Не ищи меня в офлайне

Pov. Валтор  Будучи погруженным в неясную череду мыслей, я прошел несколько улиц. Ноги будто пытались увести меня дальше от городского шума, разобрать в котором что-либо становилось затруднительным.  Определенной цели у моего пути не было. Тем более, что я совершенно не ориентировался в местной планировке городского пространства. Просто шел по наитию, в то же время интуитивно понимая, где именно лучше сворачивать, чтобы оказаться в более тихом месте.  Я мысленно усмехнулся, остановившись перед очередным светофором рядом с группой подростков. Я рассуждаю о смысле своей, если так можно выразиться, прогулки, но при этом не найду в себе ответа, зачем я вообще решился посетить Землю.  Чтобы еще лучше почувствовать разницу между мной и людьми? Я покосился на громко обсуждавших что-то подростков, попутно с этим отмечая про себя аутентичность выбранных ими нарядов, а затем перевел взгляд на полы своего бордового плаща. Что ж, контраст был очевиден: одежда, манера говорить, взгляды на жизнь. Для того, чтобы ответить на вопрос, отличаются ли демоны от людей без магии, вовсе не обязательно посещать Землю. Это становится понятным уже в самой формулировке вопроса.  Я чуть слышно выдохнул, на время оставив попытки понять мотивы собственных действий и посмотрел через дорогу. Впереди была зеленая зона с уходящими вдаль аккуратными тропинками. Вероятно, парк. Где-то за листвой деревьев до меня донеслись обрывки разговоров.  Я посмотрел на стоявших рядом подростков. Их увлеченная беседа казалась бесконечной. Интересно, слышат ли они разговоры гуляющих в парке людей? Скорее всего, нет. Слух человека сильно ограничен по сравнению с демоническим. Но насколько именно?.. И каково это жить с таким восприятием? Должны быть, это ощущается как нахождение в вакууме, который поглощает почти все звуки извне, не позволяя им добраться до тебя.  Задумавшись, я не сразу заметил на себе непонимающие и даже насмешливые взгляды, и лишь тогда осознал, что в открытую пялился на подростков, пока рассуждал на тему человеческого слуха.  Я поспешил отвернуться, сам не зная, отчего подобные взгляды заставили меня ощутить неловкость.  Мне даже показалось, что у этих подростков запросто хватит смелости сказать мне что-то в ответ, однако узнать это наверняка не пришлось, поскольку мое положение спас загоревшийся на противоположной стороне дороги зеленый свет, и группа подростков пспешила перейти дорогу, одновременно с этим начав обсуждать что-то отвлеченное.  – Быстро же люди на Земле умеют терять интерес, – подумал я, идя через переход вслед за ними. – Интересно, с чем это связано?..  Вопросов появлялось слишком много, а ответы на них возникали в моей голове лишь в качестве возможных догадок. Интересно, если бы Блум сейчас была рядом, смогла бы она дать ответы?  Я бы спросил у нее, какие звуки из окружающей нас реальности она слышит, и тогда понял бы, насколько велика разница в дальности моего слуха и ее. Я бы поинтересовался особенностями поведения землян и, скорее всего, открыл бы для себя неожиданные подробности.  Я вспомнил слова хранительницы из нашего последнего разговора:  "...нам было бы гораздо легче преодолеть подобное, если бы мы боролись с трудностями вместе."  Вместе...  Но только осознает ли Блум до конца, насколько неподъемными эти самые трудности могли оказаться в первую очередь для нее? Я так не думаю.  За спорящими наперебой размышлениями я не сразу осознал, что уже прошел некоторую часть парка, и теперь находился на небольшой круглой аллее с лавочками, расставленными по периметру. Центр аллеи занимал незамысловатый фонтан. Я остановился, отвлекшись на размеренный шум воды. Мои мысли, подобно стекавшей вниз воде, плавно отпускали уставшее от бесконечных дискуссий с самим собой сознание.  