The secret between us

Первые числа мая.

      Легкие мурашки прошли по телу, сосредоточившись где-то в области загривка, отчего волоски на коже встали дыбом. И все это от одного только воспоминания о произошедшем этим утром.        Гарри не смог сдержать предательскую и, как ему казалось, совсем уж глупую улыбку.       — Э, друг, ты чего так странно улыбаешься? — Рон растерянно хлопнул глазами, слегка хмуря брови.       — Задумался, прости, — Гарри вздохнул и оторвал взгляд от Риддла. — Что ты говорил про исследование по маркетингу?       Нельзя было столько пялиться. Это становилось совсем неприличным.       Том сидел буквально через два столика в компании Корвуса Лестрейнджа, Антонина Долохова и Теодора Нотта и отчаянно делал вид, что его — Гарри — не замечает.       Великолепная пятерка. Вот только где Розье?       Ладно, на самом деле его не слишком-то и интересовало, где один из вечных подпевал Риддла — Эвен, — а вот почему тот даже на секунду не посмотрел на него — очень.       — Ты опять не со мной?       — Я всю ночь пытался выгрузить запись, — поморщился Гарри, солгав. — Когда там нужно все сдать?        Он бы хотел сказать другу правду: что выгрузка его стрима заняла минуты, а остаток времени он провел в постели с самым горячим парнем, но Рон точно не поймет, да и этот «горячий парень» открутит ему голову за правду. Судя по кругам под глазами и помятому виду, с которым он ничего не смог сделать утром, Гарри не выглядел как человек, проспавший всю ночь.        — Сочувствую, бро. Напиши в поддержку. У тебя вечно какие-то траблы с трансляциями, — вздохнул сочувственно Уизли и хлопнул его по плечу.       Гарри вдруг почувствовал на себе взгляд, пробирающий до костей, и догадался, кому тот принадлежит. Он украдкой кинул ответный взгляд на Риддла, встретившись с его глазами. Предательская дрожь усилилась. Глаза Тома, еще за секунду до этого потемневшие от раздражения и спрашивающие «Почему Уизли касается тебя?», стали холодно-вежливыми.       Актерище.       Гарри дотянулся до рюкзака и порылся в нем, выискивая в царившем внутри беспорядке леденец на палочке. Он ковырялся с шуршащей упаковкой какое-то время, а потом положил его в рот.       — Ты питаешься одним сладким, — вздохнул Рон.       — Да-да, миссис Уизли, — хохотнул Гарри.       Сделав вид, что это было совершенно случайно, он кинул беглый взгляд на Риддла, вытащил конфету изо рта и провел по ней кончиком языка, прежде чем снова отправить ту в рот.       — Тебя Миона на диету посадила, что ли? — они вроде бы говорили об этом, но Гарри не был уверен.       — Это было странно, — прокомментировал Уизли его действия и вздохнул, тут же переключаясь на свою проблему: — О! Она помешалась на этом здоровом питании... — с грустью сказал он. — Может, ты с ней поговоришь? Нам двадцать лет! Это не тот возраст, чтобы тратить время на невкусную еду и скучные вещи, — буркнул Рон.       Комментарий заставил Гарри весело рассмеяться, привлекая на секунду внимание многочисленных посетителей университетского кафе — еще бы! Полдень! — но он не заметил, чтобы Риддл даже посмотрел в его сторону.       — Если ты сейчас про учебу, то не говори этого Мионе: она будет беспощадна. Тем более совсем скоро летняя сессия, — намекнул он Уизли.       Да, Рон был отличным другом, но студентом — неважным. Из-за чего раз за разом заставлял ответственную Гермиону тяжело вздыхать.       — Не напоминай, — застонал тот.       Телефон на столе звякнул, уведомляя о пришедшем сообщении. Гарри улыбнулся уголками губ расстроенному другу и дотянулся до мобильника, не удержавшись. Нужно было посмотреть потом, но ему не терпелось увидеть, что написал Риддл. В том, что это был Том, он не сомневался.       «Прекрати меня провоцировать. Мы в университете».       «Я просто ем», — отправил Гарри в ответ.       Он почему-то был уверен, что Риддл недовольно закатил глаза, даже не посмотрев в его сторону.       «Прекрати есть так, что это провоцирует всех вокруг на что-то другое», — тут же пришла ответка.       