Две судьбы — одно имя

Но до того, как я погружусь в сон навечно, я постараюсь отыскать хоть какие то чувства в этой пустоте Холод пробирает Минхо, лежащего на полу, его кожа побелела, а губы посинели. Он находится в спрятанном от города месте — в заброшенном подвале, ключи от которого были только у Ли. Минхо открыл глаза, не увидев и не почувствовав ничего. Вокруг была лишь темнота, Ли знал, что можно включить свет, но не хотел делать этого. Минхо думал, что если лампочка начнёт светить, то его сердце перестанет биться. Ли почувствовал комок в горле и боль, видимо он простудился. — Дуни… — тихо позвал Минхо, желая почувствовать своих котов. Но их не было рядом. Вчера было долгим и страшным. «Вашему коту нужно отдыхать, лучше, чтобы нагрузок на лапу не было.» — сказала женщина из ветеринарной клиники. Минхо понял, что оставлять котов в своём прошлом доме нельзя, искать с ними новое будет опасно. Поэтому Ли потратил все деньги с зарплаты на оплату лечения Дуни и кошачий отель для всех троих. Было страшно отдавать туда своих малышей, ведь пришлось поместить их в одно из дешёвых заведений, но Минхо знал, что так нужно. Ли хотел заснуть в какой-нибудь другой знакомой заброшке, но ноги сами привели его к подвалу, в который он не заходил уже два года. Ключ от него затерялся где-то в комнате прошлого дома, но Минхо не хотел уходить. Родной голос звал его туда, тогда казалось, что самый родной человек где-то там в подвале, и стоит Ли только зайти, как он увидет своего брата. И дверь поддалась, она была открыта, парень не обратил на это внимания из-за усталости, поэтому приодолев две лестницы он заснул сразу же как коснулся пола. Минхо поёрзал на полу, головой ударяясь о что-то мгновенно заигравшее от удара. Ли вскочил на ноги, нервно сжал свои зубы так, что стало больно. Не хотелось включать свет и Минхо ударил рукой в стенку, почувствовав вместо холодного бетона что-то бумажное. «Тут же не было ничего», — вспоминает Ли. Рука сама тянется к переключателю, Минхо не останавливает и свет наконец тускло озаряет комнату. Стены старого подвала были увешаны различными компакт-дисками и постерами. В углу комнаты стояла гитара Чана, напротив лестницы лежал спальный мешок. Около одной из стен стоял самодельный стол, на нём Чан часто придумывал музыку. Из углов шел слабый запах плесени, смешиваясь с холодом он давал своеобразный подвальный запах. На стенах красной краской были нарисованы кресты и сердца. Минхо удивлённо оглядывался. Подвал был жив, он покрылся не слоем пыли или плесени, а плакатами, пластинками и листами с нотами. Это место было знакомо и Ли был уверен, что это подвал Чана. Но кто же тогда использовал это место? Может Минхо забыл его закрыть, когда ушёл от сюда два года назад? Ли в панике оглядывался, он не сберёг память о брате. Он просто выкинул самую важную часть Чана, его музыку. Минхо крепко сжал своё запястье, впиваясь в него ногтями. В ушах был только стук сердца и парень не услышал хлопок крышки подвала. Ли стал дышать быстрее. Сполз по стене, царапая голую грудь. Воздуха в подвале не хватало, голова кружилась, Минхо схватился за шею, пытаясь набрать больше кислорода. Но перед глазами потемнело и он отключился. *** 5 лет назад: ПРОСЛУШИВАНИЕ В МУЗЫКАЛЬНУЮ ГРУППУ Джисон неуверенно рассматривает бумажное объявление у себя в руках. Поправляет гитару, от волнения прикусив губу. Всю ночь тринадцатилетний мальчик репетировал песню, не давая маме и брату спать. Стать музыкантом было его мечтой с самого детства. Но Джисон боялся петь на людях, потому отказывался ходить в музыкальную школу и учился сам. Придумывал новые песни, записывал их на телефон, учился играть на гитаре по урокам из интернета. Убегал ночью из дома, чтобы посмотреть выступление любимого музыканта. И сегодня он надеялся стать частью группы, не смотря на то, что никто не верил, что в его возрасте можно такого добиться. Эта встреча проходила в недорогом кафе со светящейся вывеской. Джисон облизнулся, представляя какая конкуренция его ждёт. Хан прошёл ко входу кафе, но не увидел много людей. Может он опоздал? Джисон ещё раз взглянул на бумажку, потом на часы. И там, и там 7 часов. Хан прищурился, набрав побольше воздуха, он зашёл в кафе. Сначала Джисон никого не увидел и растерянно оглядывался, обиженно сжимая кулачки. Неужели