боюсь и каюсь

Нельзя сказать, что Саша ненавидел своего брата. Вообще-то, Олег всегда был ему особенно дорог. Они поддерживали друг друга в самые трудные минуты. Одной своей улыбкой, казалось, Олег мог вернуть Саше веру в лучшее. Этот милый и чистый ребёнок. Тот образ продолжал жить в памяти и по сей день. Но сколько Саша пытался заставить себя посмотреть на брата прежним взглядом, не получалось. Монстры приходили ночью. Тёмные фигуры, от вида которых по спине бежал ледяной пот. Иногда то были, казалось, обычные люди. Саша крепко прижимал ладони к ушам, но всё равно слышал их крики и стоны. Они молили о помощи. Вот только что может сделать ребёнок, не способный даже себя защитить… Оставалось ждать утра, когда мрак, наконец, рассеивался. Мама, узнав об этом, сказала, что это нормально. Что он может видеть то, что скрыто от глаз других. Вот только никто не поинтересовался, нужно это Саше или нет. Так что, когда мёртвые стали приходить днём, когда тени начали появляться в самый неожиданный момент, даже тогда Саша продолжал их игнорировать. Возможно, пожелай он, то смог бы разобраться в происходящем. Однако никогда Саша не считал это своим предназначением. Напротив, противился всем своим существом. Саша слышал, что такой вот дар люди чаще принимают за наказание. Быть может, в прошлой жизни он нанёс кому-то сильную обиду, совершил непростительный поступок, вот теперь и приходится расплачиваться за грехи. Ведь это точно какое-то проклятие. Другие дети могут жить без страха перед неведомым, они спокойно играют, им нет нужды считать себя неправильными. Хорошо или плохо, верно или нет, однако именно так Шепс и думал. Неправильный. Проклятый. Грешный. Когда родился Олег, то видения исчезли. Звучит странно, но казалось, что все страхи остались позади. Хотелось верить, что вот теперь-то появился шанс забыть о том, что так пугало. Саша пообещал самому себе, что станет для младшего брата надеждой и опорой, что не позволит ничему плохому произойти. С Олегом было просто и хорошо. Говоришь о чём-то, сидишь в тишине, выполняешь школьные задания или ходишь по улице. Было легко и тепло на душе от осознания, что рядом родной человек. Саша любил членов своей семьи, сам же был любим. Но с младшим братом, наверное, их связывало нечто большее. В шутку сестра как-то назвала их родственными душами. Если бы тогда Саша знал, что этому придёт конец, что одно лишь присутствие Олега будет внушать первобытный ужас, во всё это он бы ни за что не поверил. Но то было прежде. Сейчас — совершенно иначе. горько.мерзко.отвратительно. Но Саша в этом не признается. Скроет ото всех свою боль, спрячет печаль во взгляде, позволяя видеть лишь то, что он сам хотел бы показать. — скучал? Раньше Саша боялся существ во тьме, теперь — собственного брата. и как они дошли до этого? сколько верёвочке не виться, а конец будет. Только его конец всё не наступает. Тянется жизнь — жалкая и пустая. Саша бы отдал свою другому человеку. Кому-то более достойному, кому-то правильному. Ну не бывает же так, в самом деле, что брат брата боится. Да так, что ноги подкашиваются, руки трясутся. И воздухом одним дышать тяжело. И смотреть, чувствовать — больно, больно, больно.