На грани смерти и любви

Сон... тревожный, неприятный. Нике снится, как она оказалась за пределами лагеря Иакова. Деревянный зубчатый забор позади, впереди только темный лес. Небо было красным, цвета свежей крови. Острые верхушки елей утыкались в него. Она шла вперед. Справа стояла большая черная клетка. Дверца была открыта, внутри было пусто. Рядом от Ники пробежала стая белых волков с горящими глазами. «Я же говорил, что страх помогает нам выжить», – раздался чей-то голос, от которого отзывалось эхо. Один волк побежал к Нике. Девушка убегала от него через поле, зверь был уже близко. «Ты слаба», – голос оглушал ее. Наконец, Ника остановилась. Волк давно уже исчез, а она о нем забыла и шла куда-то вперед. «Другие боятся за свою жизнь». В этом голосе девушка узнала Иакова. Впереди показался силуэт. Это был Уоррен. Лицо его было печально, но тут же оно стало равнодушным. Ника подошла ближе и тут же остановилась, а парень повернулся к ней спиной и стал уходить, не оборачиваясь. Она не пыталась остановить его или побежать к нему, она просто смотрела ему вслед. Уоррена не было в комнате. Ника обнаружила это спустя несколько минут после пробуждения. А затем раздался вой. Должно быть, Кагер. Девушка неохотно встала, натягивая на ноги ботинки. Но она не торопилась вставать с кровати. Глаза были устремлены в пол. В голове уже метались переживания насчет Уоррена. Парень в принципе был силен. Но кто знает Иакова и на что он способен? А способен он на многое, если сумел многих загипнотизировать и свести их с ума. Дверь открылась, заглянул сектант, который ее вчера отвязывал. – На выход, – спокойно сказал он. Ника послушалась. Они шли по направлению к тренировочной площадке. Девушка решила спросить. – Вы случайно не знаете, где Уоррен? – Твой друг? Да ведь он у Иакова обучается, – ответил тот. – А он скоро вернется? – Этого никто не знает. Оставшуюся дорогу они шли молча. Впереди показался тир. Одна из клеток с волками была открыта, у нее кто-то сидел. Неподалеку бегал волк, и вдруг, заметив приближающихся людей, побежал к ним. Ника побледнела от страха и спряталась за спиной мужчины. Но волк и не думал нападать на нее. Он подбежал к сектанту, протягивавшему ему руку. – Кагер, умница, хороший, – приговаривал он, гладя зверя по голове. Волк низко махал хвостом, но по нему явно было видно, что он был рад мужчине. Девушка смотрела на эту сцену круглыми глазами. Сектант пошел дальше, а «пес» шел рядом с ним. Она слегка отстала. – Вот, Рик, принимай, – сказал мужчина, подойдя к парню, ищущему что-то в клетке Кагера. – Ага, спасибо, Салли, – ответил тот, не отрываясь от дела. – Ты обыскал ее дом? Вдруг еще что-то прячет. – Сейчас этим займусь, – ответил сектант. –Хорошо... – сказал Рик. Он вытащил что-то белое с красными пятнами. – Ты смотри, что взял, а? Ника присмотрелась и поняла, что это человеческий палец. Ноги ее подкосились. Парень встал. – Можешь идти. А ты, – сказал он строго девушке, когда сектант ушел. – теперь под строгим надзором. Еще одна глупая выходка, и тебя постигнет та же участь. Он указал взглядом на оторванный палец, держащий в руках. Ника проглотила слюну. Когда Рик выбросил его в траву, он повел ее в тир. Девушка с опаской посмотрела на волка, подбегающему к месту, куда упала оторванная часть руки. – Кагер, фу! – грозно сказал Рик, и зверь тут же побежал обратно. Тренировка значительно изменилась. Во время стрельбы Рик очень внимательно следил за Никой, держа ее под прицелом своего