? — он осторожно взял её за локоть, пытаясь обратить внимание на себя.                   Исыль посмотрела на него, виновато закусив губу:       — Живот болит..       — Пойдём в медпункт. — Хо положил руку ей на плечо и аккуратно повёл рядом с собой. — Идти можешь?                   Светловолосая неуверенно кивнула, чувствуя мурашки по телу от касаний. Тёплые, юношеские руки.. такие сильные, большие: маленькие плечи легко помещались в них. Девушка подняла взгляд и посмотрела на него. Теперь она видела его совсем по-другому. По-новому.       «Он так добр ко мне..» — щеки немного порозовели.                   Шаг за шагом они покидали корпус, направляясь по серой дорожке, ведущая к медпункту.

***

                  Прочитав последнюю страницу тоненького медицинского справочника, Джисон закрыл книгу с легким вздохом. Он положил его обратно на полку и снова посмотрел на палец, придерживающий корешок книги. Белый пластырь хорошо сочетался со светлой обложкой. Хан опустил руку и посмотрел в окно. Прошло не меньше 10 минут, как Джисон стоял там.       «Пора уже возвращаться..» — подумал он, делая несколько шагов назад от полки.                   Джисон, убедившись, что всё стоит на местах, начал выходить из комнаты, как вдруг услышал голоса. Дверь медленно открылась. Хан остановился, думая, что это медсестра. Но нет. Перед ним стояли Минхо и Исыль.       — Ого, какие люди. — первый нахмурился. — Какого черта ты тут? Ничего, что ты отряд оставил?                   Старший сжал ладони, чувствуя, как напряжение распространяется по телу, и опустил взгляд к Исыль. Та, тихонько мыча, напряглась, чувствуя сильную хватку на плечах, и смотрела в пол. В это мгновение внутренний укол совести пронзил слабое место Хана, создавая тяжелое чувство вины. Глаза невольно наполнились смутным сожалением, а молчание вокруг добивало его еще больше.       — Живот?.. — Хан протянул ладонь к ней, неуверенно.                   Она кивнула, прикрыв глаза. Ли нахмурился и, осторожно взял девочку за руку и повёл к койке. Джисон повернулся и проследил за ним взглядом. На фоне мягкого освещения за Ханом вспыхивают блики, когда рыжая макушка проходит перед ним. Время словно замедлилось, выделяя каждый шаг. Ладони вновь сжались в кулаки.       «Спокойно, Джисон.. Не стоит оно того. Нужно помочь Исыль.» — он зашёл в комнату, из которой недавно вышел, и подошел к полке, начиная искать лекарство.       — Ложись или садись, как удобно. — Минхо положил ладони на плечи младшей, со всей бережностью опуская на койку.                   Младшая кивнула и села, немного наклонившись вперёд. Джисон, осмотревшись, нашёл подписанные таблетки от живота и, налив в стакан воду, стоявший на столе, протянул в руку девушке. Та приняла лекарство, кивнув в ответ, и тяжело вздохнула, ощущая, как прохлада распространялась по телу.                   Хан медленно опустился, заняв место рядом с ней. Он поджал губы, задумчиво наклонив голову. «Всё, о чём я переживал, сбылось..» — пронеслось в мыслях, и пухлая щека коснулась плеча, мягко расплываясь по твердой поверхности, стараясь скрыть покраснение. Джисон закрыл глаза. Ему было стыдно поднимать взгляд и смотреть на Исыль.                          В кабинете царило глубокое молчание, насыщенное напряжением. Только регулярное тиканье часов разрывало тишину — каждая секунда напоминала о невыразимом ожидании чего-то.                   Стараясь хоть каким-нибудь образом развеять его, Хан прочистил горло и зашептал ей:       — Извини. Мне не стоило..       — Я к своим, — Хо резко оборвал того на полуслове, — Исыль, поправляйся. — Минхо, ободряюще погладив её по плечу, не желая слушать оправдание врага, вышел из комнаты, а затем и из медпункта.                   