Много противоречий

Спустя четыре дня ребята в полном составе поехали к месту проведения концерта. Несмотря на кашель, насморк, и не успевшие нормально зажить вывихи, Сквизгаар упрямо притащился к остальным, более менее приведя себя в порядок. Товарищи по группе скептически его оглядывали, но никто ничего не сказал. Удивительно, но маленький коварный план Чарльза все ещё находился под секретом для упрямого гитариста и тот ни о чем не подозревал. Тишину прерывал лишь звук хрустящих чипс, которые так сильно любил Нэйтан. Все были в напряге и казалось, что если сейчас кто-то откроет рот, то Сквизгаар непременно что-то заподозрит и уничтожит их самих вместе с их маленькой подлянкой. Мердерфейс как всегда расковыривал ножом дырки в дорогом столе, Пиклз лежал с закрытыми глазами откинувшись на диван, мол он вообще тут спит и как бы не причем, а Токи рисовал корявых котиков, то и дело нервно поглядывая на Сквиза. Блондин же в свою очередь все время ходил туда-сюда, то смотря в окно, то оценивая насколько качественно собран их интерьер, то и вовсе передвигая предметы с их родных мест, словом делал все, чтоб не уснуть, а ему этого очень сильно хотелось. Тишина угнетала... Теперь Токи не боялся на него открыто смотреть, ведь он знал, что его не встретит ответный убийственный взгляд, которым Сквизгаар так любил его одаривать. Он вообще редко вылазил из своей комнаты в последние дни, а если и делал это, то старался обходить Токи так, чтоб они случайно не пересеклись наедине. Норвежец даже чувствовал некую власть над ним из-за этого, ничтожную конечно, но все же ему это в какой-то степени льстило, но... Но и напрягало тоже, ведь он не знал как выйти из этой ситуации, когда обе стороны молчат, а делать первый шаг к разговору ему явно не хотелось. Спустя почти два часа они уже вовсю готовились к выступлению в гримёрке: Нэйтан воинственно делал себе "боевую раскраску", Уильям доедал чипсы, пока товарищ по группе занят, а Пиклз решил прибухнуть перед концертом и предложил Токи составить ему компанию по дружбе, а тот и не отказался. Тем более, он волновался перед предстоящим событием и нужно было как-то расслабиться. Но перебарщивать он не стал, а то мало ли... Все четверо были в ожидании чуда касаемо Сквизгаара: уже было понятно, что он не собирается уступать, так что оставалось надеяться только на то, что он просто отрубится и... Это свершилось! За спинами трёх музыкантов послышался шёпот басиста: — Мужики... Кажется, его вырубило... Все трое моментально обернулись, лицезрея блондина, который мирно посапывает уложив голову на стол. Они с облегчением выдохнули. — Просьба Чарльза встать пораньше сыграла нам всем на руку, так он быстрее устал. - прошептал Пиклз, кивая в сторону Сквизгаара, — Теперь, чуваки, осталось тихо отсюда слиться и дело сделано! Нэйтан подобрал с соседнего стула лёгкий плед, ведь оставлять товарища снова мёрзнуть не хотелось. Он аккуратно, стараясь не издать ни единого шороха, накрыл им спину Сквизгаара, так же осторожно отходя от него. Все четверо будто ходили по минному полю, боясь издать малейший звук. Токи подобрал свою гитару. — А ну погодите, - Мердерфейс достал снотворное, которым великодушно одарил их Чарльз, на случай, если Сквизгаар не уснет естественным образом. — Что ты делает? - вопросительно вскинул бровь Токи, наблюдая за тем, как Уильям наполняет стакан Сквизгаара водой. — Ублюдок может проснуться в разгар концерта и все нам испортить. Я пытаюсь это предотвратить! - он быстро разбавил лекарство в воде, поставив стакан поближе к спящему, — Если проснется наверняка захочет пить. Навернет этой водички и уснет обратно до того, как доберется до нас! Ну, наверное... Нэйтан и Пиклз переглянулись, пожимая плечами. План звучал логично, так что пусть все останется по задумке басиста. — Хорошо, идём... - Нэйтан как можно тише приоткрыл дверь, выскальзывая из помещения. Его примеру последовали и остальные, но Токи остался последним. Он уже собирался выходить, но не выдержав вновь