Гарри хмыкнул.       — Ты со своим мистером Инкогнито? — понимающе поинтересовался Рон.       В отличие от Риддла, Гарри не скрывал того, что он гей, и не слишком понимал, почему Том отчаянно делает вид, что нет на свете человека натуральнее него. Гарри никак не мог понять, какой в этом всем смысл — давно прошли времена, когда на такое косо смотрели. Сейчас же это, наоборот, стало почти мейнстримом. Ему начинало казаться, что все вокруг него бисексуалы — кроме Рона, конечно. Тот слишком любил Гермиону, чтобы заглядываться на каких-то парней. На других девушек, стоит заметить, тоже. Ладно, может, Гарри слегка утрировал, но мысли, почему Том боится показать, что он с кем-то в отношениях, не было ни одной. Этим своим отрицанием, что у него кто-то есть, Том подогревал интерес у большинства девушек в университете. И не только девушек. Просто парни были менее настойчивы — натурал же. И Гарри считал, что, пока они встречаются постоянно, этот «натурал» полностью принадлежит ему. Да, пусть даже все это было ради секса и Риддл упрямился, настаивая, что он сверху — как будто это что-то меняло в его ориентации, — но Гарри был собственником. Наверное, это было глупо, но он считал, что если человек спит с кем-то, то должен спать только с ним одним. Потом, когда отношения такого рода уже можно будет считать завершенными, партнер мог делать все, что душе угодно. Гарри уговаривал себя, что это все для собственного здоровья: если он спит только с одним Томом и наоборот, то никто никому не принесет никаких букетов. И нет, дело было не в том, что он начал влюбляться.       Все это сумасшествие длилось с начала семестра, когда их поставили в пару на математике. Это был не тот курс, который давался Гарри без скрипа, и он отчасти был рад, что его отправили к отличнику Риддлу. Но только лишь отчасти. Может, для всех Риддл и был идеальным, но Гарри чувствовал, что есть внутри него что-то такое... что-то неправильное. О, Гарри всегда был любопытным и если ставил перед собой цель, то всегда ее добивался. Мама называла это азартностью, цокала и говорила, что в этом он похож на отца.       Если только немного.       Так было во всем. Даже заниматься стримингом Гарри когда-то начал из легкого интереса и на чистом упрямстве до сих пор двигался вперед, превратив хобби в постоянный вид заработка. У него было более чем удовлетворительное количество подписчиков на канале, чтобы он мог на это жить. И достаточно неплохо.       — Гарри, ау, прием! Вызываю станцию «Избранный», — усмехнулся Рон, а Гарри оторвался от экрана, растерянно взъерошив волосы.       — Что ты спросил? — он не смог сдержать растерянной улыбки.       — Ответ получен, — махнул Рон рукой, рассмеявшись. — Я пойду возьму еще кофе. Ты будешь?       Гарри отрицательно качнул головой, уткнувшись в телефон.       Оставалось надеяться, что он не выглядит в этот момент, как будто растерял остатки мозгов. Хотя влюбленность… Стоп. Между ними был секс, редкие совместные занятия и незавершенное исследование по маркетингу, которым они теперь занимались. Ладно, им занимался Гарри, пытаясь привлечь на свой канал новых подписчиков и тестируя разные рекламные алгоритмы, но Риддл вывез их проект по математике. У них было еще несколько перекликающихся дополнительных курсов в этом году, и он рассчитывал взять у Тома пропущенные конспекты.       Гарри обхватил пальцами палочку от леденца и вытащил тот изо рта.       «А если я не хочу прекращать? Кстати, вижу, ты заезжал домой», — отослал он сообщение.       Риддл выглядел странно, но говорить ему об этом он не собирался. Темно-графитовая водолазка подчеркивала его бледность и оттеняла стальной цвет глаз, но это хотя бы было привычным, а вот странная кофта — последние дни выдались дождливыми даже для мая — с принтом зебры поражала воображение. Гарри боялся узнать, что Риддл, буквально помешанный на моде, мог надеть на ноги. Сам он не представлял ничего, кроме кед — универсальная же обувь!       «Нравится, детка?» — выскочило на экране.       