пистолета. Ей нельзя было делать ни одного лишнего движения без его позволения. Повернет она голову в сторону или опустит оружие, парень начинал ей угрожать. На тренировочной площадке было еще хуже. Нике приходилось делать все в два раза быстрее, чтобы не разозлить «тренера» и не вынудить его выпустить волка. С одной стороны, это пошло ей на пользу. Она перестала быть неудачницей и была уже в хорошей форме. Такими темпами она скоро станет отличным солдатом. Но с другой стороны ее это очень сильно утомляло. Стресс, нагоняемый Риком, чуть ли не сводил ее с ума. Помогал ей и страх за свою жизнь и мысли о гонящимся за ней Кагере. В таком состоянии она провела десять дней. Казалось бы, не так много дней, но десять дней в страхе и волнении длились очень долго. Завершив последнее препятствие, Ника совсем выдохлась и повалилась на землю. Ей казалось, что силы покинули ее. – Чего ты там разлеглась? Кагера позвать? – крикнул Рик. Услышав слово «Кагер», девушка тут же вскочила на ноги и побежала к отряду. Когда они шли к лагерю, она плелась позади всех. Тело болело не так сильно, как в предыдущие дни, но в голове до сих пор стучала кровь. Около входа на площадку показался Чарльз. Увидев Рика, он подошел к нему. Бойцы остановились в сторонке. Ника смотрела на говорящих. Разговор был слышен для всех. – Опять люди Илая? – недовольно спросил Рик. – Да, – ответил Чарльз. – Иаков сказал выдвинуться тебе с твоим отрядом за ними. А девчонку... Мужчина заговорил тише. Рик повернул голову в сторону девушки и с каким-то недовольно-тревожным взглядом смотрел на нее, о чем-то раздумывая. – Я ее не отдам, – сказал он, развернувшись к Чарльзу. – Она совсем неподготовленная, я ее даже с собой пока не возьму. – Но Иаков... – Я сам с ним поговорю, – отрезал Рик. – Ему пока Уоррена хватит, он достаточно силен. – В том то и дело что парня больше нет... Он опять заговорил тише. Ника замерла. Она старалась услышать каждое слово, но болтающие рядом ребята мешали ей. Рик понимающе кивнул. – Я поговорю с ним, Чарльз, – сказал он и вернулся к своему отряду. Помощник Сида ушел. – Значит так, – обратился Рик к солдатом, и те тут же притихли и выровнялись. – Солдаты Илая снова угнали наш транспорт с боеприпасами. Наша задача – найти их, забрать у них все, что принадлежит нам и забрать людей в плен. Все ясно? – А если будут сопротивляться? – спросил низкий парень, который явно знал ответ, но ему хотелось услышать его еще раз. – Ты и сам прекрасно знаешь, – ответил Рик. – Берите оружие. Он кинул Расселу ключи от тира, и ребята побежали к дому. Рик подошел к Нике. – Знаешь, кто такой Илай? Девушка почти ни о ком не знала в этом округе. Ее маленький лагерь был отрезан от внешнего мира сектантами. Да и неоткуда им было узнавать что-нибудь. Раций было всего лишь две – у Лайлы и Барри. – Нет, – честно сказала Ника. Парень промолчал и, похоже, не собирался рассказывать. Вскоре солдаты вышли с винтовками, гранатами и взрывчатками на поясе. У кого-то даже бронежилет был. – Успел взять броню? – с доброй усмешкой спросил Рик Дейла, подходя к ребятам. – Да ему и броня не нужна, его жир спасет, – грубо пошутил рыжий, и другие ребята вместе с ним засмеялись. – Заткнись, Рассел, – нисколько не обидевшись сказал пухлый Дейл. – Молчать, – сказал Рик, и все замолкли. Он обратился к Расселу. – Научишься нормально стрелять, тогда и будешь ржать. – Есть, – потупив взгляд, сказал рыжий. – Давайте, бегите к тачке, – сказал он всем, и ребята побежали к