Хамелеон

      Солнечные лучи рассеянно пробирались через плотный тюль Выручай-комнаты. Человек на кровати с недовольным стоном попытался спрятаться и отвернулся от источника света. Но сон больше не шёл.       Стараясь оттянуть момент, когда нужно будет вставать, Габриил закутался в одеяло, а после резко отбросил его и открыл глаза.       Бывает такое, что с утра настроение абсолютно недоброе. И так хочется ещё немного остаться в сладком сне, под тёплым одеялом, и не нужно собираться куда-то в спешке. Казалось бы, хорошее утро, но голова ныла от лёгкой боли, а сна ни в одном глазу. Кровать слишком мягкая и неудобная, после неё болит всё тело. Солнце неприятно резало глаза, отчего хотелось зажмуриться, но боль в голове грозила усилиться. Такое утро приятным никто не назовёт.       Раздражение медленно, но верно обволакивало Габриила невидимым коконом. Он погружался в то самое состояние, когда с утра лучше не разговаривать с человеком, если не хочешь услышать много мата в ответ. Или когда на лице нарисовано сплошное недовольство, что впору бы поставить это лицо вместо пугала в огород. Именно такое настроение и было у Бэста, который уже умылся и переоделся в школьную форму. Поразмыслив некоторое время, нервно дёргая ногой, он решил прогуляться по коридорам Хогвартса. Используя при этом свою особенность Хамелеон, естественно.       Наворачивая уже неизвестный по счёту круг, Габриил решил вернуться обратно в Выручай-комнату.       «Ну хотя бы голову немного проветрил,» — подумал уже более спокойный парень и только хотел зайти за поворот, как увидел идущих навстречу Себастьяна и Иоанну. И чёрт его поймет, почему он решил последовать за этими слизнями. Хотя сам Бэст с лёгкой душой скинул всё на любопытство и простую скуку от ничегонеделанья. Он аккуратно пошёл за парочкой по коридору, на довольно большом расстоянии, которое не мешало подслушивать их. После трёх минут пустых разговоров, Габриил уже хотел развернуться и уйти, но не успел. И не зря, так как они резко переменились в лице и Себастьян увидев что-то в глазах своей спутницы кивнул в сторону. Троица завернула в очередной пустой коридор, парень с девушкой замедлили шаг и осторожно оглянулись по сторонам. Габриил же предвкушающее потирал руки и незаметно приблизился к ним, приготовившись слушать удивительную новость или тайну с тёмным подтекстом. Он не мог даже представить, что эти люди могли обсуждать что-то хорошее. Наконец встав в место, где можно контролировать два прохода и быть незамеченными, в том числе картинами, произнеся заклинание приватность, они, не боясь быть пойманными, начали обсуждать их прошлую «шалость»: — Как мы их тогда разыграли, весело было наблюдать за ссорами этих «лучших друзей», — мерзкий смех Иоанны, с которым она это говорила, отозвался неприятной дрожью по спине Бэста.       «Ещё над кем-то издеваются, твари. Хотя что от них ещё можно ожидать,» — подумал волшебник с явной неприязнью. Он стал сразу предполагать, на кого они переключились после него. — Ну-ну, а вроде только «немного» оскорбили, — подал голос Себастьян, рукой пытавшийся заглушить вырывающийся наружу гогот: его недо-аристократическое воспитание не позволяло ему дать волю эмоциям. — Слушай, а давай ещё раз так сделаем? — С большим воодушевлением спросила девушка, чуть приостанавливаясь. — Только надо опять найти волосы Майкла и Виолетты, мой прошлый запас закончился.       Себастьян что-то согласно промычал, а Габриил застыл в оцепенении, будто в него кинули «остолбеней» и замерзающее, иначе он не мог объяснить, почему его пальцы так окоченели. Мысли сумбурно метались в голове. Волосы его друзей?.. Ещё раз сделать?.. Оскорбление… Догадка прострелила голову и Бэста. Он резко ускорился в сторону уже отдаляющихся волшебников, не особо заботясь о безопасности и скрытности. Сейчас он скорее сам вытащит из них ответы, кинув какое-нибудь неприятное заклинание. В душе он надеялся, что его догадка верна. Пара же продолжала что-то говорить, а парень слушал их со злостью и в мыслях проклинал на чем свет стоит. Единственное, что его держало от непоправимых действий — это осознание последствии. — Можно в этот раз подвесить на потолок Майкла, он и так с Виолеттой в ссоре, а если он ещё и с этим красноглазым грязнокровкой обрубит общение, то будет особо интересно, — всё продолжала размышлять Иоанна.       Габриилу больше не нужно было слушать. Всё подтвердилось: эти слизеринцы посеяли в его душе сомнения в старых друзьях. Злость на них смешалась со жгучим стыдом. Как он мог купиться на такую примитивную уловку? И одновременно — облегчение. Значит, тогда его подвесили на потолок не друзья.       Дальше слушать их пустые разговоры и злобные пересуды за спиной было невыносимо. Бэст незаметно ускользнул, но яркое солнце заставило его отменить свою способность. Он спокойно пошёл по коридорам Хогвартса, не опасаясь встречи со своим двойником. Тот сейчас мирно спал в гриффиндорской башне, отсыпаясь после бессонной ночи, проведённой за проверкой контрольных работ второкурсников.       До сих пор его бросало в дрожь от некоторых почерков. Приходилось расшифровывать каждое слово, а потом ещё и пытаться понять, что этот юный волшебник вообще хотел сказать профессору МакГонагалл через свою писанину. К концу года Бэст осознал, насколько тяжел труд преподавателей Хогвартса. И это он судил только по предмету своего декана! Что же творится на зельеварении или рунах вперемешку с артефакторикой? Страшно представить, что было бы, если бы вместо Минервы МакГонагалл он помогал Снейпу. От одной этой мысли мурашки бежали по коже.       «И вот зачем я так ушёл в себя и перестал обращать внимание на окружающий мир?» — подумал Бэст. Причина его возмущения была банальна: повторение неприятного инцидента. Люциус, чтоб его! Он снова с ним столкнулся, точнее, врезался. Хорошо хоть, не упал на него. Но на этот раз он был видим, а это плохо. — Прошу прощения, Лорд Малфой, — выпалил он, не давая взрослому волшебнику и слова сказать. — Я слишком погрузился в свои мысли и не заметил вас. Прошу простить меня, и я немедленно удалюсь, чтобы не мозолить вам глаза своим присутствием. — Но уйти ему не дали. — Мальчишка, — произнёс Малфой, обращаясь именно к нему, так как в коридоре никого больше не было. Вполне ожидаемо, что он обратится к нему так, ведь они, по сути, не знакомы. Это Бэст знал его по встрече под личиной другого человека и под невидимостью, да и просто Лорд Малфой был известен по газетам, ну и благодаря своему сыну. И тут каждый волей-неволей поинтересуется, кем грозится Малфой-младший. А сейчас это была их первая настоящая встреча.       Бэст замер, как кролик перед удавом. Он знал, что уходить сейчас — верх невежливости, но оставаться — ещё хуже. В голове проносились обрывки воспоминаний о Люциусе, о его надменном взгляде, о его власти и влиянии в магическом мире. Он помнил, как тот манипулировал людьми, как плёл интриги, кому он служил. И сейчас этот человек смотрел на него, на обычного ученика Хогвартса, с каким-то непонятным интересом и, конечно, брезгливостью. — Что вы здесь делаете, мистер Бэст? — вопрос прозвучал неожиданно, словно гром среди ясного неба. Откуда он знает его имя? Бэст похолодел. — Я… я просто шёл в библиотеку, Лорд Малфой, — пролепетал Бэст, стараясь не смотреть в глаза аристократу. На всякий пожарный. — Мне нужно найти информацию для эссе по трансфигурации. Так как профессор МакГонагалл задала мне дополнительный материал. — По сути он не врал. Декан вправду задала ему эссе, которое он уже сделал, но вот прямо сейчас он решил пойти в библиотеку за дополнительной информацией по теме. — В библиотеку, значит, — протянул Малфой, прищурившись. — И что же ты так задумался, что не заметил меня? Неужели трансфигурация настолько сложна, что заставляет тебя забыть о приличиях. И банальной внимательности? — Бэст почувствовал, как краска заливает его щёки и уши. Он знал, что Малфой играет с ним, потешает своё эго. Вот только сам Габриил Бэст просто хотел исчезнуть. — Простите, Лорд Малфой, — повторил он, стараясь сохранять спокойствие. — Я действительно был погружен в свои мысли. Этого больше не повторится. — Он полностью принизил своё достоинство, чтобы тот отстал от него, ему это ничего не стоит. — Надеюсь, — ответил Малфой с угрожающей ноткой в голосе. — Иначе мне придётся обратиться к вашему декану насчёт вашего поведения. — Он сделал шаг вперед, и Бэст невольно отступил, ощущая исходящую от Малфоя ауру опасности. — Ты, конечно, лучший ученик на своём курсе, даже профессор зелий это признаёт. Но ты не Поттер, тебе не простят неуважения к аристократу. Так что считай это предупреждением, проявлением моей доброты в связи с хорошим настроением. — Бэст почувствовал, как по спине пробежал холодок. Доброта? От Люциуса Малфоя? Это звучало как шутка или ловушка. Скорее, это была демонстрация власти, напоминание о его месте в иерархии. Он был всего лишь учеником с грязной кровью, пусть и талантливым, а Малфой — влиятельным аристократом, родовитым магом, способным сломать ему жизнь одним словом. Он кивнул, стараясь не выдать своего страха. — Я понял, Лорд Малфой. Благодарю за предупреждение. — Малфой продолжал смотреть на него, словно оценивая. В его глазах мелькнуло что-то, чего Бэст не мог понять. То ли любопытство, то ли презрение, то ли что-то ещё, более зловещее. Он чувствовал себя как бабочка, приколотая булавкой к энтомологической доске. Мастер смотрит, стоит ли бабочка того, чтобы оставить её в коллекции или выбросить как мусор. — Что ж, мистер Бэст, — медленно произнёс Малфой, — раз уж вы направляетесь в библиотеку, не буду вас задерживать. Но помните, что я сказал. В следующий раз будьте внимательнее. — С этими словами Малфой отступил, освобождая проход. Бэст, не дожидаясь приглашения, поспешил проскользнуть мимо него. Он чувствовал на себе его взгляд, прожигающий спину, пока не скрылся за поворотом коридора. Только оказавшись в относительной безопасности, он позволил себе выдохнуть. Сердце колотилось как бешеное, а ладони вспотели. Что это было? Почему Малфой проявил к нему такой интерес? И почему он знал его имя?       Версия со Снейпом казалась наиболее вероятной. Декан Слизерина, хоть и был строг, всегда отмечал его успехи в зельеварении. Возможно, он упомянул его в разговоре с Малфоем. Но зачем? Или Малфой-младший пожаловался на него отцу, а тот и запомнил…       Бэст ускорил шаг, направляясь в библиотеку. Ему нужно было успокоиться и обдумать произошедшее. Он не мог позволить себе снова попасть в поле зрения Малфоя. Это было слишком опасно. Добравшись до библиотеки, он укрылся за высокими стеллажами с книгами. Тишина и запах старых книг немного успокоили его. Он взял первую попавшуюся книгу по трансфигурации и уселся за дальний стол, стараясь не привлекать к себе внимания. Тогда он впервые не запомнил ничего, что прочитал.