Она немного покраснела, как только почувствовав теплую ладонь по коже, по которой через секунду пробежали холодные мурашки. Девушка слабо улыбнулась и хотела сказать «спасибо», но Ли уже не было в комнате. Исыль повернулась к Джисону, чувствуя лёгкое напряжение между ними. В молчании и в том, как он избегает взгляда, читалась смесь смущения и неопределенного вины перед ней. Младшая неуверенно подняла ладонь, чтобы прикоснуться его плеча, но та повисла в воздухе. Пальцы немного подрагивали от непонятного страха. Или это происходило до сих пор после прикосновения Минхо?..                   Исыль встряхнула головой, пытаясь разогнать мысли об этом. Решив придерживаться субординации, не прикоснулась — опустила руку на колено, поправила платье, чтобы прикрыть его.       — Всё хорошо, Хан Джисон. — она слабо улыбнулась, показывая, что не обижается на него.       — Нет, не хорошо. — он посмотрел ей в глаза, сжав челюсти. — Этого больше не повториться.                   Она кивнула, веря словам вожатого. Хан отвёл взгляд в сторону. Он захотел пойти, проводить её в комнату, чтобы та как следует отдохнула. Девушка, предсказывая мысли старшего, перебила его, не давая озвучить их.       — Хан Джисон, не нужно. Мне сейчас станет легче.. — она опустила голову.       «Надеюсь, что ты не врешь сейчас..» — Хан вздохнул.       — Просто Джисон. Неловко, когда так.. обращаются. — парень легко улыбнулся, стараясь разбавить ситуацию шуткой.                   Рассмеявшись, она кивнула. К счастью, все обошлось. Маленькая ладонь поднялась к лицу, убирая светлые пряди челки за ушко, оставляя кончик виднеться за мочкой.       — Подождёте немного со мной?..       — Да, конечно, – тихо вздохнув, Хан слабо улыбнулся, — это меньшее, что я могу сделать.                   Улыбнувшись, Исыль кивнула в ответ. Вожатый выразил облегчение вздохом, радуясь положительному обороту событий. Джисон, решив скоротать время, начал беседу:       — Как там Хранители? Чем вы занимались?                   Исыль вздохнула и покачала головой.       — Спорили. Мы хотели беседку украсить, но вас не было рядом. Ха Джун не разрешил самим идти.       — Ох, правильно. Я сам хотел пойти, всё принести. Но не успел.. — Хан тяжело вздохнул и закинул голову назад.                   Младшая отвела взгляд и пожала плечами, не зная, что ещё говорить. Она ещё посидела пару минут и вздохнула, начиная вставать.       — Всё хорошо, мы можем идти.       — Уверена? — Джисон посмотрел на нее, тоже встав со стула.       — Конечно. — она улыбнулась и продолжила: — Пойдёмте, пока они там не поссорились.                   Джисон кивнул, и они молча вышли из здания, чувствуя грусть после произошедшего. Когда они подняли взгляд к небу, то увидели, что облака тяжело нависли над лагерем. Ветер лениво играл с листьями деревьев, а атмосфера наполнилась таким молчанием, будто небо отражало их состояние. Грустное. Подавленное.                   Вожатый и воспитанница шли по дороге, смотря под ноги на серый асфальт. По пути они встретили медсестру, которая помогала мальчишке из младшего отряда, который разбил колено. Хан вздрогнул, услышав, как плакал мальчик, а Сынмин сидел и успокаивал его вместе с медсестрой. Быть одним вожатым в отряде сложно. Интересно, когда приедут ещё сотрудники?..                   Исыль посмотрела на задумчивого старшего, продолжая идти по дорожке к столовой.       — Так что насчет беседки? Украшать будем?       — Можем, — парень улыбнулся, — только перед огоньками. Сейчас нужно готовиться к линейке.                   Девушка молча согласилась, кивнув головой, и вместе с Ханом направилась к беседке, ощущая, как ей становится лучше. Джисон не отставал от неё, пиная мелкий камень под ногой. Камень был гладким, с отчётливым узором, и при каждом ударе скатывался в непредсказуемом направлении, издавая легкие звуки. В то время, как они шли, его мысли отвлеклись на другого вожатого. Ли Минхо.       — Исыль, — он обратился к девушке, — как так вышло, что Минхо был рядом с тобой?                   