Я приготовлю тебе ужин

Томас Эплтон получил работу в больнице. Лола Бэнкс, к его огромному сожалению, тоже. И ей чрезвычайно идёт форма больничной охраны — все прелести обрисованы очень явственно, но без вульгарности или навязчивости. Лёгкий умелый макияж, умеренный аромат духов — Лола по-прежнему оставалась сильным соперником. «Но у меня есть туз в рукаве, — подумал Том. — Больничная документация, которая даёт повод чаще встречаться с Джоном. А у охраны причин побеседовать с врачом нет, разве что заболевание симулировать. К тому же эта дурёха наслушалась рекламы и думает, будто духи с феромонами на самом деле могут ей помочь, и поэтому не будет искать дополнительных средств воздействия. Но я-то знаю, что феромонные духи — не более чем способ выудить побольше денег из закомплексованных недоумков обоего пола. А вот интонация и прикосновения, если умело ими пользоваться, действительно эффективны». ............. ............. Джон пришёл с работы на два часа позже, чем должен был. — Посидел в пабе с коллегами, — пояснил он весело. — Хотя ты и так это знаешь. Шерлок метнул на него мрачный взгляд поверх журнала «Вестник криминалистики». — Ты выпил, — сказал он осуждающе. — Шерлок, люди для того и ходят в паб, чтобы немного выпить и расслабиться. — От тебя смердит женскими духами. — Почему смердит? — возмутился Джон. — Очень приятный запах. — Сколько она на себя вылила этих духов, если даже ты пропитался их вонью? Ведро? — Девушка показывала, какие духи купила. И в шутку намазала ими всех нас. — Дороговатая шутка для сотрудницы вспомогательного персонала муниципальной больницы. Это парфюм «Шёлковые грёзы», по пятьсот фунтов за флакон в двадцать миллилитров. А ты в месяц получаешь шесть тысяч. У девицы зарплата должна быть вполовину меньше. Джон посмотрел недоверчиво. Шерлок раздражённо фыркнул. — Ну, — неуверенно проговорил Джон, — должно быть, ей подарили эти духи, а она не знает их истинной стоимости. — Если это так, то её бойфренду ты не конкурент. — Да я и не собирался... А впрочем... Груди у неё шикарные. И ножки вполне ничего, — мечтательно улыбнулся Джон и посмотрел на Шерлока: — В отношениях с девушками деньги играют ничтожно малую роль. Если хочешь соблазнить девушку, то правильные слова имеют гораздо большее значение, нежели дорогие подарки. Шерлок ответил мрачным взглядом и отвернулся. Джон сел рядом с ним на диван. — Хочешь, сходим в какой-нибудь ночной клуб и закадрим девчонок? Тебе полезно будет немного развлечься. Я научу тебя знакомиться с девушками. Вот увидишь, это совсем не сложно. — Девушки — не моя сфера отношений. — Никто и не говорит об отношениях. Просто познакомишься с девушкой, которая хочет приятно провести вечерок с симпатичным парнем. Тебя кто больше интересует — блондинка, брюнетка или рыженькая? — Меня не интересуют вообще все девушки! Джон смутился, но лишь на мгновение. — Принципы клубного знакомства не меняются, если ты вместо девушки кадришь парня. В ночной клуб люди для этого и приходят — найти себе партнёра на вечер. Никаких взаимных обязательств, но и не секс за деньги. Всё происходит на основе искренних влечения и симпатии, пусть и одноразовых. — Меня не интересуют клубы! — разозлился Шерлок. Взгляд Джона стал внимательным, серьёзным и... сочувственным. — У тебя какие-то сложности с сексом? — спросил он тоном врача, который собирается заверить пациента, что его болезнь излечима. — У меня всё в порядке с сексом! — вскочил с дивана Шерлок. — Но это не значит, что я буду подбирать озабоченных придурков по клубам! Шерлок ушёл в свою комнату. Джон пожал плечами. — Никогда его не пойму. ............. ............. На следующий день Джон пришёл с работы вовремя, однако от него снова пахло теми же духами — на этот раз едва уловимо, но тем хуже: значит, шутки кончились, и девица его обнимала по-настоящему. — Раньше ты уделял внимание только врачам, иногда медсёстрам, но никогда не путался с больничной обслугой, — ядовито сказал Шерлок. — С чего ты взял? — Ты пришёл с работы вовремя, но не разогрел ужин. Зайти в ресторан ты бы не успел, следовательно, поел в больничной столовой. От тебя пахнет женскими духами. Но медперсонал не пользуется парфюмом на работе — это может спровоцировать приступ аллергии у пациентов. Значит, ты обнимался с уборщицей или официанткой. — Ни с кем я не обнимался! Просто поужинал с Томом и Лолой. Мы с тобой познакомились с ними во время