***

      Габриил, погружённый в чтение, вдруг уловил знакомый голос, который, казалось, доносился из ниоткуда. Он оторвал взгляд от страниц и огляделся, но в библиотеке Хогвартса не оказалось никого, кто мог бы произнести эти слова. С лёгким недоумением он вернулся к книге, продолжая с того места, где остановился.       Внезапно раздался лёгкий кашель, и Габриил, вновь осмотревшись, наконец заметил профессора Флитвика, который стоял рядом. Из-за своего невысокого роста он был почти незаметен. — Профессор! — воскликнул Габриил, резко поднимаясь и ставя книгу на стол. Волнение охватило его, и он почувствовал, как на щеках заиграл румянец. Флитвик был одним из его любимых преподавателей, и, несмотря на его полугоблинское происхождение и статус декана Когтеврана, Габриил всегда испытывал к нему особую симпатию. — Ничего страшного, я всё понимаю, — произнёс профессор с доброй улыбкой, которая напоминала о тёплых моментах детства. Это была не та улыбка, что часто можно увидеть у Дамблдора или даже у МакГонагалл, а скорее улыбка доброго дедушки, который с любовью хвалит твои неуклюжие поделки, понимая, что важен не результат, а старание. — Профессор, вы что-то хотели от меня? — спросил Габриил, искренне заинтересованный. Ему было любопытно, что могло понадобиться Флитвику от студента Гриффиндора. Он надеялся, что у профессора есть какая-то просьба, и был готов предложить свою помощь. Профессор Флитвик, слегка наклонив голову, посмотрел на Габриила с искренним интересом. Его глаза сверкали, в них отражалась вся мудрость и доброта, накопленные за годы преподавания. Габриил почувствовал, как волнение постепенно уходит, уступая место любопытству. — На самом деле, я хотел бы обсудить с вами одну интересную тему, — произнёс профессор, его голос был тихим, но уверенным. — Я заметил, что вы проявляете особый интерес к заклинаниям, и это не может не радовать.       Габриил, обрадованный комплиментом, почувствовал, как его сердце забилось быстрее. Он всегда стремился к знаниям, и то, что его усилия были замечены, придавало ему уверенности. — Спасибо, профессор! Я действительно стараюсь, — ответил он, силясь не выдать своего восторга. — Какие заклинания вас интересуют?       Флитвик немного помолчал, словно задумавшись, а затем продолжил: — Я хотел бы предложить вам возможность поработать над одним внешкольным проектом. Это будет нечто большее, чем просто изучение заклинаний. Я думаю, что вы сможете внести свой вклад историю магической Британии. Это касается изучения и создании заклинаний, которые, как вы знаете, могут быть весьма сложными, но и невероятно увлекательными. Я уверен, что ваш энтузиазм и стремление к знаниям помогут нам в начинании, да и молодой ум намного лучше старого       Габриил, не веря своим ушам, почувствовал, как его сердце наполнилось радостью. Возможность работать над проектом с профессором Флитвиком была для него настоящей мечтой и шансом на будущее. Он всегда восхищался мастерством своего преподавателя по чарам и его способностью объяснять даже самые сложные вещи простым и доступным языком, даже если и приходится повторять. — Это звучит потрясающе, профессор! — воскликнул он, не в силах сдержать свой восторг. — Я готов сделать всё, что потребуется! — Флитвик кивнул, его глаза сверкнули одобрением. Он продолжил: — Я рад, что вы так настроены. Мы будем исследовать также другие заклинания, которые требуют не только точности, но и креативности. Я хочу, чтобы вы попробовали разработать свои собственные вариации некоторых из них, так как вы один из лучших учеников своего курса. Это может быть рискованно, но именно в риске часто кроется истинное волшебство.       Габриил задумался над словами профессора. Он всегда мечтал не просто изучать заклинания, но и создавать что-то новое. Вот только чтобы что-то создать, нужно приложить титанические усилия. — Я согласен.       Тогда он не осознавал… что своим согласием открыл себе дорогу?

***

      Под ногами тихо шуршит трава, слышно мерное стрекотание кузнечиков. Габриил уверен, что неразлучное золотое трио находится в хижине Хагрида, поэтому, раздражённо отмахиваясь от комаров и прочей мошкары, стремительно направляется туда. Только отойдя от замка в сторону хижины на несколько метров, он резко затормозил. Спокойные звуки природы нарушил неприятно громкий звук рассечения чего-то. — Тук!       Кажется, после этого стука его сердце на мгновение перестало биться. Топор! Это топор, понимает Габриил, и сердце только возобновив биение, падает вниз. Парень даже сначала не понял, куда исчезли все звуки, и почему вороны улетают подальше от огорода лесника. Потом пришло осознание. Он виновен. Наверное, Бэст так бы и остался стоять, как вкопанный, но увидел, что со стороны хижины выбегают трое подростков. Некоторые части их тел все ещё были невидимы из-за наспех надетой мантии-невидимки. Это было известное всем золотое трио. Габриил видел, как Рон пытается удержать в руках вырывавшуюся крысу. Всё ещё находящийся в оцепенении Бэст лишь шокировано смотрел в их сторону. Наконец-то запыхавшиеся подростки поравнялись с ним и, пытаясь отдышаться, сбивчиво заговорили: — Там… Клювокрыл. Палач. Они. Его… — пытается Гермиона донести до Габриила. Вот только он уже всё понял. Бэст слышал стук, и теперь вся надежда на спасение магического создания находится у Габриила, если, конечно, это поможет. И эту надежду нужно скорее вернуть Гермионе, чтобы та с Гарри спасла гиппогрифа. — Знаю, — сдавленным и хриплым голосом отвечает парень, сглатывая большой ком в горле. Он испугался, что мог нарушить ход оригинальной истории, своей выходкой с маховиком. А ведь как теперь быть с Сириусом и как смотреть в глаза Хагриду? Перед его глазами предстало тело Клювокрыла, лежащее на земле в собственной крови, его голову палач складывает в мешок. Хагрид заплаканный смотрит на животное, не в силах ничего сделать, а Дамблдор утешительно хлопает полувеликана по плечу.       