окинул взглядом этого блондинистого психа, который собирался запороть им концерт в таком состоянии. Выдохнув, он подошёл к нему ближе и слегка подтянул плед вверх, дабы он более надёжно укрывал спину Сквизгаара. Постояв так ещё пару секунд он поддался следующему порыву, и рискуя планом и благополучием остальных ребят, аккуратно заправил особо выбивающуюся золотую прядь гитаристу за ухо, осматривая его спокойное, умиротворённое лицо. Теперь точно надо было торопиться на выход, иначе как-то неудобно перед остальными. Сквизгаар остался один. Токи била мелкая дрожь. Несмотря на то, что он немного выпил ему это не сильно помогло расслабиться. Все должно было пройти просто изумительно, ведь он все пальцы себе стёр переигрывая эти партии раз за разом, но что-то все равно вызывало в нем тревогу. Раньше он не так сильно боялся налажать, ведь в случае чего внимание аудитории сразу бы переключилось на Сквизгаара, а его ошибка осталась бы незамеченной, но в данном случае нельзя было на это надеяться. До этого они записали в секрете от Сквизгаара ритм-партии, дабы поставить их фоном во время концерта, так что теперь все внимание, которого Токи так жаждал, будет направлено на него. «Но почему я волнуюсь?» - спрашивал сам себя гитарист. А ведь действительно, почему? Возможно, его мучило чувство вины перед Сквизгааром, но с другой стороны с какой стати он вообще должен об этом думать?! Сквизгаар в свое время столько раз позорил его перед всеми, говорил ужасные вещи, не стеснялся обидеть, а теперь Токи чувствует вину из-за того, что наконец сможет сыграть свое соло, в то время как этот придурок валяется в гримёрке и спит? Размышляя об этом, Токи решил вспомнить все плохое и посильнее разозлиться на непутёвого партнёра по группе, дабы тревога ушла и осталось лишь желание показать ему, что они как-бы и без него прекрасно справляются. Все вот-вот должно было начаться. Токи почувствовал тяжёлую руку Нэйтана у себя на плече. — Волнуешься? — Нет! Просто дэто быть непривычный... Надеюсь, я не будет сильно лажать на своих партия. — Это и есть волнение, дурень - посмеялся Нэйтан, слегка хлопая младшего гитариста по плечу, — Не думай об этом, ты в любом случае сыграешь лучше, чем Сквизгаар сейчас. Только больше не пей, тебе всё-таки далеко до Пиклза, чтоб под градусом играть. — Это правда! — Пикл, не подслушивает! - возмутился Токи, но ему было приятно, что остальные вовлечены в его переживания несмотря на их правило не интересоваться чужими проблемами. — Ну все мужики, начинается! - Уильям поудобнее взял бас-гитару, готовясь предстать перед публикой. И вот они на сцене. Токи как всегда оглушили восхищённые вопли фанатов, но в этот раз оно ощущалось как-то иначе. Парни начали слаженно играть, все трое, за исключением Токи, уже были как рыбы в воде, им будто не стоило особых усилий, чтоб выдавать такие результаты. Даже Уильям, которого принято было считать не лучшим музыкантом прекрасно исполнял свою роль, и лишь Токи терзали волнения. Гитарист в точности повторял каждое движение пальцами, которое делал во время бесчисленных тренировок, его ладони даже не вспотели как обычно, когда он волновался. Наконец, звуки из его гитары начали вырываться так, будто она была его продолжением, он полностью отдался этому прекрасному, самозабвенному чувству мастерства, но ему все равно чего-то не хватало для полного умиротворения. Возможно, что этим чем-то был Сквизгаар, который столько лет всегда находился с ним рядом на одной сцене, а теперь его нет, но есть толпа, которая восторженно вопит вкушая эти прекрасные мелодии. Толпа, которая казалось и не заметила отсутствие златовласого бога гитары, а если и заметила, то это ее не особо взволновало. Наконец Вортуз получил внимание, которое жаждал заполучить столько лет, наконец он был на первом плане, наконец он доказал, что чего-то стоит и без надменного шведского идиота, которого принято было считать самым лучшим, неповторимым! Игра гитариста становилась все агрессивнее, когда