В комплекте

      Жизнь Пиццаплекса со временем вернулась в обычное русло. Теперь уже заместо Бонни на сцене блистал Монти, который быстро вжился в новую роль. Но, как только двери плекса закрывались, яркий праздник резко прекращался. «Бонни бы вряд ли хотел, чтобы мы грустили и молчали», — говорил Санни, когда звезды во время совместных встреч, понурив головы, часто замолкали, как только их разговоры начинали заходить в сторону чего-то связанного с боулингом или самим зайцем. Солнце старался подбодрить своих друзей, сначала он делал это один, затем к нему со временем присоединился Мун, потом Диджей, и так постепенно все немного свыклись с мыслью того, что теперь их стало чуть меньше.       Но даже когда на лицах друзей вновь возникали счастливые улыбки, и посреди ночи вновь раздавался веселый смех, Солнышко все видел. Он видел, что Фредди прятал в себе эмоции. Как воспитатель, рыжик отлично мог видеть эмоции детей — это было заложено внутри него. С опытом же он научился еще одной вещи — учиться читать эмоции по самым незаметным жестам и знакам. И он видел, что главной звезде пиццаплекса все еще тоскливо.       Поэтому Санни решил, что будет навещать его как можно чаще. Он сделает все, что угодно, лишь бы его друзья не грустили! То и дело он приходит к медведю с подарками: то принесет ему браслетик дружбы, то испечет парочку кексиков (после того, как Мун попробовал его тортик и сказал, что тот вышел неплохим, Солнце загорелся желанием время от времени печь всякие сладости), то и вовсе потащит Фазбера поиграть в автоматы.

***

      — Пока, Анна! Пока, Руберт! Хороших вам выходных! — помахал рукой дневной воспитатель близнецам — последним его маленьким посетителям на сегодня. Взглянув на время, Солнце победно хмыкнул, надо же, сегодня всех разобрали за целых десять минут до закрытия Сада! Обычно зазевавшиеся мамочки прибегали за своими детьми в последние секунды работы Детского сада, бывало даже такое, что дети оставались после семи, но после закрытия ответственность переходила на охранников — они забирали детей и отводили их в офис охраны, где проводилась проверка профиля ребенка и поиск его родителей. К счастью, все дети так или иначе благополучно отправлялись домой — Солнце получал небольшие оповещения об этом, когда они покидали территорию пиццаплекса.       Повернувшись назад, солнечный ойкнув, практически вплотную столкнувшись со своим напарником. Тот так любил бесшумно подкрадываться сзади, ух! Рыжик шутливо погрозил пальчиком тому, хихикнув.       — Мунчик, нельзя же подкрадываться так сзади!       — А что, напугал? — хмыкнул Луна, отцепляя от себя трос, на котором спустился сюда.       — Ничуть! — прыснул дневной воспитатель. До закрытия Детского сада оставалось немного времени, прийти вряд ли кто придет, поэтому можно было начать уборку. — Поможешь мне собрать бусинки? Когда я вечером делал браслетики — один мальчик случайно уронил баночку с ними, и все рассыпалось, представляешь!       — Без проблем, Солнце, — пожал плечами Мун. Он вообще с особым удовольствием подходил к вечерней уборке после закрытия, будь то собирание пары разбросанных подушек или досканальное протирание пола от липких пятен фаз-шипучки. Собирая бусинки на полу и складывая их в баночку, Луна часто украдкой поглядывал на Солнышко. Всегда такой веселый, позитивный, всем старается угодить, помирить, вовлечь во что-то. Он всегда улыбнется, спросит как дела, поддержит, и от этого в грудной клетке становилось невероятно тепло и приятно. Хотелось защитить его от всех невзгод, сделать самую мягкую постель, и рассказать самые интересные сказки, какие только были в голове…       Что это с ним?       Признаваться себе было сложно, но… Неужели это то, что называют у людей любовью?..       Слегка порозовев от таких мыслей, Мун тут же скрыл свое смущение за маской спокойствия и, как ни в чем не бывало, продолжил собирать бусинки, уткнув взгляд строго в пол.       — Как дела? Что интересного сегодня было? — поинтересовался он спокойным голосом у своего напарника. Тот тут же заискрился. О, рассказывать о том, как прошел его день, он очень любил! Это уже больше напоминало их небольшую традицию, когда Луна спрашивал у Солнца как дела, а тот в свою очередь выдавал ему целый рассказ о том, во что он сегодня играл с детьми, у кого был день рождения, кто себя непослушно вел, и прочее, прочее, прочее. Каждый день для Солнца был интереснее предыдущего, несмотря на то, что работают они тут уже прилично.

