Вернуться, чтобы любить

Проверив всё ли выключенно и закрыто, мужчина закрыл заведение и направился к своей машине, которая находилась за самим притоном. Идя, он уловил краем уха плач и сразу поспешил в сторону, откуда был звук. Увидев Мартина, который сидел на снегу и лил горькие слёзы, внутри альфы появилось жгучее чувство вины. Что же он такое наделал… Не сдержался и довёл юношу до слёз. Кто ж мог подумать, что чувство раздражённости вдруг исчезнет и ему станет жалко Мартина. Тяжело вздохнув, тот подошёл к парню и аккуратно поднял его, тихо обратившись. — Поднимайтесь, мистер Мартин, иначе замёрзнете. Садитесь в машину, переночуете у меня… В отдельной комнате. Я к вам не притронусь, только не ночуйте на улице, ради Бога — А вам то какая разница, где я буду спать? Все равно я завтра уже не буду работать у вас – бурчал парень через слезы, но все же позволил себя усадить в машину. Прижимаясь виском к окну и держа руки на ремне безопасности, парень наблюдал за проплывающими мимо окнами домов и магазинов, а в голове играла песня Танцы Минус– "город". Прокручивая в голове текст песни, парню хотелось плакать, снова, но слез уже не было и состояние амебы это укрепляло. Мужчина молча ехал, следя за дорогой и лишь совсем изредка поглядывая на Мартина. Что уж тут говорить… Сам кашу заварил, теперь сам её и расхлёбывает. Вскоре те приехали к одинокому белому дому, рядом с лесом. Виктор не любил городской шум, поэтому такое место его вполне устраивало. Выйдя из машины и открыв дверь парню, он протянул руку, чтобы бета смог вылезти, опираясь на неё, после чего, когда он смог вылезти, Виктор помог дойти до двери дома, а там уже и по коридору до комнаты, в которой будет сегодня ночевать Мартин. Комната была просторной, огромная кровать, шкаф, комод, на котором стояло зеркало, пару книг и фото, на котором было трое человек: Виктор, какая-то женщина и маленькая девочка. Семейное фото? Или может родственники? Кто знает. Помимо этого в комнате был книжный шкаф, две тумбочки по бокам от кровати, а над ней огромная картина. Приведя в комнату, Вик сразу же посадил гостя на кровать, после чего отстранился. — Спать будете здесь. Если захотите в туалет, то выходите в коридор и открываете самую первую дверь слева; Ванна чуть дальше; Захотите придушить меня ночью подушкой, то комната напротив; захотите пить, то спускаетесь вниз по лестнице, идёте до входной двери и там справа будет кухня – мужчина вздохнул, взявшись за голову – но лучше зовите меня, чтобы я вам принёс воды или еды, иначе упадёте… Бета тихо и коротко засмеялся на моменте с подушкой и на самом лице на секунду появилась искренняя улыбка, но не надолго. Подавив ее кашлем от побаливающего горла, Мартин поблагодарил мужчину и, дождавшись когда тот выйдет, направился в душ. Горячая вода текла на голову, а после по волосам к спине, приятно обжигая кожу. Парень не помнил сколько он так просидел, но когда открыл глаза, понял, что ненадолго выпал из реальности. Поспешив вытереться и накинуть на себя халат, взгляд зацепился за укусы. За всей усталостью и болью в пятой точке парень и забыл про них, но решил, что разберется, когда будет в общежитии. Прохладная постель в такой большой комнате была крайне непривычной. Мартин долго ворочался и когда, казалось бы, заснул, парень слез с кровати и в обнимку с подушкой побрел к Виктору. Не обращая ни на что внимания, бета улёгся с краю кровати и заснул в одном халате, даже особо не прикрываясь одеялом. Виктора ещё тогда поразила улыбка и смех, да и то, что тот поблагодарил его — тоже его не оставило равнодушным, но увидев под утро то, что на его кровати помимо него был и Мартин, он подумал, что ещё спит и это всё просто плод его нездоровой фантазии. Но даже умывшись холодной водой, вернувшись в спальню он вновь увидел бету. Что ж... Видимо сошёл с ума. И тут либо он, либо спящая красавица. Мужчина подошёл к парню и накрыл его своим одеялом, ведь утром в комнате было слегка прохладно. Сам же он взглянул на время, после вновь