No regrets

— Когда ты сказал, что пригласишь к нам на вечер Нечаева, я предполагал, что не с целью поспать, — Харитон придирчиво ощупывает взглядом раскинувшегося на постели Сергея, абсолютно голого и крепко спящего. — Ты же любишь сюрпризы. А он прекрасно понимает, зачем его позвали. Поэтому, — Дима по-хозяйски берет своего партнера за плечо и уводит наружу, в гостиную, — сначала пусть привыкнет. Я знал что ты оценишь визуал. Выглядит так, будто никогда ни царапинки на нем не было. Произведение искусства, за которое дерутся музеи мира. — Умоляю, скажи мне что ты не дрался с Петровым, нам и так смышленых инженеров не хватает, чтобы еще одного сдавать комитету — Харитон дает себя развернуть лицом к дивану и неспешно расстегивает брюки. В кармане туба полимерной смазки, заготовленной как шутливый подарок — с запахом и вкусом сгущенного молока. — Так вот куда пропал Самсонкин. И ты мне не сказал, ай-яй-яй. — Дима помогает приспустить белье и протягивает пальцы, чтобы Харитон выдавил на них смазку. — Хороший был специалист. — Его жена слила американцам. За какие-то пять тысяч долларов. Правда, деньги они потратили зря, Самсонкин сейчас в Москве у НКВД, а его супруга где-то на дне Аральского моря вместе с вертолетом американцев. — Харитон тихо вздыхает, выгибаясь в пояснице, чтобы принять пальцы глубже. — И ты не сказал мне об этом, потому что… — Ты сердобольный дурак и кинулся бы его спасать от расстрела. А Молотов и так уже землю носом роет только чтобы подгадить тебе. — Как грубо, Харитон. О, наш гость проснулся, прошу, не стесняйся. — Дима манит замершего на пороге Сергея, придерживая на месте Захарова. — Рад, что ты присоединился к нам. Нечаев облизывается и с трудом сглатывает. Его ожидания на вечер были иными, более простыми. А тут целое представление и Захаров в коленно-локтевой, от вида которого у Сережи отбило напрочь все посторонние мысли. — Ты у нас большой мальчик, так что не спеши. Харитон, еще смазку. Сергей часто дышит, позволяя профессору нанести сладко пахнущую смазку на член и от пары ловких движений напряжение в животе нарастает. Сеченов покровительственно кладет ладонь ему на поясницу и Сережа мысленно готовится сдерживаться изо всех сил, чтобы не спустить раньше времени. Профессор невыносимо тесный внутри и именно об этом Сережа грезил последние пять лет. Как колючий Харитон покорно будет принимать и умолять сильнее, быстрее и глубже. По холке от одной мысли пробегает дрожь. Сеченов успокаивающе поглаживает и целует в плечо, медленно направляя вперед и сдерживая от резких рывков назад. И похоже такой ритм очень нравится Харитону, потому что он сладко стонет и выгибается в спине, тесно сжимаясь внутри. — Такой молодец, все отлично делаешь, смотри как Харитону хорошо. Сережа поворачивает голову и тянется к Дмитрию за поцелуем, его настолько захлестывает чувствами, что ему жизненно необходимо ощутить этот щетинистый поцелуй, чтобы не потерять над собой контроль. Сеченов с удовольствием его целует, слизывая с губ пикантный привкус чего-то терпкого, что пил на ужин Нечаев. Сергей целуется также как и сражается — напористо, без остатка отдается процессу. Захаров под ними уже жалобно всхлипывает и Дима позволяет Сереже ускориться, почти грубо вколачиваясь в Харитона. — Поможешь ему? — предлагает Дмитрий, поглаживая мускулистую спину, очерчивая пальцами рельеф мышц вдоль позвоночника. — Я хочу, чтобы он спустил мне в рот, — просит Сережа, не сбавляя ритм толчков. — Это можно устроить, — Сеченов опускает руку на живот Захарову, обхватывая напряженный и перепачканный преэякулятом член. Горячая плоть подрагивает в ладони, а когда пальцы сжимаются в кольцо у основания и бережно оттягивают подобравшуюся мошонку, не позволяя Харитону кончить, тот выругивается и тянется рукой помочь себе. Дима шлепает его по кисти в качестве предупреждения. — Не спеши, Харитон, наш хороший мальчик очень хочет попробовать тебя на вкус. Нечаев замирает, прижавшись к спине Захарова, тяжело дыша и вздрагивая. — Иди сюда, — командует Дима, устраиваясь на диване. Харитон чуть