Хамелеон

      Гарри украдкой поглядывал на профессора Люпина, который всё время странно переминался с ноги на ногу. Теперь же он начал несколько дёргаться и странно жмуриться. Пусть на небе и светила луна, но её света было недостаточно из-за пролетающих мимо неё облаков. И вот наконец последнее облако проплыло, и полная луна осветила всю территорию Хогвартса.

А-УУУУ-УУУУ

      Профессор Люпин взвыл нечеловеческим голосом, пробирающим до костей. Послышался жуткий звук рвущейся одежды. Рон, Гарри и Габриил резко отшатнулись, но в отличие от парней Бэст и Сириус не выглядели удивлёнными. Они смотрели на Люпина и видели перед собой оборотня. Это ужасное создание было не чувствительно к магии в большинстве её проявлений.       Виолетта, которая бежала в сторону Габриила, резко остановилась и в шоке выругалась матом, чем привлекла внимание только что обратившегося профессора. Монстр дёргано обернулся на неё и вздыбился. Виоле хватило секунды на осознание, и она побежала в противоположную сторону. Оборотень побежал за ней. Сириус крикнул имя старого друга во весь голос, чтобы остановить или отвлечь его от девочки.

За несколько минут до этого.

      Майкл прогуливался по ночному Хогвартсу, умело прячась от чуткого нюха миссис Норрис и злобного Филча. Из-под тяжёлых туч выглянула луна и теперь немного освещала пространство. Майкл уже хотел было пройти мимо очередного окна, но зацепился взглядом за движение. Он воровато оглянулся по сторонам и прислонился ближе к окну. Там кто-то бежал. Вот фигура попала под тусклый свет луны, и Майкл узнал в ней Виолу.       «Что она делает на улице поздно ночью? Куда она бежит?» — тревожные мысли ворвались в голову. Пусть до этого они не помирились, и Майкл сильно обижался на девушку, игнорируя её, но теперь вся гордость и убеждения рассыпались под натиском волнения. Что-то случилось, и, вероятно, серьёзное. Отбросив осторожность в сторону, парень побежал к ближайшему выходу из замка. К счастью, Филч был далеко и задерживал в это время влюблённую парочку в тёмном коридоре.       Сердце застучало в висках, дыхание сбивалось, но Майкл выбежал на улицу. Между ним и Виолеттой было всего около шестисот метров, девушка была почти не видна — лишь смутные очертания. Он бежал за ней, пытаясь догнать, и вдруг Виола на мгновение остановилась, а затем резко бросилась бежать назад. Теперь они бежали навстречу друг другу. Майкл сразу понял и услышал, что заставило Виолу изменить направление: большая мощная тень стремительно неслась на них. Не думая ни секунды, он узнал существо — оборотень. Его огромные лапы громко стучали по земле, он рычал, а из раскрытой пасти сверкало множество острых зубов.       Всё произошло стремительно. Оборотень прыгнул, а Виолетта закрыла голову руками и припала к земле, тщетно пытаясь укрыться от опасности. Поскольку девушка была достаточно низко, оборотень перепрыгнул её, дав несколько драгоценных секунд ещё пожить на этом свете. Но затем зверь резко сделал вторую попытку нанести ей вред — и когда пасть была в считанных сантиметрах от шеи…       Большой камень врезался в магического хищника.