на парня. Интересно, что предпочитает этот юноша есть на завтрак? Да и будет ли он вообще есть? В любом случае, Виктор был голоден, как волк, поэтому долго не думая ушёл на кухню готовить омлет с беконом. Вскоре по всему дому разлетелся ароматный запах бекона, а ещё, кажется, утреннего кофе. Сон по ощущению Мартина был мертвый, ведь ни хождения альфы, ни запах еды его не разбудили. Все тело по-прежнему болело, а сам бета давно не ощущал что выспался, хотя после пролитых вчера слез, пустота внутри противно скребла коготками. Умывшись и пригладив свои взлохмаченые волосы водой, парень медленно спустился на первый этаж и побрел в сторону кухни, где уже был Виктор. Мужчина уже заканчивал готовить. — У-утра – не смотря на мужчину, тихо сказал бета и робко сел за стол с самого края. Есть парню не сильно хотелось, да и от вида еды ему было нехорошо, но он списал это на нервы, ведь не в первый раз случается. Ел парень медленно, с усилием проглатывая каждый кусочек. А когда он ловил на себе взгляд альфы, то и вовсе замирал почти не дыша. Заметив это, Виктор и сам стал отводить взгляд. Неловко… он понимал, что не сможет так просто всё оставить, поэтому первый начал разговор, отложив вилку в сторону. — Понимаю, ты сейчас не хочешь меня видеть, не то что разговаривать, но просто выслушай меня, а дальше уже сам решай, что делать – сложив руки на груди и нервно вздохнул, Виктор стал объясняться. Видно, это давалось ему с большим трудом, учитывая его нервозность и то, что он постоянно хотел взять пачку сигарет и закурить – начну издалека: первый день, когда ты только пришёл устраиваться ко мне на работу, ты смог заинтересовать меня своей внешностью. По началу ничего кроме любопытства сможешь ли ты продержаться хотя бы неделю не было и я просто мотал тебе нервы, как вредная жена ебёт мозги мужу своими хотелками. С каждыми нашими стычками меня всё больше забавляла твоя реакция и со временем желание просто проверить насколько тебя хватит превратилось в желание постоянно видеть тебя и выводить на эмоции. Это стало моей одержимостью, не скрою. Мужчина закрыл глаза и начал массажировать одной рукой свой правый висок. От дальнейшего Виктор только сильнее стал нервничать, злясь на самого себя. — А вчера я кажется и вовсе сошёл с ума. В моих мыслях не было доводить всё до секса… Но я просто потерял рассудок и совершил огромную ошибку…– Виктор вдруг поссмотрел на Мартина так, будто что-то в нём искал и вдруг тема разговора слегка изменилась– ты напомнил мне о моей жене, которая погибла в авиакатастрофе вместе с нашим ребёнком. Возможно это и вывело меня на эмоции… Мужчина отвёл взгляд, быстро возвращаясь к самому смысла разговора– в любом случае, это меня не оправдывает и чтобы я ни говорил, это уже не имеет никакого значения. Игры кончились… Я довёл тебя, сломал, лишил гордости. И… хоть от моих слов и нет никакого толку и ты легко сможешь обратиться в полицию, я всё равно скажу на последок, что… Мне жаль. Я виноват перед тобой, Мартин, мне нет прощения. Я грязный извращенец, которому давно уже пора лечиться или же просто гнить в тюрьме, потеряв свободу и работу… Прости меня, за то что я сотворил с тобой. Когда альфа только начал говорить, парень вжался в стул, изредка поглядывая на мужчину. Сжимая пальцами то стол, то стул, Мартин скрестил руки на груди, от чего стало чуточку комфортнее. Дослушав Виктора до конца, Мартин тихо вздохнул, а после набрав в гоудь воздух негромко заговорил: — За такое нельзя простить. Мне очень жаль, что произошло с вашей семьей, но это не повод выводить свои эмоции на невинных людей. Лучше бы эти (отец и брат Мартина) двое были на их месте – еще тише пробормотал бета – мне кажется, что тюрьма, для вас будет не таким уж и плохим местом, но встает вопрос ,,что получу я?”