он прокручивал в мыслях все те моменты, где Сквизгаар позволял себе говорить ему гадости, предавать его доверие и каждый раз вонзать нож ему в грудь. Ветер становился злее, многократно усиливая все его чувства. Каштановые волосы перекрыли взор, но это его не беспокоило. Он слышал вопли толпы вперемешку с музыкой, которую создавали их инструменты, но отчётливее всего он слышал слова Сквизгаара, которые теперь так часто звучали в его голове: «Ты считаешь, что значишь для меня больше, чем остальные, но это не так. Ты всего лишь... Токи. Ритм-гитарист.» Много дерьма было сказано, но эта, казалось бы безобидная по сравнению со всем остальным фраза, задевала его больше всего. Токи действительно хотелось быть для него особенным, он всегда лез из кожи вон, чтобы что-то ему доказать, безоговорочно ему доверял, а в конце получал очередной плевок в душу, очередное предательство, а потом по новой. Как сейчас. Стоило ему отдалиться от виновника своих переживаний, как он сам приходил к его двери, запуская заново этот механизм разрушения. Вот только с каждым разом он пролазит в душу все глубже, а терять его становится все больнее. Воспоминания о плохом сменялись на более личные, на те, где Сквизгаар искренне ему улыбается, что-то объясняет, показывает свое беспокойство, играет с ним в негласные гляделки, в которые Токи всегда ему проигрывает. На те, где Токи крепко прижимает его к себе в надежде согреть, боясь выпустить из рук и не увидеть больше никогда. На те, где Сквизгаар его обнимает и просит не уходить, остаться... Где он тихо посапывает, прижимая Токи к себе словно плюшевую игрушку, будто они никогда не ссорились, никогда не говорили друг другу ужасные вещи, оставаясь наедине. — Я тебя ненавижу... Я тебя ненавижу!... - шептал Токи будто сам себе, не в силах остановить свои мысли. Все эти противоречивые чувства собрались в гигантский ком в груди гитариста. Его до краев переполняли эмоции и если бы не гитара, которая прямо сейчас помогала выплеснуть их в мир, то он бы несомненно устроил погром огромных масштабов. Спустя почти два часа концерт был окончен. Усталые музыканты направились обратно в гримёрку уже позабыв о том, что там их ждёт ещё одно испытание... Но оно настигло их даже раньше. — Почему вы пойти без меня?! - Сквизгаар бросился к ним, словно страшное торнадо, метая взглядом искры. — Воу, чувак, спокойно, ты отрубился, вот мы и... — Что значит отрубился, Пикл?! Почему вы меня не разбудить?! Мы же договариваться, что я будет играет с вами, я!!! — Мы ни о чем не договорились, мы лишь промолчали, чтоб ты не закатил очередной скандал, Сквизгаар. Ты не в состоянии играть. - подытожил Нэйтан. — Дэто не есть правда! Как вы мог так поступает со мной? Со мной!!! — Еб твою мать, успокойся Сквизгаар, Токи прекрасно сыграл за тебя! - к сожалению, Мердерфейс ляпнул лишнего. И касаемо матери тоже. По лицу Сквизгаара стало ясно, что он ещё больше наполнился яростью. — Я знает, как он сыграл... Я все видеть, - он перевел взгляд на Токи, буквально впиваясь в него яростными глазами, после чего быстрым шагом направился к гитаристу, — Зачем ты так поступает? Я знает, что ты делает дэто специальный, мне на зло! — Я ничего не делает! Я выполняет свой работа, которую ты делать не в состоятелен! — Дэто не есть правда! - рявкнул Сквизгаар, толкая Токи в грудь, отчего тот был вынужден сделать пару шагов назад. — Чел... - Пиклз попытался придержать блондина, но тот и его оттолкнул. — Что ты делает?! Ты есть совсем ебануться?! - Токи ещё не отошёл от недавнего эмоционального взрыва, а его уже провоцируют на новый. Он сжал кулаки, до боли впиваясь ногтями в кожу. — Почему ты так со мной поступает? Ты не мочь занимает мое место, не имеет права! Только не ты! Я есть единственный главный гитарист этот блядский группа! - казалось, с каждой секундой Сквизгаар вскипал все сильнее, не в силах сдерживать эмоции. — У тебя не быть никакое место! Ты не быть никому нужен! - крикнул Токи в ответ, и несмотря на его высокий голос