Переступая границы

      Время шло настолько быстро, словно вся жизнь поставлена на ускоренную перемотку. Появившиеся проблемы никуда не уходили, не планировали самостоятельно решаться или бесследно исчезать.       Юнхо не любил прибегать к сигаретам в любых жизненных ситуациях, но сейчас было иначе. Словно глоток свежего воздуха в легкие, когда губы обхватывают фильтр, делая длительную затяжку. Если бы он сказал себе подобное полгода назад, вероятнее всего, это бы вызвало смех.       Изначально он не видел никакого подвоха в их взаимоотношениях с Минги, но все твердили обратное. То, что Юнхо слепо не хотел лицезреть. В его голове не укладывался никакой другой факт, помимо дружбы, никакими чувствами абсолютно не пахло, по крайне мере, для Чона точно.       Не успел он оглянуться, как все его друзья погрязли в отношениях, словно это компьютерный вирус, который поглощает всю операционную систему, оставляя технику на выброс. Есть шанс переустановки, как и сброса до заводских настроек, но вероятность остается вероятностью. Лучше бы отдали деньги за мощный антивирус, который поможет избежать участи в определенном количестве процентов, хоть и не на все сто. Юнхо уверен, что Ёсан скоро сломается под давлением Чонхо, видны положительные изменения в их взаимоотношениях. Скоро Кан покинет их ряды, оставляя лишь былые воспоминания.       Чон верил в их долгую дружбу с Минги, они буквально понимали друг друга без слов. Всё было так хорошо, но до одного блядского момента.       Сон часто приходил к Юнхо домой, предоставляя свою компанию на день или на вечер. Они могли спокойно сидеть в тишине или шумно что-то обсуждать, хорошо проводив время. В последнюю их встречу — Минги пришел пьяный, с бутылкой дорогого коньяка. Чон был удивлен данной картине, ибо такого никогда не происходило, но вскоре отбросил все мысли, полагаясь на то, что его друг просто безумно устал.       Но настораживать поведение Минги продолжало. Он говорил загадками и много смеялся без какого-либо повода, словно у него сейчас случится истерика на фоне всего. Юнхо не мог понять явной проблемы, старался задавать наводящие вопросы, чтобы чем-то помочь, а Минги лишь отмахивался, продолжая свой монолог.       В какой-то момент они оказались очень близко друг к другу, после чего случилось непоправимое. Минги поцеловал Юнхо, отчего второй отпрянул моментально, отталкивая ладонями в грудь. Сон на это еще громче засмеялся, выпивая залпом из горла оставшийся коньяк и покинул квартиру.       После данного инцидента они толком и не общались, скорее игнорировали друг друга на протяжении недели, никто не осмеливался написать и поднять эту тему. Заговорили они впервые после произошедшего только при сборах на кемпинг с друзьями, так как ехать им пришлось вдвоем. Пазлы в голове Юнхо постепенно начинали складываться, вкладывая определенный смысл и подтекст действий Минги в его сторону. От этого становилось только хуже.       Он не знал как себя вести в его компании, как разговаривать и реагировать на что-либо. Что ему вообще с этим делать и почему он должен самостоятельно во всём разбираться? Почему он должен разгребать то, что совершил Минги? Ему и без этого отлично жилось, головная боль в его планы никак не входила.       Они не перестали общаться, но и нормальным диалогом это нельзя было назвать. Стандартные вопросы и не менее сухие ответы. Минги больше не заявлялся в квартиру Юнхо, а он в свою очередь — не предлагал. Чон наделся, что если взвалит на себя немереное количество работы, то и мысли о Соне не будет. Но как же он ошибался, когда лежал уставший в кровати и не мог уснуть из-за переизбытка Минги в его голове. Юнхо просматривал социальные сети, смотрел как его бывший друг развлекается, не думая ни о чем, когда в этот момент Чон сжирал себя заживо, обмозговывая буквально каждую секунду их совместного времяпровождения. Каждое незначительное касание, каждое брошенное слово из его уст, которым он не придавал особого значения — дробили голову Чона постоянно.       