– спокойный взгляд дольше обычного завис на мужчине– с вашими деньгами вы бы могли с легкостью покрыть «мои» долги, но вам не кажется, что этого мало? Моральное здоровье мне это не вернёт – взяв свою пустую тарелку, Мартин медленно прошел к раковине мимо альфы – спасибо за травму на всю жизнь, господин Досберг – безразлично бросил бета и стал мыть тарелку, после чего поставил ее на сушилку и пошел к лестнице на второй этаж– как я и говорил вчера, я хочу уволится, а раз я уволился, то пойду еще вздремну – сказал парень перед тем как скрыться на верху. Виктор нервно вздохнул, взявшись за голову. Это было ожидаемо. Он понимал злость Мартина, сам бы так отреагировал, поэтому тут он не мог что-то предъявить против. Да и впринципе он не в том положении, чтобы говорить что-то. Всё что он мог, просто выкурить сигарету, после чего начав собираться на работу, абсолютно не трогая и ничего не говоря юноше. Даже не стал спрашивать, когда тот и как будет добираться до общежития. Он просто молча отбывал своё наказание, будучи на свободе и при деньгах — бесконечная вина за содеяное. Самое жестокое и самое справедливое наказание за то, что он сделал с парнем. Когда мужчина ушел на работу, парень еще час дремал, а после пробуждения и втыкания в стену с принятием решения что же ему делать дальше, не спеша поднявшись и одевшись, парень заказал себе такси, хотя всегда и везде предпочитал быть пешком. Добравшись до общежития парень выгреб из своей комнаты все что мог. Рассортировав свою одежу и бывшего, Мартин занес мешок тряпок омеге, а после ушел. Желания идти на пары не было, плакали стипендия и идеальная посещаемость парня. Добрался он назад так же на такси. Разложив свои вещи там, где решил что верно, парень протер в доме пыль, на что его задница «спасибо» не сказала. Взяв с полки какую-то книгу, бета попытался читать, но уснул. По пробуждению, поняв что до возвращения Вика остался час, а есть хочется, Мартин принялся рыскать по холодильнику и ящикам. Не сказать что он любил готовить, главное что умел, а остальное не столь важно. Жить захочешь– научишься. По возвращению альфы домой, Мартин уже неспешно жевал свой жульен. Вернувшись домой и увидев на кухне Мартина, мужчина не слабо так удивился, ведь ему казалось, что тот уйдёт в своё общежитие как только проснётся, чтобы больше никогда не видеть его, но… Он здесь. Будто и не выходил никуда. — Что ж... Хорошо… У меня есть вопросы – устало произнёс мужчина, стоя в проходе — я не имею ничего против, но… Вы решили поселиться жить у меня дома? Было сложно построить мысль так, чтобы это не выглядело как какая-то притензия к Мартину, но всё же поведение парня показалось тому… Чуть… Подозрительным? — Ага – махнул рукой бета – сейчас я способен только есть и спать, общежитие плохо подходит и для того и для другого. Тараканы так себе деликатес, а соседи просто шумные – монотонно произнёс парень, доскребая ужин. Молча помыв посуду за собой и намекнув на то, что жульен еще остался, парень пошел спать, на последок сухо пожелав спокойной ночи. Смотря на запотевшее зеркало, Мартин снял полотенце с волос и заговорил с отражением: — Нет. У меня нет депрессии. Я могу готовить себе и у меня есть силы встать с кровати. Хватит думать о подобном. Засыпал бета как и прошлой ночью очень тяжело из-за чего он опять перебрался на край кровати Вика. Обнаружив под утро снова рядом с собой Мартина, мужчина поматал головой из стороны в сторону, пробуждаясь ото сна. — Пиздец какой-то…– прошептал себе под нос тот и поднялся с кровати. Сегодня была суббота… А значит посетителей сегодня должно было быть ещё больше, чем обычно. Возможно, он придёт позже обычного, так ещё и очень усталый. А ведь помимо работы есть ещё одна проблема– ужасное чувство в груди, что всё никак не проходит. Виктор думал, что сможет прийти в норму, после ухода Мартина, но тот остался… А ещё этот стол, на котором они это всё делали… Он его скоро перевернёт, честное слово. Он не может из-за него собраться с мыслями и заниматься бумагами. «Нужно что-то делать» —произнеслось в голове мужчины, пока тот искал в шкафу, что ему надеть на голый торс. В то утро бета не спустился на завтрак, парень просто продолжал спать или находится в полудреме. Он конечно