Я вдохнул теплый воздух и наконец обратил свое внимание на окружавших меня в этой реальностей людей. На одной из лавочек сидел пожилой человек с газетой и вглядывался в текст, то и дело удивленно покачивая головой. На задней тропинке с веселыми криками пронеслись мальчики на велосипедах. Где-то издалека я уловил звук женского смеха. Слабый порыв теплого ветра отозвался шуршанием листвы в зеленых кронах деревьев. Казалось бы, этот парк и поведение людей в нем мало чем отличались от тех, что мне довелось наблюдать в Магиксе или на некоторых других планетах. Но одна существенная разница все же была: на Земле, даже вопреки выделявшейся одежде, на меня никто не обращал внимания, никто не шарахался в ужасе, узнав во мне демона, который является угрозой всему Измерению, никто даже не посмотрел с неприязнью.  Да, они просто не знали, но этот факт заставлял меня ощущать, словно таким образом я негласно становился частью этого социума. Становился одним из них. Из людей...  Конечно, все это было лишь красивой оберткой, под которой скрывалась моя истинная сущность, чужеродная для человеческой жизни. И это обязательно бы вскрылось, стоило бы мне лишь заговорить с кем-то из землян.  Я собирался идти дальше, когда мой взгляд зацепился за маленького мальчика, сидевшего в одиночестве на одной из лавочек. Мальчик беспокойно озирался по сторонам и всматривался в каждого прохожего. На вид ему было около трех лет, хотя я и не мог сказать с точностью, потому что иметь дело с детьми мне прежде не доводилось.  Пухлые ножки малыша не доставали до земли, одна лямка его светлого летнего комбинезона упала с плечика, а золотистые мягкие кудряшки казались спутавшимися от ветра.  Я усмехнулся про себя и осмотрелся по сторонам. Людей, которые могли бы показаться его родителями, рядом не было, а заблестевшие от слез глаза мальчика как раз подтвердили мои догадки.   Я почему-то подошел к лавочке и осторожно присел на корточки рядом с ней.  –Ты потерялся? – спросил я, поймав себя на мысли о том, что понятия не имею, как взаимодействовать с детьми. Не говоря уже о том факте, что я абсолютно не понимал, отчего я вообще вдруг проявил интерес.  Мальчик вздрогнул от неожиданности и обернулся в мою сторону. Я ожидал, что сейчас он испугается, заплачет или убежит. И тогда бы мне не пришлось думать о том, что делать с ним дальше. Однако вместо этого малыш плаксиво пролепетал:  – Не могу найти маму и папу...  Я посмотрел в глаза, полные искренней надежды и на секунду замер, не зная, как реагировать. А потом, словно в забытии, протянул свою руку ладонью вверх и произнес:  – Пойдем.  О, Дракон! Что я творю?! И куда я только собрался отвести этого мальчишку, когда сам и вовсе ощущал себя чужаком на Земле?! Наверное этот нелепый порыв был попросту проявлением наваждения от незнакомой мне обстановки.  Я уже собирался убрать руку, но в последний момент ощутил на своей коже легкое нежное прикосновение. Я посмотрел вниз и увидел пухленькую детскую ладошку, казавшуюся особенно крошечной в моей ладони.  Я едва заметно вздрогнул, пораженный до глубины души, и еще несколько секунд продолжал растерянно наблюдать за произошедшим, словно до сих пор отказывался поверить в возможность такого искреннего доверия мне – демону.  Этот ребенок доверился мне лишь от незнания и детской глупости – пытался убедить себя я. Будь этот мальчик из Магикса, он бы скорее всего в страхе убежал, еще увидев меня издали.  – Ты поможешь найти их?! – детский голос, на этот раз преисполненный восторга и радостного волнения, прервал мою череду мыслей.  –Эм.. да, – ответил я, тут же опомнившись, но при этом все больше теряя нить понимания собственных поступков.  На этот раз глаза мальчика засияли от радости и он, воодушевившись, поспешно слез с лавочки. Мне ничего не оставалось, кроме как встать за ним и неловко обхватить его хрупкую ладошку. Казалось, одно неосторожное движение, и ее можно было сломать, поэтому я постоянно следил за тем, чтобы не надавить чересчур сильно.  