Скорбное молчание прерывает вскрик Рона. Короста-таки умудрилась вывернуться из его крепкой от всплеска адреналина хватки и укусить палец его молодого хозяина. Она кувырком падает на землю и бежит в сторону плачущей ивы. Неожиданно из ближайших кустов выбегает Живоглот и несётся за крысой. Уизли, несмотря на боль в пальце, побежал за ними, пытаясь опередить кота: «Живоглот, фу! Нельзя! Противный кот!». Гарри, Гермиона и Габриил, переглянулись ошалелыми взглядами, побежали за Роном, который не хотел потерять своего питомца.       Уже приближаясь к иве, Рон смог поймать Коросту в руки и прикрикнуть на кота, чтобы тот убежал. За ним, врезаясь друг в друга, прибегают друзья. После несколько минут отдышки в тишине все слышат звук. Будто кто-то большой бежит в их сторону. И этот кто-то имеет белёсые глаза, светящиеся во тьме. К ним подбегает гигантский, угольно-чёрный пёс, зло рыча, и смотрит в сторону Рона. Он одним прыжком перемахнул через Гарри, Гермиону и, что удивительно, Габриила, и вцепился в ногу Уизли, потащив его к Гремучей иве. Бэст мгновенно выхватил палочку и попытался оглушить пса, но тот увернулся. Гарри и Гермиона бросились к кричащему Рону, но было уже поздно. У основания корявого ствола пёс затаскивал его в широкий провал между корнями. Рон отчаянно сопротивлялся, но голова и половина туловища уже исчезли в дыре. Само дерево начало пробуждаться, угрожающе размахивая ветвями. — Рон! — заорал Гарри, кидаясь на помощь, но мощная ветвь хлестнула его, отбросив назад. Гермиона попыталась повторить его попытку, но, получив удар, вскрикнула и упала прямо на Бэста. На поверхности осталась лишь рука Рона, судорожно вцепившаяся в корень. Раздался жуткий треск — корень сломался, и рука исчезла. — Рон! — в отчаянии воскликнула Гермиона. На её мантии виднелись пятна крови, ива рассекла ей плечо. — Нужно позвать на помощь! — крикнула она, отступая от дерева и пытаясь остановить кровь. — Нет! Эта тварь его сожрет, пока помощь придёт! Мы не успеем нужно идти за ним. — возразил Гарри, не сдерживая эмоций. — Мы одни туда не проберемся! — парировала Гермиона. В этот момент ещё одна ветвь, сплетенная в узловатый кнут, попыталась их достать. Гермиона, Гарри и Бэст отступили ещё дальше, чуть не прыгая назад как цирковые животные. — Тихо, вы оба! Криками Рону не поможешь, — оборвал их Бэст. Он подошёл к Гермионе и произнёс: — Vulnera Sanentur! — Кровь на её плече втянулась обратно в рану. Заклинание остановило кровотечение, но рана осталась видна — рассечённая кожа на плече. Бэст был недоволен собой, понимая, что из-за недостатка практики заклинание сработало не в полную силу. Именно сейчас он был недоволен тем, что чемодан с его аптечкой первой помощи находится у него в комнате. — Вы оба правы. Гермиона, ты беги за помощью и сразу в больничное крыло, залечивать плечо. А мы с Гарри пойдём за Роном. — Гермиона кивнула и бросилась к замку, надеясь как можно скорее привести кого-нибудь на помощь. — Как мы туда проберёмся? — спросил Гарри, подходя к Бэсту. Тот смотрел на притихшего кота. — Живоглот! А ну помоги, виновник! — крикнул Бэст, вспомнив, что коту известно, как пройти внутрь, ну или, если он не прав, то тогда они попытаются попасть в полёте. Гарри, конечно, непонимающе посмотрел на него и, наверное, у виска пальцем покрутил бы, но… кот, принадлежавший убежавшей Грэйнджер, проскользнул между ветвями и упёрся передними лапами в какой-то нарост на стволе ивы. Дерево замерло, словно окаменев, ни один листик не шевелился. — Они с этой собакой друзья, — проговорил Гарри и посмотрел на животинку как на предателя. Бэст не понял, как Гарри пришёл к этому, но поинтересоваться не решил. Красноглазый первым, как на правах старшего, скользнул в тёмный провал, за ним последовал Гарри. Внизу их встретил влажный, затхлый запах земли и гнили. Слабый свет, проникавший из-под корней, едва освещал узкий туннель, по которому они ползли. Земля была рыхлой и скользкой, а корни деревьев сплетались в причудливый лабиринт. Внезапно они услышали приглушённый рык и болезненный стон. Рон был где-то впереди. Гарри и Бэст прибавили скорости, продираясь сквозь узкий проход. Но вот туннель пошёл вверх, затем свернул. Сбоку парни увидели слабый свет, падающий из какой-то дыры. Они с Поттером на мгновение замерли, переводя дух, подошли к ней, подняли волшебные палочки и заглянули внутрь. С той стороны оказалась комната — пыльная и разорённая. Обои клочьями свисали со стен, весь пол в грязи, мебель сломана, словно кто-то её крушил, окна заколочены досками. Старший из парней протиснулся в проём и огляделся. Комната была пуста, но справа виднелась открытая дверь, ведущая в полутёмный коридор. — Габри, мы в Визжащей хижине? — спросил Поттер, глядя на своего спутника с тревогой. Бэст кивнул, подтверждая его догадку. Внезапно над ними послышался скрип, словно что-то тяжёлое перемещалось на втором этаже. Подростки обменялись испуганными взглядами и, стараясь не шуметь, вышли в прихожую, где начали подниматься по шаткой лестнице. Вокруг царила тишина, но толстый слой пыли на полу был нарушен широкой чистой полосой, как будто что-то или кого-то тащили наверх совсем недавно.       