Много противоречий

Токи возвращался к себе под утро, после того как убедился, что со Сквизгааром все хорошо и он крепко спит. Мысли безудержно роились в голове после произошедшего, никогда ещё Сквизгаар не подпускал его настолько близко к себе, даже будучи нетрезвым. Токи не хотелось от него уходить, хотелось остаться там, вместе с ним, обнимать его часы напролет, но мысль о том, что его все равно в конце концов отвергнут и прогонят отбивала всякое желание. Ему надоело вновь и вновь получать со стороны Сквизгаара такие удары, не хотелось снова испытывать боль от разочарования и предательства. На следующей неделе несмотря на свою лень и плотный график ничего не делания, ребята решили обсудить предстоящий концерт, не желая лишний раз будить в Чарльзе зверя. Наконец, они дождались Сквизгаара, который впервые за все это время вылез из своей комнаты, а выглядел он мягко говоря не очень. Было видно, что он не высыпается, его изводил кашель и прочие сопутствующие симптомы, его любимая гитара осталась стоять в комнате, так как сил таскать ее с собой повсюду попросту не было. Но по крайней мере он причесался и собрал волосы в низкий хвост! Токи впервые с ним увиделся с той ночи и ему оставалось лишь гадать, помнит ли Сквизгаар обо всем, что случилось, или нет. Он опасался, что тот может пожалеть о сказанном и попытаться выставить ситуацию против самого Токи, но такого не произошло, так что он надеялся, что Сквиз все же утратил воспоминания о том дне. А сам Токи в то время помнил многое... И много об этом думал ночами. Сквизгаар избегал встречаться с ним взглядом. — Уебищно ты выглядишь, конечно... - подметил Нэйтан, оглядывая товарища по группе. — Я тоже так думаю! - поддержал его Уильям, — Теперь к тебе в закулисье точно никто не придет. - тот хмыкнул, не отводя от Сквизгаара взгляд. — Отъебаться от меня пожалуйстый, я бы посмотреть как вы выглядит если бы вас отпиздить два нарик и оставляет полежать на морозе. Хотя кое-кому и дэто не быть нужен, чтоб ему никто не давать. - проговорил Сквизгаар с ноткой раздражения, намекая на исключительную красоту их басиста. Пиклз не сдержавшись похихикал в кулак, Уильям же возмутившись такому ужасному оскорблению уж было начал огрызаться в ответ, но Чарльз быстро пресек их ссору: — Итак, через четыре дня у нас концерт. Я не буду долго тянуть и скажу сразу: Сквизгаар, мы не думаем, что ты будешь в состоянии его отыграть, и...- — Дэто есть полная чушь! Я прекрасно себя чувствовать и мочь отыграть любая партия совершенно спокойный! - говоря это, он снова ненадолго разразился приступом кашля, но быстро продолжил, — Вы просто не сможет организовывает дэто без меня, кто тогда будет играть мои партия?! Меня невозможный заменить! - он сложил руки на груди как обычно это делал во время спора. — Во-первых, Сквизгаар, я не думаю, что твои вывихи так быстро успели зажить, во вторых... Но Чарльза перебил Пиклз: — Во вторых ты капец как херово выглядишь, чел! Мне кажется, ты и десяти минут на сцене не продержишься, да и не только мне. Нэйтан подхватил мысль, продолжая, — Только представь: великий гитарист Сквизгаар Сквигельф начинает жёстко харкать кровью во время выступления и сбивается с игры, а потом вообще падает со сцены и разбивает лицо в мясо! Это конечно металлично, но сейчас нам нужно зарабатывать бабки, а не тратить их на твои похороны. —Я думаю ты, блять, много на себя берешь, - продолжил Уильям, — тем более мы правда спокойно можем обойтись без тебя парочку концертов, как бы мне не хотелось этого признавать, но у нас есть... - — Что у вас есть?! - повысил голос Сквизгаар, резко разводя руками, — Что у вас есть, а?! У вас не быть ничего! Со мной не сравняется