находил силы кое-как подняться и приготовить что-нибудь на ужин для себя и альфы, но все остальное время парень просто лежал. Так продолжалось изо дня в день в течении недели и вот, по окончанию следущей субботы Мартин столкнулся с альфой, выходя из душа в халате и с влажной головой. Взгляд не выражал почти ничего. Мужчина не выдержал всего происходящего, ведь это всё только сильнее давило на него и всё же решил поговорить, нежно взяв за руку бету. — Мартин, подожди…– Виктор заглянул в глаза того, пытаясь найти в них хотя бы что-то… Но только сделал себе больнее, не найдя там ничего, даже отвращения– позволь мне сделать для тебя что-то… Всё что угодно: помочь с долгами, могу отдавать свои деньги на всякие покупки или развлечения, массаж… Да хоть что-нибудь! Позволь мне сделать хоть что-то, лишь бы ты вернулся в более-менее живое состояние, Мартин. Я уже на коленях готов умолять, только скажи, что ты хочешь…– голос мужчины звучал очень отчаянно и ведь не врал… Он действительно был готов сделать всё что угодно, лишь бы тому стало лучше, а вместе с тем стало лучше и самому Виктору, у которого сердце кровью обливалось при виде такого беты. — Не разбрасывайтесь такими словами – убирая чужую руку, ответил парень. Но после, погодя пару секунд бета издал усмешку, хотя его лицо не поменялось вообще – вы когда-нибудь были снизу? Повязка для глаз и наручники, желательно мягкие, а еще смазка и там по мелочи. Если вы и впрямь готовы на все, то буду ждать завтра. Более точный список я составлю позже. Закончив говорить, парень ушел спать и пролежал до обеда. Найдя и зарядив свой телефон, бета прислал Виктору точный список всего необходимого и второй, только уже с продуктами, ведь холодильник пустел быстро. Уверенный тем, что альфа даст заднюю, Мартин откинул телефон на кровать и пошел готовить себе обед. Сказать, что мужчина был шокирован словами Мартина — это ничего не сказать. Он был в тупике… Будучи альфой, роль снизу для него была унизительной и не подобающей, к тому же учитывая, что он ещё и директор притона с кучей денег на руках. Куда его не туда занесло, что всё так плачевно для него обернулось? Что с ним делает эта жизнь? В любом случае… Когда он вернулся домой, то зайдя на кухню, поставил пакет продуктов на стол, а рядом с пакетом какую-то коробку… Можно было легко представить, как это всё нести руками было не удобно до двери дома. Список продуктов был куплен и список… Кое-чего интересного тоже присутствовал. Внутрь коробки Виктор явно уже не хотел заглядывать вновь. Ему хватило той фантазии, как с ним будет связана та или иная вещь… И будь его воля, он бы ничего из этого в свой дом не приволок, но это сраное чувство вины… Если потеряв гордость, исчезнет и чувство вины, то лучше так, чем ничего. Через некоторое время на кухню вошел Мартин. Разложил продукты по местам и оставив то, из чего он будет готовить, бета заглянул в коробку. Если для Виктора это было унизительно и смущающе, то на лице парня не дрогнул и нерв. Молча осмотрев качество каждой вещи, Мартин кивнул себе и, сложив все обратно, понес на верх. Проходя мимо альфы, парень негромко сказал: — После ужина советую отсидеть в горячей воде и поменьше волноваться. То, что я люблю доминировать вот так, еще не значит, что я насилую партнеров на столе. Вскоре Мартин опять вернулся и молча принялся за готовку. Сегодня на ужин была паста, не сильно тяжелое блюдо, что не будет лежать камнем в желудке. Поужинав в тишине, а после помыв посуду, бета отправил мужчину в ванну, а сам закрылся в спальне до его прихода. Лёжа в горячей ванной, мужчина смотрел в потолок с пустым взглядом и думал о своём предстоящем аду. — Может утопиться нахер?..