домам. Парень вновь обратился к Нике – Так, что с тобой-то делать?.. Точно. Пойдем. Рик направился к домам, девушка пошла за ним. – Я решил пожалеть тебя и позволить переехать в другой дом, – сказал он. – Все-таки старый полуразваленный дом тоже может плохо на тебя влиять. – «Да я привыкла уже»,– съязвила про себя Ника и решила спросить. – Уоррен, он… Но слова не шли дальше. Рик молчал. И Ника молчала. Глаза потускнели, она все поняла. – Мне жаль, – сказал парень. Они шли пару минут, не проронив ни слова. Странно, но ни печали, ни грусти она не испытывала. Ника просто приняла все как есть. Конечно, ей было очень жалко своего друга, но пока она не чувствовала сильного горя. И от этого ей было очень стыдно. Подходя к небольшому деревянному дому, Рик сказал: – Поживешь с Кейт. В доме две свободные кровати, поэтому можешь занять любую. Одежду можешь потом получить, она тебе поможет если что. Они зашли в дом по ступенькам. У двери был небольшой широкий коридорчик. Впереди, у окна стояла железная кровать с чистым матрасом. Ребята прошли в светлую комнату. Здесь стояли еще две кровати на небольшом расстоянии друг от друга. На самой дальней сидела девушка с длинными каштановыми волосами. Она читала книгу. Услышав шаги, она обернулась к пришедшим. — Вот, Кейт, привел,– сказал Рик, указывая на Нику. Кейт встала и подошла к ним. – Привет! – с улыбкой сказала она. Ника только кивнула. – Будь добра, помоги ей тут, – сказал ей Рик. – Мне нужно срочно идти. – Конечно, Рик, – мягко сказала девушка, и парень, кивнув, ушел. – Это ведь ты прошла испытание Иакова? – спросила Кейт у Ники. – Да, – ответила она, слегка смутившись. – Если ты прошла, то ты действительно сильная, – с уважением сказала длинноволосая. – Немногие выжили. Жаль других... Ах да, тебе нужно подготовить постель. Пойдем. Она повела Нику из дома. В другом здании, комната которого была длиннее, находилось очень много женщин. Многие из них были в свитерах со знаком «Проекта Эдема». Кейт дала часть постельного белья Нике – это одеяло с пододеяльником и наволочки для подушек, сама взяла подушку и длинную простынь, и они вдвоем пошли обратно. Девушка помогла Нике с наволочкой для одеяла. – В принципе, все готово, – сказала она, когда они закончили. – Мне нужно кое–куда сходить, ты пока можешь осмотреться. Кейт ушла, оставив Нику одну. Настроения осматривать дом у той совсем не было. Она села на заправленную кровать. Ею овладели мысли о смерти Уоррена. А может его не убили? Рик ведь не сказал ничего в подробностях. Возможно, его просто перевели в другой лагерь или передали ложную информацию. А может он вообще сбежал? Он пропал без вести и его теперь считают мертвым. Но в голову лезли слова Чарльза: «парня больше нет». Нике стало плохо и больно. Неприятный ком подступил к горлу. Она закрыла лицо руками и заплакала. День близился к вечеру. Отряд Рика вернулся уже не в полном составе. Их было четверо, а сейчас – трое. Ужин был еще не скоро. Рик сказал, что будет ждать Нику в шесть часов в тире. Перед этим она проводила время с Дейлом у крыльца его дома. Это был единственный человек, с кем она могла нормально поговорить. Теперь единственный. – Мне очень жаль Уоррена, – сочувственно сказал он. Девушка положила голову на колени. – Я все еще надеюсь, что ему удалось сбежать, – сказала она. – Хотелось бы верить. Если он действительно сбежал, то это просто чудо. Но мы не знаем, что именно там произошло. Так что... ты главное не переживай. Здесь нельзя падать