***

      Время доходило до полуночи. Немного подзарядившись, Санни встал с насиженного на зарядном коврике места. Кажется, Луна куда-то отошел, поэтому у Солнца возник шанс незаметно убежать. Он собирался посетить Фредди, обещал прийти к нему на прошлой неделе, но не получилось из-за того, что сильно устал под конец дня. Бесшумно спустившись по секретной лестнице к Саду, солнечный аккуратно выглянул из-за потайной двери. В Детском саду был выключен свет, царила приятная мгла, освещенная светом далеких зеленоватых звездочек на потолке.       На цыпочках Солнце прокрался к двери. До заветного выхода оставалось совсем чуть-чуть, пара шагов и!..       — Куда собрался? — раздался чуть строгий голос позади него. Санни вздрогнул, оборачиваясь и глядя на Муна глазами ребенка, которого только что обнаружили на месте преступления. Луна выглядел строгим и… чуть нервным? Что это с ним?       — Да я так, погулять, ничего такого, — махнул рукой Солнце, пытаясь скрыть волнение — раньше он не видел Луноликого настолько тревожным. Да и вообще, почему он должен перед ним отчитываться за то, куда пошел? Он не маленький ребенок, за которым надо следить, он сам за кем хочешь последит, вот! Адреналин от того, что его вот так просто, накрыл дневного воспитателя с головой, отчего стук внутри грудной клетки стал частым и гулким.       — Опять? Солнце, это уже не первый раз, когда ты сбегаешь из Сада ночью без предупреждения, — Луна взял Санни за руку, потянув на себя, — пойдем в комнату, я расскажу тебе сказку, и потом ты зарядишься.       — Н-не надо меня контролировать как маленького ребенка! — Солнце переживал, что если он сегодня не придет в гости к Фредди, то тому будет утром очень-очень грустно! Он вырвал свою руку из слабой хватки Луны, прислоняя к себе. — Я просто хочу сходить в гости к Фредди, вот и все!       — Ты хоть соображаешь, что недавно произошло? А что, если ты пропадешь также как и Бонни? С тобой может произойти все, что угодно!       — Да все будет хорошо со мной! И вообще, я не хочу с тобой ссориться, мы на мизинчиках пообещали, что не будем, — шмыгнул носом Санни, чувствуя как к горлу подкатывает ком, а возле глаз появляются слезинки, — поэтому, чтобы не поругаться, я просто уйду, потому что люблю тебя, вот! — после этих слов Солнце метнулся за дверь, убегая прочь от Сада и утирая слезы, оставляя Луну в одиночестве и немом шоке.       …Любит?