***

      — Люпин! — прорычал Сириус, бросаясь вслед за оборотнем, который уже мчался к девушке.       — Виола! — в ужасе крикнул Габриил. Он даже представить себе не мог, что подруга могла оказаться в такой беде. Бэст ринулся за оборотнем. Сириус, уже превратившийся в пса, успел пробежать большое расстояние. Стиснув зубы, Габри проигнорировал ноющую боль в ноге и риск раскрытия одного из своих секретов. Главное — спасти подругу, лишь бы она была жива.       Прыгнув, он приземлился на землю на четыре чёрные кошачьи лапы. С рычанием он рванул вперёд, обогнав собаку за считанные секунды. Тем временем оборотень отлетел от большого камня. Майкл с волшебной палочкой наготове, только что атаковавший монстра, наконец догнал Виолу. Он закрыл её собой, направив палочку на отлетевшего магического хищника. Прикрывая испуганную подругу, которая вцепилась в него словно в спасательный круг, он понимал всю опасность ситуации.       Дальше всё произошло слишком быстро. Оборотень пришёл в ярость и уже готов был разорвать двух «букашек», как вдруг внезапно на него с огромной скоростью налетела большая чёрная пантера и вцепилась ему в шею. Создание взревело от боли, его глаза, полные ярости, встретились с холодным взглядом большой чёрной кошки. Габриил в обличии могучего животного не собирался отпускать свою жертву. Он знал, что сейчас на кону стоит жизнь Виолы и появившегося Майкла, и не имел права на ошибку. Когти пантеры вонзились в плоть оборотня, заставляя его извернуться и попытаться сбросить с себя эту смертоносную тень. Оборотень отчаянно молотил лапами воздух, иногда доставая пантеру, но Габриилу было плевать на боль. Он крепко держался, вгрызаясь всё глубже в шею противника, помогая когтями. Кровь хлынула на землю, окрашивая траву в багровый цвет. Майкл, всё ещё прикрывавший Виолу, лихорадочно соображал. Он понимал, что одной волшебной палочкой против разъярённого оборотня и пантеры ему не справиться. Он медленно отводил Ви подальше от битвы двух хищников…       Наконец оборотень сбросил с себя Габриила — сильный толчок отбросил его на приличное расстояние, и он приземлился на мягкую траву. Разъярённый оборотень взревел, его голос сотряс воздух, словно гром. Но на помощь пришёл Сириус в своей собачьей форме. Сириус не стал нападать на своего друга, а бросился к оборотню, стараясь и раззадорить, и отвлечь его, ловко уворачиваясь от острых когтей. Габриил, испытывая сильную боль от ран, начал через силу подражать псу, издавая низкое рычание и стараясь привлечь внимание оборотня.       Чёрная пантера и пёс, рыча и совершая короткие, резкие прыжки, отвлекали внимание оборотня. Тот, тяжело дыша, переводил взгляд с одного противника на другого. Внезапно, с оглушительным рёвом, он бросился на пантеру. Но та, молниеносно отскочив в сторону, метнулась в Запретный лес, окутанный ночной мглой. Сириус, почти не отставая, ринулся следом.       Лес встретил их плотной завесой теней и шорохами таинственных существ. Ветки хлестали по лицу, корни цеплялись за лапы, но Сириус не обращал внимания. Его взгляд был прикован к чёрной, словно сама ночь, фигуре пантеры, мелькавшей между деревьями. Оборотень, чье дыхание теперь напоминало хрип умирающего, преследовал её с неукротимой яростью. Каждый его шаг отдавался глухим хрустом веток, каждый вздох был наполнен болью и злобой. В густом лесу, где лунный свет едва пробивался сквозь кроны вековых деревьев, развернулась отчаянная схватка. Габриил, чьи глаза, словно у ночного хищника, различали мельчайшие детали в полумраке, ловко уворачивался от острых клыков и когтей оборотня. Каждый изгиб ствола, каждая тень становились его союзниками в этой смертельной игре в прятки. Адреналин гнал его вперёд, позволяя с невероятной ловкостью маневрировать среди деревьев, несмотря на раны.       Тем временем Сириус, чьи силы были подорваны долгим заточением в Азкабане и голодом, с трудом преследовал своего врага. Несмотря на слабость, он не мог остановиться. Перед его глазами представала ужасающая картина: обезумевший от ярости оборотень, его лучший друг, стремился разорвать существо, причинившее ему боль ранее.       