Возвращение в жизнь

Дело завершилось успешно — полковник Себастьян Моран, убийца юного графа Рональда Адэра и бывший подручный покойного гения преступности Джима Мориарти арестован. Причём вина Морана будет абсолютно доказана в суде не только по убийству Адэра, но и по покушению на убийство Шерлока Холмса — Морана взяли с поличным. Пока полковника вели по Бейкер-стрит от заброшенного дома до автозака, он орал ругательства в адрес Шерлока столь громогласно, что слышно было не только на всю улицу, но и на весь квартал. — Вот это глотка! — поразился Лестрейд. — Настоящая полковничья, сразу видна кричальная тренировка на плацу. А каков лексикон! Я даже от постояльцев обезьянника такого не слышал. Казарменное воспитание никакими светскими манерами не скроешь. Сапог — везде сапог. — Вообще-то он сэр Себастьян Моран, а не просто полковник, — сказал Шерлок. — Учился в Итоне и Оксфорде. — Оно и видно, что ругается как настоящий лорд, — фыркнул Ватсон. — В казармах вы такого не услышите, там это Уставом не одобряется. — И добавил, обращаясь к Лестрейду: — Грег, вы упаковали бы его быстрее: здесь присутствуют дамы, которые не получили благородного воспитания и подобные тирады им неприятны. Салли Донован посмотрела на Джона с подозрением — не издевается ли, а миссис Хадсон рассмеялась: — Джон, дорогой, ты всегда такой джентльмен. Я так рада, что ты вернулся. — Я никуда и не исчезал. — Вернулся на Бейкер-стрит. — Нет, миссис Хадсон. У меня есть квартира в Кенгсингтоне, которая меня вполне устраивает. Поэтому переезжать в Мэрилебон нет смысла. Всего хорошего, — попрощался он сразу со всеми и пошёл к метро. — Вот тебе раз... — растерянно проговорила миссис Хадсон. — Шерлок! Почему Джон не хочет возвращаться домой? — Боюсь, — со злорадной ухмылкой сказала Салли, — от него ответа вы не получите. В таких вещах понимают нормальные люди, а не трупоозабоченные психи. Салли пошла к машине. Шерлок досадливо мотнул головой и собрался идти к проезжей части квартала, чтобы поймать такси, но Лестрейд схватил его за рукав. — Сначала дашь свидетельские показания. Мне нужен подписанный тобой протокол. — Позже! У меня есть дела поважнее твоей канцелярщины. — Сейчас, Шерлок. А дела могут подождать и до завтра, потому что ты в них уже испортил всё, что только возможно испортить, и хуже, чем есть, не станет. Шерлок метнул на него мрачный взгляд исподлобья. Неприятно, словно ноющий зуб, беспокоила мысль о том, что изобразить собственную смерть, три года не подавать о себе никаких вестей даже самому близкому (да чего уж там — единственному!) другу, а затем внезапно появиться перед Джоном и, как ни в чём ни бывало, потребовать помощи в расследовании, было не лучшей затеей. Эффектность проделанной интриги почему-то произвела на Джона негативное впечатление. А ведь было всё так красиво! Мрачная романтика Рейхенбахского водопада, последний поединок со злодеем, трагичная гибель в грохочущем потоке воды и внезапное воскрешение из мёртвых... Шерлок гордился тем, как ловко притворился стариком-букинистом и в нужный момент предстал перед Джоном в своём истинном виде. Правда, Джон своим обмороком подпортил мизансцену, но что с этого недотёпы возьмёшь? Представление всё равно получилось эффектным. «Если бы ты побольше внимания уделял эффективности, а не эффектности, — ядовито заметил внутренний голос, — то ничего бы этого не случилось». — Чего не случилось бы? — растерянно пробормотал Шерлок. Голос ответа не удостоил. Лестрейд кивком показал на полицейскую машину. — Протокол, Шерлок. Твои показания нужны сегодня. — Я поеду на такси. Дорога до Скотланд-Ярда времени заняла немного, но его как раз хватило, чтобы всё