Мой маленький взрослый

      Джисон сидел в своей студии, настраивая оборудование. Он не ждал никого, поэтому, расслабившись, снял маску и сверялся с настройками. Внезапно запищал код на входе, и дверь открылась. В помещение вошёл рассерженный Ликс. Он развернул его на кресле, уперся руками в подлокотники и посмотрел на него в упор. — Что происходит, Джи? На тебе лица нет, Минхо чернее тучи! — потребовал объяснений блондин. — Он бросил меня вчера. Сказал, что я заигрался и больше не нужен, — сухо сказал Джи. — Может, ты что-то не так понял? — Это дословная цитата, Ликс. Я не хочу это обсуждать. — Как ты? — спросил Феликс и прижал его к себе.       Хан уткнулся в его пахнущую потом футболку. Друг гладил его по плечам и спине, что-то шептал. Джи просто молчал, пряча себя и свои чувства на самую глубину своей души. Он закроет себя от всех. Джисон отстранил друга. — Я в порядке, Ликси. Я, наверное, и правда заигрался, поверил в то, чего нет. Сообщи мне, если с ним всё будет не так. И присмотри за ним. — А за тобой кто присмотрит? — Я сам.       Феликс вышел, а Джи откинулся на кресле, прикрыв глаза. Ему было тяжело, но он справится. До этого же справлялся как-то? Но теперь в сердце живет любовь, яркая, трепетная, такая сильная, что мешает дышать. Нужно увидеть его, но он же не может просто прийти в его кабинет. Сегодня после записи продолжится тренировка, а значит, хореограф точно будет там. Его появление в зале не вызовет вопросов, тем более, что последние два месяца это было на постоянной основе. Записав группе пре-рекорд после обеда на очередную премию, затем уже встал на ноги, но остановил себя. Нет, это будет слишком больно!        ____________________________       Шли дни, складываясь в недели. Началась активная подготовка к туру. Минхо вместе с группой и командой практически не вылазил из большого зала. Джисон периодически забирал мемберов в студию под его открытое неудовольствие, чтобы записать очередной кусок плейлиста тура. Создавалось впечатление, что Хан ещё больше закрылся в себе и перестал вообще кого-то подпускать. Под удар попали даже Ликс и Чонин.       Каждый раз, встречая Джисона в коридорах или зале, Минхо просто сходил с ума. Хотелось упасть перед ним на колени и вымаливать прощение, всё объяснить, но страх за жизнь оставался. Родители всегда защищают своих детей, независимо от их желания. Хо каждый раз жадно разглядывал своего мальчика в отражении или из-под чёлки. Хан изменился до неузнаваемости: выкрасился в какой-то серый оттенок, стал густо красить глаза с привычным сине-чёрным маникюром, и вещи теперь начал носить брендовые, объемные, дорогие, обвесился украшениями, как бы специально привлекая внимание. Он выглядел как айдол, готовящийся к выходу. Он был вроде такой же: тихий и бесшумный, но другой. И перестал поднимать глаза. Хо так скучал по глубокому внимательному взгляду его больших чёрных глаз, по его страсти, по его опасному блеску. Теперь он был лишен этой роскоши. За прошедшие с их разрыва три недели Хо ни разу не поймал на себе его взгляд. Младший слишком гордый и как будто непроницаемый.       Концерт отыграли замечательно. Хан лично проверял звук, а во время представления стоял как изваяние перед сценой в ушных мониторах и с рацией, контролируя процесс. Он не остался на вечеринку, не задерживаясь и секундой позже умчал на своём Лотусе. Насколько сильно этот мальчик принял к сердцу удар? Каждый день Ли собирался с силами, чтобы рассказать всё Хану, но не мог. Можно ли любить сильнее? Глядя на Джи, кажется, что он стал холоден, заморозил свои чувства глубоко и от этого был ещё более прекрасен.       