Дни пролетали, а с этим приходила и тоска. Юнхо скучал по звонкому смеху Минги, что разносился эхом в его квартире. Скучал по его голосу с легкой хрипотцой, который он мог слушать часами напролет, потому что Сон увлекся и продолжал о чем-то рассказывать, прыгая с темы на тему. Скучал по самому Минги, который мог быть одновременно серьезным, поднимая глобальные проблемы мира, но и внезапно запеть рандомную песню, забавно подтанцовывая под нее, ярко улыбаясь. Чон никогда бы не подумал, что может испытывать подобное чувство.       Юнхо не верит, что это симпатия. Он влюблялся всего один раз в своей жизни, это было еще в школьные годы. Ему нравилась девочка старше его на год, но это была безответная любовь. Точнее говоря, она даже не подозревала о его чувствах, как и не знала его имени.       У Чона не было отношений, так как он сразу решил, что всё внимание будет уходить работе, а лишний груз на плечах — ему не нужен. Его потребности в сексе могла удовлетворить любая девушка из клуба, в которые они раньше часто ходили. В целом, у него не было остервенелого желания войти с кем-то в половой контакт и сохранить его на долгий срок. Юнхо вполне хватало раза в пару месяцев, большего и не надо. О парнях он никогда не задумывался и не смотрел на них в каком-то ином ключе, кроме как стандартного общения. Скорее, такой взгляд у него был на всех людей, поэтому парень спокойно отнесся к ориентации Хонджуна.       С Минги было всё по-другому, всё совершенно не так, как должно быть. У них замечательная дружба, Чон никогда не встречал подобных людей, которые были настолько близки ему душевно. Их взаимоотношениям можно было только позавидовать, исключая жирное «но», кто бы мог подумать, что в дальнейшем всё сложится именно таким образом.       Юнхо тушит сигарету, оставляя её в пепельнице, и одновременно набирает короткое сообщение: «Приходи». Он не знает, придет ли Минги, о чем они будут разговаривать и как правильно подобрать слова. Он абсолютно ничего не знает, но вокруг да около ходить уже не было сил. Надо что-то с этим делать, иначе от его черепной коробки и ее наполнения останется лишь название.

***

      Минги пришел через два часа после сообщения, прихватив с собой ту самую злосчастную бутылку коньяка с их прошлой встречи у Юнхо дома. На удивление, Сон не был пьян, а алкоголь был закрыт. — Привет, — хрипло произносит Минги, разуваясь и протягивает спиртное. — Привет, — тихо говорит Юнхо, и направляется на кухню, забрав бутылку из чужих рук.       Они сели за стол напротив друг друга, никто не хотел нарушать тишину. Или, скорее, никто не хотел начинать щекотливый разговор? — Ты хотел о чем-то поговорить? — спустя несколько минут Минги решает прервать напряженную обстановку, которая начинала с каждой секундой всё больше давить на него. — Да, хотел. — кивает Чон, поджимая губы, а в голове ни одного подходящего слова, с которого можно было бы начать обсуждать насущные проблемы. — О чем? — Сон приподнимает бровь, открывая коньяк. — Рюмки достанешь? Или хочешь поговорить на трезвую? — Думаю, выпить не помешает.       Юнхо не планировал сегодня притрагиваться к алкоголю, но может это поможет ему разговориться? Станет более смелым и поднимет те темы, которые волновали и грызли его несколько недель подряд, потому что делать вид, что ничего не произошло — давно не получалось. — Ты начал курить? — задает вопрос Минги, разливая спиртное по рюмкам, устремив взгляд на мужчину. — Запах стоит невероятный. — Скоро брошу, — коротко отвечает Чон, выпивая залпом налитый алкоголь. — И меня не дождался, — усмехается Сон, следуя примеру друга и выпивает. — Почему начал? Есть какие-то причины? Ты же был противником табака в любом его виде. — Появились небольшие проблемы, которые слишком сильно повлияли на мою нервную систему. — Не думал, что если дошло до сигарет, то не такие уж они и небольшие? — Думал. — шумно выдыхает Юнхо, потирая переносицу двумя пальцами. — Я хотел поговорить о том, что произошло до поездки. — Уверен в этом? — Минги наливает себе еще рюмку, сразу же ее выпивая. — По тебе не видно, что ты хочешь услышать мое мнение и объяснение той ситуации.       