дела о воре-невидимке. А теперь они работают у нас в больнице. — Я знаю! Джон смотрел на Шерлока с недоумением, не понимая, что его так разозлило. «Хотя о чём это я? — подумал Джон. — Понять Шерлока невозможно, он слишком сильно отличается от обычных людей. Впрочем... Физиологию никто не отменял даже в его случае, и невротизация из-за недотраха явно имеет место быть». — Всё, Шерлок, — твёрдо сказал Джон. — Мы сейчас же идём в клуб и ищем тебе хороший секс. — Зачем это ещё? — Шерлок поморщился так, словно ему сунули под нос какую-то зловонную гадость. — Затем, что молодому здоровому мужику это необходимо. И ещё затем, что чем анализировать чужую личную жизнь, разумнее заняться собственной. — У меня нет времени на всякую глупость! — И чем же это ты занят? — насмешливо поинтересовался Джон. — Продавливанием дивана или стрельбой по стенам? У тебя ведь нет никаких дел. — У меня важный эксперимент, — ответил Шерлок и прошёл в кухню, к той стороне стола, которая уставлена лабораторной посудой и оборудованием. — Тогда не буду тебе мешать, — сказал Джон. — Ты куда? — возмутился Шерлок. — В клуб. Мне надо развеяться. Шерлок дёрнулся было за ним, но остановился. «Нет. Не сейчас. Джон всерьёз разозлиться, если я помешаю его развлечениям. Но я не могу смириться с тем, что он будет целовать кого-то другого! Даже если это одноразовая девка из клуба. Мне надо не допустить возможности таких встреч в будущем. Предложить ему что-то взамен. Нечто такое, что заставит забыть о клубных девицах». Наиболее логичным было бы заменить девицу собой. Но Джон не готов к таким отношениям. И вряд ли вообще когда-либо ими заинтересуется. «Томас Эплтон, — напомнил себе Шерлок. — Он не зря стремится к обществу Джона. Шлюшонок видит способ его соблазнить. А значит это тем более под силу человеку, который гораздо лучше развит в интеллектуальном отношении, иначе говоря, мне». Мысль о том, что бывший «цветочек» точно так же превосходит Шерлока в искусстве соблазнения и ублажения, как сам Шерлок превосходит основную массу человечества в искусстве дедукции, единственный в мире консультирующий детектив поспешно отогнал. «Интересно, согласится ли Джон побыть снизу? Не сразу, конечно, а когда-нибудь потом... Я бы сделал всё, чтобы его не разочаровать!» Несколько мгновений Шерлок позволил себе помечтать о тех замечательных штуках, которые мог бы проделать с Джоном. Затем — о не менее замечательных штуках, которые Джон мог бы проделать с ним. Опыт Шерлока в сексуальной сфере был невелик, но всё же полным неумехой перед Джоном он бы не предстал. Однако предаваться фантазиям, пусть даже столь приятным, было не ко времени. Надо вырвать Джона из цепких когтей коварных клубных девиц. И при этом не огрести от него по физиономии за испорченный отдых. Выяснить, в какой клуб пошёл Джон, несложно — надо всего лишь вскрыть записи камер уличного видеонаблюдения. Но этот манёвр обязательно засечёт Майкрофт, потребует объяснений... Ну и чёрт с ним, с Майкрофтом! Джон важнее, чем несколько минут неудобного разговора. ............. ............. Том довольно усмехнулся — Лола рассчитала всё верно: Шерлока Холмса разозлило, что Джон второй вечер подряд возвращается домой пропахший дамскими духами. Но девочка не учла, насколько скверный у Шерлока характер — Джон захотел провести вечер вне дома не на третий день, а на второй. Домашний адрес Джона благодаря его же блогу известен любому и каждому — Бейкер-стрит, 221-б. Всё, что оставалось Тому, это сесть в кафе неподалёку и дождаться, когда Джон выйдет из квартиры. Перехватить Джона возле автобусной остановки и убедительно изобразить удивление от случайной встречи было несложно. Идея Джона пойти в ночной клуб Тому не понравилось. Там не только будет чрезмерное количество конкуренток, но и обстановка слишком невыгодная, сразу же напомнит Джону о бордельном прошлом собеседника. А это затруднит налаживание отношений. — Ночной клуб после больничного дежурства? Боюсь, это не лучший способ отдыха — в клубе слишком шумно и суетливо. Лучше всего расслабляться в боулинге. — Боулинг? — задумался Джон. — Когда-то у меня неплохо получалось... Но это было ещё до армии. — Шары катать как на велосипеде ездить, — улыбнулся Том. — Если научился один раз, после не разучишься, сколько бы времени ни прошло. — Пожалуй, — согласился Джон. — А у вас на примете есть хороший боулинг? — Да, и неподалёку. Сыграем? Джон улыбнулся и