Exile

Резная, дубовая дверь в заброшенном крыле библиотеки протяжно заскрипела, и Седрик замер, стараясь скрыться под тенью пыльного шкафа. Кажется, он даже задержал дыхание, прислушиваясь. Шарканье сменилось легким шагом, и Седрик бесшумно выдохнул. Пыли в комнате было так много, что от любого движения в воздух взлетал рой пылинок, подсвеченных приглушённым светом крошечного окна под потолком. Если бы он был умнее, то позаботился об убежище получше, но и винить себя было глупо: еще несколько дней назад ничего не предвещало беды, а теперь он прячется по чердакам, опасаясь расплаты от рук какого-нибудь головореза. Сквозь полупустые книжные полки Седрик увидел, что в зал вошла сморщенная старуха, на ходу стаскивая с себя серый балахон. Седрик отложил случайную книгу, что держал в руках, и вышел к ней. Вместо приветствия она лишь показала ему зеленое яблоко с красным бочком. Он улыбнулся. — Это все, что успела найти, — пояснила она, падая на небольшое потертое кресло и стремительно возвращая себе привычный облик: яблоко кусала уже темноволосая угловатая девушка с пронзительными темными глазами. Она была бы почти красива, если бы не нахмуренные темные густые брови. — Какие новости? Нашли? — Седрик посмотрел на нее с надеждой, но Миранда лишь отрицательно промычала что-то невнятное. — Калеб по-прежнему делает вид, что все под контролем? — хмыкнул он, уже заранее зная ответ. Он осторожно облокотился на письменный стол, и тот опасно скрипнул. — А людей внутри и вокруг замка все больше и больше. — Наверное, дописывает политическую программу, — фыркнула Миранда, и они обменялись одинаково мрачными взглядами. Люди нескончаемым потоком хлынули в замок, чтобы попрощаться с королевой, что умерла в родах, но прощание откладывалось на неопределенный срок. — Кому вообще могло понадобиться ее тело? — с досадой нахмурился Седрик. Этот вопрос то и дело задала то Миранда, то он сам. Тело королевы пропало, когда ее готовили к похоронной процессии и уже два дня ее не могли найти. Люди волновались, множились слухи, о том что королева жива или стала жертвой заговора. Из-за давки пришлось открыть все ворота в замок, от столпотворения рухнул старый мост. Люди пытались выбраться, но канал за последние годы измельчал, а берега были слишком крутыми, чтобы по ним взобраться. Седрик был уверен, что очень скоро Калеб окончательно потеряет контроль, и мышеловка захлопнется. Здравый смысл подсказывал, что из замка лучше бежать, пока эта возможность еще есть, но неясная надежда еще мелькала на горизонте, и Седрик оставался. — Некромантам? — отозвалась Миранда без особой уверенности. Седрик вздохнул. Он тоже уже ни в чем не был уверен, и почти не удивился бы, если бы на самом деле оказалось, что некроманты основали партию и выставляют кандидатом — мертвую Элион. — Ведь даже у мёртвой Элион было бы больше шансов на выборах, чем у того недоразумения, которое собрал вокруг себя Калеб, — будто прочитав его мысли, заметила Миранда. — Или, может быть, — предположил Седрик, — она была ещё жива? — Встала и пошла? — фыркнула Миранда. — И куда? Не говори глупости! Я лично шнуровала ей корсет на платье, она не дышала! — Может, задышала? — меланхолично отозвался Седрик, хотя и сам в это не верил. Шум на внутреннем дворе привлёк их внимание. Миранда отложила яблоко и, пододвинув скрипящую табуретку к окну, встала на него и выглянула в крошечное окно под потолком. — Мерзкие животные, — прошипела она с ненавистью, а затем пояснила: — Там виги потрошат чью-то карету. Седрик неопределенно покачал головой: тот бедняга, что решил покинуть замок через главные ворота в карете, был либо поразительно смел, либо настолько же глуп. Седрик склонялся ко второму варианту. Вигов пригласили в замок в рамках великого посольства, как это называл Калеб. На деле же: толпы озлобленных, жадных до наживы оборванцев заполонили замок, а Калеб уже не мог их контролировать. — Кто-то должен сообщить Фобосу, — медленно произнёс Седрик. — Думаешь, он захочет поучаствовать в демократических выборах? — фыркнула Миранда, спрыгивая со своего наблюдательного пункта. — Брось, Калеб запретил даже имя его произносить, а ты хочешь устроить госпереворот? — Ты не видишь? — ухмыльнулся Седрик. — Скоро нечего будет переворачивать. Фобос должен остановить это. И он имеет право. Как бы Миранда не относилась к Фобосу, даже она понимала, что единственным, кто мог бы остановить надвигающуюся революцию, был Фобос. Единственный представитель династии, которая правила на Меридиане много веков, по какой-то нелепой случайности запертый в другом мире. Седрик был уверен, что останься Фобос на Меридиане, им не пришлось бы ютиться в каморке над библиотекой. Знала бы только Элион, — с досадой думал он. — И кто же ему сообщит такое радостное известие? — тем не менее заупрямилась Миранда, нервно взъерошивая короткие жёсткие волосы на затылке. — Может быть, ты? Скрип открывающейся двери заставил их обоих вздрогнуть и резко обернуться. За спиной Седрика Миранда шумно вдохнула. Пренебрежительно осматриваясь по сторонам, в их скромное убежище вошел принц Фобос. — Да, Седрик. Может, расскажешь мне, что здесь происходит?