Стукнуло шестнадцатое марта, а это значит, что группа отправляется в Токио на первый концерт вне Кореи. Внезапно на сбор в аэропорту вместо Чанбина пришёл Хёнджин, сообщив, что Со остаётся в Сеуле по семейным обстоятельствам и его место займёт он, а значит, будет с группой на всём протяжении тура. Чёрт! Только этого не хватало! Минхо ненавидел Хёнджина. Он был более чем уверен, что Хван это сделал специально, чтобы не оставлять его с Джи вне зоны видимости. ____________________________       Хёнджин стоял около одной из машин агентства, в которой передвигалась группа. Охрана собиралась вокруг, готовая сопровождать парней в зал ожидания, как обычно, толпа людей с камерами и телефонами наготове. Давненько он вот так не ходил под прицелом вспышек. Придётся вспомнить. Он откинул свои отросшие тёмные волосы за уши, поправил маску, получил знак от начальника охраны и постучал по крыше первой машины. Как по команде, двери отъехали, выпуская на свет мемберов группы. Кай и Тэ шли направляющими, дальше Гю, за ним Енджун, Лихан и Чонин, Субин шёл замыкающим. Джин пошёл рядом с лидером, по пути объясняя ситуацию с заменой Бина. Мальчишка кивал и смотрел серьёзно, не забывая махать руками фанатам в объективы камер.       Наконец они прошли паспортный контроль и охрана проводили их в зал ожидания, оставив минимальное сопровождение. Здесь уже не было толпы. Танцоры и основной стафф улетели вчера двумя рейсами, а значит, к их приезду всё будет подготовлено. Внезапно Чонин и Лихан встали со своих мест и пошли куда-то в угол к стойке, останавливая охрану, последовавшую за ними. Хван проследил взглядом за их направлением и увидел Джисона и Феликса. Странно! Они должны были улететь вчера со всеми остальными. Может, остались из-за каких-то проблем? Или Джи настолько сильно расстроился из-за разрыва с Минхо, что даже летать с ним не хочет? Ему это даже на руку.       Хёнджин чувствовал себя странно. Джисон должен стать более счастливым после того, как хореограф его бросил по их с Хоном настоянию, но мальчишка, кажется, стал ещё более несчастным. Он изменился и перестал смотреть в глаза. Он не выходит в люди, больше не участвует в посиделках, не ездит в клуб, по словам брата, даже коды на всех дверях сменил. Он как будто и себя закрыл на код, который забыл. Неужели Джин тогда всё неправильно понял? В голову закралась мысль: а что, если Минхо тогда говорил правду?       Сколько себя помнит, Хёнджин всегда выбирал правду. Он был излишне впечатлительным и взрывным, его гнев мог разогнаться от нуля до аута за миллисекунды. Он не мог контролировать себя, когда был зол, всегда топил за справедливость, иногда переходя границы. Так, на выпускном из университета его чуть не отдали под суд за то, что в свойственной ему манере он защищал девушку, которую один из парней пытался изнасиловать в уголке. В итоге — тяжкие телесные и полностью оплаченное лечение с огромной суммой компенсации. И теперь ситуация повторяется. Когда Хван впервые увидел следы удушья на шее Хана, то чуть не перестал дышать. Этого мальчика он помнит ещё с тех пор, когда он приехал впервые в Сеул. Он принимал его как младшего брата, пытался помочь адаптироваться в незнакомой стране. И теперь кто-то наносит ему повреждения. Застав первый раз Минхо, прижимающего младшего за шею к стене в клубе — всё встало на свои места. Он рассказал всё Хону и Кенсу. Затем эта безобразная сцена насилия в стенах агентства, когда Хан умолял отпустить его, а Ли ещё больше сжимал и кусал его. Терпение закончилось. Парень в спешке сообщил всё старшему Киму и вызвал Минхо на разговор, который закончился не очень удачно.       