духом. Ника кивнула. Потом она спросила. – Дейл, как ты попал в лагерь? Он не сразу ответил. – Ну, я уже точно не помню, но я здесь уже очень давно. Может быть два года. – Два года? – она удивленно посмотрела на него. – Ага, – с вялой улыбкой сказал он. – Причем, я остался здесь из-за своей трусости. Сектанты еще не были такими жестокими, они никого не убивали. Всех пленных они тренировали. Я и два моих друга тоже попали к ним. Иногда приезжал Иосиф и выступал со своей речью. Многие пленники верили ему во всем и стали искренне служить ему и Иакову. А кому-то это не нравилось. Они бунтовали, пытались сбежать, совсем не работали. И однажды Иакову это надоело. Во время сбора смирившиеся солдаты пытались успокоить взбунтовавшихся. Но тут Иаков вывел одного из сопротивляющихся и перед нашими глазами выстрелил в него. Дейл помолчал, видимо, вспоминая этот момент. – После этого он начал долго говорить о том, что мы должны служить «Проекту Эдема». Нежелающие в нем участвовать были расстреляны... Я с друзьями струсил, и мы присоединились к проекту. Малы были, боялись. Это он нас еще не испытывал на страх. Но даже после просева были те, кто хотел сбежать, и они сбегали. Мои друзья тоже решили сбежать. И сбежали. – А ты? – А я струсил, – сказал он просто. – Я думал, что меня убьют. Да и в принципе мне здесь нормально жилось. Парни не стали долго уговаривать меня и убежали. А через два дня их кто-то убил. Выследили, наверное. М-да... А потом появился Рик. Иаков лично обучал его особым приемам, я сам видел. В прошлом году он позволил ему собрать свой отряд. Я был в числе первых. Нас было где-то два-три – другие боялись Рика. Но он вполне добрый малый. Если его не бесить. Ника фыркнула и поправила свои спутавшиеся длинные волосы. Сколько уже дней она не мыла голову? Душем за все время она пользовалась один раз. Ну и как жить в таких условиях? – М-да, не позавидуешь твоим волосам, – заметил Дейл. – Хочешь кое-что попробуем? Если позволишь. Он встал на ноги и зашел в дом. Через некоторое время он вышел с деревянной расческой в руках. – Может, получится расчесать, – сказал он и сел сзади Ники. Она немного смутилась. – Слушай, Дейл, я благодарна тебе за поддержку и помощь, но... не стоит, правда. – Так тебе же неудобно ходить с всклокоченными волосами. Хотя бы косичку сделаю. – Косичку? Ты умеешь? —удивленно спросила Ника, улыбаясь. – Да, меня моя, кгхм, подруга научила... – покраснев сказал он, расчесывая волосы с кончиков. – Мы с ней случайно познакомились. Тоже здесь. Она попросила меня сделать ей прическу и говорила, что и как делать. Она в шутку сказала, что мне это может пригодиться в будущем. И пригодилось ведь, – он усмехнулся. – Да уж. А как ее зовут? – Марта, – мягким голосом сказал он. – И где она сейчас? Дейл перестал улыбаться. – Ее отвезли к Вере. Многих девушек к ней увезли. Я точно не помню зачем, может «Блажь» собирать... Так или иначе, ее увезли. От нее у меня осталось только письмо и расчёска. Эх, милая Марта. Через какое-то время он сумел расчесать запутанные волосы и завязал их в косичку. Завязывая на конце резинкой, он сказал: – Вот и все, готово. Ника взяла косу в руку – волосы были гладкими, ровными. Хоть это и стоило ей мучений и боли, но теперь стало гораздо удобнее. – Спасибо, Дейл, – сказала она, повернувшись к нему. – Да не за что, – улыбнулся он. Они еще поболтали до того момента, как дверь из противоположного дома открылась и из нее вышли Рик и девушка с короткими волосами. Мерзко