Мы сделали несколько шагов вперед. Точнее я. Моему необычному спутнику для этого пришлось сделать по меньшей мере десять. Я усмехнулся, ощутив внутри нечто вроде умиления, и тут же замедлил собственный шаг, чтобы идти равномерно.  Я еще раз посмотрел на усердно семенящего пухлыми ножками малыша, и мое сознание вдруг пронзила мысль: а ведь у нас с Блум в будущем тоже мог бы быть... Мог бы, если бы ты не отказался от чувств, – произнес голос подсознания, и я резко выдохнул, изумленный собственными размышлениями.  Уверен, что в дальнейшем Блум хотела бы создать семью. Тем более, она всю жизнь видела перед глазами пример любящих друг друга людей в лице ее приемных родителей.  Но со мной подобное счастливое будущее стало бы невозможным...  – А как тебя зовут? – послышался вдруг снизу голос мальчика.  В первые же мгновения мой мозг начал подбирать различные варианты имен, которые могли бы скрыть мою личность и при этом не вызвать подозрений. И лишь затем я остановил себя, осознав, насколько абсурдными в данной ситуации были подобные ухищрения. Здесь мне совершенно незачем скрываться или пытаться выдать себя за того, кем не являюсь.  – Валтор, – произнес я свое имя на выдохе и вместе с тем ощутил мимолетное и едва осязаемое чувство свободы.  –Вал‐тей, – неумело повторил малыш, чем вызвал мой приглушенный смех.  – Кхм, да, именно так, – ответил я, дабы не обидеть своего спутника. – Ну а тебя как зовут?  – Тимотео, – свое имя мальчик проговорил отчетливо и громко.  –Тимотео, – повторил в свою очередь я. – Красивое имя.  Мы направились вглубь парка. Мальчик принялся увлеченно рассказывать что-то о своих родителях и игрушечных машинках, искажая некоторые слова. Но я улавливал смысл и старался задавать вопросы. Должно быть, я совсем не умел правильно общаться с детьми, но судя по тому, что мой спутник не прекращал разговор, ему было на это все равно.  Одновременно с этим я оглядывался по сторонам в поисках особенно встревоженных людей, которые могли бы оказаться родителями Тимотео, но пока что перед глазами мелькали лишь довольные отдыхом в парке лица.  Я почувствовал собственное участившееся сердцебиение и посмотрел вниз на малыша, беспечно идущего рядом. Он больше не казался расстроенным. Неужели он и впрямь уверен, что я смогу ему помочь?  Но как помочь ребенку, когда я не смог помочь даже себе? Когда я ощущал себя еще более заблудившимся, чем этот малыш, потерявший родителей...  Неожиданно мои размышления прервались радостным воскликом моего спутника:  –Мама! Папа!  Я инстинктивно посмотрел вперед и увидел молодых мужчину и женщину, спешащих к нам. На их лицах читались тревога и вместе с тем радостное волнение.  Едва я успел опомниться, как Тимотео уже вырвал свою ладошку и неуклюже побежал навстречу своим родителям. Я остановился, невольно оказавшись наблюдателем сцены воссоединения.  –О, неужели ты нашелся! – дрожащим голосом воскликнула мать Тимотео и опустилась рядом с ним, заключив своего сына в крепкие объятия, а затем произнесла уже чуть строже. – Больше никогда так не сбегай, слышишь? Мы чуть с ума не сошли, пока искали тебя!  Тимотео, переживший не меньший стресс, тут же закивал головой в знак согласия. К ним подошел отец и погладил мальчика по голове, улыбнувшись, однако на его лице до сих пор оставалась некая встревоженность.  Я чуть склонил голову, наблюдая за тем, как сменяются эмоции людей, как прижимается к своим родителям на время потерявшийся малыш, и с какой любовью они сами относятся к нему.  Что-то в этот момент отозвалось внутри меня, заставив улыбнуться краешками губ. Словно встреча Тимотео с родителями в одночасье оказалась для меня столь желанной целью, что принесла тепло удовлетворения. Словно все так и должно быть. Но почему я это чувствовал?..  Наконец взгляды родителей Тимотео сместились на меня.  – Мы так благодарны вам! Не знаю, что бы мы без вас делали, с Тимом ведь могло произойти что угодно! – взволнованно проговорила женщина и поднялась на ноги, при этом продолжая удерживать малыша за ручку.  –Да, скажите, как мы можем выразить свою благодарность? – подключился к разговору мужчина.  Я отступил на шаг, поначалу даже сбитый с толку от такого количества похвалы. Кажется, за всю жизнь, еще никто меня не благодарил за хорошие дела. Да и совершал ли я их вообще?.. Однако когда речь шла об услугах или сделках, мои коммуникативные способности всегда брали верх. Я быстро сообразил, что отец Тимотео намекал либо на материальную награду, либо на услугу в обмен на нахождение их сына. С одной стороны, это было отличным шансом оставить долг за землянами, чтобы в подходящий момент напомнить им об этом и воспользоваться их помощью. Беспроигрышный маневр.  Но отчего-то сейчас мне показалось, будто я уже получил своеобразную награду, когда увидел, что мои действия привели к скорому нахождению Тимотео его родителями.  –Мне ничего не нужно, – произнес я, – да и я не сделал чего-то сверхъестественного...  –Вы должно быть шутите?! – недоумевала женщина. – Не каждый человек бы привел мальчика к его родителям. А что, если бы его заметили нехорошие люди?  Нехорошие люди? Я мысленно усмехнулся, подумав о том, что здесь во всем городе наверное тяжелее будет отыскать человека, которые совершил меньше зла, чем я.  –Не думаю, что меня можно назвать хорошим человеком, – возразил я, криво улыбнувшись, и почему-то посмотрел на Тимотео.  Он вопросительно наблюдал за мной и, казалось, очень внимательно слушал, о чем говорили взрослые.  –В таком случае мы бы не стояли сейчас здесь со своим сыном, – произнес его отец. – К тому же, Тимотео всегда чувствует людей с добрыми намерениями. Он никогда бы не доверился вам и не пошел бы с вами по своей воли, если бы ощущал опасность.  От этих слов я и вовсе выпал в осадок. Чувствует добрых людей? Какая-то нелепица! Тимотео просто ошибся. Он – всего лишь ребенок...  –Кстати, как вас зовут? – поинтересовался мужчина.  На этот раз произносить свое настоящее имя оказалось легче:  –  Валтор.  –Очень приятно познакомиться, – ответил мужчина. – Меня зовут Сергио, а мою жену – Марта.  Женщина кивнула, улыбнувшись.  Приятно? Такого слова в свой адрес я не ожидал и вовсе...  –И...и мне тоже, – ответил я, слегка замешкавшись.  –Послушайте, Валтор, если, как вы говорите, вам ничего не нужно, то позвольте хотя бы позвать вас к нам на чай. Мы живем здесь недалеко, – предложил Сергио, указав куда-то в сторону. – Вы не торопитесь?  Я приподнял бровь. Подобное предложение было и вовсе тем, чего я ожидал бы меньше всего. Неужели они действительно бы этого хотели? Позвать в гости незнакомого человека, полностью доверившись ему лишь из-за ощущений своего сына. Довольно опрометчиво с их стороны...  В то же время я совершенно не знал, как взаимодействуют люди дома с семьей и как в таком случае должен вести себя я, будучи гостем? Все эти вопросы порождали смятения. Казалось я все дальше загонял себя в ловушку, выбраться из которой уже не получится...  *** Это ощущение не прошло и когда я опустился за стол в небольшой уютной гостиной, залитой теплым светом уходящего солнца. Теперь к вышеупомянутым чувствам добавилась еще и предательская надежда скорого освобождения от необходимости находиться в непривычных обстоятельствах. Не пройдет и часа, как я покину этот дом и этих людей, а еще это неловкое ощущение потерянности, которое преследовало меня на Земле словно по пятам.  Пока мы ждали чай, Тимотео несколько раз убегал в свою комнату и возвращался к столу с очередной игрушкой, которую он протягивал мне в руки. Я старался изобразить впечатление от увиденного и замечал блеск радости в глазах мальчика. После каждого хвалебного отзыва он спешил забрать игрушку и убегал за следующей.  Я усмехнулся, когда это произошло снова, и Тимотео скрылся за дверью.  –А у вас неплохо получается! – услышал я голос Сергио и развернулся в сторону стола.  В этот момент Марта аккуратно расставляла кружки, почти доверху наполненные горячим ароматным чаем.  – То есть?  –Общение с детьми, – пояснил мужчина. – Вы определенно понравились Тиму. У вас тоже есть дети?  От последнего вопроса я едва не поперхнулся чаем и отставил кружку под двумя наблюдавшими за мной парами глаз.  – Вообще-то нет, – честно ответил я. – И не припомню, чтобы мне приходилось часто взаимодействовать с детьми. Скорее наоборот... –Значит у вас есть к этому способности, – произнесла Марта, – и вам будет гораздо легче найти общий язык со своим собственным ребенком, если вы вдруг решите его завести.  Я не мог вымолвить ни слова в ответ. Казалось, сказанное до этого, осталось где-то глубоко в моих мыслях и теперь эхом отдавалось в голове.  Тишину нарушил вновь прибежавший в комнату Тимотео. На этот раз он подошел к сидевшей за столом матери и прижался к ней, что-то тихо попросив. Марта отвлеклась от чаепития и протянула ему со стола одну из сладостей.   – Разговаривать с детьми – это одно, – начал вдруг рассуждать вслух я после недолгой паузы, а потом перевел взгляд на  собеседников, – но иметь семью, поддерживать отношения с близкими каждый день, оставаться частью этого...  Я покачал головой, словно вел дискуссию с самим собой, в то же время будучи слегка сбитым с толку собственным порывом открыть мысли перед незнакомцами.  –Это требует гораздо больше, чем просто способности. Это еще и огромная ответственность не только за себя, но и за дорогих тебе людей, – подытожил я.  –Да, безусловно, любовь и семья подразумевают ответственность и различные сложности, – согласилась Марта, пока Тим дожевывал приобретенную им до этого вкусняшку, – но в какой-то момент мы принимаем решение и всевозможные риски, потому что наше желание любить оказывается сильнее.  Я заметил, что при этих словах Сергио мягко накрыл ладонь Марты своей, а она, почувствовав прикосновение, ответила ему нежным любящим взглядом.  Что-то в увиденном болезненно коснулось воспоминаний из реальности, которую я уничтожил по собственному желанию и в прямом, и в переносном смыслах. Я тихо выдохнул, пытаясь справиться с этим чувством. Вновь отодвинуть его на задний план...  Однако я не мог полностью согласиться с последней репликой Марты:  –Да, любовь может обладать невероятной силой, – произнес я, вкладывая в эти слова еще и свои ощущения и понимание, – но неужели вы никогда не боялись, что можете навредить дорогому человеку, обречь его тем самым на страдания от жизни, которую он не заслуживает, разочаровать его близких?..  –Причин для страхов может быть много, – согласился Сергио. – Все может пойти не так в любой момент, и никто от этого не застрахован. В любви не выдают гарантий. Но гораздо важнее, что сделаете вы оба, чтобы сохранить любовь, на что готовы пойти и от чего отказаться, чтобы вместе проходить через вызовы и трудности и  строить совместную жизнь, наполненную гармонией.  Услышанное смутно перекликалось с тем, что пыталась донести до меня Блум. Преодолевать трудности вместе. На что пойти и от чего отказаться...  –Но как на это решиться?! – с искренним непониманием спросил я.  –Спросите себя, о каком решении вы бы жалели больше, – ответила Марта. – О том, что остались в одиночестве, но зато в привычной и безопасной зоне или о том, что рискнули пойти навстречу чувствам и совершили много ошибок, прошли через трудности, но прожили каждый из этих моментов с любимым человеком, поскольку каждый миг, отведенный вам, чтобы быть вместе – бесценен...  Я замер, пораженный услышанным. Ответ на заданный вопрос отдавался внутри меня участившимся сердцебиением.  *** Месяц спустя Pov. Блум  Я стояла в просторном, залитом полуденным солнцем, кабинете. Сегодня в Магиксе выдался на редкость ясный для ноября день. Обычно, находясь здесь, я не упускала возможности несколько раз понаблюдать пейзаж за окном, но сегодня я смотрела вниз под ноги, поскольку буквально кожей чувствовала на себе то и дело обращавшиеся ко мне взгляды стоявших рядом подруг.  