Но теперь, спустя чуть больше месяца с момента того жёсткого разговора, ему уже не казалось, что он поступил правильно. Казалось, что он действительно влез не туда, куда было нужно. Нет, всё правильно! Так хотя бы Джисон перестал ходить с постоянными синяками. Может, попробовать поговорить с самим Ханом? Хван следил за ним взглядом. Парень стоял с друзьями и изредка вставлял фразы. Он даже очки не снял. Вот айдолы вернулись к группе, а Ликс куда-то ушёл, видимо в туалет, оставляя Джисона одного. Он не стал подходить к остальным. Джин подошёл ближе и окликнул парня. — Да, хён. — У тебя всё в порядке? — спросил Хенджин. — Да, — односложно ответил Хан. — А почему вы с Феликсом не полетели вчера со всеми? — По личным причинам. — Джисон, я не чужой тебе человек. Если тебя кто-то обижает, просто скажи, — ещё раз попробовал Джин. — Господин Хван, не лезьте в мою жизнь! Она не имеет никакого отношения к моей профессиональной деятельности, — вдруг резко сказал Джи.       Хёнджин был просто в шоке. Хан никогда ещё не дерзил старшим, он вообще всегда был тихим. Нужно обязательно разобраться.       Дни проходили в напряжении. Они готовились к концерту, потом к следующему. По мнению Хвана, тур начался очень даже удачно. Не считая некоторых незначительных косяков, оба концерта в японской столице прошли успешно. Затем переезд в Осаку, потом Пекин. Кажется, с этим туром не будет проблем. Но проблемы были. Камнем преткновения стал заместитель ведущего хореографа по имени Ли Феликс. Раньше, когда они были на разных этажах и виделись очень редко, этот парень вызывал интерес и не более. Но сейчас они каждый день бок о бок и видятся по много часов подряд. Джин начал больше наблюдать за этим парнишкой, удивляясь его чистоте и искренности, трудолюбию и упорству, подмечая милые веснушки на щёчках, очаровательную улыбку, подтянутое тело, маленькие ладошки.       Спустя месяц ежедневного общения и наблюдения за Феликсом, Джин вдруг понял, что его гетеросексуальность помахала ему ручкой. Этот маленький блондин кидал на него горячие взгляды, почему-то постоянно оказывался рядом и так мило смущался, когда приходилось обращаться напрямую. Хёнджина влекло к нему, тянуло магнитом. Хотелось прижать его к себе, погладить по солнечным щёчкам. Полным аутом было, когда он поймал себя на том, что открыто наблюдал за тем, как Феликс закусил губу, а потом облизнул её. Хотелось притянуть его к себе, поцеловать, повторить путь его язычка. О боже! Это же неправильно! А после переезда в Сингапур произошло то, чего он так хотел и вместе с этим боялся.       Они вместе одним рейсом прилетели. Джисон и Ликс так и улетали на следующий день после основной группы стафф, а значит, в один день с ними. Они в очередной раз встретились в аэропорту. Джисона видно не было, а они с Ликсом вписались друг в друга на пороге в уборную. Хван схватил его за плечи, чтобы младший не упал на скользкой плитке, и прижал ближе, а блондин задрал голову и впился в его лицо своими темными глазами. Взгляд опустился вниз, на его губы, между ними показался и исчез кончик языка. — Хён, ты можешь меня отпустить, — послышался глубокий голос младшего. — А если я не хочу?       А дальше всё произошло само собой. Хван наклонился ниже и коснулся его губ своими, сразу почувствовал его язычок, облизнувший его нижнюю губу. Он протолкнул свой язык глубже между его тёплых губ, исследуя его рот. Они стояли и целовались, младший льнул к его груди ближе, пока их не окликнули сзади. Парни оторвались друг от друга, освобождая дорогу. Феликс шмыгнул мимо и помчался к Джисону, а Джин только смотрел ему вслед. Они не могли остаться наедине два дня. Необходим был разговор. Нужно было выяснить всё. ________________________________       Ликс был в смятении от всего происходящего. Этот поцелуй просто лишил покоя. Он думал об этом постоянно. Душа требовала разъяснений. Поговорить удалось только через несколько дней. И опять внезапно. Старший дёрнул его к себе в номер, когда Феликс