****

Несмотря на то, что Седрик ему рассказал, реакция Фобоса была куда менее яркой, чем тот ожидал. Известие о смерти сестры принц встретил с непроницаемым лицом, поинтересовался лишь о том, кто решил, что выжить должна не Элион. Упоминать о пропаже тела королевы Седрик пока не рискнул. Миранда красноречиво повела бровями. — Городская стража? — как ни в чем не бывало, спросил он. — Ждут приказов в казармах? — пожала плечами Миранда. — Мы можем сообщить им о возвращении принца. — Отправляйся одна, Седрик еще понадобится мне, — отозвался Фобос, глядя в пустоту перед собой. — Пусть будут готовы вышвырнуть все отребье из замка. Миранда бросила на Седрика настороженный взгляд, но спорить не стала. Перевоплотившись на этот раз в белокурого курносого мальчишку, она прошмыгнула мимо них и исчезла за дверью. — Как ты смог вернуться? — спросил наконец Седрик, когда они остались вдвоем. Фобос все еще пребывал в задумчиво-меланхолическом настроении, и Седрик впервые обратил внимание на совсем не королевские одеяния принца. Как он жил эти полгода? Смог ли смириться со своей ссылкой? Ненавидел ли Элион настолько, чтобы сейчас радоваться ее кончине? Седрик не был уверен. — Стражницы Кондракара проделали дыру, — без особого интереса отозвался Фобос после недолгой паузы. — Они сейчас помогают людям на мосту, со мной в замок увязалась девчонка, что управляет огнем. — И где же она теперь? — Седрик погасил нервную улыбку. Наверняка, Фобосу ни к чему был хвост, но предположить худшее он не успел. — Заблудилась в Лабиринте Роз, — отозвался Фобос, ухмыляясь уголком рта. — Сообщи как-нибудь Миранде, чтобы она ее вывела. Где Калеб? Седрик прикусил язык, обдумывая ответ. — Что ты сделаешь с ним? — У тебя есть предложения? — Фобос посмотрел на него с интересом, и Седрик отвел глаза. Он слишком хорошо знал Фобоса, чтобы допустить мысль, что тот отправит Калеба в ссылку, и часть его души была этому рада. Но была и другая. — Предлагаю не торопиться, — поборов внутреннее сопротивление, произнес Седрик. На губах принца заиграла улыбка, но он ее быстро погасил. — Отведи меня, — сухо приказал он, и Седрику ничего не оставалось кроме как подчиниться, вооружившись острым клинком, с которым он предусмотрительно не расставался последние дни. Вдвоем они шли по узким лестницам и тесным коридорам замка, чтобы выйти наконец на открытую смотровую площадку. Много дней проведя в пыльной каморке библиотеки, Седрик не мог не поразиться масштабу разрушения. Вдалеке он видел еще один рухнувший мост через ров и расползающуюся массу людей по обе стороны от обрыва. — Ну, и как тебе Земля? — поинтересовался Седрик, но ответить Фобос не успел. Из темноты коридора на них вылетел кто-то, размахивая коротким мечом. Грязную работу Фобос всегда оставлял ему, но тем более странно, что, отразив очередную неловкую атаку, Седрик хотел продолжить путь, а Фобос жестом его остановил. — Его меч, — кивнул ему Фобос. — Подай мне его. Седрик наклонился, с брезгливостью вытащил клинок из рук поверженного соперника и впервые обратил внимание, что на воине были виговские доспехи. Седрик передал принцу не самый искусный клинок, и Фобос только лишь довольно улыбнулся. — Никогда не знаешь, что может пригодиться, — промурлыкал он себе под нос, и Седрик наконец понял, в чем заключается план принца. А если Фобос что-то решил, ни у кого не было даже шанса что-либо изменить. Когда Седрик увидел, что у королевских покоев не стоит охрана, он на секунду почувствовал облегчение. Массивная двойная дверь была заперта. Он демонстративно подергал ручку, но Фобос, закатив глаза, жестом приказал ему отойти. Стоило ему коснуться ручки, дверь с тихим скрипом поддалась. Калеб был прямо за ней. — Фобос, — удивленно выдохнул он. — Не хочешь мне ничего объяснить? — прошипел Фобос, толкая того в грудь. Скорее от неожиданности он отступил назад, и Фобос беспрепятственно вошел в комнату. Седрик, оглянулся по сторонам, и последовал за ними, осторожно прикрывая за собой дверь. На