Я даже знала, о чем они сейчас думали.  –Девочки, – чуть более требовательно  обратилась к нам Фарагонда, и я наконец подняла взгляд, но лишь затем, чтобы ответить вниманием директрисе, которая сейчас сидела за своим столом, сложив руки перед собой в замок.  –Я понимаю, что в текущих обстоятельствах очень легко расслабиться и начать отвлекаться. Наш враг никак не проявлялся месяц, что не может не казаться подозрительным.  Я с трудом сглотнула и сделала глубокий вдох.  Месяц. Прошел уже целый месяц... Я была уверена, что и эта моя реакция не укрылась от внимания винкс, особенно от Лейлы.  –Даже несмотря на бездействие врага, мы не можем позволить себе потерять бдительность, – продолжила меж тем директриса. – Валтор не из тех, кто привык сдаваться так легко. Он очень умен, и такое длительное затишье может оказаться частью его плана. Вполне возможно, что маг собирает силы для того, чтобы перейти в активное наступление.  Фарагонда сделала паузу, подождав, пока мы обдумаем полученную информацию, а затем заговорила вновь:  –Поэтому я бы хотела попросить вас оставаться начеку, а также быть предельно осторожными и сообщать обо всем подозрительном, что может быть связано с Валтором.  Я прикусила щеку изнутри, ощутив вокруг еще более сгустившееся напряжение.  – Не смотрите на меня хотя бы сейчас, – мысленно взмолилась я.  К счастью, подруги воздержались от внимания, которое могло бы выдать меня прямо перед директрисой и коротко кивнули в ответ, соглашаясь с ее просьбой.  –Блум? – обратилась ко мне Фарагонда.  –Да, конечно, – я закивала, опомнившись от мыслей. – Мы с винкс сделаем возможное, чтобы предотвратить потенциальную угрозу.  Обменявшись с директрисой еще несколькими дежурными фразами, мы с винкс вышли в коридор и теперь шли по направлению к нашим комнатам. Повисла напряженная тишина, с каждой секундой еще сильнее замыкающаяся вокруг меня удушающим кольцом.  В какой-то момент я не выдержала и, резко выдохнув, воскликнула: – Я не знаю! Честно, не знаю!  Я заметила, что некоторые из подруг виновато отвели взгляд, в то время как Лейла раздраженно фыркнула.  – Я точно так же, как и вы не слышала ничего от Валтора за этот месяц, – твердо продолжила я, смотря уже перед собой. – Я без понятия, где он находится и какие у него планы! И уж тем более я не виделась с ним!  Я посмотрела на фею волн, которая больше всех не доверяла моим словам, но она лишь покачала головой, не удостоив меня даже взглядом. В этот момент я ощутила уже ставшее привычным опустошение, неизбежно следующее за любыми мыслями о Валторе, и произнесла чуть тише:  –Между нами больше ничего нет, я ведь уже столько раз это повторяла...  От последней произнесенной фразы силы словно покинули меня так, что их не оставалось на дальнейшее продолжение диалога.  –Я склоняюсь к тому, чтобы поверить тебе, Блум, – услышала я голос Текны и от удивления вскинула брови. – Прошел уже месяц, и за все это время ты не дала ни единого повода в том, чтобы усомниться в твоих словах.  –Я согласна с Текной, – поддержала вдруг Флора.  Мы со Стеллой переглянулись, и я заметила, как уголки ее губ приподнялись в легкой улыбке.  Принцесса Солярии была первой, кто осмелился довериться мне после моего признания. Уверена, она уже знала, что Флора с Текной также были близки к подобному решению.  –Девочки, вы не представляете, как много для меня это значит...– с благодарностью произнесла я и почувствовала, как глаза защипало от непрошенных слез.  Да, наши отношения были все еще очень далеки от прежних, но теперь я видела, что хотя бы некоторые из подруг готовы мне поверить...  – И вы туда же! – возмутилась Лейла, обратившись к Флоре и Текне. – Неужели вы не видите, насколько подозрительно исчезновение Валтора на месяц? Причем сразу после признания Блум, какое совпадение! Все это выглядит, как план, чтобы дать Блум время втереться в наше доверие. И как видите, у них все получается!  