Сон не знает, зачем вообще приехал. Надежда же всегда умирает последней, верно? Вот и он на это надеялся. Не ждал, конечно, что на него накинутся с порога, признаются ему в любви и они перейдут грань дружбы. Хотя, он уже ее перешел, поцеловав в ту ночь Юнхо.       Минги долго думал над тем, как аккуратно подступиться к Юнхо, чтобы его не спугнуть. В итоге, он облажался. Причем, очень сильно. Вся их дружба пошла по наклонной, а от бывалого общения остались лишь воспоминания, но что еще ему оставалось делать?       Он влюбился. Просто-напросто влюбился в человека, который видел в нем лишь лучшего друга. От этого Минги было до боли смешно, когда по ночам он крутил произошедшее с разных сторон, осознавая всё. Он старался, правда старался не показывать своих чувств, не делать чего-то лишнего, что выдало бы его с потрохами. Дружба для Чона значила многое, он не хотел причинять ему боль, но всё пошло не по плану.       В целом, даже переступая все границы дозволенного, он видел, что Юнхо на это никак не реагировал. Либо не хотел, либо и правда не замечал. Минги это успокаивало, но одновременно неприятно укалывало. Словно в него в один момент вставляют миллионы иголок, вонзая их до упора, пока они полностью не остаются под кожей, дожидаясь следующей порции.       Ему до ломоты в теле хотелось прикасаться к Чону, исследовать всё его тело, покрывая поцелуями мягкую кожу. Очерчивать подушечкой пальцев линию пухлых губ, слабо надавливая. Видеть каждую секунду его улыбку, которой он одаривает его не так часто, как хотелось бы. Но ему нравилось, когда он улыбался, реагируя на шутки Минги или нелепые движения. Юнхо был настолько очаровательным в эти моменты, что Сону хотелось его крепко сжать в своих руках, прижимать настолько близко, насколько это возможно. Но нельзя, они же друзья.       Горькая правда об их отношениях давила с каждым днем все больше и больше. Находиться с Юнхо в одном помещении было всё сложнее, так как ограничивать себя становилось затруднительно. Было невыносимо сидеть рядом, без возможности проявить хоть какую-то тактильность в его сторону. Минги словно сдавливали легкие до хруста переломанных ребер, отнимая способность нормально дышать и функционировать.       Удивительно, сейчас Сон сидит на кухне своего любимого человека, который хочет обсудить произошедший инцидент. Сказать ему, что всё это было ошибкой и наладить их взаимоотношения, без повторения подобных действий. А Минги хочет запустить пальцы в волосы Юнхо, слегка массируя голову, и посадить к себе под бок, тесно прижимаясь. И всё же, какие у них разные желания.       К сожалению, он не сможет сдержать обещание. Минги уже в эту минуту готов выпить весь коньяк, лишь бы поцеловать Чона вновь, повторяя прошлые события. Он не сможет забыть всё, как и не сможет отказаться от своих чувств. — Я знаю, что ты хочешь мне сказать, — утверждает Юнхо, не поднимая взгляд на Сона. — У меня было много времени об этом подумать. — Нет, Юнхо, ты ничего не знаешь, — хрипло смеется Минги, хватаясь за бутылку коньяка, но его руку перехватывают. — Прекрати, — твердо говорит Чон, чуть сжимая кисть того. — Я правда хочу поговорить и всё разъяснить. — А мне хочется поцеловать тебя. Что на это скажешь? — Что? — Юнхо опешил от сказанных слов, отпуская чужую руку. — Зачем ты мне это сейчас говоришь? — Правда глаза