Любовь, Негры, Абдулия

— то есть ты решила променять нашу любовь на моего лучшего друга? — возмущался Тёмчик с дирти хаир. — но у нас даже небыло никакой любви... Мы разговаривали только 1 раз! — тут же возразила Асель, заглатывая чашку чая целиком. — и че дальше? Мы любили друг друга!!!!!!!!!!!!!!! — эм... И что? — озадачилась девушка, как вдруг поняла, что она его даже не любила, что это тогда была не любовь, а лопнувший капилляр, — хотя подожди.. я тебя не любила даже. — КАК НЕ ЛЮБИЛА? У МЕНЯ ПРОСТО НЕТ СЛОВ. — После этих душераздирающих слов Артём сошёл с ума. Из его глаз сочилась красная жидкость, а из рта текла пена. Наверное, он втихаря кольнулся герычем, но это не так важно. Обстановка накалялась. Глеб, что спал тремя минутами ранее, проснулся он от того, что его любимый хомячок Антонио откусил себе левую лапу зелёного конца. — О нет... Антонио, ты истекаешь кровью! — толстожопая свинота пустил слезу, потому что его хомячок, как оказалось, был единственным, кто его любил и понимал. Глеб мог бы и дальше грустить от возможной потери своего четырёх, а уже и вовсе трёхлапого любимца, как вдруг он услышал звуки распада СССР. Забежав на кухню его встретила следующая картина. Его любимая и единственная жена-абьюзер, что уже седьмой месяц вынашивает чадо под своим сердцем, в своём чёрном, как и она сама животе. Асель стояла скрюченная, оперевшись о кошку-собаку по кличке XuiSisiChurka. Это замечательное имя придумывала черноволоска так как с фантазией у нее все слишком хорошо. Чимин подошёл к Чернухе и выкинул в окно, чтобы та быстрее добралась до больницы.

***

Уже через 6 лет асель стояла на пороге с шестилетней девочкой, которую, врачи назвали Abdulianelya. Но что же в это время происходило у Глеба и Артёма? Узнаем в третьей части.