Гарри вздохнул, на автомате закусив нижнюю губу, и быстро напечатал: «Выглядишь как сутенер».       «Только если для тебя».       Гарри рассмеялся, через силу заставляя себя не смотреть в сторону Риддла. Слишком все было сложно, чтобы он вот так открыто начал пялиться на него, разглядывать и… любоваться?       «И не мечтай, — набирал он, улыбаясь. — Я слишком особенный, чтобы принадлежать многим».       Несомненно. Гарри не мог не признать, что Том не только в его вкусе и красив от природы, но и обладает бешеной харизмой. До встречи с Риддлом он считал, что невозможно нравиться всем, но тот доказывал ему раз за разом, что невозможное возможно: казалось, все вокруг восхищались Томом. Однако чем больше Гарри его узнавал, тем интереснее ему становилось: хотелось понять, что тот представляет из себя на самом деле. Для всех Том был разным: для одних он был воплощением ангела с очаровательной улыбкой и покладистым характером, для других — умной язвой, а для третьих — достигатором, способным идти по головам. Но кем был Том Риддл в действительности, если содрать шелуху из всех этих ролевых масок?       Возможный ответ куда сильнее подогревал интерес Гарри. Он даже не закрыл чат, пялясь на свое последнее сообщение, пока не пришел ответ.       «У меня есть ключ от малого кабинета экономической теории. Пошли?» — Риддл явно сменил тему.       Гарри два раза перечитал сообщение, пытаясь понять, шутит ли Том или говорит серьезно. Иногда сделать это было сложно, особенно по переписке.       «Хорошая шутка, дорогуша».       Да-да, Гарри прекрасно знал, как Риддла провоцирует это слово, но ничего не мог с собой поделать: ему нравилось дергать тигра за хвост.       Он краем глаза заметил, как Рон поставил на столик большую черную кружку с капучино и упал на свое место.       — Очередь, — объяснил он свое вроде бы длительное отсутствие, которое Гарри даже не заметил.       Он на автомате кивнул, мягко по-дружески улыбнувшись, и выключил и так находящийся на минимуме звук на телефоне.       Как раз вовремя.       Мобильный завибрировал в руке.       «Я не шутил. Хочешь заняться сексом сейчас?».       Да, Гарри хотел. Так, что тряслись руки, но не здесь же — не в университете, — где их могли застукать в любую секунду. Мало ли у кого еще мог оказаться ключ от кабинета — да у того же преподавателя или тьютора — и кто мог ворваться в самый неподходящий момент.       Воображение живо нарисовало яркую картину того, как это могло произойти, заставившую Гарри вздрогнуть.       Ну уж нет! Он не собирался так подставлять себя и портить свою репутацию. И с чего это вдруг Том перестал так сильно трястись за свою?       — Какие у тебя планы на вечер? Не хочешь поехать ко мне после пар и затусить? Фред и Джордж хотели поиграть с тобой на приставке в God of War, — пригласил его Рон, подхватив чашку с кофе и сделав глоток.       Гарри задумчиво промычал, пытаясь переключиться с мыслей об очень грязном сексе почти что на публике на приглашение пойти в гости. Он подавил отрывистый вздох. Рон истолковал это по-своему:       — Не хочешь просто играть? Я понимаю, это твоя работа. — В его голосе послышалось столько неприкрытого сожаления, что Гарри тут же запротестовал:       — Что ты, Рон. Ты же знаешь, что я всегда за, — он постарался выглядеть как можно непринужденнее. — Сегодня?       У Тома до вечера была тренировка. Его расписание Гарри выучил как свое. Желание присутствовать на тренировке захлестнуло его в ту же секунду, но внутренний голос тут же подсказал, что этому не бывать. Для всех вокруг они не более чем просто однокурсники, выполняющие вместе проект. Но у них хотя бы было какое-то основание — прикрытие, если сказать точнее, — чтобы иметь возможность хоть как-то взаимодействовать друг с другом, не вызывая подозрений.       Очередная вибрация мобильного телефона прошла по ладони, и Гарри опустил взгляд.       «У нас есть двадцать минут до начала пары. Или я могу где-нибудь подхватить тебя после тренировки и поедем к тебе?» — уточнил Риддл.       