режет? — Минги хмыкает, наливая алкоголь в рюмку. — Знаешь, я не хочу сейчас слышать о том, что ты хочешь всё забыть и продолжить жить дальше, что наш поцелуй был ошибкой. Я так не считаю, понимаешь? Я устал, Юнхо. — Я понимаю, но и ты войди в мое положение, как я должен был реагировать, когда меня целует лучший друг? — Чон берет чужую рюмку и выпивает ее залпом, слегка морщась. — Мне нужно было время обо всём подумать и прийти к определенным выводам. Я знаю, что нашу дружбу уже не вернуть. — Тогда зачем это всё? К чему конкретно ты ведёшь? — Мне тяжело принять твои чувства ко мне. Я не могу сказать и то, что способен ответить тебе взаимностью. — Интересные у тебя умозаключения, Юнхо. — тяжело выдыхает Минги, прикрывая глаза. — Зачем позвал? — Я скучал, — тихо произносит Чон, поднимая голову, чтобы посмотреть на парня.       У Минги сбивается дыхание от услышанных слов. Юнхо никогда не говорил ему такого, так как не любил подобные выражения. Он всегда считал, что все слова летят на ветер и лучше действовать, чем трепать языком. Как ему на это реагировать? — Что ты хочешь от меня услышать? — спокойно произносит Сон, приоткрывая глаза, и ловит на себе такой родной взгляд. — Не знаю. Я настолько запутался во всём, если честно. — Чон поджимает губы, перебирая слова в голове. — Никогда бы не подумал, что вообще такое скажу. — Ты же знаешь, что я тебя всегда выслушаю. — Минги медленно тянется к руке мужчины, аккуратно накрывая своей. — Мы с тобой никогда не поднимали подобных тем, но ты можешь обо всем со мной поговорить и рассказать о том, что тебя тревожит. Понимаю, что это тяжело, но я хочу тебе помочь. — Мне мерзко от самого себя. Я не хочу быть слабым в твоих глазах. — Юнхо, это не слабость. Это твое состояние, которое беспокоит нас обоих. Если тебе сейчас морально плохо и тяжело, то это нормально. В этом нет ничего зазорного, понимаешь? Ты человек, а не один из своих компьютеров. — Я правда скучал, — начинает Юнхо, сжимая чужую руку. — Много думал о том, что произошло. Осознал, что не замечал раньше каких-то слов и действий с твоей стороны, оправдывая все близкими взаимоотношениями. Мы же достаточно много времени вместе проводили, поэтому склонялся к дружбе и к тому, что ты просто такой человек. Мне нужно еще какое-то время, чтобы понять, есть ли у меня к тебе какие-то чувства. Потому что на данный момент я не могу ответить взаимностью, не знаю, смогу ли вообще. — Я тоже скучал, — шепчет Минги, мягко улыбаясь. — Юнхо, я могу подождать, дать тебе то время, в котором ты нуждаешься, но хочу попросить тебя о том, чтобы ты сначала принял мои чувства. Ты же их продолжаешь отрицать, верно? — Так и есть. — Мы можем продолжать общаться так же, как и раньше, я могу снова приезжать к тебе почти каждый день, но мне тоже тяжело, понимаешь? Я не тороплю тебя, поэтому хочу заранее извиниться, если с моей стороны будут слова или действия, которые могут тебе не понравиться. Постараюсь, конечно, сдерживать себя, но ничего обещать не могу. — Когда-то же надо будет к этому привыкнуть, если всё же скажу тебе… — мнется Чон, перекатывая на языке слова «симпатия, влюбленность, любовь». — Ты понял о чем я. — Понял. — кивает Минги, поглаживая подушечкой большого пальца тыльную сторону ладони Юнхо. — Чувствую себя странно после этого разговора, но стало немного легче. — слабо улыбается Юнхо, устремляя взгляд на их руки. — Нас ждет еще множество подобных разговоров, столько всего предстоит обсудить.       Минги ловит взглядом столь желанную улыбку Юнхо и понимает, как ее не хватало все это время. Он знает, что по щелчку пальцев сейчас всё не изменится. Возможно, он так и не услышит заветные слова, но будет наслаждаться каждым моментом рядом с ним. Сон хочет надеяться на лучшее, но он не сможет заставить другого человека полюбить себя, остается только ждать.