трогательное семейное воссоединение надеяться не приходилось. — Ты не посмеешь ничего сделать, — отчеканил Калеб, украдкой оглядываясь по сторонам. Оружия у него не было, и Фобос, будь у него хоть капля благородства, отдал бы ему второй меч. — Элион этого бы не хотела. Комнату заливал солнечный свет, и Седрик отстраненно заметил, как же сильно осунулось лицо Калеба всего за несколько дней. Фобос, как ни странно, выглядел не лучше. — И снова Элион, — тихо повторил Фобос. — Хотелось бы узнать… Как долго ты планируешь прятаться за спиной моей сестры? — Элион, — голос Калеба неожиданно сорвался. Казалось, он искренне переживал потерю королевы. — Это был ее выбор. — И вы ее послушали? — с ненавистью выплюнул Фобос. — В твоей никчемной жизни была единственная задача — защищать свою королеву, и ты с ней не справился. Глаза Калеба полыхнули яростью. — А ты хотел бы эту задачу себе? — неожиданно ядовито усмехнулся Калеб, и в голосе прорезались презрительные нотки. — Думаешь, я не знаю про… вас? — У меня нет идей, о чем ты говоришь, — прошипел Фобос. — Ты прав, это уже неважно, — отозвался Калеб. — Ведь она выбрала меня. Седрик, до этого старавшийся не вмешиваться, удивленно посмотрел на Фобоса. Причина ссылки Фобоса на Землю интересовала всех в замке, но подозревать своего принца в чем-то подобном никогда не приходило Седрику в голову. — И ты не справился, — жестко отозвался Фобос. Он был на полголовы выше Калеба, и тот даже не стал сопротивляться, когда тот одним движением вывернул его плечо, и тот опустился на колени. Это не был вопрос силы, Фобос мог свернуть ему шею одним магическим щелчком пальцев, если бы только захотел. — И все равно она выбрала меня, — безотчетно повторил Калеб, обнажая белые зубы. — Ты проиграл. Слова наконец-то пробили равнодушие Фобоса, он вернул ему улыбку, медленно вытаскивая меч и поигрывая солнечными зайчиками на его лезвии. Седрик почувствовал, что пора вмешаться. — Не надо, — отчетливо сказал он. Фобос замер и медленно оглянулся, не убирая меча. На тонких алых губах играла еле заметная веселая улыбка. — Назови хотя одну причину. Будет трудно не подозревать их, если в момент возвращения принца домой, исчезнет не только королева, но и ее избранник. Но была и еще одна причина, о которой не мог знать никто. — Он может пригодиться, — лицо Седрика оставалось непроницаемым, хотя блеск в глазах, наверняка, выдавал, что тот чувствовал себя паршиво. Фобос медленно наклонил голову Калеба к свету. Отросшие темные пряди упали ему на лицо, а глаза его сверкнули презрением. — Пожалуй, ты прав, — с обманчивой лёгкостью согласился Фобос, растягивая губы в широкой улыбке. Он мечтал об этом непростительно долго. — Но мне все равно. Тупой клинок медленно вошел в подбородок и с сопротивлением пронзил кости нёба. Глаза Калеба распахнулись в искреннем удивлении. Кровь водопадом заструилась по ручке. Фобос брезгливо отпустил голову Калеба, и безвольным телом тот опустился на пол. Седрик шумно выдохнул, его обычно спокойное сердце от неожиданности пропустило удар. Фобос не был дураком: магическое вмешательство, будь то заточение или превращение, можно было обратить вспять, но смерть от простого меча была необратима. — Король умер, да здравствует король? — криво улыбнулся Седрик. Противоестественно он чувствовал только горечь поражения, хотя и был на стороне победителя. — О, можешь не благодарить, — едко процедил Фобос как-то уж слишком понимающе. Он медленно вытирал руки платком, на самом деле продумывая дальнейший план. Седрик вопросительно смотрел на него, ожидая продолжения. — Я передам твоей подружке, как героически ты пытался спасти ему жизнь, когда нас окружили виги, — насмешливо отозвался Фобос из-за плеча. — Она оценит. А теперь идем. — Постой, — Седрик застыл, прислушиваясь. — Здесь есть кто-то еще. Фобос в явно приподнятом настроении толкнул внутреннюю дверь, ожидая увидеть что угодно. Седрик за его спиной побледнел, гораздо раньше змеиным чутьем распознав, что именно их там ждет.