Когда они достигли тёмной площадки, Гарри, держа в руках палочку, собрался произнести заклинание, но Бэст остановил его, молча покачав головой. Перед ними была единственная чуть приоткрытая дверь, из-за которой пробивался свет. Подкравшись, они прислушались и уловили внутри какое-то движение, приглушенные стоны и низкое мурлыканье. Друзья обменялись взглядами и кивками, и Гарри, решительно выставив палочку вперед, распахнул дверь. На полу, обхватив ногу, истекавшую кровью, сидел Рон. Гарри бросился к нему, а Бэст, воспользовавшись своей способностью, исчез в тени. Это была самая лучшая из стратегий против взрослого волшебника. — Рон, как ты? Где пёс? — спросил Поттер, наклонившись к другу. — Это не пёс, Гарри, — с трудом произнёс Рон, сжимая зубы от боли. — Это ловушка… — Что? — не понял Гарри. — Он… Анимаг… — крикнул Рон и показал пальцем.       Взгляд Рона был устремлён поверх плеча друга. Гарри круто обернулся. Какой-то человек, скрытый тенью, громко захлопнул дверь в комнату, чуть ли не ударив Бэста ею. Грива спутанных грязных волос свисала ниже плеч; не будь глаз, горевших в глубоких глазницах, его можно было бы принять за мертвеца — воскового цвета кожа так туго обтягивала кости лица, что оно походило на череп, жёлтые зубы оскалились в усмешке. Это был Сириус Блэк. — Экспеллиармус! — каркнул он, направив на Гарри волшебную палочку Рона. Палочка Гарри вырвалась из рук и, взмыв в воздух, оказались у Блэка. Не сводя глаз с Гарри, он подошёл ближе. — Я так и знал, что ты придёшь помочь другу. — Голос Блэка звучал неровно, надтреснуто, как будто он давно разучился говорить. — Твой отец сделал бы то же самое для меня… Храбрый ты парень, не побежал за преподавателями в отличие от других… Прими мою признательность… это всё упрощает… — Бэст тем временем направил на Сириуса палочку и показал жест тишины парням, чтобы они его не вспугнули раньше времени. Рон же, поднявшийся на ноги несмотря на боль, повернулся к Блэку. Он решил отвлечь взрослого. — Если ты хочешь убить Гарри, тебе придётся убить и меня вместе с ним! — яростно крикнул он, побледнел ещё больше и от слабости его шатнуло в сторону. Что-то вспыхнуло в тёмных глазах Блэка. — Ты лучше ляг, — спокойно сказал он. — А то ещё больше повредишь ногу. — Ты слышал? — спросил Рон нетвёрдым голосом. С силой вцепившись в плечо Гарри, он как-то сумел удержаться на ногах. — Тебе придётся убить всех троих!       Усмешка Блэка стала шире, он даже не заметил оговорку рыжего. А если бы он обернулся, то увидел, как Бэст сделал жест «рука-лицо». — Только один умрёт этой ночью… — Это почему же? — Гарри рванулся из рук Рона. — В прошлый раз тебя такие мелочи не волновали! Сколько ты тогда убил магглов, охотясь за Петтигрю? Что, подобрел в Азкабане? ТЫ убил моих родителей! — Гарри бешеным усилием пытался освободиться от рук Рона, но было поздно. Габриил запустил в спину Сириуса несколько заклинаний: от классического обезоруживания до связывания. Блэк полулежал, прислонясь спиной к стене, его впалая грудь часто вздымалась и опускалась, глаза неотрывно следили за Гарри и Габриилом. — Не ожидал, что на меня нападёт со спины гриффиндорец, как какой-то змей. — Бэст от слов Сириуса скривился, но ничего не ответил. Он буквально оскорбил его, сравнив его со змеиным факультетом. — Гарри, возьми. — Бэст протянул Гарри его палочку, и тот с благодарным кивком взял её в руки. — Рон, ты как? — переключился старший на рыжего, пока Поттер подходил к Сириусу. — Кость вроде сломал, ну и, как видишь, и рана имеется. — ответил Рон. Бэст применил то же заклинание, что ранее с Гермионой. И кровь рыжего вернулась назад, вот только с переломом и раной старший парень помочь ничем не мог. Что он и сообщил рыжему… — Что, Гарри, собираешься убить меня? — тем временем начали свой диалог Сириус и Гарри. Поттер остановился над врагом, палочка смотрела Блэку в грудь в районе сердца. — Ты убил моих родителей. — Голос Гарри чуть дрожал, но рука с волшебной палочкой оставалась твёрдой. — Я и не отрицаю, — почти шёпотом сказал мужчина. — Но если бы ты знал всю историю с начала до конца… — Всю историю? — Ярость стучала у Гарри в висках. — Ты продал их Волан-де-Морту. Вот всё, что мне нужно знать! — Рон и Бэст отвлеклись с ноги на крик Гарри. — Ты должен меня выслушать, — в голосе Блэка прозвучало отчаяние, переходящее в требование. — Пожалеешь, если не узнаешь правду… — Я знаю больше, чем ты думаешь, — голос Гарри дрожал от ярости и боли. — Ты слышал, что кричала мама? Волан-де-Морт хотел убить меня, а она пыталась защитить! Ты виноват во всём! Из-за тебя… — Гарри вскинул палочку. Габриил, видя решимость Поттера, положил дрожащего Рона и встал сзади Гарри. — Гарри… Он не стоит того, чтобы марать руки. Есть Министерство… И Дамблдор, — прошептал он. Внезапно снизу донеслись шаги. Кто-то поднимался. Все замерли, но крыса в руках Рона предательски запищала. Бэст не раздумывая бросился в тень, спрятавшись при этом от взора Сириуса, который пытался держать всех в поле зрения.       Дверь распахнулась с оглушительным треском. В комнату, словно вихрь красных искр, ворвался профессор Люпин. Лицо его было белее мела, в руке — волшебная палочка. Его взгляд, горящий тревогой, скользнул по Рону, лежащему на полу, а потом и по Гарри. Наконец он остановился на Блэке, поверженном и прижатом к стене. — Экспеллиармус! — выкрикнул Люпин. Палочка Гарри снова вылетела из его руки. Люпин проворно схватил её и вошёл в комнату, не сводя глаз с Блэка.       