***

      Прошло уже более полугода после того, как они поговорили. Кто бы мог подумать, но после разговора и правда стало легче обоим. Минги в самом начале восстановления их общения — появлялся в квартире Юнхо каждый день, а спустя время словно уже и жил там.       Чону было крайне непривычно и дискомфортно первые два месяца, он уже успел отвыкнуть от шумного голоса и присутствия кого-либо у него дома. Сон уделял ему всё свое свободное время, лишь бы ухватить побольше. Они вместе ходили в компьютерный клуб и в бары, посвящая себя друг другу, засыпали и просыпались вместе, потому что Минги настоял на том, что на диване ему будет одиноко и страшно, а у Юнхо огромная кровать. Ответственность за приемы пищи он тоже взял на себя, пусть и получалось у него всё через раз. Они уже больше походили на пару, Чон не отталкивал, но и не притягивал к себе. — У тебя скоро глаза вывалятся. — Минги недовольно цокает и подходит со спины к Юнхо, который сидел на своем шикарном игровом кресле, с умным видом что-то печатая на клавиатуре. — Может, закажем сегодня что-нибудь? — Хорошо. — мужчина лишь кивает в ответ, никак не реагируя особо на Сона. — Знаешь, я тут подумал. — Что? — Принял для себя очень важное решение. — Минги наклоняется ближе к уху Чона, опаляя горячим дыханием, приобнимая того за шею, шепчет. — Я сейчас выдерну все твои провода к хуям собачьим!       Резкий крик в конце заставляет Юнхо неприятно поморщиться и повертеть головой, словно отгоняя от себя надоедливую муху. Он и сам понимает, что сидит за компьютером уже десятый час, но если бы Минги знал о том, сколько возложено на плечи Чона в данный момент. Дописанный код смог бы принести немалое количество денег и успех, который поможет продвинуться по карьерной лестнице дальше.       С другой стороны, Юнхо нравилось, когда Сон к нему подходит со спины, прижимается или обнимает. А от горячего дыхания и хриплого шепота — мурашки пробегают по коже, словно небольшой электрический разряд, который пронзает каждую клеточку. У него были смешанные чувства по этому поводу, но больше он склонялся к тому, что подобные проявления ласки были приятными.       В целом, он уже привык к тому, что Минги закидывает на него все свои конечности во сне или в охапку сгребает в свои объятья, сладко причмокивая. Пробуждение всегда начинается с того, что на Юнхо лежит огромная тушка и ярко улыбается, перебирая длинными пальцами его волосы. Готовка Сона это вообще отдельный вид искусства, потому что пару раз кухня почти полыхала огнем, благо Чон успевал вовремя. Парень не сдается и продолжает творить кулинарные шедевры, которые всегда должен попробовать первый Юнхо. Наверное, Минги проверяет то, насколько крепок его желудок и не умрет ли он от отравления.       То, что далось ему тяжелее всего — едва ощутимые поцелуи в щеку и в другие части тела. Чон долгое время не мог понять то, что он чувствует при этом. К удивлению, не было никакого отвращения, а спустя время и вовсе стало приятно. Другой жизни он уже и представить не может.       Они никогда не выходили за рамки дозволенного, Минги не хотел рушить то, что строится таким кропотливым трудом, а Юнхо не мог перебороть себя, чтобы опробовать самостоятельно вкус настоящего поцелуя, который был бы не под властью алкоголя и с полным согласием. Он был очень благодарен за терпение Сона, но временами закрадывалась мысль о том, что лучше бы он сорвался, когда они были на таком близком расстоянии.       