***

      Ближе к комнате Фредди Санни постарался утереть все слезы и привести голос в норму после стресса. Ему было так тоскливо от того, что Луна не хотел понимать его желаний. Фредди ведь сейчас так одиноко, так плохо одному. Ну как он может исчезнуть? Солнце всегда считал, что в случае опасности сможет за себя постоять. Да, исчезновение Бонни было действительно неожиданным и подлым ударом в спину для всех, но разве дневной воспитатель был глупым и наивным дурачком, чтобы просто взять и исчезнуть, верно?       Постучав в дверь и дождавшись приглашения войти, Солнце заглянул внутрь. Фредди сидел на диванчике и с улыбкой перечитывал свежий журнал «Фаз-лайф», разглядывая яркие картинки с фотографиями своих друзей. Подняв взгляд на воспитателя, медведь помахал рукой. Выглядел он. По-другому. Улыбчивый, счастливый, на его лице не было и тени печали. Санни удивился.       — Здравствуй, суперзвезда. Рад тебя видеть! Присаживайся, рассказывай, как у тебя дела? — Фазбер похлопал на месте возле себя. Солнце сел возле друга и неловко скрестил пальцы. Он ожидал, что сейчас придет и будет утешать Фредди, рассказывая ему веселые истории и заставляя улыбаться, но сейчас…       Сейчас они будто поменялись местами.       Санни грустно вздохнул, подобрав к себе коленки и уткнув в них свое лицо. Ссора с Муном ощущалась как самая полноценная трагедия. И ведь поругались из-за ерунды. Хотя чего это он? Они ведь не поругались, верно? Санни просто ушел, сказав, что не хочет ссориться, значит, все хорошо?       — Я вижу, тебя что-то тревожит. Поделишься? — мягко спросил Фредди, накрывая своей ладонью рыжую макушку и ласково гладя ее. Солнце промывал что-то невнятно, отрывая лицо от штанов.       — Фредди, я не знаю, что со мной происходит. Мунчик такой милый, добрый, хороший, всегда меня поддерживает и слушает, мне так хочется делать ему всякие подарки, чаще, чем любому другому ребенку в Саду! А ещё когда мы рядом, я чувствую странный гул в грудной клетке и становится та-ак тепло! Как думаешь, может я заболел?..       Фазбер улыбнулся по-доброму. Кажется, он догадывается, что случилось с Санни. Он видел, как тесно он и Луна общаются, берутся за руки, как смотрят друг на друга, улыбаясь. Прям как они с Бонни… Когда-то.       На мгновение Фредди грустно улыбнулся, но затем приободрился. Он был искренне рад за своих друзей. Бонни больше с ними нет, но это не повод отстраняться от остального мира и жить в вечной печали. Надо двигаться вперёд.       — Думаю, тебе нужно поговорить с ним по этому поводу с глазу на глаз. Расскажи ему о том, что чувствуешь, — посоветовал медведь, заглядывая в печальные глаза Солнца, — я уверен, что ему тоже что есть тебе сказать.       Дневной воспитатель взглянул на главную звезду с надеждой. Он правда так считает? Сейчас он видел совершенно другого Фредди. Уверенного, доброго, крепкого, каким он был в самую первую встречу. Рыжик улыбнулся. Раз он смог преодолеть барьер внутри себя, значит и сам воспитатель сможет.       — Спасибо, Фредди. Это было важно для меня, — приулыбнулся Санни, утирая крохотные слезы на уголках своих ярких глаз. Обняв доброго мишку, он крепко сжал его, после отпуская и вставая с места. — Тогда я пойду! Как говорил Бонни — не откладывай на завтра то, что можно сделать сегодня!       — Так держать, суперзвезда! — закивал Фазбер, показывая большой палец вверх и пронаблюдав за тем, как Солнышко вихрем умчался в Сад.       На мгновение на его лице вновь промелькнула грустная улыбка. Приподняв голову, солист прикрыл глаза.       — Спасибо, Бонни…

