Под покровом белых вен

Перемещение оказалось мягким и быстрым. Валтор прижимал её к своей груди. Так нежно и трепетно. Если бы не терпкий аромат врага, она бы точно подумала, что обнимал её Скай. Но это был демон. Порождение темноты. Всего самого жестокого в этом мире. Тьма перед глазами рассеялась. Впереди показался кабинет, оформленный в готическом стиле. Едва её ступни коснулись пола, Блум вырвалась из хватки, делая несколько шагов вперёд, утыкаясь носом в книжный шкаф. Она развернулась, наблюдая за смятением врага. Это ей на пользу, нужно всего несколько секунд, чтобы осмотреть его владения периферическим взглядом. Вся мебель была оформлена в дереве венге. На западной стороне комнаты располагалось панорамное окно, шпросы на них повторяли узор паутинки. По другим сторонам стояли шкафы. И множество книг. Все было доверху наполнено различными фолиантами и документами. Кажется, маг обожал читать. Атрибутика в кабинете стояла почти до потолка. Помещение выглядело вычищеным до блеска, ни единой соринки. Лишь большой шар возвышался на краю стола. Стёклышко было прозрачно, а внутри поднимался едва видимый черный туман. Отлично! Она в незнакомом месте, напротив неё враг, который старше её на миллион лет и сильнее в столько же раз. Никто из подруг не знает где она. А её возлюбленный ещё не кинулся ее искать. Попала, черт возьми! Питерс вернула взгляд на врага. Тот расслаблено смотрел на Блум, чувствуя себя победителем положения. Ей нужно бежать, срочно бежать. Хоть в дверь, хоть в окно. Хотя жить ещё хотелось. Девушка повернула голову влево, замечая массивную дверь. «Надеюсь, я выберусь отсюда живой» — тихо обнадежила себя Блум, а после ломанулась к выходу. Кровь кипела в венах, подол платья мешал перебирать ногами, каблуки звонко отстукивали от пола. Успеть! Убежать! Скрыться от его ледяных глаз! Выход приближался, а надежды возрастали. И вот, оставался все лишь шаг, последний рывок, дерни ручку и сбеги. Но вдруг, ключ под её вознесенной рукой провернулся, закрывая дверь, а после вылетел настолько быстро, что Блум только и успела обернуться, замечая, как металлический предмет оказался в кармане его классических темно-фиолетовых брюк. — Если хочешь, чтобы я тебя отпустил - выслушай меня. Мужчина поднял руки в примирительно жесте делая два шага вперёд, но заметив, что Блум с силой вжалась в дверь, решил остановиться, чтобы и дальше не травмировать её психику. — Хорошо, только не подходите ближе, — Питерс кивнула, соглашаясь выслушать его. — Я тебя понял, — Валтор поражался сам с себя. Он привел девчонку в свой кабинет. В свою обитель, в которую вход любому живому существу, кроме него и Айе вход был запрещен. Кстати, о нем. Валтор обернулся на его домик. Зверь так и не вышел. Может он не услышал? Друг никогда не гулял по замку без хозяина и большинство своего времени проводил именно у себя дома. — Понимаю, что ты очень недоверчивая особа, но тебе придется сделать это. А именно поверить мне, — маг опустил руки в карманы брюк, — Ты уже принцесса. И твой принц, оу, ну как тебе сказать. Ниже по статусу? — мужчина усмехнулся, — А дело в том, что ты дочь тех, у кого сегодня находилась на празднике. В тебе течет кровь правителей Домино. Девчонка лишь хлопала глазами. Сон. Это все сон. Глупая ситуация подстроенная самим демоном. Это ложь. Недоверие подкрадывалась в её сознание слишком упрямо, но от чего то не хотелось затыкать рот магу. — Я не верю, — тихо произнесла она не отрывая взгляда от него, — Это не может быть правдой! — не выдержала, сорвавшись на крик, — Я не похожа на них! Ни на одну королевскую особу из рода Домино! — Блум трясло, она сама видело сходство, сама пыталась заглушить душу, понимая, что ещё на самом празднике увидела огромную схожесть с королевской семьёй. — Да что ты, — Валтор сузил глаза, — Уверенна? Тогда ты совершенно не понимаешь, что твоя жизнь, та, что висела на волоске, была спасена именно мной. — Хватит ходить кругами! — крикнула она. — Как думаешь, почему на тебя не открыли охоту, узнав твое имя? Внешность может быть обманчива, а вот то, что тебе дал отец - нет. Ведь не нашлось ещё такого наглеца, который ослушался законов