Внезапно пантера, в которую обратился Габриил, замерла. Оборотень, заметив это, издал новый, еще более яростный рёв и метнулся вперёд. Габриил в тот миг решился на опасный трюк. Когда чудовище оказалось совсем близко, он не отскочил, а пригнулся и с молниеносной скоростью проскользнул под его брюхом. Боль, уже почти невыносимая, не остановила его. Не ожидавший такой уловки оборотень споткнулся о корни деревьев и с грохотом рухнул на землю. Пантера, не теряя ни секунды, прыгнула ему на спину и впилась когтями в плоть. Пронзительный вой боли и ужаса разорвал ночную тишину Запретного леса.       В этот момент Сириус наконец догнал их. Увидев, как пантера сражается с чудовищем, он, не зная, как помочь, бросился в бой, забыв обо всём. Годы, проведённые в Азкабане, оставили в нём глубокие шрамы — и на теле, и на душе, — но он не мог позволить своему другу, пусть и в обличье монстра, страдать у него на глазах. Он видел, как Габриил, несмотря на звериное обличье, боролся с последними остатками сил. Обезумевший от боли и ярости оборотень яростно метался, пытаясь сбросить противника; его мощные лапы рассекали воздух, а клыки щёлкали в опасной близости от пантеры.В пылу схватки, когда рёв и скулёж слились в единый звуковой хаос, острые когти пронзили чёрную шерсть. Сириус в облике чёрного пса рухнул на землю — жертва безумия Люпина. Увидев это, пантера молнией отскочила, затем с удвоенной яростью обрушилась на врага. Габриил, собрав последние силы, навалился на оборотня всем телом и, перекатившись, потащил их обоих прочь от раненого Сириуса — в самую глубь лесной чащи.       Оборотень вскочил и бросился на пантеру. Та, в свою очередь, стремительно уносилась прочь, увлекая за собой магического хищника подальше от серьёзно раненого Блэка. Погоня могла закончиться для Габриила плачевно, ведь его силы иссякали, а оставленные им кровавые следы не давали хищнику упустить жертву. Но вдруг перед ним показалась паутина. Она была разбросана хаотично — то на деревьях, то на земле. Вой оборотня, доносившийся сзади, свидетельствовал о его неумолимом приближении. Однако впереди его ждало неожиданное зрелище: пятеро гигантских пауков, размером с легковушки, поглощали массивное тело оленя. Эта встреча могла стать как его спасением, так и гибелью. План Габриила был мгновенным и простым: натравить профессора на этих чудовищных пауков, а затем, воспользовавшись суматохой, вернуться к Сириусу.       Габриил, задыхаясь, оглянулся. Тень оборотня мелькала сквозь деревья сзади; несмотря на ранения, он был близко, его глаза горели вдали дикой яростью. Паутина, густая и липкая, казалась единственным препятствием на его пути. Бэст знал, что не сможет долго убегать: тело уже отказывало от усталости. Но вид гигантских пауков, занятых своей кровавой трапезой, внушил новую надежду. Это был шанс — рискованный, но единственно возможный.       Собрав последние силы, Габриил издал пронзительный рык дикой кошки, пытаясь одновременно привлечь внимание пауков и дать знать о себе преследующему его профессору. Он понимал, что этот рык могли воспринять как вызов, но иначе было нельзя. Нужно было создать хаос, который позволил бы ему ускользнуть. Оборотень, услышав звук, резко изменил направление. Его взгляд остановился на гигантских пауках, приближающихся с другой стороны. В его глазах мелькнуло нечто звериное и ужасающее — новая возможность утолить жажду крови.       Габриил, не теряя ни секунды, нырнул за дерево, стараясь столкнуть своих врагов друг с другом. Он слышал, как оборотень наконец появился — его тяжёлые шаги сотрясали землю. Затем раздался оглушительный рёв, смешанный с визгом и треском, когда оборотень врезался в гигантских пауков. Габриил замер, прислушиваясь к звукам битвы между этими опасными созданиями. Он знал, что это его шанс.       Он осторожно пробирался сквозь кусты, сердце яростно колотилось в груди. Он должен был добраться до Сириуса, помочь ему. Лес наполнился звуками борьбы, но Габриил старался не обращать на них внимания. Его единственной целью было найти Гарри и покинуть этот проклятый лес. Он ясно представлял, как Сириус, раненый и ослабленный, лежит где-то один. Наконец он вышел на поляну, где оставил друга. Чёрный пёс лежал на земле; дыхание его было прерывистым, а кровавые раны смотрелись ужасно на исхудавшем теле. Габриил ухватил его зубами за шиворот — благо, размером он был больше — и потащил прочь, туда, где могли быть остальные.

