Море забытых воспоминаний

На следующие дни меня теснили с навеса все дальше и дальше, пока я не стала сидеть на самом краю. - Чертовы влюбленные дуры, - я бурчу под нос очень тихо, почти неслышно. Смотрю в сторону тех самых влюбленных дур и все еще не понимаю каким образом туда затесалась Катя. Вчера на дискотеке произошел настоящий скандал с громким выяснением отношений, в кустах, о котором, конечно же, знали все. Громкое расставание из-за которого перестали верить в любовь. И все такое прочее. И ладно бы, их дело, но я совершенно не понимаю, почему Катя выбрала меня своей новой жертвой дружбы, забыв о других. Она постоянно подсаживалась ко мне в столовой и на пляже. Пыталась завести разговоры, но я не сильно горела желанием знакомится именно с ней. Но, встав рано с утра в очередной похожий на другие дни день, я подумала, что нужно дать ей шанс. Понятное дело, она не просто так хочет подружиться со мной, но ну и что? Может, близкое общение с ней вообще поможет мне? А, может, мне просто уже было невыносимо оставаться здесь. В этой гребенной розовой комнате , на этом пляже , в этом лагере, но так и не набравшись смелости позвонить родителям. Возможно, что, в своих страданиях я искала спасение? Хоть я и поддалась ей, но Катя была слишком разговорчивой для меня. Постоянная болтовня очень быстро надоедала и я мечтала о паре минут тишины. Но часто ловила себя на мысли, что это не так уж и плохо. *** Осталась ровно половина. Эта мысль билась в моей голове еще с четырех утра. Почему-то не могла уснуть, постоянно ворочалась на кровати и от мыслей было не убежать. Целых десять дней я провела на смарку. Будь я дома уже вдоволь нагулялась и насмеялась. Но я здесь. В этой почти что временной петле, где каждый день такой же как вчера. Сколько раз я говорила об одинаковости? Не знаю, но готова повторять до бесконечности, потому что хочется взвыть. - Подъем первый отряд! - слишком громкий голос Виктории Анатольевны бьет по ушам и я жмурюсь. Эта часть дня всегда самая неприятная. Эта вожатая и так до бесконечности меня бесит, а слышать каждое утро ее голос... Готова свернуть ей шею. Встаю с кровати быстрее других. Мои соседки наконец перестали вставать раньше, чтобы наведываться к мальчикам, не только из-за расставания, но и того, что их компания распалась. - Доброе утро, Даш, - я смотрю на Катю, что была слишком свежей и отдохнувшей. - Доброе, - попыталась даже улыбнуться. Но, думаю, скорее, вышел неровный оскал. - Подождешь меня? Я только киваю. Заметила, что она не любит ходить в ванную одна. Но о причинах не спрашивала. Может, просто в одиночестве чистить зубы не так весело. Я с хмурым выражением лица искала в шкафу свои штаны, которые резко решили куда-то пропасть. Черт, да куда они могли деться? Не сбежали же в самом деле из гардероба. Я подошла к кровати, переворачивая все там. - Что-то ищешь? - я подпрыгиваю от неожиданности, когда прямо за спиной раздается голос. - Ищу, - я подозрительно смотрю на довольную девушку - Катя.. - угрожающе подхожу к ней ближе, - Что ты сделала с ними? Не нужно было быть гением, чтобы понять по ее выражению лица, что виновата она. - Сдалось мне это орудие пыток, - она часто так говорила, не понимая как я могу носить их в такую жару, - Но раз уж их нет, то, может, стоит одеть что-то другое? - Отдай мне их, - я требовательно смотрю на нее, упирая руки в бока, - Это переходит границы. Она только смеется и выбегает из комнаты. - Катя! - я кричу уже закрытой двери. Сердце начинает биться в панике. Я не смогу выйти без них. Просто не смогу. Катя все не возвращалась и я уже хотела поспрашивать других