Орган чувств

•       Сержант Чертыхин: достаточно высокий, буква «р» раскатистая, в принципе, говорит достаточно резко, наверняка произносит все очень четко. Но он выглядит всегда слишком весёлым.

• • • • •

«Ведьма, ты хоть спала сегодня?

      Она снова что-то чертила, сидя на полу ближе к углу импровизированной мастерской. Подложив под лист ненужную деревяшку, девушка конструировала какую-то маленькую безделушку, чтобы разгрузить мозг от вечного напряга гораздо более серьёзных вещей.       Когда лист с запиской упал ей прямо на колени, Арабелла чуть дёрнулась, явно не ожидав такого «подарка». Прежде чем пробежаться по словам, она быстро подняла голову наверх, чтобы взглянуть на появившегося перед ней принца, косо посмотрев на него, как бы говоря своим взглядом, чтобы он не подходил так неожиданно, ведь ее нога уже была наготове для того, чтобы пнуть кого-то.       Девушка быстро прочитала последнюю запись, чуть хмуря свой милый курносый нос, прищуриваясь. Морозова закатила глаза и шумно выдохнула воздух, понимая, что ее явно поймали - парень точно видел ее ночью на этом же месте, сидящую с едва горящей свечой желтого цвета. Интересно, он знал о том, что она исписала добрую половину нового блокнота своими мыслями, начиная от молекулярной формы одного элемента, заканчивая рассуждением о структуре волос этого несносного, одновременно и чересчур умного, и чересчур красивого принца, что сейчас тихо посмеивался над растерянным состоянием гриши и ее абсолютно очаровательным румянцем на потихоньку округляющихся щечках. — Нет. Не спала. — чуть недовольно бурчит она, явно неохотно признаваясь в своей некоторой безрассудности.       Арабелла поджала свои ноги чуть поближе к себе, а сама немного надулась - и, ох, святые знают, как она одновременно ненавидела, когда принц гнал ее спать, и обожала это, чуть ли не визжа от такой заботы. — Чертовы фабрикаторы… — пробубнил себе под нос Николай, зная, что его точно не услышат. Сам закатав глаза назад, он для себя отметил то, что этот орден, наверное, один из самых упрямых и гордых, но, при этом, самый замечательный.

«Дуй спать. И так дурью маешься. А так хоть нужным делом займёшься. Тебе и о себе подумать надо»

      Даже сквозь текст девушка чувствовала лёгкую строгость в этих строчках, будто бы принц сам ей говорил эти слова, чуть ли не выставив указательный вперёд, и грозил им как перед ребёнком. Представив это в голове, она невольно хихикнула и покачала на это головой, чуть наклонившись вперёд, из-за чего заслонила свой взгляд упавшей на глаза челкой, которую ей вернули уже как пару дней назад.       Не поняв, почему же красноволосая рассмеялась, Николай наклонился к ней, оперевшись руками на свои ладони. Он сам чуть прищурился, но лукаво ухмыльнулся, но не так игриво, как перед другими людьми, скорее, более любопытно. Из его нагрудного кармана неожиданно вылетело что-то маленькое и блестящее, упав прямо в женскую руку. — И это ты мне говоришь, что я дурью маюсь? — хихикая, спросила Морозова, рассматривая в своей руке один из николаевых маленьких, самодельных корабликов из проволоки, которыми промышлял принц в силу нервов и скуки.       Все ещё тихо смеясь, Арабелла решила встать. Продолжая рассматривать искусно выполненную безделушку, она приняла руку Николай, с его помощью встав с места. А в голове лишь мысль о том, чтобы забыть о теплоте этой широкой, чуть мазолистой, сильной ладони, которая задержалась в ее собственной на секунду дольше положенного.       Отряхнувшись, девушка подняла свой взгляд обратно на принца, который сам посмеивался, чуть ли не неловко отведя в сторону глаза. Он вернул одну из своих рук в карман пока думал над тем, что же ещё можно было написать ей. Взглянув на лист, который зеленоглазая положила на край стола, принц наконец почувствовал что-то внутри.