обманули?! — Ты случайно не на прослушивание пришёл? — весело спросил кто-то за спиной, заставляя Хана подпрыгнуть от испуга. — Эй! — крикнул мальчик, оборачиваясь. И вдруг он увидел парня, пряди его волос были осветлены, а глаза уставшие. «Он наверное уже школу закончил! » — подумал Хан, разглядывая парня перед собой. — Хах, извини, что напугал тебя. — улыбнулся он. — Ты не напугал меня, — успокоил его Джисон, на что тот, улыбаясь, кивнул, — да, я на прослушивание. — Показывай, — парень заинтересованно посмотрел на него. Джисон долго искал в его взгляде насмешку или осуждение, за то что он не такой уж взрослый и, не найдя её, мальчик наконец достал гитару и сел на диванчик в кафе, стараясь сосредоточиться. Парень взял стул и присел рядом с Ханом. Джисон начал играть, его пальцы без усиленно скользили по струнам. Его музыка была чистой, но в ней чувствовалось напряжение. Его лицо было сосредоточено, а глаза смотрели вдаль. И вот настала текстовая часть. Хан произвёл в голове текст выученной песни и начал зачитывать рэп: «You won't hear me, don't deny it, I know it. You will soon forget me, do not argue with me, I know the truth. I have always been hurtful by your words, that I am a loser and unworthy of you. You remember them, I know it. Do you remember how I tried to please you, forgetting about myself? No, you don't remember. Yes, I'm a loser, but I'm me. Yes, I'm stupid, but I accept myself as such. You can leave me, I'm used to it. I'll stay with my best friend, with myself.» Слова сливались с музыкой и Джисон наконец не боялся. — Мне нравится, ты принят, — сказал парень, подойдя ближе к Хану. Глаза Джисона широко распахнулись от удивления. — Так просто? Парень тепло улыбнулся. — Ну да, тем более только и ты и пришёл. — Круто! — весело крикнул Хан, от счастья подпрыгивая на месте. Парень рассмеялся и, протянув Джисону руку, представился: — Я Чан, можно Кристофер. Хан пожал руку, не желая её отпускать. — А я Джисон! *** Ужасно нудно, всё это ужасно раздражает меня, ведь знаю, что снова будет повторяться весь день Глаза Хана мокрые с той самой минуты как он увидел сегодняшнюю дату. 3 октября Джисон лёг на живот, зарываясь лицом в подушку. «Ему могло быть двадцать два… » — добивает себя Хан. Некому рассказать, не с кем поделиться, ведь никто и не знал о Чане. Джисон не сказал маме ни слова о нём весь тот год, который они с Крисом были знакомы, потому что боялся, что ему запретят записывать с ним музыку. Он до сих пор помнит тот день, когда не стало его друга. *** Стоит ли жить в этом мире, где отказываются принимать тебя? 25 октября, 4 года назад. 3:43 «Не отвечает, да блин! » — дуется Джисон, стукая по столу. Хан написал куплет к их новой песни и хотел посоветоветоваться с Чаном. Но то с самого утра не брал трубку. Джисон берет с кухни бутылку воды и снова звонит Чану. Гудки были долгие и Хан уже думал, что парень никогда ему не ответит, но вдруг в трубке раздаётся голос: — Привет, извини я был занят. — Чан, я написал куплет, мне кажется тебе он понравится! — Отправь, я посмотрю. — Ну Чан, я хочу встретиться, мы уже неделю не виделись! Чан смеётся. — Ну ладно, приходи, ты ключи не потерял, надеюсь? — Не, они у меня. Хан бренчит ключами в трубку. — Всё, всё, верю, буду ждать тебя в подвале. — Хорошо! Хан сбросил трубку, отметив, что слово «подвал» звучит как-то страшно, и нужно предложить Чану называть их место встреч как- нибудь по другому. *** Джисон подбегает к их с Чаном штабу, дёргает дверь, ожидая, что его друг уже пришёл, но она не поддаётся. Тогда Хан открывает дверь ключами. Залезши в подвал, Джисон включает свет, осматривая помещение. Вот их с Чаном спальные мешки, вот их стол для работы, вот их гитары в углу комнаты, у Хана с наклейками, а у Чана без. Джисон выкладывает листы с записями, садясь на пол. «Скоро у нас первый концерт…» — взволнованно думает Хан. Джисон смотрит на время. 