Часть 1
18 июня 2023 г., 15:53
***
Отец Тэхëна, человек прямой и суровый, занимал не последнее место в чиновничьей иерархии Кореи, на всё имея своё собственное мнение, не склонял головы перед сильными мира сего, отстаивая свои убеждения. Мальчик нередко наблюдал отца в кабинете, зарывшегося в бумаги, погруженного в работу. В доме постоянно сновали люди из дворца, приносящие и уносящие почту, слышны были разговоры из-за закрытых дверей, шуршание бумаг, споры. В такие часы жизнь в доме замирала, главенствовало правило «Не мешать. Папа работает». В редкие минуты отдыха отец присаживался к камину в кресло, окидывал тяжёлым взглядом сына и начинал опрос, как ребёнок провёл время, чему научился, какие выводы сделал из прошедшего дня. Тэхён по малолетству побаивался таких вечеров, опасаясь расстроить отца неловкими ответами. Став старше, он стал замечать, как сквозь напускную суровость в глазах мужчины проскальзывали смешинки и откровенная гордость, когда мальчик, в запале поборов смущение, начинал отстаивать свои взгляды. Мама юноши была маленькой, хрупкой красавицей с Тайского полуострова. Смотрящие на неё задавались вопросом, реальная это женщина или фарфоровая статуэтка. Она безмерно любила своего единственного ребёнка, окружив его миром волшебных сказок, древних легенд, поэтических строк и романтических прогулок. Благодаря ей у Тэхëна развилось богатое воображение, тяга к приключениям и вера в волшебство. Тэхён помнил, как мама постоянно куталась в объёмные шали, расшитые яркими шелками, которые отец дарил ей в огромных количествах. Мальчик частенько раскладывал их по всем поверхностям родительской спальни, часами рассматривая диковинные цветы, райских птиц и причудливых драконов, уносясь в мир фантазий. Мама своим тихим голосом, огромными глазами, плавными неспешными движениями держала на себе весь маленький хрупкий мир их небольшой семьи, который рухнул с её смертью. В памяти подростка навсегда отпечатался день прощания с детством, которое ушло в землю вместе с дорогим человеком. Он помнил холодный дождь, затекающий за ворот одежды, заледеневшие негнущиеся пальцы, скребущие землю на свежем холмике, и закаменевшее лицо отца. Его даже не порадовало знакомство с дядей Намджуном, приехавшим на похороны сестры и отъезд в Америку. Тэхён равнодушно выслушал наставления отца, обещание скорого воссоединения семьи и молча поднялся по трапу парохода. Известие об убийстве отца пришло в голубом конверте через месяц после его обоснования в новой семье. Он погиб, защищая императора, в ходе дворцового переворота, организованного японскими оккупантами.***
— Ты не представляешь себе, как я волнуюсь! — Тэхён стоял перед огромным зеркалом, рассматривая себя в отражении. Стройный и довольно высокий молодой человек двадцати пяти лет. Кожа смуглая, уже слегка тронутая загаром, красивые миндалевидные глаза, пухлые губы и смущëнная улыбка. — Перестань, это ещё не смотрины женихов, всего лишь знакомство. Будет несколько соседей по округе и партнеры отца. Но самое интересное: будет господин Чон! — Сокджин, двоюродный брат Тэхëна, понизил голос, произнося это имя. — Господин Чон? — переспросил Тэхён, поправляя галстук. Имя ему ни о чëм не говорило, и он не понимал взволнованности своего брата. Сокджин ухватил парня за руку, притянув ближе к себе и взволнованно зашептал. — Он приехал совсем недавно. Безумно богат. Выкупил старый дом на горе. Привёз несколько людей маленького роста. Поговаривают, что он колдун и его слуги прислужники Сатаны. — Да? А сам он с рогами и копытами. — Тэхён громко рассмеялся. — Не знаю. Его никто ещё не видел, — обиженно надул губы Сокджин. — Вот сегодня и посмотрим, — улыбнулся Тэхён. Волнение отошло на задний план, смытое любопытством о визите таинственного гостя. Парень выдохнул, не только они сегодня будут являться объектом пересудов и обсуждений на рауте. Дом семейства Рунде представлял собой трёхэтажный особняк, выстроенный