«То есть, по-твоему, кораблике хуже плывущей на плоте обезьяны?»

      И впрямь: на чертеже можно было заметить очертания обезьяны, которая могла плыть по воде. Милая игрушка, видимо, для кого-то из детей, что находились здесь, в Прялке. Парень смеялся все то время, пока писал об этом и наблюдал за реакцией фабрикатора на его слова. Она и сама на это рассмеялась громче, прижав ладонь к своей щеке, к которой прилила кровь и резко стало жарко. — Расслабься, мне нравятся твои кораблики. — чуть тише сказала Арабелла, посмотрев ему прямо в глаза. Девушка ещё немного повертела в руке кораблик и кинула его обратно в карман принца, задержав свои пальцы на его груди на долю секунду дольше положенного. И, черт, ощутить его твёрдый мышцы, хоть и под тканью рабочей рубахи, было в край приятно. Хоть под тканью. Хоть на миллисекунды. Неважно как.       Показалось, что и сам Николай в этот момент остановился, лишь следя за движениями ее руки, которая тут же стала нервно теребить край чуть надорванного кармана своих брюк. Арабелла могла поклясться, что заметила, как на секунду его уши приобрели более красный оттенок, чем привычная белизна его королевской кожи.       Они ещё где-то минуту просто стояли, со своими гордо выпрямленным спинами, и смотрели друг другу в глаза, прежде чем Ланцов очнулся первым - хотя оторваться от глубины ее, в данный момент, темно-серых, с некоторым зеленоватым отливом, глаз, совершенно не хотелось - и снова принялся писать в блокноте.

«Я провожу тебя. Тебе действительно стоит поспать»

• • • • •

— Есть два варианта хода событий: всё запускается и отлично работает, либо же к чертям взрывается. — достаточно оптимистичным голосом ответила Арабелла только что подошедшему принцу, который и не должен был присутствовать на тесте нового двигателя.

«Очень обнадеживающе. Какие шансы?»