шёл по коридору. Танцор сначала испугался, но потом ответил на поцелуй Хвана. Они отлепились друг от друга, когда стало не хватать воздуха. Джин пригласил его присесть, предложил вина, но ему было не до этого. Он тихонько присел и посмотрел на старшего. — Поговорим? — спросил Хёнджин. — Думаю, нужно, — согласился Феликс. — Ты нравишься мне! Уже давно, наверное, с момента появления Джисона в агентстве. Он младший брат моего лучшего друга. Поэтому я стал обращать на тебя внимание. И как-то было ровно всё, но сейчас, когда мы тесно контактируем, я понял, что ты стал ближе, — уверенно рассказал Хван. — Ты тоже нравишься мне, хён. И что мы теперь будем делать? — растерянно спросил Ли.       Он и правда не знал, что делать. Это было неожиданно. Он не думал, что сегодня будут какие-то выяснения, но и отступать он не хочет. Хёнджин и правда ему жутко нравился. Подтянутый, спортивный, безумно красивый, опытный. От его раскосых глаз кидало в жар, а длинные пальцы хотелось облизать и почувствовать внутри себя. Может, просто секса давно не было? А может, именно этот сладкий экземпляр был слишком соблазнительным? — Можно попробовать встречаться, — предложил Хван. — Прости, хён, но отношения — это работа, а я пока что на это не готов. У меня сейчас учёба и работа, которая забирает всё моё время, — стал отнекиваться Ликс. — Тогда остаётся только один вариант, — сказал Джин.       Обольстительная улыбка озарила его лицо. Он встал и потянул Ликса за собой к постели. Направление его мыслей показалось заманчивым. Феликс позволил себя увлечь в поцелуй и сам расстегнул на себе толстовку. Было так хорошо оказаться в его руках. Они раздевали друг друга, а потом как-то оказались в душе под целым дождём горячих капель. Старший подхватил его под ягодицы и поднял по стене. Феликс уже кусался от наплыва эмоций и, наконец, почувствовал эти прекрасные пальцы, массирующие его задний проход. Как же божественно! Ликс закатывал глаза от восторга и стонал уже очень громко. Он сомневался, что шум воды заглушит его крики. Пальцы внутри него продолжали свои нехитрые действия, входя глубже и резче. — Ещё, прошу... — начал умолять Феликс. — Жадный какой! — ухмыльнулся старший и вытащил пальцы.       Немного помедлив, Джин насадил его на свой член. Он начал двигаться, входя так глубоко и проезжаясь по простате, что Ликс поплыл подобно лужице у ног этого парня. Он вцепился в его плечи и плотно обнял ногами за талию. Феликс горел в пламени из адреналина и эйфории, всё ближе и ближе к краю. Они оба кончили буквально за пару минут, после чего вытерлись большим полотенцем и вернулись к кровати. Джин достал смазку и они продолжили. Это было какое-то сумасшествие! Старший поставил его в коленно-локтевую и входил так яростно. Они несколько раз меняли позу, то ускорялись, то замедлялись. Больше часа Хёнджин мучил его, пока наконец, не выжал до капли, доведя и себя до оргазма. Они вновь дошли до душа. На пороге спальни их настиг звонок на телефон Ликса. Он поспешил принять вызов. — Феликс, ты где? Пошли прогуляемся? — послышался тихий голос Хана.       Ему он отказать не мог. Джисон нуждался в нём как никогда. Ему стало стыдно за то, что игнорировал его раньше. — Сони, я на этаже администрации. Спущусь через пару минут. Ты в холле? — ответил Ликс, поглядывая на старшего. — Да. Я жду тебя, — сказал Джи и скинул вызов.       Ликс поспешно начал одеваться, отвернувшись от Хвана. Джин подошёл к нему сзади и обнял за плечи, когда он полностью оделся. — Хён, прости, мне бежать нужно. Я нужен Сону, — сказал Феликс. — Ликси, мне было очень хорошо. Мы же повторим ещё? — тихо спросил парень, целуя его в щёку. — Надеюсь, ещё ни раз. Мне пора.       Феликс выпутался из уютных объятий и вышел из номера. Его ждал Хан.