Глаза Люпина метали молнии. — Где он, Сириус? — прозвучал вопрос, пропитанный тревогой, заставивший Гарри вздрогнуть, подумав, что они ищут Бэста. Габриил, словно тень, попытался отступить в сторону, а Рон, ошеломлённый, застыл с открытым ртом. Блэк, казалось, не обратил внимания на слова Люпина. Он сидел неподвижно, лишь медленно перевёл взгляд на Рона. Гарри, чувствуя нарастающее напряжение, огляделся, пытаясь понять, почему Сириус посмотрел в сторону Рона, а не туда, где скрылся Габри. — Но тогда… — Люпин буравил Блэка взглядом, словно пытаясь вытянуть правду из самой его души. — Почему он не показался раньше? Разве что… — Его глаза расширились, словно он увидел нечто, скрытое от остальных. — Разве что это был он… Он, а не ты?.. Но ты не успел мне сказать. — Блэк, не отрывая взгляда от Люпина, едва заметно кивнул. — Профессор Люпин, — не выдержал Гарри, но не успел закончить, потому что увидел то, от чего слова застряли у него в горле. Луч света, вырвавшийся из палочки Люпина, поразил Сириуса, освобождая его от заклинания Габриила. Затем Люпин подошёл к Блэку, помог ему подняться и крепко обнял его, словно брата. — Профессор! — крикнул Гарри, его голос звучал зло и обвиняющее. — Что… что происходит? — Люпин отстранился от Блэка, но руку с его плеча не убрал. В его глазах читалось сложное переплетение вины, сожаления и… надежды? Бэст тем временем оказался за спинами Сириуса и Люпина, возле двери, из которой появился профессор. В его руке была вторая, нелегальная палочка, готовая к действию, если ситуация выйдет из-под контроля. Вот только случайно он задел ногой палочку, которая скатилась, по лестнице, создавая звук, похожий на то, что кто-то спустился в спешке с лестницы. — Что? — Люпин непонимающе спросил Сириуса, смотря сквозь Бэста, который даже дышать перестал. Но Блэк сказал. «Просто трус забежал, поэтому нужно ускориться.» Поэтому профессор молча кивнул и обратил взгляд к Гарри. — Гарри, я понимаю, что тебе сейчас трудно это принять, — начал Люпин, его голос был мягким, но твёрдым. — Но Сириус… — Хватит болтать, Римус, — перебил Блэк, его голос был хриплым, полным ненависти. — Давай убьем его. — Сириус указал на Рона, который вжался в стену, крепко сжимая Коросту в руках. Гарри, не раздумывая, заслонил друга собой, заметив краем глаза Габриила в тёмном коридоре с палочкой, нацеленной на профессора. Бэст решил показаться друзьям, чтобы они не подумали, что он их бросил. Хотя то, что ситуация повторяется, ему не особо-то и нравилось. — Подожди, — ответил Люпин, но Сириус не собирался молчать. — Я устал ждать! — почти рычал он. — Двенадцать лет ждал! В Азкабане! — После этих слов Люпин замолчал на мгновение, а затем протянул Сириусу палочку Гарри. — Хорошо… Ты убьёшь его, — согласился профессор. — Но потерпи хотя бы ещё минуту. Гарри имеет право знать. — Я всё знаю, — перебил Гарри. — Ты предал моих родителей. Это ты погубил их. — Нет, Гарри, — покачал головой Люпин. — Он не предавал их. Предателем был человек, которого я до недавнего времени считал мёртвым. — Люпин бросил взгляд на Рона, всё ещё сидящего на полу и держащего в руках пищащую крысу. Взгляд этот был полон… отвращения? Гарри проследил за взглядом Люпина и уставился на Рона и его крысу. Что-то здесь было не так. — И кто это?! — потребовал Гарри. — Питер Петтигрю! — ответил сбежавший узник Азкабана со злой, безумной улыбкой.

***

— Питер Петтигрю! Он здесь! — Слова эхом отдавались в комнате. Сириус, с безумным блеском в глазах, наращивал темп: — Появись, появись, появись… Питер!!! — Его крик пронзил тишину. А Бэст, в ужасе, покосился на руку, сжимавшую его плечо. В следующее мгновение мантия-невидимка Гарри упала на пол, а из-под неё вышел профессор Снейп. Он рывком оттащил Гарри за спину и вскинул палочку. — Выходи сейчас же! — надрывался Блэк. Люпин молча наблюдал за Гарри и Роном. Вдруг он заметил, что Поттер смотрит в шоке куда-то за их спины. Они обернулись, но было слишком поздно. — Экспеллиармус! — палочки Люпина и Блэка вылетели из рук и оказались в руках Снейпа. Он тут же передал их Бэсту, чтобы те не мешали ему в руках. — Месть сладка, — прошипел Снейп, глядя на Блэка. — Как же я мечтал, что сам поймаю тебя… — Так вот куда забежал этот змей из Гриффиндора. Побежал звать на помощь, как последний трус, бросив при этом друзей, — презрительно бросил Сириус в адрес Бэста, увидев его за спиной Снейпа. Он считал, что тот во второй раз встает у него на пути. Снейп при этом на мгновение посмотрел на Габриила с приподнятой бровью. — Не смей клеветать на моего друга! — возмутился Гарри, защищая достоинство старшего. — Он всё это время держал палочку наготове, чтобы в любую секунду защитить нас.       