хихикая, она достала сигарету. «Что за страшила», – подумала Ника. Девушка была на полголовы ниже парня, с белой повязкой на голове. Челка была длинной, почти до бровей, сострижена очень неровно. Она развязано вела себя рядом с Риком, упершись о забор крыльца, «дымила» своей сигаретой. Лямки черной обтянутой майки спадали с ее плеч. Это точно была не та девушка, с которой мило болтал Рик в прошлый раз. – Я смотрю, он здесь мачо, – сказала Ника, глядя в их сторону. – Еще какой,– тихо подтвердил Дейл, не глядя на «парочку». – У него их три. – Кого? – Девок, кого же еще. – М-да... – только и могла сказать Ника. – Значит, нормальных девушек он бьет, а этих страшил он... – Чш–ш,– зашипел Дейл. – Услышит еще. На самом деле, он их просто использует. Ну, типа для потребностей. Ника хмыкнула. Рик спустился с крыльца и увидел ребят. Он со слегка прищуренными глазами посмотрел на Дейла. Тот поморгал. – Ника, пошли. Девушка встала и, слабо помахав рукой Дейлу, пошла за светловолосым. – Вы стали лучшими подружками? – ехидно спросил Рик. – Типа того, – так же ответила Ника. Рик повернул к ней голову, чтобы наградить особым взглядом, но наклонился назад. – Милая косичка, – сказал он, взяв косу в ладонь. Ника отошла в сторону. – Бантика не хватает. – Идиот, – тихо пробурчала она. – Я все слышу. Они молча шли к тиру. – Почему вечером ты решил устроить тренировку? – спросила девушка. – Сегодня, так сказать, место в отряде освободилось, – ответил тот. – Ты будешь вместо Пита. Но для такой чести тебе нужно как можно лучше подготовиться. – Только не гони меня, как обычно, а то я тоже умру. Рик засмеялся. Причем засмеялся как-то искренно, дружелюбно. Ника никогда не слышала такой его смех. – Не волнуйся, до гроба еще далеко. «Дебильные шутки у тебя, Рик как там тебя», – подумала про себя Ника. Вскоре они дошли до тира. – Значит так, – сказал Рик, зайдя внутрь. – Ведешь себя адекватно, не бунтуешь, спокойно стреляешь в дальние мишени. Все понятно? – Понятно, – ответила она, беря лежащий на столе пистолет. Опять начиналось одно и то же: стрельба, стрельба, стрельба. Коса иногда мешала ей, перекатываясь от одного плеча к другому. Рика она стала доставать. – Слушай, почему именно коса?– наконец спросил он, не выдержав. Ника удивленно посмотрела на него. – А что такого? – Она делает тебя неженкой, – он скрестил руки. – А тебе-то какая разница? – Во-первых, это, как я сказал, вид. Во-вторых, она тебе мешает. – Ничего не мешает, – девушка не понимала, о чем он говорит. – Не мешает? А так? Вдруг он схватил ее за косу и сильно потянул ее назад так, что Ника, вскрикнув от боли, чуть не упала. – А в-третьих, – скрежета зубы, сказал он. – Тебя схватят за твою дурацкую косу и задержат, а то и вовсе убьют! – Да чего ты так взбесился? – испуганно спросила девушка. Он отпустил ее несчастную косу и взял за обе руки. – Да потому что я не хочу терять бойцов из-за глупых ошибок! – говорил он, глядя ей в глаза. – То, что делает тебя красивее, может тебя погубить! Украшения, прически ваши смазливые, элегантная одежда! Он наконец отпустил ее и закрыл лицо ладонью. – Я лишь просто пытаюсь сделать как лучше. Поверь мне, любая, даже незначительная вещь, может погубить тебя. Это то же самое, что бежать по каменному склону в туфлях на каблуках. А коса, она же у тебя длинная. Схватят за нее и перережут тебе горло. Понимаешь, о чем я? – он посмотрел на нее. Ника кротко кивнула. Он помолчал, затем выпрямился и посмотрел в сторону мишеней. – Продолжай