***

      Луна места себе не находил от волнения. Внутри все часто колотилось и щелкало, заставляя аниматроника перебирать все предметы вокруг себя в руках. Внутри смешались противоречивые чувства, слова «я тебя люблю», выкрикнутые в порыве эмоций солнечным воспитателем, заставляли метаться от одних слов к другим. Мун чувствовал, что виноват. Возможно, его ругание в сторону одиночных прогулок действительно было перебором, но он ведь правда не хотел, чтобы с его напарником произошло что-то плохое. Он никогда бы не захотел увидеть расстроенную мордашку коллеги снова. Он хотел сделать все возможное, чтобы на лице Солнышка никогда не было и следа печали, чтобы никакие события не смогли сломить его счастливую улыбку.       Надо срочно его найти и все рассказать. Рассказать о том, что он чувствует. Санни должен все знать, иначе какие они напарники, если один скрывает от другого что чувствует. Пусть он знает, что беспокойство о нем не беспочвенны.       Только Луноликий собирался встать и направиться к балкону, как вдруг внезапно потайная дверь открылась и оттуда медленно вышел Санни, все время тупя взгляд в пол. Луна тут же подорвался к нему, крепко обнимая. Живой. После того, как он повздорил с ним, ночной воспитатель и вправду запереживал, что сегодня с его напарником что-то да случится. К счастью, обошлось.       — О-ой, Мунчик, т-ты чего? — не ожидая такого «приветствия», смущённо поинтересовался Солнце, чувствуя, как краснеет, а мысли в голове путаются. Значит, это испытывают люди, когда влюбляются?       — Прости, Солнышко, я просто хочу, чтобы ты знал, что я беспокоюсь о тебе не из-за вредности или каких-то правил, — виновато прошептал Луна, лишь крепче обняв солнечного, будто сейчас он сбежит и никогда больше не вернётся, — Я беспокоюсь о тебе, потому что очень тобой дорожу. Когда… когда я с тобой, я чувствую себя хорошо. Мне хочется быть с тобой рядом, поддерживать тебя, мне нравится слушать твои бесконечные рассказы, мне нравится твой смех, твоя любопытность и оптимизм. Ты замечательный и самый лучший воспитатель, Солнышко. Я люблю тебя.       Санни почувствовал, как к горлу снова подкатил ком. На глазах навернулись слезы, и он чувствовал, что сейчас расплачется. Но не от обиды или горечи.       А от счастья.       — Му-у-у-унчик, — заныл счастливо рыжик, стискивая взаимно своего напарника и со слезами утыкаясь ему в плечо, — я тоже очень-очень тебя люблю! Извини меня за все, я тоже виноват…       Сегодня оба воспитателя были более чем счастливы. Лёжа в объятиях друг друга, они очень долго болтали, смеялись, рассказывая что-то. Наконец, замолкнув, они посмотрели друг другу в глаза. Янтарь и океан — такие разные оттенки глаз пересеклись друг с другом.       — Солнышко, — позвал негромко Луна возлюбленного, мягко касаясь чужой щеки. Раньше он все время звал его Солнцем, но сейчас, когда они были близки друг к другу как никогда, хотелось называть его также нежно, как называли и его.       — Да, Мунчик? — с улыбкой спросил в ответ рыжик, касаясь белых волос лунного воспитателя.       — Я хочу тебя поцеловать. — шепнул он, большим пальцем слегка проведя по нижней губе воспитателя.       — Ох, ну, я… — смущённо замялся Санни, смущённо отводя взгляд в сторону. Он, конечно, знал, что взрослые люди целуются, когда любят друг друга, даже видел пару мультфильмов, где герои целовались, но никогда не думал о том, чтобы повторить подобное в реальности.       — Я поцелую только если ты будешь согласен, — промурлыкал Луна с нежной улыбкой, перемещая светлую ладонь к своей щеке и ластясь о нее. Солнце прижмурился довольно на мгновение, затем открывая глаза.       — Давай!       Темные и светлые пальцы сплелись друг с другом, контрастируя, а губы плавно соприкоснулись в первом поцелуе. Они не знали, как долго целуются люди, поэтому, в порыве чувств и любви, целовались почти с пять минут, обнимаясь, прижимаясь ещё ближе, гладя друг друга то по щекам, то по волосам, довольно жмурясь.       — Ух, — сказал Санни, стараясь восстановить температуру тела, ведь от поцелуя он слегка нагрелся от удовольствия и счастья, — оказывается, поцелуи — это так приятно! Мои сенсоры на губах довольно пульсируют, — хихикнул он, прислоняя ко рту ладошку и хихикая.       — Ага… — мечтательно кивнул Луна, чувствуя, что в голове настоящая буря различных эмоций. Только сейчас он смог признаться самому себе, что очень давно хотел поцеловать свое Солнышко. Мгновение — и светлые губы снова накрыли темные, а сам лунный воспитатель надвис сверху, подминая солнечную половинку настойчиво. Дневной воспитатель на это ойкнул, влюбленно хихикнув и прижавшись к Муну в ответ, сжав чужие плечи. Сейчас он был абсолютно счастлив.       Они вместе были абсолютно счастливы друг другу.