в новомодном кичливом стиле с колоннами, украшенными богатой волютой, статуями в нишах, вензелями и массой безвкусных безделушек по фасаду. Всё кричало о недавно приобретённом богатстве его владельца. На крыльце гостей встречали слуги в зелёных ливреях, приглашая пройти в зал. Хозяева принимали в своей гостиной около тридцати человек. Младшая дочь хозяйки дома, девочка лет пятнадцати, играла на фортепиано, развлекая общество. Мужчины играли в карты по два цента партия, неторопливо ведя деловые разговоры. Дамы сплетничали, сидя на низких кушетках, лениво шевеля веерами. Молодёжь, разбившись на кучки, перестреливалась глазами друг в друга, присматриваясь и гадая, кто для кого выбирается родителями в супруги. Самые смелые кружились в танце под одобрительные кивки дам, обсуждающих предстоящие выгодные партии своих детей. Присутствовавшим подавали апперитив перед ужином. Вечер проходил на привычной волне. Тэхён скучал, медленно потягивая апельсиновый ликер. Он не любил сладкие напитки, но не хотелось туманить голову более крепким алкоголем. Краем уха он улавливал разговор брата с Райаном, их приятелем, невысоким полным парнем, вернувшимся недавно из Лондона и со смехом рассказывающим о своих приключениях в борделях столицы туманного Альбиона. Тэхёну не интересны были скабрезные подробности, и он решил выйти на веранду, подышать воздухом. Парень стоял, наслаждаясь влажной прохладой воздуха Нового Орлеана. Осенью палящая духота дня всё чаще сменялась сумеречной свежестью. Тэхён любил зиму. В этой части света она была непривычной ему, выросшему в зимних снегах и морозах Кореи, но приносила свои радости, которые он научился ценить за годы жизни, проведённые здесь. Он задумчиво водил пальцем по краю бокала, пытаясь вызвать чистый хрустальный звук, как его внимание привлёк перестук копыт, разнëсшийся в вечерней тишине. К дому галопом подъехал всадник. Тэхён с любопытством рассматривал горделивую осанку седока. Конь под ним резво переступал ногами, приплясывая, бил копытами, постоянно норовя встать на дыбы. Наездник сидел как влитой, ласково оглаживая норовистое животное по длинной шее. В сумерках Тэхён не мог разглядеть лица прибывшего, лишь видел сверкающую белоснежную улыбку. Мужчина легко соскочил с коня. Тот, освободившись от ноши, резко встал на дыбы, разметав в стороны двух слуг, пытавшихся держать его под удила. Парень заинтересованно следил за незнакомцем. Тот твёрдой рукой ухватился за узду, другой ласково оглаживал норовистое животное по крепкой шее. Узкая рука хозяина ласкала шёлк гривы, пропуская её между длинных пальцев, от чего по телу коня пробегала лёгкая дрожь. Незнакомец что-то шептал в прядающее ухо, конь косил на него круглым глазом, кивая большой головой, словно соглашаясь, потом покорно позволил себя увести. Тэхён смотрел, как наездник стремительно поднялся по ступеням, пока не скрылся за дверьми, любезно открытыми перед ним слугой. Любопытство подгоняло пойти и увидеть, кто же это так бесцеремонно опоздал на званый ужин, и Тэхён устремился внутрь дома. Он незаметно присоединился к покинутой компании, выискивая в забурлившей толпе гостей незнакомое лицо. Высокий брюнет стоял к ним спиной, галантно раскланиваясь с дамами, целовал руки рдеющим девицам и обменивался рукопожатиями с мужчинами. — Он одевается по последней моде Парижа! — восхищённо выдохнул за его спиной Райан. Широкие плечи и узкую талию подчёркивал светлый пиджак, длинные стройные ноги обтягивали зауженные брюки. Тэхён совсем не разбирался в моде, но даже со спины парень видел, что костюм на незнакомце сидит как влитой. — Кто это? — обернулся Тэхён, задав вопрос. — Это, братишка, тот самый господин Чон Чонгук. Который вот уже месяц будоражит умы всей округи, — положив руку на его плечо, ответил Сокджин. — Да? — протянул Тэхён со смешком. — Но ни рогов, ни копыт я не вижу. — Ещё не полночь, — с завыванием, скорчив устрашающую гримасу, протянул