правящей династии. Так подумай, почему же никто даже не понял, что ты та самая пропавшая девчонка, лишь взглянув на тебя? Никто не вызвал охрану, когда ты гордо заявила, что тебя зовут Блум? — та поджала губы, стараясь не разрыдаться, Питерс думала, что не заслуживает такой участи. Она хотела домой. К маме. — Все из за этой штуковины! Валтор за секунду оказался в сантиметрах от неё, протягивая руку к шее. Ей конец. Миг и он переломит ей горло. Демон убьет её не моргнув глазом. Не пощадит. Его рука приблизилась к украшению, пальцами обхватывая небольшой камень. Блум услышала его тихий вздох, а после почувствовала резкую боль в области горла. Мужчина сорвал подвеску, рассыпая маленькие камешки по полу, некоторые упали у его ногам, а несколько отскочили вдаль, почти к рабочему столу. — Фарагонда хоть и пытается помешать мне. Сделать вид, что может встать у меня на пути. Но ей хватает мозгов, чтобы не убить свою подчинённую, — маг поднял украшение на уровень глаз девчонки, — Этот маленький волшебный камешек спас твою рыжую голову. Он менял твою сущность перед другими. Твое имя слышалось посторонним, как созвучное. Да ты должна радоваться, что жива! — Ваши слова не сходятся! Принцессу никто бы не посмел тронуть! — демон усмехнулся, — Прекратите и верните мне моё украшение! — он пожал плечами, и с помощью магии собирал подвеску на цепочку, предавая ему прежний вид. — Ты слишком наивна, Блум, — отозвался маг, — Никто не хочет делить трон с кем-то. Скажем так, королевские распри - жестоки. И поверь, будь ты хоть трижды коронована, твоя голова полетела бы вниз по эшафоту. Прекрасное зрелище для зевак, не так ли? Питерс подавилась воздухом. Слишком жестоко. Слишком больно. Её противное воображение уже рисовало её мертвое тело с отрубленной головой. Она не хотела, даже за деньги не отправилась бы в замок, чтобы стать заложницей! Ни за что! — Нет! — пикнула девушка, чувствуя, как к глазам подбираются слезы, — Я родилась на Земле! Мои родные родители там! И других у меня нет и не будет! Они бы признались, что я им не родная дочь! — Как же с тобой сложно, — мужчина решил зайти с другой стороны. Кажется, к этой недоверчивой девчонке нужен был другой подход, — Ты не думала о том, что ты не похожа на своих "родных"? Почему люди, смотрящие ваши общие фотоснимки всегда поднимают взгляд, сравнивая фото и реальность? Почему ваши характеры и внешность не схожи? — Хватит, — шептала Блум, пытаясь абстрагироваться от его жестоких нападков. Лучше бы убил физически. Она поджимала глаза, но понимала, что слезы не шли. Они застыли внутри её организма. В голову лезли воспоминания, как знакомые родителей шутили над тем, что так рано девочке волосы красить вредно, а Ванесса отвечала им, что это особенность их дочери. Она похожа на огонек. Пламя, живое пламя. Воздух клочками выбивался из лёгких, дышать становилась все труднее. Неужели слова Валтора - правда? От неё отказались родные родители? Тоже из-за её проклятых вен?! — Ты не веришь мне, фея, — Блум подняла на него глаза с лопнувшими капилярами, — Не веришь, что твое предназначение что-то большее, чем обычная девчонка, обучающаяся в вузе. Не веришь, что принадлежишь мне, но я могу тебе это доказать. — И вам даже не придется никого убивать? — маг, подумав с секунду отрицательно кивнул. Не убедительно, — И как же вы это сделаете? Фарагонда сказала, что соулмейты - выдумка! А демоны не умеют любить. Вы рождаетесь из тьмы, а не брачного союза. — Я все тебе расскажу, если ты доверишься мне, — мужчина аккуратно протянул к ней обе ладони, так, чтобы не спугнуть, — Когда мы коснемся друг друга вены на руках зажгутся пламенем. — Откуда вы знаете? — во взгляде читался испуг, Блум не доверяла ему, но не могла понять, откуда он знает о её недуге? — Потому что ты такая же как и я, — он взглянул в её глаза, так честно и трепетно, что от его, казалось, льдистых глаз, вдруг повеяло теплом. Валтор снял короткие кожаные перчатки, а после пальцами закатал рукав белоснежной рубашки до локтя, оголяя схожие вены на своей коже. Они были идентичны тем, что рисовали узор на теле Блум. Каждая паутинка, каждое переплетение, она видела схожесть с