обдумать. ............. ............. Время: три с половиной года назад, за полгода до Рейхенбахского дела. Место: гостиная квартиры на Бейкер-стрит. Джон сидит в кресле и, склонив голову на бок, внимательно слушает, что говорит мечущийся по комнате Шерлок: — Невероятно! Гениально и непостижимо. Человек опутал своими сетями весь мир, и никто даже не слышал о нём. Это-то и поднимает его на недосягаемую высоту в уголовном мире. Уверяю тебя, Джон, что если бы мне удалось победить этого человека, если бы я мог избавить от него общество, это было бы венцом моей деятельности, я считал бы свою карьеру законченной и готов был бы перейти к более спокойным занятиям. — Ты и спокойные занятия? — улыбнулся Джон. — Как-то это не сочетается. Шерлок обиделся. — Я, между прочим, биохимик. И я на пороге замечательного открытия! Но для этого мне нужно время и спокойная жизнь. Однако пока Мориарти на свободе, я не могу заниматься тем, что является моим истинным призванием. — А разве твоё истинное призвание не расследования? — удивился Джон. — Нет. Расследования — побочная деятельность. Но пока есть Мориарти, я не могу заниматься основной. — Шерлок замер посреди гостиной и пояснил: — За спиною у многих преступников существует могучая организующая сила, действующая наперекор закону и прикрывающая злодея своим щитом. Сколько раз в самых разнообразных случаях, будь то подлог, ограбление или убийство, я ощущал присутствие этой силы и логическим путем обнаруживал её следы также и в тех ещё не распутанных преступлениях, к расследованию которых я не был непосредственно привлечен. Много раз пытался я прорваться сквозь скрывавшую её завесу, и вот пришло время, когда я нашел конец нити и начал распутывать узел, пока эта нить не привела меня после тысячи хитрых петель к Мориарти. — Я знаю, — кивнул Джон. — Я помогал тебе в этих расследованиях. Я был с тобой в бассейне. — Он — Наполеон преступного мира, — продолжал Шерлок, не слушая. — Он — организатор половины всех злодеяний и почти всех нераскрытых преступлений. Это гений, философ, это человек, умеющий мыслить абстрактно. У него первоклассный ум. Он сидит неподвижно, словно паук в центре своей паутины, но у этой паутины тысячи нитей, и он улавливает вибрацию каждой из них. Сам он действует редко. Он только составляет план. Но его агенты многочисленны и великолепно организованы. Если кому-нибудь понадобится выкрасть документ, ограбить дом, убрать с дороги человека, — стоит только довести об этом до сведения Мориарти, и преступление будет подготовлено, а затем и выполнено. Агент может быть пойман. В таких случаях всегда находятся деньги, чтобы взять его на поруки или пригласить защитника. Но главный руководитель, тот, кто послал этого агента, никогда не попадется: он вне подозрений. Такова организация, Джон, существование которой я установил путем логических умозаключений, и всю свою энергию я отдал на то, чтобы обнаружить её и сломить. — И каковы результаты? Похоже, не очень. — Мориарти хитро замаскирован и так великолепно защищен, что, несмотря на все мои старания, раздобыть улики, достаточные для судебного приговора, невозможно. Ты знаешь, на что я способен, Джон, и всё же я вынужден был признать, что наконец-то встретил достойного противника. Ужас и негодование, которые внушали мне его преступления, почти уступили место восхищению перед его мастерством. Однако в конце концов он сделал промах, маленький, совсем маленький промах, но ему нельзя было допускать и такого, поскольку за ним неотступно следил я. Разумеется, я воспользовался этим промахом и, взяв его за исходную точку, начал плести вокруг Мориарти свою сеть. Сейчас она почти готова, и через три