стрелять. Ника, слегка сконфузившись, снова стала целиться в мишени. Парень стал ходить по комнате. Теперь коса мешала Нике. Все же с "гулькой" было лучше. Снова Ника поправила косу, зацепившуюся за плечо (каким образом так получается, она не видела) и в голове пронеслась мысль, что Рика это опять выведет из себя. И она была права. Но она не могла себе представить, какие будут последствия. – Все, достаточно, – прервал ее тренировку Рик. – Клади пистолет и пошли. Он взял со стола с оружием кинжал. Лезвие было достаточно длинным, а на вид был острым. Парень проследил, как Ника положила пистолет и вышла, и пошел за ней. Закрыв дверь на замок, он направился за дом. С другой стороны тира была мусорка со всяким хламом. – Стой смирно, – холодно сказал он и развернул Нику спиной. Она сначала испугалась. Но вдруг она почувствовала, как он стал резать ее косичку. Страх сменился нарастающим гневом. Но она молчала – это все же лучше, чем смерть. Но волос, конечно же, было очень жалко. Рик все резал и резал. Наконец коса свалилась на землю. Ника дотронулась пальцами до обрезанных кончиков волос. Затем она посмотрела на косичку, жалко лежащую на земле. – Ну вот, другое дело, – довольно сказал Рик, развернул девушку лицом к себе и повертел ее голову в разные стороны. – Теперь не выглядишь, как смазливая девчонка. Ника почувствовала его руки на своей шее, возникло странное чувство. Парень молча смотрел на кончики волос. – Криво немного, – досадно сказал он. – Ничего, в бою не увидят. Он убрал от нее руки, нагнулся, чтобы поднять косичку, и не раздумывая бросил ее в мусорку. – Меньше груза, так сказать, – сказал он и направился к домам. Ника с грустью посмотрела на мусорку и поплелась за парнем. – Дейл мне так старательно их расчесывал, – говорила она, надеясь пристыдить парня. – А ты взял и просто вырезал его труд. – Надо было сразу ко мне подойти, – равнодушно сказал Рик. – Я решаю проблемы легко и быстро. – Не хотела мешать тебе и твоей девице,– язвительно сказала она. – Ты бы не помешала нам. Через пару секунд он сказал с ехидной улыбкой: – Могла бы и присоединиться. – Идиот! – нахмурилась Ника и зашагала быстрее, удаляясь от ухмылявшегося парня. Она дошла до столовой, взяла еду и направилась к Дейлу, который сидел в одиночестве. Она хмуро присела к нему на скамейку. Парень обернулся и не сразу узнал ее. – Ты решила их постричь? – спросил он ее. – Я нет, это все придурок Рик, – буркнула она и стала есть мясо. – А, ну если он, то ладно, – спокойно сказал Дейл и продолжил ужинать. – Его поведение начинает меня бесить,– теребила она вилкой еду в миске. – Он всегда делает то, что он хочет, никого не спросив? – Он все делает для пользы. Все хочет сделать лучше. Конечно, со стороны это может показаться жестоко, но по сравнению с Иаковым он просто ангел. Вот тебе он волосы просто отрезал, а Иаков бы выбрил. – М-да уж, – ответила Ника. – Слушай, Дейл, а кто такой Илай? – спросила она у парня, когда они прогуливались по дорогам после ужина. Он сначала удивился тому, что она его не знала, но потом рассказал, что это лидер одной организации сопротивления. Он и его союзники прячутся где-то и часто срывают планы эдемщиков. – Я его ни разу не видел, если честно, но мне кажется, что он достойный соперник Иакову. Он и его люди никогда не сдавались. – А ты сам против него? – спросила вдруг Ника. Дейл замешкался. – Ну, мне приходится быть против него. Если я не буду воевать, то меня прикончат либо его солдаты, либо