Нет, точно никакого экстрима в стенах университета — это для себя Гарри понимал четко. У него еще не до такой степени снесло голову, чтобы он перестал настолько связно мыслить.       «После тренировки», — ответ он отправил почти сразу.       Рон в повисшей тишине потягивал кофе и вроде не чувствовал себя покинутым или забытым, пока Гарри писал вдогонку еще одно сообщение:       «Когда я смогу поприсутствовать на ней?»       Стоило хотя бы попытаться.       Он поднял голову и увидел, как Риддл на секунду хмурит брови, пробегая взглядом по экрану, а потом убирает телефон, осветив своей улыбкой подошедших к нему и его компании девушек с факультета дизайна. Гарри знал их не то чтобы хорошо: у него когда-то с ними был дополнительный курс по монтажу.       Как же их звали? Вроде Падма и…       Гарри напрягся, прокручивая женские имена.       Что-то цветочное... Точно! Лаванда.       И эта Лаванда вовсю строила глазки его парню, если Риддла можно было так назвать, хлопая своими наращенными ресницами. Гарри не был особым специалистом в этом и мог не отличить на другой девушке, но у Лаванды был неестественный пышный веер.       Риддлу нравится такое?       Он пока не мог понять, насколько Том в действительности бывает увлечен девушками. Ладно, Гарри-то не сразу понял когда-то, что тот увлечен им. Риддл бывал иногда предельно милым, и многие принимали это за флирт.       Гарри цокнул, гадая, когда все его мысли стали сводиться к Тому: в тот день, когда они впервые переспали, или же задолго до этого?       — Прости. Ты что-то говорил? — Гарри понял, что друг уже достаточное время молчит.       Рон фыркнул в ответ.       — Нет. Я просто узнаю этот взгляд, — пояснил он. — Может, все-таки скажешь хотя бы мне, кто этот таинственный парень, укравший все твои мысли?       — Не могу, — одними губами прошептал Гарри.       Они молчали некоторое время. Ему казалось, что Рон обидится, но он спустя время только хмыкнул и спросил:       — Так что, затусим сегодня?       — Если часов до восьми, идет?       Взгляд Рона был каким-то задумчивым, когда тот кивнул. У них как раз оставалась пара после этого окна, а дальше они могли ехать.       Семья Рона жила минутах в сорока езды от университета. Он решил, что как раз сможет быстро вернуться оттуда в этот район и встретиться с Риддлом. Сам Уизли уже почти год снимал квартиру, в которой жил вместе с Гермионой. Очень далеко от его дома.       Хотя, может, стоило попросить Риддла заехать за ним к Уизли?       Это был какой-то фантастический вариант, а в сказки Гарри верить перестал очень давно. Так светиться перед его друзьями Том бы точно не захотел. Еще бы! Его тачка была слишком приметной: тюнингованная, обклеенная матовой черной пленкой и с темными классными дисками. Гарри казалось, что большинству в городе известен этот автомобиль, у него самого ассоциирующийся с бэтмобилем.       У него машину конфисковали после того момента, как случилось дорожно-транспортное происшествие. Третий раз за неделю. И все по вине Гарри. Он тогда больше испугался, да и повреждения на новеньком родительском подарке были минимальные. Зато переживания всей семьи раздулись до масштабов Юпитера, а он, чтобы было не так обидно, убедил себя в том, что водить — это просто не его. И стал ездить в университет на такси или изредка с водителем, когда тот не был занят поручениями отца или мамы.       — Ты сегодня сам не свой. Видимо, тяжелая ночка, — произнес Уизли, сделав какие-то свои выводы.       Гарри понадеялся, что покраснел не так явно, чтобы у друга появились вопросы. Рон смотрел почти каждый его стрим, ведь все они были связаны с rpg играми, а не с вэбкамом, чтобы он так краснел, когда говорил о работе.       — Допивай кофе, и пойдем. Пара через пятнадцать минут.       В голову начала лезть предательская мысль: смог бы он расслабиться в том классе, если бы согласился на предложение Тома?       Что Риддл с ним делал? Когда Гарри начал превращаться в столь развратное существо?       Ответов на эти и многие другие вопросы у него не нашлось.       