***

      На поляне, у Гремучей ивы, группа подростков пребывала в растерянности.       — Мы просто стоим здесь! Нам нужно помочь Сириусу и Габриилу! — в который раз воскликнул Гарри, не находя себе места.       — Гарри, нам нужно вернуться в Хогвартс за помощью, — возразил Рон. Он едва мог держаться на ногах, не говоря уже о том, чтобы бросаться на оборотня.       — Тогда я пойду один! — выкрикнул Поттер, но прежде чем он успел сделать шаг, его остановили.       — Поттер, стой. Ты никуда не пойдешь. Рон прав, нам нужно идти в школу и найти кого-то из взрослых. Оборотень нам не по зубам, и то, что я смог сделать, это предел моих сил, — строго сказал Майкл, прижимая к себе Виолу. Девушка недавно перестала плакать и постепенно приходила в себя после сильной истерики. Гарри и Майклу пришлось её успокаивать. Рон же просто стоял рядом, опасаясь сказать что-то не то.       — Почему, почему всё это происходит? — Гарри опустился на траву, глядя в сторону Запретного леса, откуда доносился вой. — Я только встретил крёстного, нашёл предполагаемого предателя, а из-за этой луны Петтигрю сбежал. Профессор Люпин превратился в оборотня и напал на Виолу. А теперь я здесь, совершенно не знаю, что делать. — Его слова повисли в воздухе, словно пыль, осевшая на растрёпанных мыслях. Гарри чувствовал, как внутри него бурлит смесь гнева, страха и отчаяния. Все эти события, обрушившиеся на него лавиной, казались невыносимо несправедливыми. Он хотел действовать, хотел исправить, хотел защитить тех, кто ему дорог, но реальность, в лице раненого Рона и испуганной Виолы, неумолимо возвращала его к суровой правде. Майкл, хоть и был силён, тоже был всего лишь подростком, и его слова о пределе возможностей звучали как приговор.       Гарри поднял взгляд на Майкла, который всё ещё обнимал Виолу, пытаясь придать ей уверенности. В глазах Майкла читалась та же растерянность, что и у Гарри, но к ней примешивалась и ответственность за младшую. Гарри понимал, что Майкл не трусит, он просто трезво оценивает ситуацию. Но это понимание не уменьшало его собственного чувства беспомощности. Он снова посмотрел на Запретный лес. Вой, казалось, становился всё громче, или это просто его воображение играло с ним злую шутку? Сириус и Габриил… Где они сейчас? Но идти одному было бы безумием даже для него. Он бы просто стал обузой. Если не смог помочь раньше, то как сможет помочь сейчас.       — Но мы не можем просто сидеть здесь, — прошептал Гарри, скорее самому себе, чем остальным. — Мы должны что-то сделать. Хоть что-то. — Он чувствовал, как внутри него разгорается новый прилив решимости, но теперь она была окрашена горечью осознания собственных ограничений. Он был Гарри Поттером, Мальчиком-Который-Выжил, но сейчас он чувствовал себя просто мальчиком, который не знает, что делать, как помочь.       Рон, услышав его, тихо застонал:       — Гарри, пожалуйста… Я не могу… Мне больно. — Его слова, тихие, но пронзительные, напоминали о хрупкости их положения. Гарри взглянул на него, на бледное лицо, на перевязанную ногу. Он не мог оставить Рона. Не мог оставить и Виолу, которая всё ещё дрожала, прижавшись к Майклу. И, конечно, не мог оставить профессора Снейпа, который оставался без сознания.       — Пойдёмте в Хогвартс, — подала голос Ви, более-менее придя в себя. Она медленно выбралась из объятий Майкла и подошла к профессору Снейпу. Достав палочку, она подняла её в воздух и выпустила в ночное небо пять красных фейерверков. Затем подняла профессора зелий с помощью заклинания.       — Майкл, Гарри, помогите Рону. Нам нужно быстро добраться до замка, — сказала она. Гарри кивнул, его взгляд метался от Рона к Виоле, затем к неподвижному телу Снейпа. Он подошёл к Рону, осторожно обнял его за плечи, помогая подняться. Рон снова застонал, лицо его исказилось от боли, но он, кряхтя, попытался опереться на Гарри. Майкл, не говоря ни слова, подхватил другую сторону Рона, его лицо было сосредоточенным, но в глазах читалась та же усталость и страх, что и у Гарри. Виола, с удивительной для её состояния ловкостью, уже управляла Снейпом в воздухе, его тело плавно парило рядом с ней, словно лишённая жизни кукла. В этот момент Гарри в последний раз окинул взглядом лес и резко остановился, привлекая внимание Рона и Майкла. Из чащи медленно выходила израненная пантера, держа в зубах ещё более израненного чёрного пса. Превращаясь на ходу в человека, он держал пса, который иногда поскуливал.       — Габри… — Майкл смотрел на своего друга, не зная, что сказать или сделать.       Габриил был сильно ранен. Его одежда была изодрана, а тело покрывало множество ран. Затем Бэст упал, ощущая холод по всему телу, и увидел, как кто-то рядом увеличивается в размерах. После этого раздался крик, и всё погрузилось во тьму.