Между ними оставалось буквально пару миллиметров. Стоило одному немного поддаться вперед, как их губы бы давно соприкоснулись, но нет, Минги лишь дразнил каждый раз, после чего отстранялся и расплывался в улыбке. В эти моменты он был похож на змея искусителя, который играл на нервной системе Юнхо так, словно перебирал струны у арфы.       Все прикосновения со стороны Сона ощущались совершенно иначе, каждое было замечено и обдумано вдоль и поперек. Чон все замечал и смаковал их на своей коже, когда для Минги это будто ничего и не значило, он продолжал вести диалог или заниматься своим делом. Для него всё было настолько обыденно, что Юнхо и сам начинал в это верить. — Ты потом очень об этом пожалеешь. — мужчина поворачивает голову в бок, сталкиваясь носом о щеку Сона. — И что ты мне сделаешь? — Минги игриво прищурился, бегая взглядом от глаз напротив до таких желанных губ. — Ты временами до невозможности раздражаешь.       В этот момент Чон набирается решительности и смелости, чтобы сделать непоправимое. И то, что продвинет их отношения дальше.       «Всё или ничего.» — стучало на повторе у него в голове, а отчетливый громкий звук уже бил по барабанным перепонкам.       Юнхо резко притягивает ближе к себе за подбородок парня, от чего они неловко бьются зубами, но он не обращает на это внимания. Если сейчас отвлечется, то будет еще хуже. Цепляется пальцами так, словно лицо Минги сейчас исчезнет из его рук, впивается требовательным поцелуем, проскальзывая языком внутрь, покусывая столь долгожданные губы. В этот момент внутри всё переворачивается с ног на голову, а чувства и эмоции зашкаливают до такой степени, словно он сейчас взорвется. Он бы никогда не подумал, что сделает шаг вперед и это будет настолько сногсшибательно, что разжимать пальцы на чужом подбородке не было желания, так как углубить и взять под контроль в таком положении было проще простого.       Сон сначала опешил, но поддался вперед, медленно разворачивая кресло и усаживаясь на колени к мужчине. Всё было настолько неожиданным, что не с первого раза получилось войти в ритм и начать отвечать на поцелуй. Минги аккуратно обвил руками шею Юнхо, стараясь сконцентрироваться, но действия мужчины выбивали его из колеи, забирая весь воздух из легких. Вокруг всё плыло и кружилось, чувство эйфории накрывало настолько сильно, что он уже не мог отличить ее от реальности. Первый их поцелуй был в миллион раз хуже, он даже близко не стоял с тем, что происходит сейчас.       Чон отпустил подбородок парня, подхватывая его под бедра, прижимая ближе к себе, так как тот начинал скатываться с его колен. Минги от неожиданности отстранился, разрывая поцелуй, и громко охнув, откинул голову назад. Юнхо, сам от себя не ожидая, на пробу начинает водить влажными губами по линии челюсти Сона, оставляя за собой едва ощутимые прикосновения. Спускается ниже поцелуями на шею, изредка проводя языком и прикусывая тонкую кожу, провоцируя парня на тяжелые выдохи и тихие полустоны.       Вид такого Минги сводил с ума, заставлял идти дальше, несмотря ни на что. Он настолько сильно завораживал, что хотелось уловить каждый момент и оставить в памяти, как какое-то клеймо, которое ты ни за что никогда не уберешь. Сон выглядел слишком очаровательным, закрытые глаза с подрагивающими ресницами, мягкие и пухлые губы, которые то и дело, что размыкались каждый раз, стоило Юнхо прикоснуться к чувствительным и эрогенным зонам.       