      ***

             Гарри кинул взгляд на телефон — наверное, уже раз пятнадцатый за эти десять минут, — то и дело нажимая на экран, как будто тот не загорелся бы, если бы пришло сообщение.       У Риддла тренировка закончилась ровно пятнадцать минут назад. Мог бы и написать уже, если собирался увидеться.       Блядь.       Гарри начинал нервничать с каждой минутой все больше. Настолько сильно, что его нервозность стала заметна даже окружающим.       — Спешишь на свидание? — Джордж хитро улыбнулся, когда Гарри в очередной раз нажал на экран.       — Нет, — выдавил Гарри. — Просто… нужно быть дома ко времени.       Какое свидание?       У них и свиданий как таковых-то никогда не было. Тогда почему возникало ощущение, как будто его только что продинамили?       В голове появлялось столько мыслей, по кругу сменяющих друг друга, что Гарри заводился все сильнее. Накручивал себя.       Джордж усмехнулся, лукаво посмотрев на него, но никак больше не прокомментировал.       Гарри понимал, что нужно было собираться и ехать домой. А еще попытаться как-то выкинуть из головы всю эту ситуацию, что так его нервировала.       С Роном и его братьями они нередко встречались: когда семья хотела увидеть Рона, тот часто приглашал его с собой. Они слишком давно дружили: еще со школы.       — Не грусти, — Джордж хлопнул его по плечу и выключил приставку.       Игрок из Гарри сейчас был никакой. Особенно последние двадцать минут.        — Мы поедем, — сообщил Рон. — Миона наверняка уже дома.       Наверное, не стоило так переживать, тем более они ведь не состояли… Да какого черта вообще происходило? Том мог хотя бы просто написать, мол, сегодня никак.       Гарри на автомате натянул худи, которое скинул еще пару часов назад, и накинул куртку, скомканно прощаясь со всеми. Рон молчал ровно до того момента, как они вышли на улицу.       — Тебя подкинуть до дома? — поинтересовался он.       — Нет.       — Гарри, это… Если тебе нужно поговорить, — Уизли замолчал на половине фразы, а он лишь отрицательно покачал головой. — Помнишь, когда мы с Гермионой только начали встречаться, меня так же плющило? Я тогда себе столько всего выдумывал, а все оказалось намного прозаичнее.       Гарри это помнил, но то была умничка Гермиона, погруженная в учебу, а это скрытный, себе на уме Риддл. Для него разница была очевидна.       Телефон завибрировал в кармане, и Гарри моментально достал его, читая сообщение:       «Немного задержался на тренировке. Куда приехать за тобой?»       Черт.       Гарри со свистом выпустил воздух, ощущая, как накопившееся напряжение покидает тело вместе с каждым прочитанным им словом.       Он осознавал весь идиотизм надуманных ситуаций: например, что Риддл сейчас сидел с какой-то девицей вроде Лаванды или что просто забыл про него. Эта мнительность начинала пугать. Гарри не мог понять, когда стал столь зависимым от встреч с другим человеком, хотя всегда считал себя одиночкой по натуре. Конечно, он был эмоциональным и ненавидел делиться своим, но во всей этой ситуации, принимая во внимание их договоренности, он даже не мог банально позвонить. В их странных отношениях были правила, которые соблюдали они оба, и Гарри было интересно, так у всех пар, связанных узами такого типа, или только у них с Риддлом?       Конечно, он мог написать ему, задать вопрос, но со стороны могло показаться, что он скучает. А он не скучал. Вообще. Ладно, кого он обманывал — может быть, чуть-чуть.       «Через час у меня».       Гарри спрятал телефон в карман и поднял глаза на друга, который взглядом указал на свою машину.       — Поехали, — Уизли уже ничего не предлагал, приняв за него решение.       