дня, то есть в ближайший понедельник, всё будет кончено, — Мориарти вместе с главными членами своей шайки окажется в руках правосудия. А потом начнется самый крупный уголовный процесс нашего века. Разъяснится тайна более чем сорока загадочных преступлений, и все виновные понесут наказание. Но стоит поторопиться; сделать один неверный шаг, и они могут ускользнуть от нас даже в самый последний момент. — Я могу чем-то помочь? — спросил Джон. — Да, конечно же, да. — Шерлок подошёл к Джону, поцеловал в губы. — Но для этого ты должен потолковать со своими армейскими приятелями. Надо навести справки о некоторых бывших военных. — Легко, — ответил Джон. Посадил Шерлока себе на колени, поцеловал в шею, сжал через тонкий шёлк рубашки сосок. — Но немного позже. Шерлок сладко застонал и прижался теснее. ............. Время: три года назад и за десять дней до Рейхенбахского дела. Место: кафе возле здания суда. — Это невероятно! — шипел разозлённый Шерлок. — Его имя даже не упоминалось на процессе! Мориарти выкрутился. Я лишил этого спрута всех его щупалец, но он всё равно ухитрился сбежать! — Но ты же не собираешься сдаваться, — ответил Джон. — Ты обязательно его поймаешь. — Разумеется, не собираюсь! Однако не всё так просто. Было бы хорошо, если бы я мог действовать так, чтобы Мориарти не знал об этом. Но он слишком коварен. Ему становился известен каждый шаг, который я предпринимал для того, чтобы поймать его в свои сети. Много раз пытался он вырваться из них, но я каждый раз преграждал ему путь. Клянусь, Джон, если бы подробное описание этой безмолвной борьбы могло появиться в печати, оно заняло бы свое место среди самых блестящих и волнующих книг в истории детектива. Никогда еще я не поднимался до такой высоты, и никогда ещё не приходилось мне так туго от действий противника. Его удары были сильны, но я отражал их с ещё большей силой. — Прессу я тебе не обещаю, но в блоге у себя обо всём напишу. Какая-никакая, а огласка. Шерлок коротко глянул на Джона и вновь стал созерцать содержимое чайной чашки. — Сегодня утром я предпринял последние шаги, Джон, и мне нужны ещё три дня, только три дня, чтобы завершить дело. — Опять три дня? В прошлый раз этот срок оказался недостаточным. — Теперь всё будет иначе, — заверил Шерлок. — Я поймаю Мориарти. — Если тебя не собьёт машина, как это едва не случилось на углу Бентинк-стрит и Уэлбек-стрит. А на Вир-стрит тебя едва не пришиб упавший с крыши кусок черепицы. После напал какой-то наркоман, которому якобы понадобился твой кошелёк. И не вздумай говорить, что всё это было случайностью! — Я и не собираюсь. Наоборот, хочу убраться подальше от Лондона, пока всё не успокоится, а полиция не доделает техническую работу, все эти аресты, обыски и допросы. Как ты смотришь на то, чтобы съездить на континент? — Прекрасная идея! — Тогда нам понадобиться соблюсти ряд предосторожностей. Джон кивнул и приготовился слушать. ............. Время: три года назад и за семь дней до Рейхенбахского дела. Место: страсбургская гостиница. СМС-ку Лестрейд прислал поздно вечером — Джон уже собирался лечь спать. Шерлок прочитал послание и яростно выругался. — Я должен был это предвидеть! — простонал он. — Бежал! — Мориарти? — Они накрыли всю шайку, кроме него! Он один ускользнул! Ну, конечно, я уехал, и этим людям было не справиться с ним. Хотя я был уверен, что дал им в руки все нити. Знаешь, Джон, тебе лучше поскорее вернуться в Англию. — Почему это? — Я теперь опасный спутник. Этот человек потерял всё. Если он вернётся в Лондон, он погиб. Насколько я понимаю его характер, он направит теперь все силы на то, чтобы отомстить мне. Он оставил об этом Лестрейду краткое, но весьма