Рик. «Все ясно, трус»,– подумала Ника с отвращением, но не подала виду. – Я трус, – сказал в подтверждение ее мыслей Дейл. Девушке даже стало немного жаль его. Они много разговаривали обо всем. Ника рассказала ему о своих друзьях, но она не говорила о их местонахождении. Дейл и не допытывался. Он с удовольствием рассказывал ей о своем прошлом. Их дружба, если это можно было назвать между пленником и солдатом, крепчала. Но Ника чувствовала, что она фальшивая. Если она решит сбежать и расскажет о своем плане Дейлу, он тут же ее сдаст. Или выследит ее, и тогда найдут не только ее, но и ее друзей. Она не против была с ним общаться, но все должно быть в меру. Было уже поздно. Ника попрощалась с пареньком и зашла в ее новый дом. Кейт, одетая в пижаму, перебирала какие-то вещи в тумбочке. Она увидела вошедшую Нику и сказала: – Что-то ты поздно, даже Рик про тебя спрашивал. – А что ему опять от меня нужно?– спросила она ее, снимая обувь. – Не, ничего, просто хотел убедиться, что ты пришла. Кстати, тебе идет эта стрижка. Ника подошла к зеркалу и посмотрела на себя. Волосы доходили до плеч. Левая сторона была длиннее правой. – Спасибо, – вяло сказала девушка.– С парикмахером мне, конечно, «повезло». Кейт с удивлением посмотрела на нее, а Ника повернулась к ней лицом и показала неровные концы. – Я могу подправить, – сказала Кейт и взяла с тумбочки ножницы. Они вышли на улицу и под светом фонаря девушка стала аккуратно подравнивать кончики волос. После этого они вернулись в дом. – Спасибо, – сказала Ника, глядя на более менее ровные волосы.– Теперь выглядит адекватно. – Да не за что,– улыбнулась та, кладя ножницы на место.– А на Рика ты не сердись, он не со зла. – Конечно не со зла. Он сделал это разумно, для пользы,– Ника легла на кровать.– Он со всеми так или только с пленными? – Ну какая же ты пленная, – возразила Кейт, выключив свет и ложась в постель.– Ты теперь одна из нас. Тем более ты боец. – Если честно, мне от этого не легче. – Ну смотри, – сказала девушка, упёршись локтем об подушку. – Ты могла бы сейчас не лежать на мягкой кровати, не обучаться у Рика и не ходить свободно по территории. Будь ты пленником, ты сидела бы в грязной вонючей клетке, в которой кругом лежит падаль. Рядом были бы волки, жаждущие растерзать тебя. Ты бы не могла спокойно спать, потому что боялась бы, что они могут прорвать прутья. Тебя бы кормили сырым мясом, или вообще бы не кормили. А по утрам, как и все пленники, ты бы выполняла самые ужасные работы: перетаскивание трупов, посев блажи, кормежка голодных кровожадных волков. Тебе крупно повезло, Ника. Очень даже повезло. Она легла на подушку и замолчала. Ника задумалась. Действительно, суровая судьба увернулась от нее. – Здесь много пленников? – спросила она у Кейт. – Ну, человек десять–пятнадцать, не знаю точно. Девушки замолчали, за окном послышался вой волка. – Кагер бегает,– почему-то с улыбкой сказала Кейт. – Он на свободе? – тревожно спросила Ника. – Не-е, с ним Рик. Они на прогулке. – А-а,– сказала Ника и стала со страхом прислушиваться к вою Кагера. Страшное животное, этот отравленный зверь. Намного сильнее и опаснее обычных хищников. Отравленные «Блажью» животные очень непредсказуемые. Взять обычного скунса, и тот с яростью нападет. Сектанты не уважают ни людей, ни животных. Всех хотят подмять под себя. Но когда-нибудь им вернется все бумерангом. Звери не послушают каких-то людей и убьют их за всю причинённую боль. Тогда волки и станут истинными «Судьями».