кивнул. ............. ............. Сказать, что Шерлок был взбешён означало бы не сказать ничего — он буквально дымился от ярости. Мало того, что этот Том Эплтон оказался достаточно сообразителен, чтобы затащить Джона в боулинг, где предстал перед ним в самом выгодном свете — спортивный, красивый, грациозный, так он ещё и в индийской поэзии разбирался. Всякие зубодробительные «Бхартрихари», «Видьяпара», «Шудрака» Том произносил с такой очаровательной лёгкостью, будто говорил о них всё жизнь. Хотя так и было — Том упоминал об университетском образовании. Да и семья его, судя по всему, была весьма культурной и интеллигентной. — Кабир жил в пятнадцатом веке, — разглагольствовал Том. — Северной Индией тогда правили Великие Моголы, среди которых было немало тех, кто покровительствовал науке и искусству. — Мне очень нравится этот поэт, — ответил Джон. — Особенно вот это четверостишие: Ни ласки, ни любви и ни духовной пищи повсюду не ищи, как милостыню — нищий: Ты ласку и любовь твори в душе своей, а не вымаливай их у других людей. Том посмотрел на Джона с интересом. — У вас характерная манера декламации, — отметил он. — Обычно так читают стихи те, кто сам их пишет. — Это не обо мне, — быстро ответил Джон. «Слишком быстро, — отметил Шерлок. — Соврал. Так он ещё и стишки копает?!» Разговор Тома и Джона свернул на персидско-таджикскую поэзию. — Восток — удивительное место, — сказал Джон. — Такого количества поэтов не встретишь больше нигде. Вы знаете, что на творчество Перси Шелли значительное влияние оказала и восточная поэзия? В старые времена для восточного жителя могла быть простительна неграмотность, но неумение срифмовать хотя бы пару строк было жутчайшим бескультурьем. Во многом такое отношение осталось и сейчас. — А вы говорите, что не пишите стихи. Вы слишком долго прожили на Востоке, доктор, чтобы не глотнуть «вина поэзии». — Ну-у... Есть такое. Но мои стихи пока слишком неуклюжи, чтобы их кому-то показывать. — Вы явно себя недооцениваете. Или обращались за оценкой не к той аудитории. Помните, как у Хайяма: Будешь в обществе гордых учёных ослов, Постарайся ослом притвориться без слов. Ибо каждого, кто не осёл, эти дурни Обвиняют немедля в подрыве основ. Так зачем обращаться к ослам, доктор Ватсон? Покажите свои стихи обычным людям. Если вы выложите их у себя в блоге, у вашей поэзии появится немало поклонников. — Я подумаю, — ответил Джон. — Ещё партию, доктор Ватсон? — кивнул Том на дорожку. — Джон. И на «ты», если нет возражений. — Без проблем, Джон. Так ещё партию? — Давай. Шерлок скрипнул зубами. «Я ничего не понимаю в этой долбаной поэзии. И не умею играть в этот дурацкий боулинг. Но я могу найти для Джона развлечение получше болтовни и сбивания кеглей». Шерлок набрал СМС для Лестрейда. Нужно дело. Любое. Срочно. Буду должен. ШХ Спустя две минуты Лестрейд прислал ответ с одним словом — «Убийство» и адресом в припортовой части Ист-Энда. Шерлок уже от своего имени отправил это же сообщение Джону и с удовольствием понаблюдал, как быстро Джон распрощался с Томом. «Убийство явно примитивное, — размышлял Шерлок по дороге к перекрёстку, где собирался поймать такси, — я раскрою его за один вечер, если очень повезёт и в деле будет хоть какая-то сложность, то за два. Поэтому к послезавтра мне нужно новое развлечение для Джона. Надеяться, что Фортуна расщедриться и преподнесёт мне интересное преступление, было бы глупо. Поэтому нужен запасной вариант, который отвлечёт Джона от посторонних в период моей безработицы». ............. ............. Том сидел за барной стойкой паба при боулинге и подводил итоги свидания. Джон сам предложил перейти к неформальному общению — это плюс. Джон раскрыл Тому один из своих секретов, который не доверял больше никому — это плюс. Джон считает Тома привлекательным — не заметить, как он любуется Томом, было нельзя. Пусть это любование и носит чисто эстетический характер, без малейшего намёка на сексуальность, но это именно любование, а значит ещё один плюс. Джон мгновенно умчался, получив СМС от Шерлока Холмса — это минус. «И всё же счёт 3:1 в мою пользу. Можно переходить и к более решительным действиям». ............. ............. Убийство действительно оказалось банальным до омерзения — всего лишь кража со взломом и не вовремя вернувшимся домой хозяином. Впечатлить таким расследованием можно было разве что Джона, который никогда не блистал умом и не замечал даже