красноречивое послание, и я уверен, что это не пустая угроза. Право же, я советую тебе вернуться в Лондон. У Джона от обиды и злости потемнели глаза. — Ты перепутал меня с викторианской пансионеркой? Я солдат, Шерлок, и сейчас моя помощь нужна тебе как никогда! — Хорошо, — кивнул Шерлок. — Как хочешь. «У меня есть около пяти дней, чтобы найти решение проблемы, не вовлекая в дело Джона. Борьба с Мориарти — это война умов, а в такой битве Джон может быть только обузой. Я не могу им рисковать». ............. Время: два часа спустя после инсценировки смерти. Место: Рейхенбахский водопад. Всё получилось как нельзя лучше — сообщник Мориарти выманил Джона обратно в гостиницу ложной СМС о необходимости срочной врачебной помощи. В результате и Джон в безопасности, и сообщник арестован. Мориарти пребывает на дне Рейхенбахского водопада и совершенно точно никогда оттуда не выберется, поскольку мёртв окончательно и бесповоротно. Несколько наиболее опасных подельников Мориарти на свободе, но они не знают о смерти Шерлока, а значит у детектива есть стратегическое преимущество. Джон теперь вне зоны риска, потому что ценность он представлял только как напарник знаменитого Шерлока Холмса, а сам по себе никому не нужен и не интересен. Немного смущало отчаяние и горе Джона. Шерлок не ожидал, что они будут настолько сильными. На душе стало мрачно и неспокойно. «Это даже хорошо, что Джон так переживает, — поспешил убедить себя Шерлок. — В мою смерть поверят и без доказательств, просто посмотрев на него». Но тревога и ощущение неправильности происходящего не исчезли. «Любая боль проходит, разве не так? Даже такая. Он скоро всё забудет и успокоится», — настойчиво доказывал себе Шерлок. Но душу грызло сомнение, зарождалось и крепло чувство вины. Состояние крайне неприятное, и Шерлок поспешно отбросил эти непонятные чувства прочь. ............. Время: через десять дней после инсценировки смерти. Место: флорентийская гостиница. Майкрофт бросил на журнальный столик почтовый конверт. — Норвежский паспорт на имя Сигерсона, кредитки, права и билеты до Лхасы. Инструкции по предстоящему делу получишь на месте. Связной выйдет на тебя сам, твоя задача ждать и не высовываться. Шерлок кивнул. Майкрофт спросил: — Ты уверен, что действительно этого хочешь? Твоя помощь не настолько важна, чтобы я не мог без неё обойтись. — Работа по поимке сообщников Мориарти берёт слишком мало времени. Мне нужно какое-то дополнительное занятие. Или ты предпочитаешь, чтобы я сам искал, чем заполнить досуг? Майкрофта передёрнуло. — Никаких нелегальных боёв без правил и наркотиков! — приказал он ледяным голосом. Этот тон заставлял трепетать от ужаса самых влиятельных чиновников Великобритании, а простых смертных вообще пугал едва ли не до обморока, однако невозможный младший братец лишь презрительно фыркнул. — Не нравятся эти развлечения — предоставь альтернативу. — Хорошо, — сдался Майкрофт. — Ты получишь альтернативу, Шерлок довольно улыбнулся. Майкрофт посмотрел испытующе: — Когда ты намерен рассказать обо всём Джону Ватсону? — Когда смогу вернуться в Лондон без риска подвергнуть его опасности. — Джона Ватсона такое отношение отнюдь не обрадует, — предупредил Майкрофт. — Вздор! Он хоть и не блещет умом, но сообразительнее большинства, а потому поймёт, что это делалось для его же безопасности. — В таких случаях, Шерлок, всё решается чувствами, а не логикой. И если ты промолчишь, это жестоко ранит чувства Джона Ватсона. — Он не викторианская барышня, Майкрофт. Джон умеет отличать каприз от необходимости. — Вот именно, что Джон это умеет! Шерлок ответил пренебрежительным фырканьем. — Дело твоё, — сказал Майкрофт. — Но когда он вышвырнет