мельчайших деталях. Но как такое возможно? — Потому что ты такая же как и я, — повторил он вновь. Валтор провел пальцами по белым венам едва выпирающим, словно поднимающиеся над кожей, — Ты Хранительница, Блум. Хранительница Светлого Пламени Дракона. Но она лишь смотрела на него запуганным зверьком. Зрачки бегали по его руке, затем перемещались на лицо и снова возвращались обратно. Как же ему было приятно ощущать её заинтересованный взгляд к своей персоне. Блум уже не испытывала негатива, значит, он был на верном пути. — Сними перчатки, — шепотом попросил мужчина, а Питерс подчинилась, стягивая длинную ткань с руки. Красный атлас обжигал. Нет, это она сама боялась ошибиться, войти из зоны комфорта, показать чужому свою особенность. — Дай мне свою ладонь. Обещаю, я не обижу тебя, — он приблизился к ней на пару шагов, вновь протягивая руку, приглашая доверится ему. И она немного помедлив, зажмурилась, как мама учила в детстве. Боишься - закрой глаза, а она придет и поможет, спасет в любой ситуации. А потом, ещё раз обдумав, протянула ему ладонь, едва касаясь его пальцами. Мужчина аккуратно сжал её кисть своей, воедино. Блум сама протянулась к нему, доверилась, коснулась, обжигая своим настроем. В первый миг она ничего не почувствовала. Словно это было самым обычным прикосновением. Дружеским рукопожатием. Но через несколько секунд появилось теплое жжение, такое же, когда она набирает силу, черпая из своего организма. Но в этот раз оно было приятным, согревающим. Настолько, что яркий всплеск прошёлся не только по ладоням, он заполнял всё тело. Вены на стане приятно заполнялись чем-то, немного поднимаясь над кожей. Она словно была на горячем обёртывании, настолько всё тело томилось в приятной истоме. — Открой глаза, — рядом, где-то слишком близко, прозвучал приятный баритон. И ей пришлось придать себе слишком много усилий, чтобы распахнуть веки. Дрожащие ресницы мешали сразу увидеть реальность, но открыв глаза полностью, она ахнула. Вены, что всегда были белым пятном на её теле, сейчас светились. Словно лучи солнца наполняли её изнутри. От этого ей становилось жарко, душа пылала. Блум подняла взгляд на мага, тот с интересом рассматривал её, каждую мелочь, каждую деталь её внешности. Он не отрывал глаз от её заинтересованных, от чего на щеках вспыхнул румянец. Чтобы скрыть свою смущенность, Питерс взглянула на мужские руки. Его вены наполнились, словно пустой сосуд. Но не пламенем. Они светились фиолетовым, и в точности как и у неё, выпирали над кожей. По рукам поползли темные пятна, они окружали жилки, словно болезнь. — Посмотри вокруг, — демон вновь приказал ей, но не так, как всем. Он ловил себя на мысли, что давно не испытывал такого страха к другим. Валтор боялся спугнуть, потерять доверие, которое только начало зарождаться между их душами. И Блум послушалась его. Оторвав взгляд от его накачанных рук, она посмотрела вокруг. И обомлела, не в мочь найти слов для такой красоты. Комнатная освещённая лишь одной настольной лампой, вдруг начала сиять. И причиной тому, свет, разливающийся по венам. Но в чем была его загадка? Почему тьма, что бежала в нем, тоже приобрела свечение? Искорки исходили от их соверше́нного союза. — Магия какая-то, — прошептала Питерс, понимая, что совершенно не чувствует жжения в теле. Она словно погрузилась в кокон. Мягкий, согревающий, оберегающий. Тьма в его теле не причиняла вреда. Она словно была готова защитить Блум от всех невзгод, — Я не чувствую боли, — она призналась об этом кому-то впервые, понимая нутром, что маг её поддержит. — Кажется, я тоже, — произнес маг, не сводя глаз с голубых. Впервые при виде её его тело не грозились расплавиться под гнетом расплавляющего кожу пламени. Он мог дышать, воздух не выбивало из лёгких, ему не требовалось срочное заклинание, чтобы унять бушующую боль. Валтор мог жить. Но тут до Блум дошло, чем она сейчас занимается. Её словно кипятком ошпарило, с такой силой она вырвала ладони из его рук. Благо, мужчина не стискивал их, а позволил спокойно разжать их союз. — Это невозможно, — Питерс никак не могла поверить в происходящее. Она смотрела на жилки, цеплялась за каждую секунду с которой