****

Седрик первым вышел из сияющего портала, мгновенно узнавая место, куда их отправила рыжая стражница, слишком уж часто он здесь бывал в моменты своей ссылки на Земле. Через пару секунд за его спиной оказался и Фобос. За ним портал схлопнулся, оставляя в воздухе рой белых искорок и тонкий свежий запах, смешивающийся с запахом дома, который помнил Седрик. Свежесваренный кофе и булочки с корицей. В тишине было слышно, как в гостиной тихо отсчитывали секунды старинные напольные часы. И за мгновения все поразительные события такого длинного дня отступили, важным стало лишь одно. — Корнелия?.. — зачем-то уточнил Седрик, хотя уже знал, что она здесь. Фобос не ответил, ему явно было не до Седрика, напряженный взгляд его устремился наверх, где на лестнице в голубой пижаме с черными сердечками застыла очень бледная, но все же живая Элион. Седрик пораженно уставился на нее, медленно возвращая себе самообладание. Он так привык видеть королеву в дорогих платьях с кринолином, что и забыл, что когда-то она была лишь простой девчонкой из Хиттерфилда. Хрупкой и немного угловатой. А Элион смотрела на него с отчетливым ужасом. При более тривиальных обстоятельствах он должен был преклонить колено, но в руках у него был крошечный сверток из тонкого одеяльца, и Седрик сделал самое правильное по его мнению — шагнул к ней, намереваясь передать его королеве. На белом лице Элион проступили красные пятна, а глаза опасно заблестели. Она замотала головой. — Нет, — судорожно выдохнула Элион, пятясь назад. — Нет. Седрик замер на полпути, когда Фобос сорвался с места и подлетел к ней, хватая ее за запястья. Она попыталась вырваться, но тот лишь притянул ее ближе к себе, заставляя смотреть ему в глаза. — Элион, с ним все нормально, слышишь? — Ты врешь, — задыхаясь от слез, выкрикнула Элион. — Я тебе не верю! Зачем?.. Седрик почувствовал, как сверток в его руках зашевелился, а затем раздался громкий плач. Элион больше не пыталась сбежать. Ее все еще трясло мелкой дрожью, но панического ужаса на лице больше не читалось. Фобос кивнул ему, и Седрик осторожно подошел чуть ближе, будто опасаясь спугнуть Элион. Слезы катились по ее лицу, но, казалось, она этого уже не замечала. Фобос помог ей спуститься по лестнице, и Седрик наконец с облегчением передал ей сверток и отошел на безопасное расстояние. Ребенок, успокоившись, с интересом рассматривал новое лицо. Элион осторожно опустилась на ступеньки, завороженно глядя на младенца. Не заметить очевидное было сложно, но Седрик подозревал, что Элион знала обо всем с самого начала. У сына Элион не было привычных для Меридиана отметин-стигм. Фобос смотрел на Элион с непривычной для принца нежностью, а затем кивнул и двинулся в сторону Седрика. Меридиан их ждал. — Фобос, — тихо позвала его Элион. — Не уходи. — Кажется, ранее ты хотела противоположного, — не глядя в ее сторону, прохладно заметил Фобос, что особенно контрастировало с его теплым взглядом пару секунд назад. — Я люблю тебя, — просто ответила Элион и грустно улыбнулась. — Тогда зачем тебе вообще понадобился… — Фобос резко обернулся и слегка поморщился. — Ребенок? Ведь все было ради этого? — Все было ради тебя, — тихо отозвалась Элион. Оборона Фобоса на глазах разваливалась, и он, силясь что-нибудь ответить, лишь шевелил губами, не произнося ни звука. Седрик почувствовал легкое прикосновение к руке и быстро оглянулся. Обычно равнодушное сердце пропустило удар. — Пойдем, — понизив голос, сказала Корнелия, осторожно потянув его за рукав. Седрик бросил на лестницу еще один взгляд и с плохо объяснимым удовлетворением увидел, что Фобос осторожно присел на ступеньки рядом с Элион. — Элион и Фобос? — осторожно уточнил Седрик, когда она бесшумно прикрыла за ними дверь кухни. Сильный аромат выпечки с корицей ударил ему в нос, он