это звучало крайне убедительно, — Никто даже не замечает, что тебя нет! Все смотреть на меня, а знает почему? Они смотрели друг другу в глаза, не прерывая зрительного контакта. Остальные же наблюдали за этим "цирком", так как знали, на что способны эти две бестии, если что-то не поделили. — Потому что все понять, что я быть лучше. Они смотреть только на я! А ты дэтого боишься, потому что знает, что я есть лучше, чем ты! - Токи и сам в это не верил, но ему хотелось сделать Сквизгаару больнее, насколько возможно. И у него получалось. Сквизгаар молчал пару секунд, после чего снова сорвался на крик. Его голос слегка дрогнул. — Почему ты это говоришь?! Зачем ты это сделал, ты ведь знаешь, как для меня это важно! - Он переключился на их с Токи общий язык и норвежец сделал то же самое, отчего остальные стали недоуменно переглядываться, наблюдая за их эмоциональной жестикуляцией, так как перестали понимать скандинавов. — Потому что я прав, Сквизгаар! Ты тоже говорил мне много дерьма все эти годы, помнишь?! Тебе ведь нет до этого дела, не так ли, ведь глупый маленький Токи в любом случае тебя простит, он ведь всех всегда прощает, и снова останется в тени твоего самодовольства! Но теперь я могу быть лучшим на сцене без тебя, а ты без меня не сможешь никогда! Тебе всегда будет нужен какой-то бездарь, чтоб казаться магистром на его фоне, а мне не нужен никто! Даже ты мне больше не нужен! Я тебя ненавижу! — Это не правда! Ты сам не понимаешь о чем говоришь, идиот! Неужели ты в это веришь? Ты просто занял мое место воспользовавшись ситуацией, ебучий дилдо! - Он больно ткнул пальцем в грудь Токи. Казалось, что Сквизгаар сейчас просто заплачет от переизбытка эмоций. Его глаза влажно поблескивали, что встревожило Токи, но он все ещё был зол и обижен, — Не смей отнимать у меня мою жизнь, слышишь?! Ебучая гитара это единственное, что у меня есть! Единственное! - Выпалил Сквиз на эмоциях и тут же об этом пожалел. Благо, хоть остальные не поняли о чем шла речь. Они даже слово вставить боялись, если быть честным. Токи уж было хотел что-то ответить, но Сквизгаар просто развернулся и ушел, чтобы не дать слабину снова. Токи был уверен, что он абсолютно точно довел до слёз своего ненавистного возлюбленного, но это почему-то не принесло ему счастья, а лишь оставило какое-то горькое послевкусие. — Пиздец... - подытожил Уильям. До дома добирались молча. Оказавшись наконец на своей территории, Сквизгаар решительно стал удаляться от остальных в сторону собственной спасительной комнаты, а ребятам оставалось лишь провожать его взглядом. — Сквизгаар! - крикнул Токи уходящему в спину, а тот в ответ лишь ускорил шаг, завернув за угол. Издав какой-то непонятный звук похожий на смесь гнева, безысходности и разочарования, Токи побежал за ним, пока тот снова не скрылся в своей комнате, словно крыса в норе. — Я лишь надеюсь, что они друг друга не отпиздят... - Пиклз многозначительно проводил шатена взглядом. — ... Пустые надежды. - Подметил Нэйт. Тем временем полный решимости Токи догнал свою цель уже у самых дверей его комнаты. — Постой, тупой дилдо! - быстро нагоняя озлобленную златовласку прокричал он, положив руку ему на плечо, на что Сквизгаар тут же брезгливо стряхнул ее с себя. — Отъебись от меня, я не хочу с тобой разговаривать. — Сквизгаар, почему? Что я сделал не так?! Почему ты так взорвался из-за того, что я наконец сыграл ебучее соло за тебя на одном единственном концерте? Я не понимаю! — Конечно ты не понимаешь! Ты слишком глуп, чтобы понять! — Я ничего у тебя не отнимаю! - он попытался вернуться к предыдущему "разговору", который так и не удалось завершить, — Я просто хотел доказать тебе, что ты не прав! Я хотел, чтоб ты взял все свои слова обратно, слышишь? — Я не собираюсь брать их обратно. Ни одно. - Швед пошел по своей старой тактике, отталкивая от себя Токи настолько, насколько это было возможно, — Ты сам виноват в том, кто ты есть! - На самом деле последнее предложение Сквизгаар часто повторял сам себе в