свет внутри угасал, при этом погружая комнату в полумрак. — Ты до сих пор не веришь мне? — Валтор сделал шаг назад, давая Блум немного свободного места. Он нутром чувствовал как дрожит её тело. Как громко бьётся её сердце, разгоняя адреналин по крови. Но он не хотел этого. Не хотел видеть в её глазах страх. Валтор хотел, чтобы она доверяла ему. Удивительно, но всегда он был рад тому, что враг трепещал перед ним, падал на колени, просил пощады. А сейчас он боялся, что Блум не поверит ему, не воспримет правду всерьез. Но ведь ему было важно, чтобы она поверила ему! — Ты ведь знаешь, что обозначает наша схожесть, верно? — девушка подняла на него испуганный взгляд и едва кивнула головой, — Мы соулмейты, Блум. И решили это не мы, а кто-то свыше, понимаешь? — мужчина был мягок и обходителен, выбор круга слов все уменьшался, — Ты предназначена мне судьбой, и переплетения наших вен, что зажглись воедино доказывают это. Чем быстрее ты сможешь понять это, тем будет лучше. Для всех. Маг сцепил ладони воедино, показывая превосходство своего положения. Валтор понимал, что сейчас они на равных, но он должен был взять главенствование, чтобы этого не сделала она. — Скажи, ты почувствовала что-то? — она, немного подумав, кивнула, — Я не доставил тебе дискомфорта? — снова кивнула, но уже отрицательный. Значит он смог успокоить свою тьму, смог быть выше её, — Что ты чувствуешь сейчас? — Я не знаю, — тихо сказала Блум, — Вроде ничего не изменилось, но сердце стучится быстрее, возможно это страх. Мои ладони не горят, у меня не кружится голова. Может я умерла? — Ещё рано, — тот улыбнулся, — это и называется слиянием душ, — маг умолчал, что недостаточным, ведь полное слияние происходит лишь в тот момент, когда соприкасаются их тела. Полностью, без остатка, — Возможно, после нашего касания ты станешь лучше контролировать свою силу. Этот контакт поможет тебе концентрироваться и лучше понимать свои желания. В углу промелькнула тень. Юркая, быстрая. Но именно из-за неё Блум поняла, что находится вовсе не в радужном месте. Хоть мужчина и казался безоружным, но он по прежнему был её врагом. Девушка не понимала, почему после касания ей хотелось смотреть на него ещё и ещё? Может это его чёртово заклятие? Может он заколдовал её волшебством? Она просто не могла найти большей причины, чтобы не сводить с него глаз. Классический костюм, белая рубашка, черный ремень на поясе, связанные в хвост длинные волосы. Но больше всего в нем выделялась улыбка. Питерс ни разу не видела таких красивых губ... Да о чем она вообще думает?! — Нет, нет, нет, — она замотала головой, снимая наваждение, — Я не могу, понимаете? Это путаница! Нелепица! Вы, маг, демон, дьявол, не знаю кто! — мужчина не заметил, как его самого начало пропускать на смех, ещё немного и он точно не сдержится, — Я обычная девушка! Мне нужно поступать в вуз! А школа фей... Я до сих пор считаю это большим розыгрышем! Понимаете? Я не могу быть феей, у меня даже превращения нет! Да я даже магией совсем управлять не умею! — Но ты ведь не побоялась выйти на поле боя. Один на один. Прямо передо мной? Не побоялась атаковать, зная, что в тебе недостаточно сил. Хотя, — мужчина отвёл глаза, задумываясь, — может это просто я пощадил тебя. Не люблю лёгких побед. — Я! Я защищала подругу! — моменты смешались, Блум не понимала, говорила ли она правду. — Ложь, — четко выговорил он, — Подругу ты защищала, когда она влезла на поле боя. А первая в драку полезла именно ты, Блум, — залыбился демон, — А знаешь почему? — рыжая недоуменно кинула на него взгляд, — Просто ещё не время. Твоя великая сила - особый дар. Огонь дарит жизнь, огонь её отнимает. Огонь сильнейшая стихия, существующая во вселенной. Представляешь, как тебе повезло? Как ты можешь быть возвышена в глазах других, имея такую родословную. Представь, что ты стала той, кто решает вопрос жизни или смерти. Запомни, огонь. Огонь спасет тебе жизнь, — Валтор выдохнул, правду говорить слишком сложно, а объяснять, разжёвывать - ещё труднее, — Тебе сейчас не легко. Обнаружить в себе то, что годами было скрыто... Блум сжала пальцы. Хранительница. Неужели она и в правду была ею? Но Фарагонда же