***

      Яркий свет начал слепить даже сквозь закрытые глаза. В ушах стоял шум, появилась тошнота. Габриил проснулся, но не спешил открывать глаза. Лёгкая прохлада лазарета приятно остужала, а запах трав и настоек успокаивал пульсирующие набатом виски. Он старался немного прислушаться к звукам, чтобы понять, где он находится. Через ужасный гул, что всё не унимался, Бэст расслышал знакомые голоса. Это Майкл и Виолетта обсуждали что-то рядом. Парень решил, что пора подать хоть какие-то признаки жизни и открыл глаза.       — Мерлин, что… — хриплым, сухим голосом пытался произнести хоть что-то, но на большее не хватило сил. Да и то, что вырвалась из рта, не сильно было похоже на человеческую речь.       — Габри?! — подскочили они со своих мест и шёпотом воскликнули.       — Болит где-то?       — Как себя чувствуешь? — одновременно начали расспрашивать его друзья. Сам пациент издал непонятный звук, Майкл с Виолеттой утихли и сели на стулья рядом с кроватью. Виолетта поднесла к его губам стакан и дала попить.       — Спасибо, — прошептал Бэст и прокашлялся. — Так, что случилось? Последнее, что я помню, это как вышел из леса, а затем темнота.       Друзья, переглянувшись, начали говорить по очереди. После выхода Габри из леса на них с Сириусом напали дементоры. К счастью, Гарри успел вовремя среагировать — он призвал своего Патронуса и тем самым спас Красноглазого и Блэка. Гермиона, находясь в больничном крыле, сразу сообщила о произошедшем другим профессорам, поэтому Флитвик и МакГонагалл подоспели вовремя и доставили обоих к мадам Помфри. Сириуса, после оказания помощи, поместили под стражу в одной из башен, ожидая суда или приговора. Министру пришлось разбираться с дементорами, которые вышли из-под контроля — это указывало на проблемы не только здесь, но и в Азкабане. Сириусу удалось сбежать той же ночью. Картины сообщили, что, убегая, он разговаривал с невидимым освободителем, который помог ему выбраться из замка.       Позже Дамблдор собрал всех, кто участвовал в том событии, в своём кабинете, кроме Бэста, чтобы выслушать рассказ Гарри о произошедшем. Поттер поведал всю историю, и теперь МакГонагалл и директор хотели поговорить с Габриилом о его способностях анимага. Виола добавила, что Люпин тоже был там и находился в подавленном состоянии, узнав о своих действиях в животном обличии.       А вот профессор Снейп был в ярости. С величайшим негодованием он рассказал, как нашёл семейную мантию Поттера, брошенную возле ивы, словно мусор, и как появился в тот самый момент, когда Габриил стоял за спиной профессора Люпина, направив палочку ему в затылок. Разумеется, он не упустил случая поддеть Люпина за то, что тот, будучи взрослым магом, не заметил подростка у себя за спиной.       