самых очевидных деталей, а потому не мог объединить их в общую картину. Впрочем, расследование позволило прервать поползновения Тома Эплтона, а потому имело смысл. «Нейтрализовывать этого шлюшонка надо будет и завтра. Вопрос — чем?» Джон тем временем старался помочь Шерлоку в расследовании, хотя мог бы сделать вывод на основании прошлых попыток, что толку от него будет немного. — У покойного довольно дорогой музыкальный центр, — заметил Джон. — Странно, что грабитель его не забрал. Центр небольшой по размеру. И его, и колонки легко можно было положить в обычную спортивную сумку и вынести из квартиры. — Убитый сопротивлялся, — раздражённо пояснил Шерлок. — Шум их драки привлёк внимание. Грабитель должен был немедленно уходить, на упаковку центра не осталось времени. — Как интересно расположены колонки, — продолжал Джон. — Каждая колонка на своей стене, чтобы добиться наилучшего отображения звука. — У него тут целая гора классики, — кивнула Салли на низкий обшарпанный шкаф в углу комнаты. — Замучаешься описывать всю эту лабуду. — Да? — заинтересовался Джон. — И что же он слушал? Джон взял пульт, включил проигрывание. Зазвучала солнечная, лёгкая, радостная фортепианная мелодия, похожая на игривого котёнка. — Я же говорю — какая-то классика, — буркнула Салли. — Это не просто классика. Это Гайдн, третья часть сонаты двадцать три, фа-мажор, номер в каталоге Хобокена — шестнадцать. Исполнитель — Владимир Горовиц. Покойный был знатоком, если купил эту запись. И полиция, и Шерлок уставились на Джона в одинаковом изумлении. Салли глянула на дисплей музыкального центра. — Действительно — Гайдн, соната 23 плюс какие-то пометки. И на коробочке из-под диска написано Горовиц. Но как ты узнал? Тебе же не видно ни дисплей, ни коробочку. — Элементарно, Донован, — разозлился Шерлок. — Он не глухой. А манера исполнения Горовица достаточно индивидуальна, чтобы запомниться тем, у кого есть уши. — Помолчи, ненормальный, — цыкнула Салли. — Поскольку речь не о трупах, твоё мнение никого не интересует. — И с интересом посмотрела на Джона: — Где ты так научился разбираться в классике? — Я окончил музыкальную школу по классу кларнета. Мне даже советовали поступать в консерваторию, но медицина оказалась интереснее. — Офигеть! — восхищённо охнула Салли. — Ты мне ничего об этом не говорил! — возмутился Шерлок. — Ты не спрашивал, — ответил Джон. — Но как думаешь, почему Гарри позаботилась, чтобы у меня был не просто телефон, а с хорошим mp3-плеером? Шерлок не ответил. Попадать впросак ему случалось крайне редко, но каждый раз был очень болезненным. — Слушать музыку в записи — это извращение, — категорично заявил он. — Настоящее звучание даёт только живое исполнение. Шерлок выхватил у Джона пульт и выключил музыку. — Кто бы рассуждал об извращениях, — фыркнула Салли. — Да нет, Шерлок прав, — вступился Джон. — Даже в самой лучшей записи музыка многое теряет. Живое звучание всегда и ярче, и сочнее. — Джон, а как тебе игра Шерлока? — поинтересовался Лестрейд. — Не знаю. В моём присутствии он только издевался над скрипкой. Но судя по коллекции нот, исполнительский уровень должен быть выше средненормативного. — Ноты коллекционировать много ума не надо, — ядовито проговорила Салли. — Ты опись места преступления закончила? — холодно спросил Лестрейд. — Нет? Тогда займись делом! Салли с кислой миной занялась описью, а Шерлок сказал: — Внимательно изучите шкаф. Не коробки с дисками, а именно шкаф. Там может быть тайник. — Почему? — нахмурился Лестрейд. — Грабитель потратил на поиски больше времени, чем рассчитывал. Значит, искал что-то маленькое. И лежало оно не на виду. Устроить тайник в стене блочной квартиры так, чтобы об этом не знала вся округа, невозможно. Да и глупо: съёмная квартира — жилище временное, не стоит того, чтобы как-то её обустраивать. Покойник, судя по его музыкальным вкусам, был умным человеком, а потому не стал бы хранить свои секреты в постельном белье или в коробочке из-под компакт-диска. Этот дом — меблирашка, но шкаф с дисками не подходит по стилю к остальной мебели, да и стоил в пору своей молодости гораздо дороже здешних предметов меблировки. Шкаф принадлежал квартиросъёмщику. Если тайник и был, то только в этом шкафу. То, что в нём спрятано — ключ к заказчику преступления. Шерлок одарил всех эффектной торжествующей улыбкой и вышел из квартиры. Джон вежливо попрощался с полицией и пошёл вслед за ним.