тебя из своей жизни как мусор, не вздумай просить меня о помощи. Решать эту проблему будешь только сам. — Джон никогда этого не сделает, — уверенно заявил Шерлок. — Для этого он слишком сильно любит меня. — Ну-ну, — ядовито улыбнулся Майкрофт. — Вне всяких сомнений всё так и будет. ............. Время: через два года после инсценировки смерти. Место: Юг Франции, Монпелье, биохимическая лаборатория. — Какого чёрта, Майкрофт? — рычал взбешённый Шерлок. — Почему ты позволил Джону влезть в дело Мориарти? Ты обещал, что позаботишься о нём! — Как тебе известно, брат Джеймса Мориарти, полковник Мориарти решил восстановить честь семьи и обелить имя покойного. Наиболее простым и надёжным способом осуществить это он посчитал смешивание с грязью твоего имени. Уцелевшие подельники Джеймса охотно его в этом начинании поддержали. Твоё имя скоро будет приравниваться к имени Джека-Потроштеля. Шерлок презрительно оскалится — ухмылка один в один как у Майкрофта, сразу стало видно семейное сходство. — Всё это ерунда. Джону незачем вмешиваться, он только всё испортит. Ты должен был остановить его! — Я пытался. Повторить, куда он меня послал или сам догадаешься? — Он послал тебя? — не поверил Шерлок. — И вдобавок высказал всё, что думал о моём истинном отношении к тебе. Как понимаешь, это были отнюдь не комплименты. — Майкрофта заметно передёрнуло, слова Джона Ватсона задели его гораздо сильнее, чем он старался показать. Шерлок озадаченно застыл. — Никогда бы не подумал, что Джон на такое решится. — Боюсь, ты очень многого о нём не знаешь. — Майкрофт покрутил в руке зонт, посмотрел на брата: — Ты по-прежнему не хочешь ему признаться? — Ещё не время. Ты же видишь — он слишком сильно привязан ко мне. Если Джон узнает, что я жив, наверняка вытворит какую-нибудь глупость, которая поставит его под удар, а главное, сведёт на нет все усилия по поимке оставшихся сообщников Джима Мориарти. Когда они будут арестованы и предстанут перед судом, полковник Мориарти сам окажется в том дерьме, в которое пытается окунуть меня. — Шерлок... — Нет, Майкрофт! Единственная надежда полностью уничтожить остатки организации Мориарти в том, что они считают меня мёртвым. Только поэтому преступники менее осторожны, чем обычно, и за ними можно установить наблюдение, собрать доказательства вины. Но если из-за какой-нибудь безрассудной выходки Джона они догадаются, что я жив, то залягут на дно, и один только дьявол ведает, где и когда всплывут. — Твой эгоцентризм и самомнение, Шерлок, это нечто феноменальное. Мир, знаешь ли, вращается отнюдь не вокруг тебя, даже если этот мир — преступный. Шерлок раздражённо фыркнул. — Чем читать мне морали, лучше притормози Джона, пока он не наделал глупостей. — Сделаю, что смогу. Но Джон Ватсон не из тех, кого можно притормозить. Тебе лучше рассказать ему обо всём и привлечь к делу как сознательного помощника, а не использовать втёмную. — Это дело требует скрытности и хитрости. А Джон абсолютно не умеет ни лгать, ни притворяться. — Как хочешь, Шерлок. Но напоминаю — за последствия этой авантюры ты отвечаешь только сам. Меня о помощи не проси. Шерлок презрительно покривил губы. ............. Время: через три часа после того, как был обнаружен труп графа Рональда Адэра. Место: Лондон, Ист-Энд, типовая меблированная однокомнатная квартира многоквартирного дома. Шерлок вышел с сервера Скотланд-Ярда, где просматривал свежие отчёты о происшествиях, и довольно усмехнулся. — Это Себастьян Моран, — сказало он фиалкам на подоконнике, врЕменным заменителям черепа и Джона Ватсона. — Его почерк. И Себастьян Моран — последний из людей Мориарти. А убийство Адэра — единственная настоящая ошибка, которую