Снейп не мог сдержать гнева, указывая на то, как безрассудно поступили ученики, решившись запустить в него заклинание втроём. Он не удивился глупости Уизли и Поттера, но Габриил, лучший ученик своего курса, искренне разочаровал его. Снейп пообещал устроить Габриилу множество дополнительных заданий и отработок — это предвещало долгие часы, проведённые в библиотеке и на дополнительных уроках. Отработки получили и Уизли с Поттером, но, поскольку Бэст был старше, его наказание оказалось куда серьёзнее: нападение на профессора не могло остаться безнаказанным.       Габриил слушал, пытаясь осмыслить поток информации. Пять дней. Пять дней он был без сознания, пока мир вокруг него жил своей бурной жизнью, полной опасностей и неожиданных поворотов. Дементоры. Гарри. Патронус. Побег Сириуса…       Мысль о том, что Дамблдор собрал всех, чтобы выслушать Гарри, вызывала смешанные чувства. С одной стороны, это означало, что директор узнает всё из первых уст, с другой — Габриил чувствовал себя немного отстранённым, словно его история была рассказана без его прямого участия.       А слова Снейпа… они звучали одновременно как похвала и как угроза. Габриил знал: Снейп не упустит случая подчеркнуть провал Люпина, ведь тот не заметил опасности у себя за спиной. К счастью, профессор появился в тот момент, когда Бэст ещё не воспользовался своим даром, и его способность осталась для него тайной. Похоже, Снейп был зол и на то, что оказался без сознания по вине троих гриффиндорцев.Габриил чувствовал, как внутри зарождается раздражение. Он лежал в лазарете и не мог вмешаться, чтобы скорректировать рассказ Гарри и смягчить последствия. А теперь его ждал разговор с профессором МакГонагалл и Дамблдором. Анимагия.       Габриил чувствовал, как внутри него нарастает напряжение. Он не мог поверить, что оказался в центре этого хаоса. Мысли о том, что его способности анимага теперь стали предметом обсуждения, вызывали у него тревогу. Он уже автоматически старался скрыть свои способности, не желая привлекать к себе лишнего внимания. Теперь же, когда одна из его способностей стала известна, он понимал, что это может привести к нежелательным последствиям. Радует, что Виолу и Майкла обошла участь раскрытия анимагии.

***

      Тишина повисла в комнате после того, как Майкл и Виола закончили свой рассказ о визите в кабинет директора. Наконец Майкл не выдержал:       — Габри? Что с тобой?       Бэст медленно поднял голову.       — Я… я просто думаю, что мне теперь делать. Всё это — полная задница. Ужас Подземелья меня убьёт, а потом ещё и разговор с деканом и директором… — Он закончил фразу и с глухим стоном рухнул лицом в подушку. Никаких идей, как выпутаться из этой передряги, не приходило в голову.       — Не переживай, Снейп не смог нам назначить отработку с ним. Мы будем до конца года чистить холл замка под присмотром Филча, — с какой-то странной радостью сообщила Виола, отчего Габри и Майкл поморщились.       — Погоди, — Габриил приподнялся на локтях, глядя на друзей из-под чёлки. — Вам тоже назначили отработку?       — Ага, дружище. Всем, кроме Гермионы. — Майкл ухмыльнулся, глядя на Бэста. — И баллы сняли. Нам-то плевать, а вот остальным…       — Да почему… — вырвался у Габриила крик отчаяния. Теперь ещё и гнев однокурсников…