ни один блядский запись, или кто-то другой! Я не может быть заменим, вы сами дэто прекрасно знает! Все вы! - он начал по очереди указывать на каждого пальцем, произнося эти слова, но все ещё избегая встречи взглядом с ритм-гитаристом, — Я, блять, быть единственный в мире гитарист который есть способный отыграть дэтот ебучий концерт на высший уровень, и вы дэто знает! — Но взять хотя бы твои травмы, Сквизгаар... - снова вмешался Чарльз, пытаясь остудить гневный пыл ведущего гитариста. — Дэто не есть для меня помеха! Неужели вы думает, что какой-то вывих способный меня остановить?! Нет! Я должен сыграть, я! - он ударил себя кулаком в грудь здоровой рукой, как бы подтверждая свои слова, — И никто другой! Все это время Токи молчал. Он знал, что Чарльз и группа уже решили кто будет заменять Сквизгаара, а этим человеком должен был стать он сам. Ребята долго сомневались, но после того, как Токи продемонстрировал им плоды своей многомесячной работы, они решили, что он вполне может заменить Сквизгаара на один или два концерта, и у него это прекрасно получится. Все заметили, что ритм-гитарист стал выдавать гораздо лучшие результаты после того, как стал больше времени проводить за гитарой у себя в комнате. Токи действительно старался, старался усердно и долго, его и без того мозолистые пальцы стали ещё грубее после нещадных тренировок и бесконечной игры на гитаре. Он заучил каждую гитарную партию их нового альбома, чтоб точно быть во всеоружии, он не спал ночами и работал, хоть это и было не в его характере, ведь обычно он предпочитал уделять время своим творческим хобби и фантазиям, но их со Сквизгааром диалог, где второй сам сказал, что ему пора прекратить жить своими фантазиями, будто дал Токи звонкую пощечину. Ребята переглянулись друг с другом поняв, что со Сквизгааром спорить бесполезно, в то время как он злобно окидывал их взглядом. Чарльз лишь кивнул, удаляясь из комнаты. Он знал, что Сквизгаар в любом случае не сможет выступить: он либо сляжет накануне концерта, либо как и сказал Нэйтан - отрубится на сцене, а второй вариант был крайне нежелателен. Поэтому, на данный случай у них уже был слегка подлый, но рабочий план - просто подсыпать шведу снотворное и оставить отсыпаться. На самом деле все было спланировано ещё до прихода Сквизгаара, просто все надеялись, что он будет благоразумен и не станет до конца упираться, но увы. Как бы это плохо не звучало, но этот план действовал лишь во благо группы и ведущего гитариста в первую очередь. Оставалось надеяться, что никто по глупости не взболтнет лишнего раньше времени, иначе пиши пропало. — Если мы на дэтом закончить, то я ухожу в свой комната. Мне быть нужный готовиться. - Сказав это, он встал из-за стола и тоже вышел вслед за Чарльзом, захлопнув за собой дверь. После непродолжительной тишины Пиклз подал голос: — Мне кажется он снова идёт совершать рейд на мою заначку... — В смысле? - Нэйтана, казалось, это крайне заинтересовало. — Да вот недавно вернулся домой, а в комнате погром, тут и там пустые бутылки. Сначала подумал на Мерда, но - — Эй! А чё сразу я?! — ...Но потом вспомнил, что он был с нами в тот вечер. Оставались Сквизгаар и Токи, а он бы не стал лезть ко мне в комнату за бухлом. Делаем выводы. - Пиклз вздохнул, раздосадованно, - И взял ведь самое лучшее, сука! — Дэто быть правда, я... Я, эм, слышать как он бухой ходить туда сюда за дверь в тот день. — То есть ты позволил ему воровать мое бухло?! — Что? Нет!