допустил этот хитрый мерзавец. Теперь он получит пожизненное. Шерлок встал из-за стола, удовлетворённо оглядел себя в зеркало: — Пришло время предстать пред миром в своём истинном виде. Прощай, Сигерсон, здравствуй, Шерлок. Но сначала ещё немного маскарада. Я хочу удивить Джона по-настоящему. ............. ............. Возня с протоколами закончилась быстро. Вечер был хоть и поздний, но время для визитов ещё приемлемое. Шерлок поймал такси и поехал в Кенгсингтон. Дверь Джон открыл, но в квартиру не пригласил. — Что тебе надо, Шерлок? Дело Себастьяна Морана, а вместе с ним и Джона Мориарти закончено. — При чём тут они? Я к тебе пришёл. — Тебе здесь нечего делать. Расследование закончено и нас больше ничего не связывает. Уходи. — Но... — Всё, Шерлок. Стоянка такси за углом. — Джон хотел закрыть дверь, но Шерлок не позволил. — Какого чёрта, Джон? Что произошло? — Ничего. Ты сказал, что я слишком глуп, неуклюж и ненадёжен для партнёрства с тобой, поэтому я избавил тебя от своего общества. Радуйся. — Я ничего такого не говорил! — возмутился Шерлок. — Тогда почему за три года ты не дал о себе знать? — Это касалось твоей безопасности. Я не мог подвергать твою жизнь опасности. — В деле «Чёрного Лотоса», как и во всех других делах, которые были до Рейхенбаха, тебя это не останавливало, хотя опасность была не меньшей. Поэтому вывод можно сделать только один — великому Шерлоку Холмсу надоела игрушка по имени Джон Ватсон, и он выбросил опостылевшую куклу. А когда все остальные развлечения закончились, Шерлок Холмс вспомнил и об отвергнутом имуществе. Шерлоку от возмущения перехватило дыхание. — Это... Это неправда! Я никогда не относился к тебе как к игрушке! — Тогда как понимать, что ты лгал мне целых три года, а после заявился, как ни в чем не бывало? Ответ может быть только один, Шерлок, и ты его уже слышал. — Если ты считал, что я отношусь к тебе только как к вещи, почему согласился помогать мне? — Ради Рональда Адэра. — Что? — оторопел Шерлок. — Он был моим любовником. Я хотел найти его убийцу. А ты для этого наилучшее средство. Но убийца найден, и надобности в тебе больше нет никакой. Уходи. Возмутительные и оскорбительные слова о том, что он был всего лишь средством, Шерлок проигнорировал, потому что прозвучали слова гораздо хуже. И страшнее. — Как это «любовником»?! — не поверил Шерлок — А ты думал, я после тебя буду вечно жить монахом? — Ты... Он... Этот великосветский пустоцвет не подходит тебе! Никчёмный балованный бездельник и лоботряс. У вас не может быть ничего общего. Да ты на двенадцать лет старше этого сопляка! Такие отношения обречены на скорый разрыв. — Так и есть. Три месяца назад мы окончательно расстались. Но это не повлияло на моё желание найти его убийцу. Рон не блистал умом, не отличался силой и глубиной характера, однако был искренним и добрым. Это была короткая, но очень приятная связь, которая оставила после себя только самые лучшие воспоминания. — Джон нервно провёл кончиком языка по губам. — Теперь, когда твоё неуёмное любопытство полностью удовлетворено, ты можешь и дальше не вспоминать о моём существовании. — Джон! — уцепился за дверь Шерлок. — Мне спустить тебя с лестницы? Шерлок отступил на два шага. — Джон, пойми, я... Джон мазнул по нему безразличным взглядом и закрыл дверь. Шерлоку ничего не оставалось, как пойти к лифту. — Это не может закончиться вот так, — упрямо проговорил Шерлок. — Не может! Никогда. Я... Но тут мыслительный процесс застопорился. Единственный в мире гений дедукции понятия не имел, как ему дальше вести себя с обычным, заурядным и примитивным Джоном Ватсоном, потому что Джон Ватсон сделал то, что Шерлок никак ожидать не мог.