Сейчас он смотрел на него совершенного с другого ракурса. Чон не может сказать точно, чем это всё является. Влюбленностью или все-таки обычным желанием? Может, сильная симпатия с желанием? Это было бы больше похоже на правду. Он не хотел об этом задумываться, пусть всё протекает своим чередом. — Юнхо, если это наказание за то, что я хотел вырвать провода, то я не раз таким методом буду пользоваться, — хрипло шепчет Минги, приоткрывая глаза, расплываясь в улыбке. — В тихом омуте черти водятся, да? — Это совпадение. Если бы ты и правда вырвал их, я бы вышвырнул тебя отсюда. — Юнхо хмурится, не сильно ударяя парня по бедру. К работе он относился серьезно, поэтому ни за что бы не допустил такого. Сколько бы его трудов пропало. — Мы можем продолжить или лучше остановиться? — Ты имеешь в виду то, о чем я думаю? — Да, поэтому и прекратил, чтобы не сделать чего лишнего. Мы такое не обговаривали. — Сон кивает и тянется ладонью к щеке мужчины, мягко ее касаясь. — Я уже один раз напортачил, повторять ошибок не хочу. — Минги, я пока не готов. — Юнхо еще больше нахмурился, опуская голову вниз, тяжело выдыхая. — Я не настаиваю же, ты чего? Мы только до поцелуя добрались, надеюсь, что на нем одном мы не закончим. Верно? — Всё, прекращай, звучит всё это чересчур странно и слащаво. — А то, что я сижу у тебя на коленях и ты буквально минуту назад вылизывал мне гланды — совсем не странно и не слащаво? — Минги выгибает бровь, цепляя пальцами чужой подбородок, поднимая его выше. — Нет, конечно, это было очень даже страстно и вообще мне очень понравилось. А как ты… — Всё, замолчи, прошу. — Юнхо накрывает рукой рот парня, улыбаясь уголками губ. — Мне всё это в новинку и такие открытые обсуждения тоже. Всё постепенно, помнишь?       Минги на это лишь кивает и льнет обратно к теплому телу напротив, укладывая голову на плече мужчины. Сколько было бессонных ночей, в которые он мечтал о взаимных чувствах, о первом поцелуе. Размышления о том, каким бы был Юнхо в этот момент? Как бы он себя повел? Реальность совершенно не совпала с ожиданием, чем очень сильно его удивила.       Сон ставил ставки на неловкость и нежность, а попал на страсть и резкость, с воспоминаниями от которых табун мурашек пробегал по спине. И правда, запретный плод настолько сладок, что Минги его даже мало. Хочется ощущать вновь и вновь приятные и теплые прикосновения губ мужчины на своей коже, а целовать эти самые манящие губы — предел мечтаний.       Он не знает, сколько времени понадобится Юнхо сделать выводы для себя по поводу чувств, но Минги готов продолжать ждать, если его всегда будут встречать такие желанные сюрпризы. Сон понимает, что они уже на правильном пути. Может, их чувства и не равны, но взаимны. Мужчина сам делает шаги навстречу к нему, значит, он того хочет. Все ожидания были не зря, как и попытки предоставить Чону максимальный комфорт в своей компании. Вечная и сильная любовь зарождается с крепкой дружбы, конкретно для них, это складывалось таким образом.       Они не сожалеют о содеянном и никогда не допустят мысли об этом. Самое страшное и тяжелое время — они пережили. И еще переживут, но только уже вдвоем, с поддержкой и крепким плечом друг для друга, которое они готовы подставить в нужный момент. Они теперь умеют разговаривать и слышать друг друга, стараются понять и принять всё, что сказано. Не оставляют проблему нависать над ними в воздухе, чтобы та давила с каждым днем все больше и больше, а решают её вместе. Залог здоровых отношений для них кроется именно в этом, с отсутствием понимания и совместных усилий всё давно бы рухнуло. — Но я когда-нибудь тебе всё равно все провода пообрываю и увезу в тайгу. — хитрый шепот Минги раздался в тишине, опаляя горячим дыханием шею Юнхо. — И тебе придется смириться. — Ты неугомонный.