Я вообще-то быть занят и все такое! - Принялся защищаться Токи, - И вообще какое мне быть дело, ты сам свою дверь не закрывает! Все я уходить отсюда, у меня быть дела! - Он поспешно вышел из комнаты, пока его снова в чем-нибудь не обвинили. Закрыв за собой дверь он выдохнул, посмотрев в ту сторону, откуда слышался кашель Сквизгаара. С минуту он думал, стоит ли следовать за ним или нет, ведь ему так хотелось снова побыть наедине с ним, особенно после недавнего инцидента. Его пагубная привязанность снова просыпалась, хотя, если быть честным, она и не засыпала никогда. Он знал, что если сейчас туда пойдет, то его почти со стопроцентной вероятностью пошлют куда подальше, но как же хотелось. Как хотелось... Тяжело вздохнув, он все же быстрым шагом направился в ту сторону, куда ушел Сквизгаар, и быстро его догнал. Он боялся подать голос, да и в целом не знал что сказать, так что просто робко остановился, смотря ему в спину. Сквизгаар обернулся, на секунду одарив Токи удивлённым взглядом, но его сразу перекрыла обычная маска безразличия. — Что такое? — Я, эм... - Токи замялся, щёлкая пальцами, — Ммм... Ребята сказали за тобой присмотреть, чтоб ты не упал посреди коридора или что-то в этом роде. - Врал он плохо. Это видно хотя бы по его бегающему по стенам взгляду. Сквизгаар хмыкнул. — Даа? - будто специально потянул он, — Как заботливо с их стороны, как маталлично! Ну, как видишь со мной все в порядке, так что... - Он отвернулся, чтоб продолжить свой путь. — Сквизгаар, ты помнишь? Остановившись, блондин слегка напрягся и спросил, не оборачиваясь: — Ты о чем? —Я о... - Токи тяжело вздохнул, мысленно ругая себя за этот вопрос. Он ведь сам надеялся на то, что Сквиз ничего не помнит, а сейчас наталкивает его на эти воспоминания! Но деваться было некуда, — Ну помнишь, ты недавно это... Выпил... И ты ко мне пришел. Вот... - Токи будто прощупывал почву, стараясь не раскрыть все карты сразу. — Ммм... Я не помню ничего о тебе. - Как всегда прозвучал ледяной голос Сквизгаара, но он помнил. И Токи об этом знал. Сквизгаара выдало его избегание, ведь даже если они в ссоре, он никогда не боялся встретиться с ним взглядом как сегодня. Такое поведение было редкостью, и Токи сразу это про себя подметил — А теперь я ухожу к себе. Не мешайте мне сегодня. - С этими словами он ловко проскользнул за дверь своей комнаты, даже не одарив Токи взглядом. Все было понятно. Оказавшись наедине с собой, Сквизгаар просто сполз по стене сев на пол, зарываясь пальцами в свои волосы. Он не знал что чувствовать по этому поводу, он вновь корил себя за проявленную слабость, за проявленные чувства, которых быть не должно. Он уже не понимал как лучше - не чувствовать ничего, или чувствовать и мучаться от этого. Ему просто хотелось, чтоб это закончилось, его пугала эта неопределенность и тот факт, что порой он не может сдерживать свои порывы касательно Токи, ведь он всегда мог держать под контролем большую часть своих эмоций, а сейчас!... Сквизгаар обнял себя руками вспоминая, как его обнимал Токи, как он аккуратно гладил его по волосам, как ласково поцеловал его в лоб без капли похоти или чего-то подобного, сколько нежности и заботы было в этих прикосновениях. Заботы, которую Сквизгаар не привык на себе ощущать, и нежности, которая была для него чем-то необычным, из ряда вон выходящим, чем-то невинным и романтичным, полным бескорыстной ласки. Чем больше он об этом думал, тем больше чувств его окутывало. По щекам невольно покатились редкие слёзы, отчего Сквизгаар ещё больше стал мысленно себя ругать, но деваться от этого, к сожалению, было некуда. Голова болела, температура вновь поднималась, так что не оставалось ничего лучше, чем просто лечь спать и забыться на какое-то время. Он так и поступил, нехотя перебираясь на кровать и крепко обнимая подушку, снова непроизвольно предаваясь воспоминаниям о тех заботливых объятиях и мягких каштановых волосах.