Я поймала на себе презрительный взгляд Лейлы, и все внутри меня сжалось. Муза также молчала, разделяя взгляды принцессы Андроса.  Что я могу сказать в свою защиту сейчас? Попытаться переубедить их? Но я уже делала это сотни раз! Они все равно не поверят...  На мое счастье вмешалась Текна:  –Лейла, мы опираемся на те факты, которые наблюдаем сейчас. И если вдруг что-то изменится, то мы согласимся с тобой. Но пока что без должных доказательств твои слова – это беспочвенные обвинения!  Я услышала, как резко втянула воздух фея волн, возмущенная последней репликой:  –Посмотрим, насколько быстро вы успеете отреагировать, когда это "что-то" изменится!  *** Я прошла в свою комнату, медленно закрывая за собой дверь. Флора ушла в душ, поэтому у меня было немного времени, чтобы провести его наедине с собой.  Я обреченно прикрыла глаза, остановившись посередине помещения. В горле стоял ком от напряжения, усталости и боли после разговора с винкс. Я ощущала абсолютную беспомощность перед тем, на что я была не в силах повлиять.  Было очевидно: чем больше некоторые из подруг возвращали свое доверие ко мне, тем неизбежнее они портили отношения с категорически настроенной Лейлой. Фея волн уже почти не разговаривала со Стеллой. И я не знала, чего ожидать дальше. Казалось, дружба в нашем клубе распадалась. И все лишь по моей вине...  А что будет, когда Валтор решит вернуться? Ему будет гораздо легче одолеть винкс, между которыми больше нет сплочения. Но вернется ли он вообще?..  Я до боли прикусила губу. Мысль о том, что я могу никогда больше не увидеть Валтора резала и без того разбитое сердце.  За прошедший месяц я ни раз обдумывала исчезновение Валтора, приходила к разным выводам и строила многочисленные теории. Надеялась, сама не зная на что. Пыталась понять мотивы его поступков. Но каждый раз они оставались для меня загадкой.  Я предприняла бесчисленное множество попыток смириться. Иногда у меня получалось, и мне даже казалось, что я смогу заполнить образовашуюся пустоту отчаяния внутри. В такие моменты внешне я выглядела счастливой, старательно училась, поддерживала хоть какое-то общение с подругами. Но нередко случались и периоды, когда я вдруг вспоминала все, чего лишилась, когда сдерживаемые эмоции вырывались наружу и полностью поглощали меня в своем круговороте, вывести из которого меня не могли ни разум, ни чувства.  Сколько еще должно пройти времени без него, чтобы я полностью забыла?! – мысленно вопросила я.  Казалось, не хватит и вечности, чтобы я перестала вспоминать, чтобы перестала любить и даже позволять себе надеяться...  Я горько рассмеялась в ответ на свою наивность, не исчезавшую у меня даже после всего пережитого.  Глубокий вдох. И вот я уже вновь нацепила на лицо позитивную улыбку. Так, словно в это время по щекам не бежали безмолвные дорожки от слез. Так, словно мне не хотелось кричать, и сердце внутри не разрывалось от бесконечной боли и пустоты.  Ты сможешь смириться. Ты должна. Забудь о нем...  Я подошла к своему письменному столу, чтобы собрать учебники к следующей лекции. Один за другим, я безучастно переложила их в сумку, когда мой взгляд остановился на небольшом листе бумаги с изображением, выполненным при помощи угольного карандаша.  Глаза были застелены пеленой невыплаканных слез, поэтому в первые мгновения я решила, что забыла убрать один из своих рисунков. Однако стоило мне моргнуть и придать тем самым четкость изображению, сердце пропустило удар.  Сумка с учебниками с гулким стуком упала на пол, когда я судорожно схватила со стола рисунок, так словно он мог оказаться миражом, рисковавшим исчезнуть в любой момент.  Картинка тряслась перед глазами от дрожи моих рук, но я бы никогда не спутала эту до боли знакомую манеру штриха. Ее я бы узнала из тысячи. Линии складывались в пейзаж, с которым было связано слишком много воспоминаний. Озеро Глаз Дракона.  –Валтор...– прерывистый шепот, прозвучавший сквозь новые слезы. – Неужели?..