Сокджин. Братья рассмеялись. — О чëм вы? — недоуменно спросил Райан, переводя взгляд с одного на другого. — Не бери в голову, семейная шутка. — Сокджин приобнял приятеля за плечи. — Пойдёмте, зовут к столу, сейчас будут рассаживать. Он закатил глаза, демонстрируя своё отношение к топорным попыткам старших свести их с девицами на выданье, перемешав за ужином. Молодёжь вперемешку усадили за дальний край стола. Тэхён оказался рядом с напыщеной девицей, старшей дочерью хозяев дома, которая поминутно косилась на него и глупо хихикала в кулак. Он с отчаянием посмотрел на Сокджина, который сидел напротив и с успехом флиртовал с маленькой милой француженкой со вздëрнутым носиком. Они были знакомы уже не один год, её отец являлся деловым партнёром дяди Тэхëна, и старшие втайне надеялись объединить капиталы посредством слияния семей через брак детей. Парень вздохнул и с тоской окинул взором стол, натолкнувшись на насмешливый взгляд чёрных глаз. Он вздрогнул, когда понял, чьë внимание привлёк. На него, явно потешаясь, смотрел господин Чон. Правильные черты лица, прямой нос, улыбка с немного крупноватыми передними зубами и угольно-чёрные глаза. Он бесспорно был очень красив и, судя по вниманию женщин, которые наперебой сыпали ему комплименты, пользовался успехом. Тэхён с небольшой завистью смотрел, как тот с лёгкостью ведёт светские беседы с дамами, парирует реплики кавалеров, нисколько не смущаясь под прицелом устремлëнных на него взоров. Тэхён весь вечер бросал короткие взгляды в сторону стола, где сидел заинтересовавший его гость, наблюдая за его свободной манерой общения. Тот много шутил, смеялся и чувствовал себя абсолютно свободно, словно был знаком с обществом не один год. Всю дорогу до дома парень сидел притихший, не реагируя на шутки Сокджина. Взрослые не сильно удивлялись такой молчаливости своего племянника, он частенько уплывал в мир собственных фантазий и грёз. Из задумчивости его вывели пара фраз, проникшие в сознание. -… Он холост, ему тридцать три. Родился в Корее. Про семью ничего не говорит, но ходят слухи, что он внебрачный отпрыск королевских кровей. Очень очаровательный молодой мужчина. Много путешествовал, бывал в Бразилии, Австралии, Африке. Ах, как я хочу побывать у него дома, там наверное масса интереснейших вещей, — тараторила Мари, жена дяди Намджуна. Миловидная пухленькая женщина. Очень добрая, кареглазая, смешливая, принявшая в свои мягкие руки сироту, окружившая Тэхëна заботой и любовью, как своих собственных детей. Тридцать лет назад брат матери Тэхëна Намджун сбежал из Кореи в Америку, доставив немало переживаний и слëз своей семье. Ему повезло, он сумел заработать солидный капитал, приумножив его, женившись на дочери владельца мануфактуры из Испании. Брак оказался счастливым, в котором родились трое детей. Первенца назвали в честь деда Тэхëна Сокджином, младших близнецов Микелем и Пауло. Мальчишки сейчас гостили у родственников в Испании. Мари продолжала певуче тараторить о приёме у Рунде, перебирая девушек, которые могли составить выгодную партию для её мальчиков Сокджина и Тэхëна. Сокджин начал спорить с матерью, доказывая, что ещё слишком молод и не созрел брать на себя ответственность за жену. Тэхён, привыкший к таким перепалкам, опять погрузился в свои мысли. Он вспомнил горделивую осанку наездника, белоснежную улыбку и обжигающий взгляд чёрных глаз, в которых плескалась откровенная насмешка. Это воспоминание обожгло его чувством досады, заставив нервно поëжиться. — Милый, ты не заболел? — тёплая рука прикоснулась к его лбу. — Намджун, он весь горит! Мальчик заболел! Намджун кивнул головой, с улыбкой посмотрел на племянника и слегка пожал плечами в знак поддержки парня. — Тётушка, я в порядке. — Тэхён перехватил руку женщины и ласково поцеловал запястье, пытаясь отвлечь её. — Маленький, не спорь. Тебе нужно выпить тёплое молоко с мёдом и как следует пропотеть. Я ведь видела, как ты выходил на