говорила, что Хранителей не было с того времени, как прошло кровавое побоище. Даже короли не имели такого статуса. — А вы? — вдруг выпалила Питерс, — Вы сразу знали? — ей до жути было интересно узнать, правда ли Валтор являлся Хранителем? — И сколько вам лет понадобилось? Двадцать? Волшебница не верила в те слова, что сказала Фарагонда. Не верила она, что мужчина мог быть старше тридцати пяти, при условии, если бы он начал обучаться магии с подросткового возраста. Выглядел он молодо, даже очень, уж явно не на век с копейками. — Подозреваю, что это был комплимент, Милая? — он очаровательно улыбнулся, от чего девушка даже намного расслабилась. Ей казалось, что она увидела ямочки на его лице. Да она бы отдала всё, чтобы увидеть это ещё раз! — Нет, морковка, — он когда-нибудь перестанет давать ей разные прозвища? — Мне всего лишь девятьсот девяносто два года. Питерс подавилась воздухом. Это вообще законно? Да Стелла бы все отдала, чтобы сохранить такую кожу в такие-то годы. — Вы выглядите на тридцать... с хвостиком, — девушка усмехнулась, обстановка между ними начала таять, приобретая более очертаемые контуры общения, — Вы в курсе, что за связь с несовершеннолетней вас могут посадить? — она хотела пошутить, но мужчина, кажется, совершенно не понял, принимая слова, за намек. — Мы ведь уже разобрались, что ты принцесса, — он за пару шагов приблизился к ней, оставляя между телами десять сантиметров, — Значит, тебе уже есть восемнадцать, — ещё один шаг. Валтор словно играл в шахматы. Но Блум чувствовала, что какой бы ход он не сделал, все равно бы выйграл. Питерс не заметила, как с наводящих вопросов маг один лишь словом перешёл на флирт. От его близости тело начинало гореть. Оно словно требовало того касания. Наверное, без него бы она умерла, если бы не смогла взять себя в руки. — Вы говорите, что я принцесса, — Блум гордо задрала голову, стараясь оградиться от глупого и несуразного желания, — Тогда у меня созрел ещё один вопрос. Почему я вдруг оказалась на Земле? Кто меня украл? Кто вообще посмел точить зуб на королевскую семью? — Слишком много вопросов, — шаг назад, ещё один, мужчина отошёл к столу, облокачиваясь на него ягодицами, таким образом отгораживаясь от новых дилемм дистанцией, — Если ты захочешь знать ответ, я подумаю, чтобы встретиться ещё раз. А пока тебе пора домой. Тебя наверное уже заждались подруги. Мужчина уже хотел взмахнуть рукой, раскрывая в пространстве портал, как вдруг из своего домика вылез Айе, потягиваясь всем телом. Животное крепко спало и не сразу заметило, что в кабинете, кроме хозяина есть ещё один званый гость. Зверь, вытянув лапы, зашипел, завидев чужого человека. Он не понимал, что ему делать. Айе чувствовал настрой хозяина и он не был негативным. Валтор сидел в расслабленной позе, искоса наблюдая за подружкой. Блум от страха не могла оторвать взгляда уже не от Хранителя, а от его... помощника? Он выглядел так, что в любой момент мог сорваться "с цепи", в попытке защитить своего хозяина. Вздыбленная серая шерсть, угловатая морда с почти человеческими зелёными глазами смотрелись угрожающе. Его оскал заставлял кровь вскипать, ведь его взор был направлен прямо в душу. — Мамочки! — не выдержав, Питерс решила спасаться бегством. Но куда? Дверь закрыта, а его кабинет наверняка находился не на первом этаже. Сигать из окна ужасно глупо! Она засеменила назад, но обсчиталась, наступив туфлей на подол алого платья. Девушка мигом потеряла равновесие и совершено не по королевски упала на спину. От неслабого удара головой в глазах все поплыло, но Блум пыталась отползти, слыша, как звериный рык приближается все ближе. Почему Валтор его не останавливает? Ему все равно? Может это и был его план? Натравить на неё животное, а потом выставить, как несчастный случай? Зверь продвигался ближе на своих коротких лапах, размахивая пушистым длинным хвостом. Кажется, ещё немного и ей настанет конец. Ещё немного и он вонзил бы свои клыки ей в глотку. Дыхание ускорилось. Грудь вздымалась слишком часто. — Айе! — вдруг прозвучал громогласный голос Валтора, — Разве я так учил принимать тебя гостей? Животное, услыхав в приказе хозяина неодобрение, перестал