Может, это было и к лучшему.       Риддл как-то странно разжижал его мозги. Видимо, подобное передавалось половым путем — он переставал доверять собственным решениям. Гарри иногда казалось, что Рон читает его мысли. Либо после стольких лет дружбы он был для того как открытая книга.       Гарри вздохнул, открыл пассажирскую дверь старенького Форда друга, сел и сразу же пристегнулся.       Всю дорогу до его дома они провели в молчании. Уизли явно не хотел лезть к нему в душу. Или он все понимал без слов.       «Главное, чтобы не личность тайного любовника», — мелькнула настойчивая мысль и испарилась, оставив после себя только нервное напряжение и легкую усталость, которая, вероятно, была связана больше с событиями дня, чем с текущей фразой. Но так сложились обстоятельства, что утомление дало о себе знать именно сейчас.       — Скоро будет вечеринка. Не хочешь взять с собой мистера Инкогнито? — похоже, Рон тщательно подбирал темы, на которые мог с ним поговорить.       С тех пор, как они стали встречаться с Мионой, подруга на него положительно повлияла: Рон, при всей своей импульсивности и несдержанности в личных вопросах, ранее часто нарушавший личные границы, стал более эмпатично подходить к таким темам. Даже с Гарри, хотя тот был самым близким его другом.       — Что за вечеринка?       Он не помнил, чтобы кто-то говорил о чем-то подобном в последнее время.       — Лестрейндж приглашает к себе самых-самых на все выходные. Я думал, ты знаешь, — Рон начал слегка теряться и словно оправдываться. — И там плюс один.       Гарри выгнул бровь, надеясь, что на его лице не отразился скепсис.       Он очень уважал Рона, но никак не мог назвать его популярным студентом, особенно по мнению Корвуса Лестрейнджа. Гарри и сам не был дико популярным в студенческой среде, что не мешало ему развиваться в других сферах, но как так получилось, что пригласили Рона, не пригласив его, Гарри понятия не имел.       Уизли вновь, как будто специально, ответил на его мысли:       — Это все Гермиона. У нее проект с Панси Паркинсон.       Что многое объясняло: Паркинсон была завсегдатаем таких тусовок. Однако его тут же накрыло осознание, что там будет Риддл. И мало того, что Гарри не пригласили, он еще и все выходные проведет в одиночестве.       Потрясающе.       Кажется, он снова начинал заводиться, слишком остро реагируя на отсутствие Риддла в его жизненном графике. Или же реакция пошла на отсутствие секса? Гарри оставалось надеяться, что все-таки второй вариант правильный. Ведь в случае верности первого все значительно бы усложнилось.       — Ты только это… не расстраивайся, — выдохнул Рон сконфуженно, явно не ожидая, что такое могло произойти. — Может, Корвус тебя еще пригласит.        Чаще всего это Гарри первым куда-то приглашали, и они шли туда уже вдвоем.       — Вряд ли, — возразил он. — Ты же знаешь, я почти не общаюсь с этой компанией.       — А Риддл?       — А что Риддл? — Гарри постарался сказать это как можно более непринужденно.       — У вас же с ним совместный проект. Мне казалось, что вы начали нормально общаться, — просто ответил Рон.       Гарри не понимал удивления друга.       Как будто они с Томом стали друзьями, а тот забыл пригласить Гарри. О, вот кем-кем, а друзьями их точно нельзя было назвать.       Рон припарковался около дома, в котором располагалась квартира Гарри, и посмотрел на него, как на душевнобольного.       Гарри что, нестабилен? Недотрах еще никого не доводил до психушки.       — Ладно, я пойду, — он дернул уголками губ, тем самым стараясь показать, что с ним все нормально, и, дождавшись неловкого прощания, пошел в подъезд.