      Он сходу спросил, встав рядом с ней и уперев руки в бока. Парень немного устало окинул взглядом ангар, который специально расчистили для первого запуска, пока ждал ответа на свою записку. — В зависимости от того, насколько был чистый свинец. Пятьдесят на пятьдесят. Но я, все же, склоняюсь к тому, что ближе к шестидесяти на сорок. — всё тем же спокойным и расслабленным голосом сказала девушка, наблюдая за тем, как несколько инженеров подготавливали прибор к запуску.       Николай тяжело выпустил из лёгких воздух и нервно затопал ногой, закатив глаза. Некоторый укол вины пронзил его, но тут же был отогнан прочь лёгким прикосновением женской руки к его чуть насупившимся плечам. Она как будто могла читать насквозь его настроение и мысли. Глухота так повлияла на ее восприятие других людей или она всегда была таким эмпатом? — Николай, ты не виноват. Ты предоставил нам все возможные ресурсы, что можно было сейчас получить. Даже если сейчас что-то пойдёт не так, мы знаем как это исправить даже с нынешними материалами. — уже чуть тише говорила девушка, чуть ли не шепотом, но ему было достаточно и этого.       И, черт, как же ему нравилось то, как она произносит его имя. Ведь каждый раз оно звучит немного неправильно - но эта мягкая «л» в его имени, особенно из ее уст, звучит просто превосходно. Ох, ну лучше этого есть только ее рука на его плече. Да, однозначно.       Парень было хотел положить свою ладонь поверх ее, мягко сжать и поласкать большим пальцем, но сразу попытался выбросить эту мысль из головы, явно сдерживая себя. Ещё раз глубоко вздохнув, он запрокинул свою голову назад, взглянув на высокий потолок, пытаясь отбросить своё недовольство на самого себя в сторону. И легкое полупоглаживание-полушлепок на его плече действительно ему помог.       Принц снова взглянул на двигатель и людей, продолжающих настройку. Ее рука уже исчезла с его тела и Николай чувствовал лишь фантомное ощущение этого подбадривающего дружеского касания. — Ну что, начинаем? — подбежал к ним один из младших инженеров, спросив это бодрым голосом. — Да. Дайте поток сразу на максимум. Раз рванет, значит все рванет. Делаем показания по нагрузке начиная от шестидесяти пяти процентов, до этого все точно должно быть в порядке. Если Морозова будет что-то говорить, игнорируйте. Это мой приказ. По сигналу. — четко ответил Николай пареньку, скрестив руки на груди.       Утвердительно кивнув, младший убежал обратно к другому инженеру, явно постарше его званием, сообщая тому о полученных поручениях. — Всем отойти на за линию ограничения! Начинаем через минуту! — крикнул старший и быстрым шагом куда-то двинулся.       После его слов большинство присутствующих уже оказались вне круга, которым был очерчен двигатель вокруг. Арабелла, заметив движение среди людей, поняла, что все начинается и тоже сдвинулась с места, не забыв чуть пихнуть принца в бок, чтобы тот тоже последовал за ней. Они оба прошли к небольшой панели управления, поставленную прямо на пол. — Начинаем отсчёт! Девять, восемь… — послышалось со стороны и все встали в ожидании.       Николай и Арабелла оставались за спинами инженеров, работающих за панелью, и следили за их действиями. Руки принца все также были сложены на груди и напряжены, девушка же стояла более расслабленно, уперевшись ладонью в один своих боков. Без особой причины между ними повисло какое-то напряжение, не смотря на то, что они действительно на прямую друг с другом никогда не общаются. А может, на них влияла общая, немного нагруженная обстановка, в связи с тестированием. — Три, два… запускаем!       Двигатель пришёл в работу. Громкий звук раздался на всё помещение, а вибрация пошла по полу. Потихоньку мощность стали повышать, на пять процентов каждые десять секунд. Все зависли, смотря на прибор, который продолжал стабильно работать. Морозова же всё следила за действиями молодого человека за панелью, проверяя, чтобы ничего не пошло не по плану. — Оставьте на минуту его на пятидесяти процентах. Я хочу посмотреть какую тягу он вытянет на этой мощности. — попросила фабрикатор инженера.       Тот быстро взглянул на неё через плечо и как бы по-извиняющемуся вскинул брови. Повернувшись обратно, парень не остановился на тех процентах, о которых попросила девушка, и продолжил повышать мощность работы. Тогда-то она и поняла, что произошло. – Николай! Мы же договаривались! — немного недовольно сказала Арабелла, сделав шаг вперёд, чтобы развернуться и посмотреть на лицо принца, который не отвлекался от наблюдения за прибором. Либо же он просто не хотел отвечать ей в данную секунду, явно убежденный тем, что его план действий лучше.       