шипеть, но с таким же недоверием осматривал гостью, приближаясь ближе, втягивая носом аромат незнакомки. Он был готов отдать свою жизнь, лишь бы защитить Валтора. — О-он о-опасен? — заикаясь произнесла Блум, замерев. Зверь обнюхивал подол её платья, найдя в нем что-то интересное. — Айе хищник. Но без команды он не нападет. Не шевелись, замри, дай ему тебя обнюхать, — спокойно сказал мужчина, складывая руки на груди. Легко сказать, неизвестное существо не хотело его убить, впившись в горло острыми зубами! Рыжая в последний раз набрала в лёгкие воздух, а после задержала дыхание, стараясь не сделать ни малейшего лишнего движения. Животное двигалось уверенно. На небольших лапах он проходил вдоль её тела. Айе продолжал шипеть, едва, так, чтобы было слышно только жертве. — Вытяни шею, — ещё один приказ от Валтора, но теперь уже не животному, а Блум. И чтобы спасти себе жизнь, девушка задрала голову оголяя шею перед врагом. Ему теперь совершенно ничего не мешало впиться в ее плоть. Зверь наклонился перед горлом, оголяя кривые маленькие зубки. Из его рта противно пахло, но Питерс терпела. Его нос прошёлся по впадинам на коже, по ключицам, по подбородку. И ещё раз оскалившись, вероятнее, для приличия, зверь отскочил, и за пару движений забрался на плечо к хозяину. — Ты можешь вставать, — Валтор хотел было помочь девчонке, но та, хлюпнув носом подскочила сама. Мужчина видел, как в уголках её глаз собирались слезы. Но ничего не мог поделать. Это мир и он очень жесток. — Отпустите меня, пожалуйста, — тихо прошептала волшебница, опираясь спиной на книжный шкаф в поисках какой-то поддержки. Если бы за спиной не было стены, она бы упала на колени, моля о помощи и пощаде. — Я отправлю тебе домой, — маг встал со стола, — Но у меня есть условие. Ты никому не скажешь о нашей встрече, — он приблизился к ней, проводя рукой по ближайшей стене так, чтобы от неё повалил черный дым, — Иначе, тебя ждут неприятности, — Блум хотела рвануть, убежать с глаз долой, но демон загородил ей путь рукой, — Увы, для всего мира я мерзавец. И твоя репутация от этого может сильно пострадать. Ведь прилежные девочки не должны общаться... — С плохими парнями? — Питерс успела опередить его. — Да. Но я не плохой парень. Я плохой человек. — Но тогда все ваши слова по поводу соулмейтов летят в прах, не так ли? — Пережила нападение опасного зверя и осмелела? — тот усмехнулся, поглаживая серую шерсть животного, — Ступай, — он провел по дыму пальцами раскрывая в нем портал, — Тебя ждут подруги. А после маг отступил, давая пространство для действий волшебнице. А Блум медлила, она бегала глазами от портала, к его лицу, к морде животного. И снова по кругу. Она ожидала подвоха. Но даже после того, как она сделала шаг, зацепив с пола упавшую вторую перчатку, чтобы надеть её на себя вновь, за спиной прозвучал голос Валтора. — Пожалуйста, не скрывай своей особенности. Ты прекрасна, Блум. И знай, я больше не потревожу тебя, пока ты сама не захочешь меня увидеть, — Валтору трудно дались эти слова. Маг принял важное решение, что силой эту прекрасную девчонку он не возьмёт. Шантажом и прочим - тоже. И если они действительно соулмейты, то со временем ей станет плохо без него и Блум сама будет искать варианты, чтобы увидеть его в толпе прохожих. Но девушка, не обратив внимания, отважно шагнула внутрь, стараясь успокоить стучащееся сердце и зардевшие щеки. Она не обернулась на него, хоть и очень хотелось. Блум надеялась, что это было произнесено искренне. Ведь таких слов она не слышала даже от своего возлюбленного. Как бы сильно она не хотела вернуться и все разузнать у демона. Что значили его слова в её сторону? Это обычный комплимент, или он пытался выстроить между ними более теплый контакт? Ей предстояло переварить все сказанное. И по возможности, не показать своим подругам состояния, до которого её довел демон. Теперь к её поискам о существовании мага присоединится ещё одна тема. Существование Домино. Пропавшей принцессы и возможность такого события. Блум не верила, что можно выкрасть ребёнка принадлежащего к королевскому роду. Ни одни правители бы не позволили такой дерзости любому живому существу.