4:10 «Чан обычно раньше приходит.» — думает Хан, стуча ногами по полу. Нужно позвонить. Джисон набирает Чана, но тот не отвечает, набирает ещё раз на всё ещё безуспешно. Тогда Хан ждёт. Проходит час, а Чана всё нет. Джисон звонит ему, вновь недовольно стуча ногами по полу. И ему отвечают: — Здравствуйте, вы родственник пострадавшего? Джисон ошарашенно пялится в стенку. Всмысле пострадавшего? Это шутка? Колени и руки Хана начинают дрожать. — Братан, это не смешно… Джисон попытался успокоиться, но стойкий голос в трубке не сменился добрым голосом Чана. — Ваш брат попал в больницу с тяжёлыми травмами, нужно, чтобы ближайшие родственники приехали. Рот Джисона открылся сам по себе, зрачки расширились, силы вдруг ушли от подростка и воздуха стало не хватать. — Что с ним случилось?! — голос Хана дрожал, срываясь на плач. — Извините, я не имею права этого говорить, не волну… — Какой адрес?! — крикнул Джисон, рыдая в трубку. Джисон поднялся, его голова кружилась. — Можете ли вы позвать взрослого? Хан со злостью ударил стену ногой, сразу же отпрыгивая от боли. — Адрес какой?! — ещё раз крикнул он, морщась. *** 6:35 Мама звонила уже несколько раз, но Джисон не отвечал. Он хотел попасть в палату к Чану, но его не пускали. Подросток рыдал, прося пропустить его к другу. Но его не пускали. Джисон выбежал на улицу, подбегая к окну палаты Чана. — Чан, я с тобой! — кричал Хан, хотя знал, что его врятли слышат на пятом этаже. Мальчик забыл про свой страх перед людьми, ведь сейчас его самый лучший друг, его напарник, тот кто подарил ему веру в себя и свою музыку, был на гране смерти. — Чан!!! — продолжал кричать он. Но вдруг кто-то крепко схватил его за руку и развернул к себе. — Ты что тут делаешь? Сквозь пелену слёз Джисон увидел старшего брата. Хан пытался вырваться, побежать в больницу, но его уже уводили, крепко держа за запястья. А Джисон всё продолжал кричать, надеясь, что Чан выживет, надеясь, что всё будет как раньше. *** Новая звезда появилась на небе в 6:55. Две другие погасли в тот же момент. *** — Бельчонок, можно зайти? — мама постучалась в комнату. Джисон вытер слёзы и сдавленно сказал: — Да. Мама села на кровать к сыну, грустно посмотрела на него. — Малыш, у тебя всё в порядке? — аккуратно спросила она, поглядывая на сына. Джисон сел к маме, положил голову ей на плечо. — Всё хорошо. — стараясь сделать свой тон спокойнее, ответил Хан. Мама погладила сына по голове, взяла его руку и легко сжала. — Давай пойдём в полицию, пусть найдут того кто на тебя напал. — предложила она. Джисон поджал губы. Нет, сегодня у Чана день рождения. — Давай не сегодня, — Джисон посмотрел на маму, натягивая на себя улыбку, — мне надо прийти в себя после этой ситуации. — Хорошо, бельчок, а в школу сможешь пойти? — она поцеловала сына в макушку. — Конечно смогу, всё нормально! — ответил Хан возбуждённо. Не хотелось пользоваться мамой и врать ей о своём состояние. Да и идти к Чану сейчас было страшно. — Сегодня приедет твой брат. — быстро оповестила мама. Хан поднял голову и разорвал их руки, стараясь не показывать негативные эмоции на своём лице. — Понятно, — Джисон стал смотреть на окно, прикусывая язык, чтобы не сказать лишнего. — Ну, Джисон, может вы всё-таки помиритесь? — предложила мама, тяжело выдохнув. Хан вскочил с кровати, желая поскорее найти свой портфель и уйти отсюда. — Мы и не ссорились, — мельком глянув на маму, отрезал Джисон. Она промолчала. — Правда не волнуйся, я сегодня уйду гулять, и мы с ним не будем ругаться,— закидывая в портфель пенал, Хан старался успокоиться. — Ладно, дорогой, — мама встала с кровати и подошла к сыну, — только напиши мне когда закончатся уроки. Джисон кивнул, переодеваясь в школьную форму. *** Казалось, голова разорвётся от всей боли свалившейся на Джисона, но он был сильнее. Хан шёл по улице, смотря в пол, чтобы вдруг не увидеть место, в котором они с Чаном проводили время. Плакать на глазах у мимо проходящих людей не хотелось, но иногда слёзы капали на асфальт и Джисон надеялся, что прохожие сочтут это дождём. У Чана не было могилы или Хан попросту о ней не знал. Но если можно было бы выбрать любое место для похорон человека, то Крису бы подошло пшеничное поле с невысокой травой. В этом месте всегда бы был закат, лужайка не была бы идеальной, на ней могли бы встречаться как длинные, так и короткие травинки. А солнце на том поле было бы прекрасным оранжевым кругом, придающим ещё большую красоту этому месту. Чан бы был в своей любимой чёрной кофте и шортах, которые он носил даже когда было холодно, на голове у него бы были кудряшки, а глаза были бы как всегда сонные. «Джисон, помни, ты не один, я всегда буду рядом, обещаю». Хан прикрывает глаза дрожащей рукой. «Надеюсь, ты не соврал, Чан.»