Она раздраженно зарычала, понимая, что ее явно никто сейчас не станет слушать. Оставалось лишь осуждающе смотреть на принца, надеясь, что в нем очнётся совесть.       Прошло ещё некоторое время и… Где-то на процентах восьмидесяти, девушка почувствовала, как внутри прибора потихоньку стали ускоряться молекулы, выше положенного нагрева. — Быстро все отойдите дальше! — крикнула Арабелла и в ту же секунду раздался громкий хлопок.       Она не ожидала, что взрыв окажется таким сильным. По ее расчетам, он должен был быть в полтора раза слабее. Металл мелкими осколками стал разлетаться в стороны, но Морозова и ещё два фабрикатора с помощью своей силы тут же подхватили разлетающиеся остатки от прибора, не позволяя им попасть в людей.       Сосредоточившись на осколках, Арабелла выставила руки вперёд и вернула металл в жидкое состояние прямо на лету. Сведя ладони вместе, она отправила капли вперёд, соединяя их вместе, чтобы ничего не разлетелось.       Им повезло, что присутствующие фабрикаторы смогли моментально среагировать и обладали достаточными способностями, чтобы отвести от других людей всё это невероятное количество осколков. Судя по звуку, было упущено всего-лишь несколько деталей, которые и ни в кого не попали.       Сердце в груди Морозовой резко застучало в диком темпе. Некоторое осознание произошедшего дошло до нее, как и до остальных. Все стояли будто бы в оцепенение - либо смотря на всех присутствующих, либо уставившись на фабрикаторов, оставшихся в тех же самых положениях, как во время использования своей силы.       Девушка, наконец, вышла из оцепления и осмотрела по кругу всех, проверяя, все ли остались не задетыми. Убедившись, что это так, она повернула голову к Николаю, чтобы посмотреть и не него - внимание тут же привлекло его недовольное выражение лица и поджатый уголок рта, будто бы он шипел.       Опустив взгляд чуть пониже, она заметила, что принц прижимал свою ладонь к плечу и белая ткань под рукой окрасилась в красный цвет, совсем немного. Осколок едва оцарапал его плечо, чему Арабелла была, безусловно, рада. Вернее, не рада, что он пострадал, а что ранение незначительное. — Зато будешь теперь всегда надевать защитный костюм. — с тяжелым вздохом проворчала девушка, скрывая своё истинное беспокойство за этого принца.       Она взяла его за другое, не повреждённое плечо и потянула к выходу. Он неохотно последовал за ней, но даже не стал ничего бубнить себе под нос, даже зная, что его все равно не услышат. — Приберитесь тут и сделайте письменный отчёт. Проверьте, в порядке ли главный генератор. Если он никак не поврежден, даже не ищите меня, — не смотря в сторону побежавших вслед за ними инженеров, слишком громко отдала приказ Морозова, — а о нем я сама позабочусь. — чуть тише сказала она, кивнув головой в сторону блондина, которого вели словно он был нашкодившим ребёнком.       Они шли по коридором в привычной тишине. Николай был то ли недоволен результатом тестирования, хотя его окончание было давно уже им известен, — хоть и в теории, — либо же дулся на то, что девушка чересчур заботливо его увела оттуда.       Пришли они не в лазарет, находившийся в главном зале, а в покои принца — как будто девушка прочитала, что ему не хотелось сейчас общаться с лишними и как-то объясняться в этой небольшой неудаче. И сам парень был действительно этому рад, что гриша привела его именно к себе.       Она уже знала, что у Николая всегда есть в ванной немного ваты и перекиси, помимо некоторых таблеток, которые были у него припрятаны на случай отсутствия лекарей. — Ну и зачем надо было его сразу доводить до полной мощности? — спокойным голосом поинтересовалась Арабелла, дожидаясь, пока принц снимет себя жилет и рубашку, чтобы она смогла обработать небольшой порез, хотя он вполне мог справиться и сам.       Без какого-либо стеснения или заминки парень скинул с себя верх и оперся на край раковины, взяв в руки карандаш и блокнот. Он даже не скрывал своего раздражения и недовольства от сложившейся ситуации — будь с ним сейчас кто-то другой, тот бы даже не заметил этого, потому Николай бы и не показал этого, оставшись тем же уверенным принцем что и всегда.       Он уже давно понял, что при ней ему не нужно играть тех ролей: уверенность, кокетливость и некоторая неугомонность. Он и так не мог ей показать всего того, ведь его главным оружием всегда было оно - слух. Он не мог завоевать ее таким образом, поэтому и не старался держать тех привычных масок.