***

— Что вы думаете, хозяин? — Айе заинтересовано склонил голову на бок. — Что я должен отпустить эту девушку, — животное испугалось, переместившись с его предплечья на стол, стараясь рассмотреть боль в его глазах. И она действительно была. В зрачках читалась пропасть, по которой он летел вниз, не останавливаясь. — Но вы не можете! — вдруг воскликнул Айе, — Вы же сами читали, что жить без соулмейта невозможно! — Нет, жить без него можно. Ты не будешь слабеть, но в душе будет зарождаться тоска без него, которая сама и приведет тебя к твоему суженому. — Так это и был ваш план? — мужчина мотнул головой, — Тогда почему вы сдались? — Я не сдался, Айе, — он слегка повысил тон голоса, — Я сделал то, что было нужно. Мне нужно было проверить свое предположение. Коснуться её, чтобы понять, та ли она, кто мне вообще нужен. И это оказалось правдой. Слияние душ произошло, и теперь Блум сама потянется ко мне. По крайней мере, я буду в это верить. — Но ведь вы до этого сами выходили на контакт с ней, угрожали этому принцу. А теперь вы пустите все на самотёк? Вы же так истязаете себя! — животное пыталось донести до него истину. — Нет, я не отступлю. Я буду наблюдать за ней, оберегать от всего. Я не хочу, чтобы она боялась меня. Хочу, чтобы она доверилась мне, и сама сделала этот шаг, чтобы после никто, в том числе и Блум, не обвинил меня в принудительном общении. Ты не представляешь, как я хочу быть близок с ней. Я вижу в ней Нифериту и ни за что не отпущу её во второй раз. — Будьте аккуратны, хозяин, — зверь кивнул, сползая со стола на пол, — Это пламя не зря осветило вашу тьму, — и Айе ушел, оставляя Валтора наедине со своими мыслями. Он дал себе слово, что не позволит быть Блум с любым из людей, ведь предначертана она именно ему. Девушка давала ему сил жить, ведь рядом с ней он чувствовал себя подростком, влюбившимся в свою Нефриту. Плевать, что Питерс не она. Ему важна оболочка, которая будет напоминать ему о его единственной в жизни любви.

***

Как и сказал маг, телепорт перенес её в Алфею. Но куда, не сказал. Поэтому, отмахнувшись от темного тумана, Блум завидела табличку на двери спального корпуса. Валтор перенес её прямо к дверям квартиры. Как удобно. Питерс опустила ручку, заходя во внутрь. Их комната наполнялась светом от единственной приглушеной лампы, стоящей посередине комнаты. Соседки сидели полукругом, обсуждая насыщенный день. Кико дремал на руках у Флоры, а та массировала ему мягкие ушки. Наверное, они ждали её. Ждали хороших новостей. — Ну что? — воскликнула Стелла, стоило Блум шагнуть на порог. Питерс измученно улыбнулась. Существует ли планка ниже "ужасно"? Если да, то именно это она и чувствовала. Смешанных чувств не было. Блум своими руками хотела придушить Ская, за то что оставил её, и испепелить Валтора за то, что похитил её посреди праздника, начиная втирать какую-то глупость в её голову. — Я все расскажу, — устало вымолвила Блум, поднимая руки в примирительном жесте, — Только хочу переодеться. Это платье ужасно неудобное, — Стелла закатила глаза, а рыжая уже знала, что подруга могла ответить на её заявление - красота стоит жертв. — Были бы у тебя слуги, то тебе бы не пришлось самой вертеться в этом подоле, — в шутку бросила Стелла, закрывая за Блум дверь в её спальню, а после отправилась к соседкам обсуждать ещё одну новую сплетню. А вот девушка в серьез задумалась над её словами. И ведь действительно, её жизнь могла сложиться по другому. Она могла никогда не узнать Майка и Ванессу, своих самых прекрасный и близких людей. Учиться этикету с малых лет, гулять по садам и пышным балам, выбирать более подходящего принца. Но может жизнь специально уберегла её от такого? Судьба, давшая ей недуг, поняла, что