раздосадованно шипит, из него течет сперма Нечаева и болезненно тянет яйца изза прерванного оргазма, но он предвкушает что будет дальше. Это же такая редкость, чтобы Сеченов да принял лично участие а не командовал со стороны. Он любит такие моменты с Димой — у того неистощимая фантазия и много энтузиазма. Не говоря уже о персональном шкафчике игрушек на любой вкус. Твердый член проскальзывает внутрь, заполняя без остатка. Харитон почти ностальгирует, однако все мысли испаряются из головы, когда Дима настойчиво направляет его внимание к ногам, где на коленях стоит Нечаев. И от его голодного взгляда по коже мурашки. — Он весь твой, Сережа, — Дима прижимается подбородком к плечу Харитона и с интересом наблюдает, как Нечаев буквально кидается вперед и хватается за ствол рукой. Захаров вяло ворочается, подаваясь вперед — Нечаев, как большая неуклюжая псина старательно облизывает и ласкает, пуская слюни и едва сдерживая стоны. Дорвался, пять лет копил эту жажду. Поэтому у Харитона ни единого шанса хоть сколько то продержаться — Сергей заглатывает всю длину и почти рычит, когда ему дают возможность отстраниться. Все до капельки остается в горле, а благодарный Сережа покрывает поцелуями напряженный живот, покрытый пушистыми волосками. — Как ты ловко управился, мальчик мой, — от ласкового прозвища у Нечаева по коже мурашки, которые сложно не заметить. — Сделаешь кое-что для меня? — Что угодно, — заверяет Сергей и в его голосе ни тени сомнения, скажи ему слово и на небо за звездой полезет своим ходом. — Поцелуй Харитона, пока я заканчиваю. — сидящий между ними Захаров сам тянется вперед, выгибаясь и соскальзывая с Сеченовского члена. Он остается сидеть на коленях, цепляясь за широкие плечи чтобы удержаться, пока Нечаев жадно водит ладонями, сжимая и оглаживая везде, где дотягивается. — Вот так, прекрасно, Сережа. Восхитительное зрелище, можешь крепче сжимать, Харитон не против пары легких синяков. Голос Димы подстегивает Сережу — он стискивает пальцы на боках, практически трахая языком рот Харитона. Сеченов замолкает, прикрыв глаза от удовольствия. Густые капли стекают по пальцам и с молочно белых ягодиц Захарова, довершая картину. — Мне… пора. — тактично пытается Сережа, но Харитон пришпиливает его взглядом к месту. — Сначала разговор. Дима берет Нечаева за руку и ведет за собой в ванную — просторная комната больше смахивает на турецкую баню, стопка пушистых импортных полотенец покоится на полке и подхватив верхнее, намачивает его в горячей воде. — Гигиену никто не отменял, — Сеченов бережно водит влажным полотенцем по коже, смывая пот и прочие жидкости, подсохшая на груди сперма хлопьями отходит и шелушится. — Душ тебе не угодил, да? — Харитон уже забрался в кабинку в углу и вовсю мылится, демонстрируя два комплекта синяков на боках там, где его прихватил Нечаев. — Так… более лично. И персональнее. Давай начистоту, Сережа. У нас масса вариантов, как все пойдет дальше. Не надо решать прямо сейчас, хорошо? — Дима легонько целует в губы и напоследок прикусывает зубами, прежде чем продолжить говорить, — наши двери для тебя открыты. Завтра ли или в любой день. Это приглашение с открытой датой и без обязательств. — Спасибо, Дмитрий Сергеевич, — автоматически отзывается Нечаев и бросает быстрый взгляд на Харитона, самозабвенно растирающегося полотенцем. — Формальности ни к чему, если я не прошу об обратном, мальчик мой. И, — Сеченов делает паузу, глядя как сглатывает Сергей, — приглашение распространяется на каждого по отдельности, хорошо? Это не будет проблемой. — Это будет лишним, Дми… Дима. Мне правда пора, я всегда сплю дома. — Нечаев запечатлевает крепкий поцелуй на губах Сеченова, затем дублирует его с Захаровым. — Хороший мальчик, — Харитон одобрительно кивает, провожая взглядом майора. — Знает свое место. — Пока нет, — Возражает Дима, усаживаясь перед зеркалом. — Но это вопрос времени. — Димааа. — Харитооон… — Если мне придется снова искать ведущего инженера, я буду очень зол. Харитон качает головой, запираясь в своем кабинете. Ящик с личными делами в углу ждет своего часа.