рассеянно скользил глазами, чтобы найти источник, но на деле — чтобы лишь только не смотреть на Корнелию. — Наверное, — неопределенно пошевелила плечами Корнелия. Ее обычно распущенные золотистые волосы были затянуты в неаккуратный пучок, но даже это ей шло. Он отошел к окну, чтобы не стоять истуканом. — Не знаю. Возможно, мне и не стоит это знать. — Не слишком-то нормально для твоей нормальной жизни, — усмехнулся Седрик, он смотрел в окно на тихую улочку. По другой стороне улицы какая-то старушка тянула за собой тележку с продуктами. Проезжали редкие машины. Он решил, что будет лучше, если она узнает об этом сейчас. — Я должен тебе кое-что сказать. Калеб, он… — Это уже неважно, — перебила Корнелия, и в голосе послышались раздраженные нотки. — Я не вспомнила бы о нем, если бы все вечно о нем не старались мне напомнить. — Вот как, — озадаченно отозвался Седрик. Что ж, для него это была действительно новая информация. А затем, чуть подумав, спросил: — Как книжный? — Закрылся, — ответила Корнелия. — Почти три месяца назад. — О, — снова понимающе кивнул Седрик. Могло показаться, что ему было все равно, но Седрика новость задела. Он любил книжный, который почти год заменял ему дом. Осторожно он спросил, что интересовало его больше всего: — Как ты? — Тебе вообще какое дело до моей жизни? — неожиданно ощетинилась Корнелия. — Ты же получил, что хотел: вернулся на Меридиан. А теперь спрашиваешь, как я, как книжный? Ты же бросил нас, ничего не объяснив. Он удивленно обернулся и увидел, что Корнелия смотрит на него с нескрываемой обидой. — Фобос… — осторожно начал Седрик, но Корнелия его грубо перебила: Это не оправдание! Он же не связал тебя и насильно не забросил в портал, правда? — Ты же сказала, что хочешь нормальной жизни, — в тон ей прошипел Седрик. — Очевидно, я не подхожу под эту категорию. — О, я сказала глупость, а ты обиделся, — наигранно рассмеялась Корнелия. — И что дальше? Решил так меня наказать? — Но ты не слишком и скучала, правда? — в тон ей прошипел Седрик. — Чего? — растерянно улыбнулась Корнелия. — Ничего, — угрюмо отозвался Седрик. Корнелия нервно рассмеялась, устало потирая переносицу. — Седрик… Ты же знаешь, что последние пару лет всё, о чем я мечтала — это нормальная жизнь, — тихо сказала она наконец. Седрик быстро кивнул. Он прекрасно помнил все, от чего бежала Корнелия. Никакой магии, параллельных миров, порталов и змей-оборотней. — Но вот о чем я не знала: кажется, самая нормальная жизнь была у меня, когда я отрабатывала в книжном магазине срок за хулиганство, моим напарником был главный панк моей школы… И рядом был ты. — Вот как, — пораженно выдохнул Седрик. — Я ужасно скучала по тебе, — призналась Корнелия со всей искренностью, на которую была способна. — Ты даже представить себе не можешь, как сильно. — Боюсь, что могу, — криво улыбнулся Седрик. После паузы он добавил: — Но возможно, тебе стоило сообщить мне о своих чувствах чуть раньше. — Я же не думала, что ты исчезнешь, как Золушка с бала, — с лукавой улыбкой ответила Корнелия. — Кто? — переспросил Седрик, слегка нахмурившись. Корнелия подавила улыбку и подошла к нему чуть ближе. Что-то дрогнуло у него внутри, напоминая о почти забытом чувстве нежности. Их разделяли теперь всего несколько шагов, но ему было хорошо и так. Он чувствовал, что не имеет права врываться в ее жизнь, будто они расстались вчера. Стоило начать все с самого начала. Может быть, принести ей в следующий раз ворох белых роз и пригласить ее на настоящее свидание? — И что теперь? — спросила Корнелия, обнимая себя за плечи, будто ей резко стало холодно. — Заберете Элион и снова вернетесь на Меридиан? Седрик медленно покачал головой и улыбнулся. Он чувствовал, что еще нужен Фобосу, но когда все наладится, он мог бы задержаться на Земле. Он очень этого хотел бы.