Сириус посмотрел на Бэста другим взглядом, но он не будет извиняться, так как не поддерживал нападение со спины. — Бэст не бросил бы нас! Это Снейп пришёл под мантией Гарри, — продолжил за Гарри Рон. — Я нашёл это рядом с Гремучей ивой, — сказал Снейп, отбросив в сторону мантию-невидимку. Он всё время следил, чтобы волшебная палочка была нацелена в грудь Люпина. — Очень удобная вещь, Поттер, большое спасибо… — Снейп не мог не плеваться ядом в сторону Поттера, но на его лице сияло выражение плохо сдерживаемого триумфа. — Возможно, вас удивляет, как я узнал, что вы здесь? — Глаза профессора сверкали. — Я как раз шёл в ваш кабинет, Люпин. Вы забыли вечером принять своё зелье, я понёс вам лекарство и тут, к большому счастью — к счастью для меня, разумеется, — увидел у вас на столе некую Карту. Я взглянул на неё и сразу всё понял. Вы бежали известным мне туннелем и далее исчезли… Но затем мне повстречалась на пути ученица, что была ранена в плечо и просила меня помочь её друзьям. — Северус… — воззвал Люпин, но Снейпа было не остановить. — Сколько раз я говорил Дамблдору, что это вы помогаете старому другу Блэку проникать в замок. И вот оно, доказательство. Но мне и во сне привидеться не могло, что у вас хватит духа вновь воспользоваться этой развалюхой как убежищем… — Браво, Снейп. Ты снова пытался решить задачку, и как всегда пришёл к неверному выбору, — начал подходить к Снейпу Сириус. — Прости, но мы должны завершить одно незаконченное дело. — Снейп нацелил волшебную палочку точно Блэку в лоб. — Только дай мне повод, — прошипел Снейп, — дай повод, и, клянусь, я убью тебя.       Блэк замер. Трудно было сказать, чье лицо сильнее искажала ненависть. — Северус, не будь дураком… — попытался сгладить ситуацию Люпин. Гарри и Рон в шоке наблюдали за стремительно меняющейся ситуацией. Они уже ничего не понимали. Бэст подошёл к Гарри и Рону. Ему надоело бегать туда-сюда. Радовало лишь то, что палочки были у него, и одну он отдал Гарри. — У него это вошло в привычку, — проговорил Сириус, несмотря на очень близкую опасность в лице их школьного врага. — Сириус, молчи! — попытался остановить его Люпин, но Блэк грубо оборвал его, и Римус, бессильно отвернувшись, понял, что не сможет повлиять ни на Снейпа, ни на Сириуса. — Орёте друг на друга, как старые супруги, — съязвил Снейп, вызвав невольную улыбку у Бэста. Но Блэк не собирался проглатывать оскорбление. — Лучше бы занимался своими пробирками, — огрызнулся он, и зря. — С превеликим удовольствием, но сначала мне нужно доставить тебя к твоим старым друзьям — дементорам. Они будут рады тебя видеть, Блэк, очень рады… Даже одарят тебя поцелуем… — Лицо Сириуса побледнело. Гарри, молча коснувшись плеча Бэста, стоявшего рядом с Роном, почувствовал, что нужно вмешаться. Он жестом показал Бэсту, что от него требуется, и посмотрел на Снейпа. Бэст и Рон, поняв его замысел, согласно кивнули. — Северус, не надо, — предпринял Люпин вторую попытку. — После вас, — ответил Снейп двум взрослым магам, а затем кивком головы указал ученикам, чтобы те тоже ушли вперёд. Вот только это стало сигналом для атаки. — Экспеллиармус! — крикнули они одновременно. Грянуло сразу три заклинания, раздался оглушительный взрыв, затрещала дверь, едва удержавшись на древних петлях; Снейпа сбило с ног и ударило о стену, он сполз на пол, потеряв сознание, по лицу побежала струйка крови. — Зря вы это сделал. — Блэк, сдвинув брови, взглянул на Гарри. — Надо было предоставить его мне… — Гарри отвел глаза в сторону. Даже теперь он не был уверен, что поступил правильно. — Я поднял палочку на преподавателя… Я поднял палочку на профессора Снейпа… Мы в заднице… — пробормотал Бэст, только сейчас понимая какую ошибку он совершил, что его беззаботные деньки в школе закончились, и зачарованно смотрел на неподвижную фигуру Снейпа. — Ох, какие нас ждут неприятности… — Спасибо, — поблагодарил Люпин, похлопав Габри по плечу в знак утешения. — Я ещё не сказал, что верю вам, — возразил Гарри. — Значит, пора представить доказательства, — заявил Блэк. — Ты, парень, дай мне Питера, — сказал мужчина грубым голосом, махнув рукой в сторону Рона. — Какого Питера? — глупо начал озираться по сторонам Рон, ища вышеупомянутого Питера. —Да в руках у тебя, дурачок. Крыса твоя. Это он, — немногословно объяснил Сириус, яростно смотря на начавшую вырываться крысу. — Подождите, но это Короста. Она жила в нашей семье двенадцать лет, она не может быть никаким Питером. — Может ли крыса столько жить? А волшебник-анимаг? По имени Питер Петтигрю, — неожиданно сказал профессор Люпин мрачным голосом. — ДВЕНАДЦАТЬ ЛЕТ! Для крысы это необычайно долгая жить. — Сириус начал подходить к Рону с крысой, что не переставала вырываться. — Действительно, все были уверены, что Сириус убил Питера, — кивнул Люпин. — Я и сам так думал до этого вечера. Открыла мне глаза Карта Мародёров. Она никогда не лжёт. Питер жив. Рон держит его в руках. Гарри обратился к профессору тихим, немного дрожащим от усталости и злости голосом: — Короста никак не может быть анимагом, потому что Дамблдор это бы знал. И профессор МакГонагалл, и другие учителя тоже, ведь все анимаги регистрируются в Министерстве, — проговорил Рон. Бэст вспомнил в этот момент себя с друзьями и Сириуса, что не стыкуется со словами Рона. — Тут ты прав, но Министерству было невдомёк то, что в Хогвартсе есть три незарегистрированных анимага, которые творили разные шалости. — От своих слов про шалости Люпин грустно улыбнулся. А Бэст подумал, почему Люпин считает, что их трое, ведь таких как они может быть больше. — Многие видели, как Петтигрю погиб, — сказал он, повернувшись к Блэку. — Была целая улица свидетелей… — сказал Гарри. — Он убил его двенадцать лет назад, — добавил Рон, кивком указывая на Сириуса. Лицо бывшего узника исказила гримаса. — Да ничего они не видели! Они только думают, что видели… — снова разъярился Блэк, мрачно наблюдавший, как крыса отбивается от Рона. — Я действительно хотел убить, — зарычал он, скаля жёлтые зубы. — Да малыш Питер оказался хитрее меня, он даже отрезал себе палец… Но ведь и у крысы нет одного пальца. — Ну и что, — в непонимании спросил Рон. — Доказательством смерти Петтигрю был палец, — ответил Бэст, за что был удостоен кивка от Блэка и похлопывания Люпина. Профессор не отпускал его, поняв, что тот виртуозно заходил за спину. — Грязный трус отрезал себе палец, чтобы все думали, что он мёртв, а потом он взял и превратился в крысу, — начал объяснять Сириус.       