Голова склонилась вниз, слабая улыбка играла на её лице. Джисон поднял бровь в вопросительном жесте, озадаченный такой реакцией. Было слышно, как Исыль тихо откашливается, прежде чем встретиться со взглядом собеседника.       — Когда я вас искала, он подошёл ко мне и предложил помочь. Ну потом помог мне и в том, что провёл до медпункта.. — она говорила тихо, нежно, вспоминая об этом. Её слова звучали тепло, уважительно, раскрывая особенности характера Хо,                   ..которые Джисон знает и без неё.                   Хан кивнул, не обращая на это внимание — решил не думать об этом, отрывая мысли от прошлого. Он сосредоточился на том, что происходит сейчас. И это лагерь. Второй отряд. Хранители. Дом. Камень закатился куда-то в сторону, Хан не смог найти его. Оставив попытки, Джисон поспешил вместе с воспитанницей к ребятам.                   А камень стал частью забытой истории, к которой они ещё вернутся.                   Дойдя до домиков, они увидели второй отряд, рассматривающий Юки, что дорисовывала плакат, мягко водя кистью по бумаге. Она внимательно подбирала оттенки, дополняя картину последними штрихами. Короткие светлые волосы игриво переливались в солнечных лучах, колыхаясь на ветру. Её взгляд был полон вдохновения, а улыбка свидетельствовала о том, что рисование приносит огромное удовольствие. Хан слабо улыбнулся и подошёл ближе.                   Ха Джун, заметив вожатого, неуверенно подошёл к нему, поправив кепку. На лице капитана читалась серьезность и тревога, сгущая воздух вокруг.       — Джисон. — он вздохнул и виновато опустил голову. — Я испортил плакат. Прости..                   Глаза старшего удивленно расширились, и голова сразу же повернулась в ту сторону. Только сейчас понял, почему там стояла Юки: она исправляла то, что испортилось. Вожатый повернулся обратно к Ха Джуну и покачал головой.       — Что произошло? — Хан говорил спокойно, но не менее серьезно.       — Это случайно получилось.. — он поднял голову и смотрел старшему в глаза. — На столе стояла открытая бутылка с водой и я задел её локтем.                   Джисон взглянул на детей, собравшихся вокруг стола, и заметил, как они с виноватыми взглядами рассматривают бумагу, где проявлялись разводы. Юки медленно отошла назад, слабо улыбнувшись и наклонив голову набок, пытаясь смягчить накаляющую атмосферу.       — Ну сколько мне нужно тебе повторять, что ничего серьезного не случилось? — она вытерла лоб тыльной стороной ладони, хмыкнув. — Всё возможно изменить. Любую ошибку. Главное, что никто не пострадал, верно?                   Вожатый в знак согласия кивнул, поддерживая слова беловолосой, затем подошёл к Ха, ласково положив ладонь на его плечо. Джисон улыбнулся.       — Юки права. Главное, чтобы вы не ссорились.                   Юнг Хо, стоявший в стороне, сжал челюсти, кивнул, и, повернув голову в сторону, выразил невидимую, но явную поддержку.                   И внезапно Солнце пробилось сквозь облака, озаряя беседки и тропинки ярким светом. Лучи ласково обволакивали все вокруг, принося прежнее тепло.                   Хан осторожно зашёл внутрь. Его взгляд плавно скользил по бумаге, внимательно исследуя контуры букв и изображений. Джисон стоял, так же сосредоточенно, осматривая место, где было пятно. Он наклонился вперед, его пальцы легко скользили по уже закрашеному участку.       «Будет мне уроком. Больше не оставлю их одних.»       — Ю Джун, помоги.                   Под мягким светом вожатый с легкостью взял в руку палочку вместе с Ю. В глазах мелькнуло волнение, зато улыбки ярко освещали домик. Когда Джисон обернулся к ребятам, плакат стал холстом, на котором рождалась история их совместного творчества, воплощающего в себе не только слова, но и тепло, переплетённое в моменте, что обрёл собственную душу в объятиях дружбы.       — Давайте повторим наш девиз?