те моменты, когда обострялась ненависть к своей собственной личности. — Вот как... - Шатен огорчённо отвёл взгляд, после чего совершенно искренне задал вопрос, — Тогда почему ты сидишь у меня в дверях, когда тебе плохо, а затем умоляешь остаться? Послышался звонкий шлепок. Токи понял, что ему дали пощечину только спустя несколько секунд, когда щека начала неприятно гореть. Сквизгаар сделал это скорее рефлекторно, желая его заткнуть, и в его глазах это ясно читалось: он не планировал причинять Токи боль, и уже успел пожалеть о своем действии как минимум несколько раз. Токи ощутил, как обида и гнев вновь охватывают его тело в сумасшедших масштабах. Не в состоянии больше терпеть нахлынувшие чувства, он грубо схватил Сквизгаара за шею, сильно толкая в стену, отчего тот снова больно ударился головой. Блондин схватился за его руку, чувствуя как она сжимается на его горле. Голос Токи послышался у самого уха: — Зачем ты так со мной поступаешь... Почему?! Почему ты надо мной издеваешься?! Тебе это нравится ?!— он отчаянно задавал все больше вопросов, надеясь наконец получить ответ, — Я ненавижу тебя! Ненавижу на тебя смотреть, ненавижу твой голос, ненавижу тебя обнимать, ебучая тварь! Ненавижу твою тупую ухмылку! Это все причиняет мне боль, ты способен делать только больно! - Токи громко всхлипнул, кажется это был его предел. Отпустив Сквизгаара, он принялся вытирать все сильнее подступающие слёзы. Хотелось расплакаться как никогда, ведь вся его обида достигла предела и просто захлестнула его с головой. Он уже пожалел о том, что так грубо обошёлся с и так не успевшим оправиться от травм гитаристом. Скоро и чувство вины подоспеет. — Да потому что... - отдышавшись, Сквизгаар взял его за запястья, открывая собственному взору его заплаканное лицо, — Потому что я боюсь. Боюсь тебя, понимаешь? Боюсь тех чувств, которые ты, ублюдок такой, во мне вызываешь. И не могу им сопротивляться. — Н-но... - Большие, заплаканные глаза выражали полное непонимание и растерянность. — Потому, что боюсь, что ты займешь мое место. Ты уже это сделал. Потому, что игра на гитаре это единственное, что у меня есть. Единственное, чем я живу, чем я горжусь! - Сквизгаар вздохнул, с раскаянием глядя в серо-голубые глаза, — Единственное хорошее, на что я способен... Понимаешь, Токи? Я больше ничего не умею. Даже любить я не умею. Боюсь. - Наконец, он отпустил запястья Токи, отводя взгляд в сторону. — Сквизгаар...- он снова всхлипнул, — Почему ты не говорил мне об этом раньше?... — Никто не должен был это знать. — Сквизгаар! Мне не нужна сцена, когда на ней нет тебя! - Снова в его словах чувствовалась чистейшая искренность. Сквизгаар вновь перевел взгляд на его лицо, вскинув в удивлении брови. — Я просто хотел... Хотел добиться похвалы от тебя, чтоб ты заметил как я стараюсь. И я врал! Я врал о том, что ты мне не нужен! Ты нужен всем! - Токи взял его за плечи и слегка потряс, — И никто не сможет занять твое место, потому что ты... Ты такой единственный. Незаменимый. Прости... Сквизгаара переполняли эмоции. Кажется, глаза снова налились слезами и несмотря на то, что он из-за всех сил пытался их сдержать, у него все же не получилось. — Токи... Что ты несёшь?! - Он слегка отвернулся, пытаясь скрыть предательские слёзы за волосами, — Зачем ты просишь у меня прощения? Это не ты должен извиняться... — Нет, я виноват! Я должен был заметить раньше! — Словно не понимая, что Сквизгаар пытается скрыть от него слёзы, Токи поспешил аккуратно убрать закрывающие лицо пряди ему за уши, дабы снова взглянуть в блестящие голубые глаза, — Я думал только о себе, прости меня... - Он осторожно смахивал с его лица слезинки, стараясь не поцарапать мягкую кожу загрубевшими подушечками пальцев. О своих слезах он уже позабыл. — Токиии... - обречённо протянул его имя Сквизгаар, понимая, что теперь сдерживать слёзы ему точно не по силам. Всхлипнув от безысходности, он прильнул лицом словно кот к большой ладони шатена, — Ты такой глупый... Глупый маленький Токи.