Гарри потребовал доказательств. Это был шанс Блэка доказать, что он не виновен. — Существует лишь один способ выяснить, крыса ли это. Рон, дай мне крысу, — заговорил Люпин. — А что вы с ней сделаете? — с опаской спросил Рон. — Заставим принять истинное обличье. Если это действительно крыса, ей это не повредит.       После краткой борьбы с собой Рон всё же решился, протянул Коросту Люпину. Короста визжала уже безостановочно, крутясь и барахтаясь. — Готов, Сириус? — спросил Люпин. — Давай вместе? — негромко произнёс он. — Конечно. — Люпин крепко сжал крысу одной рукой, другой поднял волшебную палочку. — Действуем на счет «три». Раз, два, три!       Всё кругом озарилось бело-голубой вспышкой из двух волшебных палочек; на какую-то секунду Короста зависла в воздухе, её чёрное тельце бешено извивалось, Рон взвыл, и крыса с негромким стуком упала на пол. Сверкнула ещё одна слепящая вспышка и тогда…       Как будто они наблюдали за ростом дерева в замедленной киносъемке. Проклюнулась и стала увеличиваться голова, появились побеги — конечности. Ещё миг — и на том месте, где только что была крыса, стоял человечек, скрючившийся от страха и заламывающий руки.       Перед ними предстал коротышка, едва ли выше Гарри и Габри. Жидкие бесцветные волосы растрепаны, кожа на нём висела, как на толстяке, исхудавшем в одночасье. Вид был облезлым, как у Коросты в последнее время. Да и вообще что-то крысиное сохранилось в остром носике и в зубах. Прерывисто дыша, он оглядел комнату и бросил быстрый взгляд на дверь. — Ну здравствуй, Питер, — приветливо произнёс Люпин, как будто в Хогвартсе по три раза на дню крысы превращались в старых школьных друзей. — Давненько не виделись. — С-с-сириус… Р-р-римус… — даже голос у Петтигрю остался писклявым. Он вновь быстро покосился на дверь. — Мои друзья… мои добрые друзья… — Он резко дернулся в сторону двери, но был остановлен Сириусом и Люпином которые оттолкнули его в сторону. Питер начал бегать взглядом по комнате, а затем… — Гарри! Ну надо же! — Он начал, сгорбившись, подходить к Поттеру. — Как ты похож на Отца. Мы были с ним лучши… — Тут его оттолкнул Сириус. — Как ты смеешь обращаться к Гарри? — В глазах Блэка полыхнуло бешенство. — Как смеешь смотреть ему в глаза? Говорить о его отце? — Питер прошипел и дёрнулся в сторону. — Как ты смеешь говорить о Джеймсе! — Люпин и Сириус окружили его с двух сторон и направили на него волшебную палочку. — Гарри, Джеймс не стал бы меня убивать… Он бы понял, Гарри, он пощадил бы меня… — Ты продал семью Джеймса Волан-де-Морту! — не спросил, а утвердил Люпин. — Я не хотел этого, — пропищала крыса. — Сириус, Сириус, как я мог противиться? Тёмный Лорд… ты себе не представляешь… У него такое оружие, что уму непостижимо… Меня запугали, Сириус, я же никогда не был храбрецом, как ты, Римус или Джеймс… Я не хотел того, что случилось… Меня вынудил Тот-Кого-Нельзя-Называть. — Он резко обернулся к Сириусу. — Вот скажи, Сириус, что бы ты сделал? Что бы сделал?! — крикнул он. Подростки не понимали, что Питер хочет сказать этим вопросом, они просто смотрели и ждали. — Я бы умер! Умер, но не предавал бы друзей, — ответил Сириус. Питер нырнул под стол и резко рванул в сторону выхода. Бэст преградил ему путь, и тот вцепился в него. — Мистер Бэст. Я знаю, вы хороший волшебник, который всем помогает. Вы же не станете смотреть на то, как меня убивают. Вы же пощадите меня.       Люпин и Сириус утащили его назад. — Ты должен был понимать, — произнёс Люпин тихо, — если тебя не убьет Волан-де-Морт, то это сделаем мы. Прощай, Питер. — Нет! — вдруг крикнул Гарри. Он бросился вперед и загородил Петтигрю, повернувшись к волшебным палочкам. — Нельзя его убивать! — сказал он, задыхаясь. — Нельзя! — И Блэк, и Люпин были потрясены. — Из-за этого выродка ты лишился родителей, Гарри, — прохрипел Блэк. — Этот пресмыкающийся кусок дерьма хладнокровно убил бы и тебя. И даже не повел бровью. — Гарри… он… — Люпин не смог продолжить. — Знаю, — тяжело дыша, сказал Гарри. — Мы отведём его в замок. — Питер упал на колени и стал его благодарить, но Бэст его обломал. — Рано радуешься! Сегодня в замке ночует министр магии. Когда он узнает подробности, тебя тотчас приговорят к поцелую дементора.

***

      Наконец все оказались снаружи туннеля, ничего интересного не было. Кроме того, что Снейпа перемещал Бэст, не доверяя доброй улыбке Сириуса с предложением понести профессора зелий. Луга были погружены в темноту, и лишь далекие окна замка светились во мраке. Не говоря ни слова, двинулись дальше. Петтигрю время от времени принимался хныкать. — Одно неверное движение, Питер… — грозно предупредил Люпин, его волшебная палочка неизменно смотрела в бок Петтигрю.       Шли молча, огни замка медленно приближались. И тут они увидели, как к ним бежит Виола и кричит что-то. Облака разошлись, и на землю пали неясные тени. Компанию окутал лунный свет. Люпин, Петтигрю и Блэк резко остановились. Поняв, что к чему, Бэст не выдержал и выругался: — Нам пиздец…