девочек, но как только они заметили, что я к ним подхожу, тоже выскользнули за дверь. Я тихо зашипела. - Первый отряд! - снова ненавистный голос и я понимаю, что осталось не более пяти минут. Судорожно пытаюсь найти что-то на замену, но вижу только миллион футболок и платье. Единственное платье, которое я сюда взяла из-за мамы и которое не хотела одевать. Но был ли выбор? Мои шорты тоже бесследно пропали. Я ее убью. Пальцы крепко сжимали очень приятную и легкую белую ткань. Определенно убью. Я смотрела на свои ноги, по которым красивыми волнами, выше колен, спадала не пышная юбка. Потом перевела взгляд на рукава-фонарики и лиф, что туго обтягивал талию. Оно мне нравилось. Это платье. И я брала его еще и, пожалуй, в надежде пойти на свидание. На берег моря, под луной. Как в книгах. Разочарование стиснуло своими когтями мое сердце. Такого не будет. Но, тем не менее, мне показалось неправильным завязывать волосы в привычный тугой пучок. Я оставила их распущенными. Впервые за долгое время и почувствовала облегчение. Быстро выбежала из нашей комнаты и ни на кого не смотря, пошла к светлым волосам. Я чувствовала чужие буквально осязаемые взгляды и хотелось сгорбиться, или еще лучше убежать обратно в комнату и не выходить из нее. Но тут оборачивается Катя и довольно улыбается. - Ты похожа на фею. И зачем только прятала такую красоту. На сердце предательски потеплело, но я все равно не улыбнулась. - Вернешь мне штаны на тихом часу. Она только кивнула. Виктория Анатольевна вышла вперед, а не пошла вниз, чтобы повести нас на завтрак. Видимо, будет какое-то объявление. - Через неделю, - начала она и все разом стихли, - Будет "Бал сказок". Сценарий мы уже придумали, - на этом месте я закатила глаза. Не знаю как должно быть, но, может, хоть посоветоваться с отрядом надо было?, - Сейчас как раз есть немного времени, чтобы объяснить... Но, как бы скептично я не относилась к вожатой, сценарий мне понравился. Так все мрачненько, про вампиров, что решились выйти в мир. Возможно, на секунду, я даже почувствовала желание поучавствовать в этом. Но долго оно не продлилось. Роли все выдавали, у каждого находились какие-то таланты, что можно было бы применить, а я оставалась сидеть. Рисовала я плохо, актёрское мастерство на уровне улитки, подбирание нарядов тоже не про меня. Но судьба, в лице вожатой,и меня не миновала. Она подошла и встала прямо напротив меня, смотря сверху вниз своими строгими карими глазами. - Что умеешь? Я только пожала плечами. А что я умела? Ничего, что могло бы пригодится здесь. Она задумчиво покрутила ручкой и посмотрела на свой листок бумаги. - Даша скромная, - внезапно вмешивается Катя и я испепеляю ее взглядом, - Ты же говорила, что раньше играла на пианино. Сердце дрогнуло. - Я самоучка. Когда-то я грезила тем, чтобы научится играть по-настоящему. Но когда решилась, мне сказали лишь, что я уже слишком взрослая. Я сдалась. Только изредка позволяя себе пробежаться пальцами по клавишам нашего домашнего синтезатора. - Играть? - она снова уткнулась в свой листик. Я в это время повернула голову к Кате и показала как отношусь к ее выходке. И надо же, запомнила такое, хотя говорила я вскользь. И снова на сердце неуместно потеплело. Может быть, и правда не стоило все то время отталкивать ее? - Я как раз хотела добавить в конце, во время вальса игру на нем, но все не знала как приткнуть, - она разговаривала сама с собой, не обращая внимания на нас, - Подожди-ка тут. Ее не было довольно недолго. Но шла обратно она с подозрительно довольной улыбкой. - Будешь играть на пианино. И на самом деле, звучало это как приговор.