такая искалеченная наследница не нужна. Поэтому сослала её туда, где никто и не стал бы искать принцессу. Стянув неудобное платье со своего тела, Блум откинула его в угол, куда-то за кровать. Хотя его хотелось сжечь, удалить все прикосновения и принца и мага. Просто, чтобы ничего не напоминало об этом вечере. Девушка встала, открывая створки шкафа. Рассматривая все свои скрытые вещи, длинные рукава и штанины, Блум вдруг вспомнила слова, которые Валтор кинул ей в спину напоследок. “Ты прекрасна, не скрывай этого„ Почему на неё его ободрение действовало лучше, чем от родных, подруг, Ская? Его слова отзывались в сердце. Ей хотелось сделать ему приятно? Доказать, что она в состоянии справиться с недугом, как и он. Превратить это не в недостаток, а в своё достоинство, обрести с помощью этого силу. Девушка достала перво попавшуюся пижамку - лонгслив молочного цвета и штаны по колено с нарисованными голубыми волнами. Нужно эксперементировать. Она взяла в руки верх комплекта и сильно потянула за рукава. Даже не затрещал. И как ей оборвать эти рукава? Вдруг сзади неё на пол рухнула пластмассовая кружка с канцелярскими предметами. Кико вновь не справился с управлением и влетел в рабочий стол. — Ты напугал меня до чёртиков! — воскликнула Блум, театрально хватаясь за сердце, — Как думаешь, что можно с этим сделать? — девушка перед его мордочкой вновь постаралась потянуть в разные стороны ткань лонгслива. Кролик развел ушки, развернулся, и ткнул носом на упавшие на пол ножницы. — Ты гений, Кико! — она потрепал питомца по шерсткея подхватывая канцелярский предмет. И почему она не догадалась до этого сама? Было жалко резать вещицу, она была одной из её любимых. Но ведь именно так и появляется мотивация, да ведь? Не раздумывая, Блум чиркнула по ткани лезвием, отпарывая длинный рукав. Останавливаться нельзя, дело за вторым! Оставив от лонгслива майку, Питерс поспешила надеть штаны. Если с руками она хоть как-то смогла смириться, то вот ноги боялась оголять. Ей думалось, что это слишком личное, интимное. Подхватив Кико на руки, Блум вышла к соседкам, те обсуждали нового красавчика преподавателя и даже не заметили тихо скрипнувшую дверь. Девушке пришлось прочистить горло, чтобы подруги её услышали. Одна за другой обернулись, застывая в изумлении. — Блум, ты? — в унисон произнесли они рассматривая узор на руках, который до этого так тщательно скрывала подруга. Девушка выглядела загадочной, она скромно улыбалась, показывая ямочки на щеках. Она пыталась сделать вид, что у неё всё хорошо. И ничего весь прошедший вечер ей не присулил. — Да, — Питерс сделала несколько шагов, садясь на край дивана, — Я просто подумала, что мне нужно бороться со своим недугом. Так он станет моей особенностью и моей силой. И если не подруги, то кто ещё сможет поддержать меня в таком трудном решении? Я ведь могу вам доверять? — она раскрыла трясущиеся руки для объятий. — Конечно! — соседки дружно кивнули, налетая на подругу с крепкими объятиями. От таких заканчивался воздух в лёгких и подкашивались ноги. Но Блум так любила своих девчонок за это! — Так! — вдруг Стелла задрала голову, показывая всем острый подбородок, — Это все конечно хорошо, но Блум, — та заговорщечиски посмотрела на неё, — А теперь рассказывай, как вы со Скаем провели целый вечер наедине друг с другом! Питерс усмехнулась, стараясь отшутиться от нападок соседки. Но она знала, что это будет практически невозможно сделать. Поэтому, преукрасив историю, где это было возможно, она в красках рассказала о вечере, забыв упомянуть побег в злодейскую берлогу. Девушка не знала, как к этому отнесутся подруги, поэтому рисковать не хотела. Оставляя маленькую тайну томиться в своем разбитом сердце.