веранду, вот результат, простыл, — она суетливо попросила кучера двигаться быстрее. Тэхён с Сокджином переглянулись. Тэхён скривил унылое лицо, на что получил сочувствующий взгляд в ответ. От Мари бесполезно было отбиваться, если она обеспокоилась благополучием своих детей. Тэхён безропотно принял все заботы от тётушки, выпил молоко, которое терпеть не мог, залез под два одеяла и выслушал длинную нотацию о безалаберном отношении нынешней молодёжи к своему здоровью. За покорность был награжден ласковым поцелуем на ночь и званием хорошего мальчика. Тэхён лежал, смотря, как тени от веток за окном наплывают друг на друга, сливаясь в замысловатые узоры. Дверь в его комнату тихо приотворилась и в комнату неслышно проскользнул Сокджин. Он бысто забрался под одеяло к Тэхёну, прижавшись ледяными ступнями к разгоряченным ногам парня. От такого контраста Тэхён взвыл, получив от брата болезненный толчок кулаком под рёбра. Они притихли, прислушиваясь к шорохам. Если старшие проснутся, нагоняя не миновать. В доме было тихо, парни немного повозились, устраиваясь поудобнее на кровати, и успокоились. — Как тебе сегодняшний приём? Было не так уж и скучно, — зашептал Сокджин. — Это из-за того, что ты сидел рядом с Анабель? — тихо подначил брата Тэхён. — Она милая девушка, очень интересная, не такая пустышка как остальные, — задумчиво протянул старший. — А ещё у нее вздëрнутый носик, голубые глаза и золотистые волосы, — передразнил Тэхён, приложив ладошки к щекам парня. Сокджин с возмущением оторвал руки брата от своего лица. Они начали возиться, стараясь побороть один другого. — Тихо! — они замерли, услышав шаги по коридору. Сокджин нырнул с головой под одеяло, Тэхён вытянулся, притворившись спящим. В комнату, освещая себе путь свечой, заглянул Намджун. Он усмехнулся наивным попыткам парней стать незаметными и удалился к себе. — Что ты думаешь о господине Чоне? — задал волнующий вопрос Тэхён. — Загадочная личность, — ответил Сокджин. — Молод, богат и не женат. Видел бы ты, как засуетились все матушки, нахваливая своих девочек. — Он красивый, — задумчиво произнес Тэхён. — Да? Наверное. Я об этом как-то не думал. Ладно, давай спать, — он зевнул. Тэхён прислушивался к посапыванию брата, из головы не шёл загадочный господин Чон Чонгук. Ему снились жаркие пески Африки, глухие удары барабанов и чёрные, как ночь, глаза. Он бежал, задыхаясь, за стремительно удаляющейся фигурой и никак не мог приблизиться. Чем сильнее он старался, тем дальше становился объект преследования. Он не знал зачем, но ему очень важно было догнать удаляющегося.***
Тэхён проснулся, резко сев в кровати, часто дыша. Сон оставил липкое чувство неудовлетворëнности и тревоги. Сокджина в кровати не было, Тэхён медленно вылез из-под одеяла и поплёлся умываться. Завтракали всей семьей, обсуждая планы на день. Намджун с Сокджином собирались прокатиться в город, им нужно было наведаться в банк и контору. Тэхён избежал участи мотаться с дядей по делам благодаря Мари, которая отпросила на сегодня мальчика ввиду его предполагаемого нездоровья. Тэхён, возликовав в душе, украдкой показал язык хмурому Сокджину, получив в ответ сжатый кулак и сердитый взгляд. Техён лениво перевернул страницу новомодного романа, он не понял ни строчки из написанного. Мысли его крутились вокруг таинственного господина Чона, мешая сосредоточиться на прочитанном. Он с досадой откинул книгу и подошëл к распахнутому окну. Погода сегодня стояла не жаркая. Лёгкие облачка, как вуалью, прикрыли жгучий глаз солнца, давая природе передышку от зноя. Парень полной грудью вдохнул свежий воздух, в голове мелькнула мысль совершить прогулку на велосипеде. Оставалось убедить тëтушку отпустить его. Большая кухня являлась царством женщин, где безраздельно влавствовала тётушка. Под её чутким присмотром чернокожие служанки варили, парили, пекли различные явства. В юности Тэхён любил забираться в тёплый уголок у огромного чана, в котором