– мужчина тяжело вздохнул, прикрыв глаза и попытавшись расслабиться. Как же это всё-таки унизительно… Даже представлять это не хочет. Хорошо, что будет повязка. Так ему будет не так сильно унизительно, по-крайней мере до тех пор, пока его глаза будут закрыты повязкой. Через некоторое время, когда тот более-менее смог расслабиться, альфа вылез из ванной. Виктор уже и забыл как на ватных ногах дошёл до комнаты… И то как ему завязали глаза и сковали руки. Если бы так же можно было бы потом забыть о сексе... Но остаётся лишь поддаться. Из его уст вышел тихий вздох, предвкушающий дальнейших действий Мартина. Закрепив руки за спиной мужчины наручниками, Мартин нанес на ладони смазку и провел пальцыми от плеч к животу, размызывая холод. Руки вернулись вверх и начали дразнить ареолы сосков, почти не докосаясь до затвердевшись горошин. Это продолжалось несколько минут после чего правый сосок накрыли горячие губы. Свободная рука скользнула в низ, бета каждое свое движение делал тягучим и медленым, а после резко обрывал или заканчивал, вот так и сейчас. Пройдя клочками пальцев по еле твердому члену, парень убрал руку, не дотронувшись до головки. Выдавав еще смазки на пальцы, парень плавно ввел один из низ на две фаланги. Из-за большого количества лубриканта палец двигался легко, погружаясь то целиком, то почти покидая тело. Губы и вторая рука как и прежде были на груди, гладили и массировали. Руки и плечи мужчины слегка напрягались от чужих прикосновений. Виктор поджимал губы, стараясь не издавать стонов, а лишь мычать и тяжело вздыхать, но повязка обостряла все чувства. На удивление чужие касания были приятными, хоть и обрывистыми… Это были очень странные ощущения, но ещё более странное и смущающее чувство появилось, когда он ощутил внутри себя чужие пальцы. Это заставило его чуть прогнуться в спине. — Кх… Виктор вдруг понял, что не может сфокусироваться лишь на одних пальцах Мартина, он так же фокусировался и на его вторую руку, и на его приятные губы. Взглотнув, мужчина закусил нижнюю губу, сжав руки в кулаки. Слишком незнакомые ощущения проходили по телу альфы, заставляя его покрываться мелкими мурашками, а плечи совсем изредка содрогаться. — Сдерживаетесь? — задал риторический вопрос бета– и долго вы так протянете? — усмехнулся тот. Губы легли на шею, оставляя смачный засос, что не сойдет еще несколько дней. Добавив второй палец, парень начал делать волнообразные движения и ножнички, продвигая пальцы то глубже, то почти вытаскивая. Парень все еще не прикасался к члену альфы, наблюдая за его реакцией. Виктор чуть задрал голову, вытянувшись в спине, чувствуя чужие губы на своей шее, а от шаловливых пальцев мужчина слабо раскрыл рот в хриплом стоне. Хотелось сжаться, сомкнуть ноги и прижать к себе, чтобы никто не трогал его там… Чтобы не ощущать весь этот стыд. Член от движений пальцев внутри Вика стал потихоньку подниматься и твердеть. Эта реакция… Она была не понятна даже самому мужчине, ведь он совсем не думал, что у него будет стояк от того, что его растягивают. Да и как появился стояк, тем чаще на неравномерном выдохе слышался совсем тихим то-ли возбуждённый, то-ли жалобный стон. — Не бойтесь показать свой голос, тут кроме нас никого нет – шептал бета на ухо альфы – мне кажется, что это вполне честно, ведь мы потеряли свою девственность и гордость в руках друг друга – зубы слегка прикупили мочку уха, а после парльцы покинули тело Вика. Зашуршала упоковка презерватива и вскоре головка твердого члена была приставлена с скользкому проходу, что так и манил. — Знали бы вы какой тут вид – в голосе Мартина была издевка. Надавив на мышцы большими пальцами, парень медленно проник в мужчину и остановился. Погладив стоящий член пальцем, парень толкнулся в мужчину, выбивая воздух из груди. Почувствовав как его сжали стенки кишечника, бета по кошачьи промурчал и положил руки на крепкую талию. Медленые и тягучие движения вперед назад выдерживали один темп, на лице беты была довольная улыбка. Тело Вика то малость извивалось, то останавливалось на месте, так как тот понимал, что сам согласился на всё это и теперь бежать уже было некуда. Из его уст вырывались тихие басистые стоны, а грудь часто поднималась и опускалась в неравномерном дыхание мужчины. Иногда всё тело Вика вздрагивало, словно от холода, а колени всё наровились