«Я хотел увидеть, какую мощность он выдержит сразу. Не было смысла с этим тянуть. И те измерения бы особо ничего не дали бы. А так мы сразу получили его полные результаты»

      Даже сквозь слова на бумаге можно было почувствовать его некую досаду, хоть выполнено все было точно так, как Николай сам задумывал.       Он чуть-чуть зашипел от того, как стало щипать порез, когда девушка стала его промывать перекисью. Арабелла аккуратно подула на него, чтобы немного снять боль, хотя и знала, что это никак не поможет. Принц лишь довольно улыбнулся на это действие, явно умилившись этим. — Я почувствовала, что там был пластик. Сначала я подумала, что просто показалось, но раз взрыв был сильнее, чем по расчётам, следовательно, он был там. — тихо объяснила девушка, смывая смоченной ваткой струйку крови, скатившуюся вниз по плечу.       Ее выражение лица не отражало никаких эмоций. Она была абсолютно спокойна и просто сосредоточенно продолжала останавливать небольшое кровотечение. Прядка челки неудачно свалилась ей прямо на глаза, чуть мешая, но ей не хотелось отодвигать ее, чтобы не трогать волосы чистыми руками. И, ох, как же Николаю хотелось сделать это самому - заправить прядь ее волос ей за ухо, аккуратно провести подушечками пальцев по скуле… Но нет. Это было слишком.       Он просто продолжал следить за ее действиями, наклонив голову вниз, чтобы ещё и видеть своё плечо. Кровь Арабелла остановила и сейчас просто смывала оставшиеся разводы и ждала, пока кожа чуть-чуть подсохнет, чтобы перевязать бинтом, на всякий случай. — Ты мне нравишься. — тихим, усталым голосом пробубнил Николай, почти что шёпотом. Единственная проблема — она никогда не услышит это. Как и сейчас. Девушка заметила, как зашевелились       губы принца: она тогда уже закрепляла последний узелок, поэтому подняла голову, чтобы взглянуть на парня и проверить как он. — Не знаю, что именно ты там сказал, но подразумеваю, что я должна сказать «не за что». — негромко ответила Морозова, подумав, что принц просто поблагодарил ее.       Он горько усмехнулся и на секунду отвернулся в другую сторону, чтобы скрыть свой немного раздосадованный взгляд, но потом тут же вернул его прямо к ее глазам. Перевязка закончена, и Николай, наконец, взял в руки блокнот.

«Да. Большое спасибо»

— Не за что. — сказала она, мягко улыбнувшись.       Пока она разворачивалась, ее рука аккуратно потрепала его целое плечо в подбадривающем дружеском жесте. Ее пальцы шершавые, но все равно кажутся мягкими. Они приятно контрастировали с его мягкой, покрытой родинками кожей, заставляя по спине пробежать табун мурашек, о которых не узнает никто, кроме него самого. — Помнишь, у тебя в семь вылет. — с ухмылкой на лице напомнила Арабелла, заметив на часах в главной комнате, что время уже близилось к упомянутому часу. — Черт..! — недовольно прошипел Николай и тут же подбежал к своему шкафу, вытаскивая оттуда чистую рубашку и свою лётную куртку. Наблюдая за суматохой принца, девушка ждала его и тихо хихикала, оперевшись спиной на дверь, желая выйти уж вместе. На ее губах оставалась все та же мягкая и дружелюбная улыбка, а взгляд был чуть усталым. — Я смогу как-нибудь с вами полетать? — между делом спросила она.       Услышав ее вопрос, парень тихо прорычал. Ещё чуть-чуть и он явно опоздает. Но он уже полностью собрался и очень быстро стал писать на новой странице бумаги, чтобы не оставлять девушку проигнорированную, почти что неразборчивым почерком.

«Потом обсудим, дорогая»

      Николай просто кинул блокнот ей в руки и, пару раз хлопнув Арабеллу по плечу, — хотя гораздо предпочтительнее было бы драматично поцеловать ее, — выбежал из своих покоев, сразу устремившись к условной взлетной полосе. И она никогда того не услышит…. Или пока?

•