дышало тесто для хлеба, и смотреть на плавную суету домашних. В зыбком колебании воздуха ему представлялись фантастические картины из мира сказок и легенд. Он часами мог сидеть никем не замеченный, наблюдая за таинством приготовления пищи. В минуты, когда тётя Мари благодушно сновала между блюдами, соусниками, чашами, тарелками, удовлетворённо кивая головой, он видел в ней добрую фею, которая творит волшебство для какой-нибудь несчастной принцессы. Стоило же какой-то служанке промахнуться с количеством специй, упустить суп или спалить пирог, лицо тётушки кривилось, губы начинали дрожать и на глаза наворачивались слëзы. Это выглядело настолько разительно с её обычно улыбчивым лицом, что все окружающие чувствовали себя несказанно виноватыми и старались не огорчать её. Тэхён приоткрыл дверь на кухню, ощутив аромат готовящегося гумбо. Тётя Мари крутилась вокруг кастрюль, над которыми поднимался пар, давая указания направо и налево. — Тётушка, я прогуляюсь немного, нужно проветриться перед ужином, засиделся в доме, — Тэхён подкрался сзади и обнял маленькую женщину, уткнувшись носом в чепчик на затылке. — Милый, ты уверен? У тебя вчера был жар, — она ласково погладила племянника по руке. — Конечно, тётушка, я недолго, — Тэхён залез пальцем в соус для пробы и был выгнан с кухни полотенцем под возмущëнное бормотание Мари. Тэхён неспешно крутил педали, наслаждаясь прогулкой и днём безделия. Тенистый сумрак аллей парка сменился сочной зеленью луговых просторов. Тут и там ему подмигивали глазки редких цветов. Он совершал своё маленькое путешествие, счастливо улыбаясь, подставляя лицо под ласкающие поглаживания ветерка. Заметив в стороне от дороги светлую россыпь ромашек, парень остановился, слез с велосипеда и подбежал к цветам. Он склонился перед ними на колени и провел ладонью по головкам цветов, нежно перебирая пальцами лепестки. В голове всплыло воспоминание о чужих чувственных пальцах ласкающих конскую гриву. Тэхён замер, стараясь отогнать непрошенный образ. Он нарвал букетик цветов, глубоко вдохнув аромат. Ромашки неуловимо пахли солнцем, ветром и горячей горечью. Солнце клонилось к закату, нужно было возвращаться домой, чтобы не опоздать к ужину. Тэхён заехал довольно далеко и, чтобы поспеть вовремя, он решил сократить путь, проехав напрямую через аллею дубов, заросшую испанским мхом. Мощные деревья стояли по обе стороны дороги, словно сказочные великаны с густыми, длинными бородами. Они тянули свои ветви к небу, переплетая их, совсем закрывая свет солнца. Тэхён почти не видел дороги в сумраке, окружившем его со всех сторон, густой мох, покрывающий тропинку, тормозил движения колёс велосипеда, гася все звуки. Он торопливо ехал, стараясь скорее преодолеть мрачный участок, когда услышал за своей спиной ржание. Тэхён обернулся, успев увидеть над своей головой конские копыта. От испуга парень вильнул рулём, съехал с тропинки и упал, неловко выставив ногу. Тэхён лёжа смотрел, как с коня соскочил наездник и приблизился к нему. — Приношу свои извинения, что напугал Вас, — склонился он к Тэхёну, протягивая руку, — Конь молодой, норовистый. Тэхён завороженно смотрел в чёрные глаза господина Чона. — Ничего, не страшно, — он с помощью протянутой руки спасителя поднялся с земли и попытался встать ровно. Резкая боль полоснула ногу в районе лодыжки, вызвав невольный вскрик. Тэхён снова упал на мох, подтянув больную ногу к животу. Он баюкал её, обхватив себя руками за колено и тихо мычал, закусив губу. — Позвольте мне посмотреть! — прохладные пальцы прикоснулись к воспалëнной коже. — Вытяните ногу, пожалуйста. Тэхён повиновался спокойному, мелодичному голосу мужчины. Он чувствовал лёгкие прикосновения к своей ноге, видел, как мужчина склонился над ней, внимательно осматривая. Потом с ласковой улыбкой поднял взгляд своих бездонных глаз на Тэхëна. Парень только успел вернуть ему улыбку, как его пронзила волна боли и накрыла успокоительная тьма.