прижаться друг к другу. Поясница прогиналась, его плечи «танцевали» в разные стороны от ощущений внутри. Хотелось вырваться из этих наручников и покинуть комнату, но он понимал, что всё происходящее — это только начало. Наблюдая за реакцией Виктора, бета сделал несколько резких толчков, что на фоне его нежности выбивали из ритма. Мартин накрыл губы альфы своими, но при малейшем намеке на ответ кусал или отстранялся. — Мне кажется тебе моего члена мало – спокойным тоном выдал бета и стал копаться в коробке. Достав новенький фалоиметатор, парень кратко засмеялся и принялся смазывать игрушку лубрикантом. Мартину было наплевать на то, что между ягодиц альфы и без этого текло как у омеги, да и простыни уже были липкие – посмотритека, это место напоминает мне попку Алекса во время течки. Такая-же жадная и липкая – холодная головка прижалась к аналу и начала надавливать на него– жалкая шлюха! – рыкнул бета проникая в мужчину игрушкой, на простынь капнула кровь – уф, похоже я порвал. Ну ничего, у меня есть мазь– теперь движение внутри Вика было рассинхронным, пока один член выходит, второй погружался глубже и наоборот – нет, чтобы сказать, что ему надоел я или секс со мной, нет! Мы, блять, пойдем и будем трахаться с другим альфой на кровати своего парня – Мартин уже не контролировал что говорил, парню просто хотелось выплеснуть эмоции. От глубокого толчка бета кончил после чего вышел и поменял резинку полную спермы, завязав сколькими руками. Мужчина звонко стал постанывать, вздрагивая всем телом и слегка высунув язык. Нижняя его часть тела вся дрожала. Порой альфа даже вскрикивал, запрокидывая голову назад. Под повязкой скрывались слегка мокрые, закатанные наверх глаза. Всё тело Вика извивалось под бетой, мысли путались, он терялся во времени и пространстве, совсем уже даже не разбираясь, что происходит, чувствуя лишь то, что происходит внизу и боль в уже затёкших руках. Из уст мужчины невольно вылетало имя парня, пытаясь привести того в чувства. — Мартин… М-мар… Тин…– сквозь стоны умоляюще звал того Виктор. Член мужчины подрагивал, предупреждая о том, что скоро тот мог кончить. Он почти не успевал переводить дыхание, прогинаясь под Мартином. В какой-то момент Виктор поймал себя на мысли, что ему это нравится… Но эта мысль исчезла так же быстро, как и появилась, всё же он был альфой, не иначе. Мартин дал Виктору кончить без стимулиции руками, после чего шумно выдохнул и вышел сам вытаскивая следом и игрушку. Кровь смешалась со смазкой, небольшие разрывы в складках анальных мышц выглядели неприятно, но справедливо. Расстегнув наручники бета принялся мять и осматривать запястья. Пальцы умеренно сильно давили на руки, разгоняя кровь, создавалось ощущение, что Мартин делал это не в первый раз. — Я скоро вернусь – тихо сказал парень и, забрав презерватилы, а так же резиновый член, вышел из комнаты. Поставив на прикроватный столик кружку с травяным чаем и медом, бета вернулся на кровать. Смоченая в тёплой воде марля осторожно протирала тело мужчины. Обработка ран мазью заставила Виктора лежать в унизительной позе еще какое-то время, после чего мазь нанесли и на его запястья – если будет немного печь, то терпи– закручивая небольшой тюбик, сказал парень– а еще советую встать, чтобы я мог сменить постельное белье. Согнав старшего на диван и заставив пить чай, Мартин принялся приводить постель в порядок. Для него это был уже как ритуал по окончанию сессии или просто секса, ведь омеги много текли, а чтобы легко войти в бету, нужно много смазки. Мужчина ничего тому не говорил по окончанию всего, лишь молча кивал или мычал. Он пил чай и даже не поднимал взгляд на Мартина, просто пытался прийти в себя после всего. Взглянув на себя в зеркале, он стал рассматривать засос на своей шее. Долго же он ещё будет красоваться у него на шее. А ещё… Как оказалось быть снизу гораздо тяжелее, чем сверху. Силы… Силы гораздо быстрее уходят и в теле остаётся только усталость. Сейчас Виктор только хотел лечь на кровать и отдохнуть, поспать.