Две судьбы — одно имя

Меня не существует. Я понимаю. Но мне бы хотелось Джисон приходит к их с Чаном месту, чтобы почтить его память. Каждый год, 3 октября, Хан достаёт фотографию Криса и играет на гитаре их общие песни, вспоминая его. Настроение после школы стало ещё хуже. Ёнбок не пришёл, оставив лишь два сообщения, о том, что он опять уезжает на свой тупой конкурс. Становилось обидно, потому что друг не отвечал и общаться было не с кем. Сначала Джисон хотел поговорить с Чанбином, но потом вспомнил, что нападавший приказывал не общаться с кем-то и Хан до сих не разобрался говорил он про Ёнбока или про нового одноклассника. Хан почувствовал неладное когда в тишине услышал звук переключателя. Его руки предательски задрожали и захотелось поскорее убежать, но вместо этого он убедил себя в том, что ему просто показалось. *** Сдавленный звук дыхания и жалостливые хрипы окружили Джисона. Хан испугался и хотел поскорее убежать, но его тело от страха не двигалось с места, и всё-таки пришлось просмотреть на человека, странно сидящего у стены. Его голова была запрокинута в бок, глаза закрыты, а изо рта стекала слюна. «Блять, Джисон, вали отсюда…» — мысленно приказал себе Хан, но вместо выполнения приказа смотрел на человека широко открытыми глазами. Руки Джисона дрожали, ноги подкашивались и казалось сейчас начнётся паническая атака, но он, пересилив себя, подошёл к человеку ближе. — Чан? Джисон протёр глаза, но всё равно видел перед собой Криса, от чего его сердце застучало сильнее, а дыхание участилось. Хан дрожащими руками достал фонарик, думая о том, что нужно провериться у психиатра. Он посветил на человека и, облегчённо выдохнув, понял, что ему показалось, этот парень не так уж и похож на Чана. Но вот его лицо, оно было знакомым. Похожим на одноклассника или может… Джисон прищурся, стараясь понять на кого же похож этот человек. И вдруг вспомнил странного парня с кошками, заходившего к ним вчера. Хан в страхе отполз от него. «Он что следил за мной? » — в ужасе подумал Джисон. Но потом вспомнил, что этот парень оказался здесь раньше него. «А вдруг он сталкер и следит за мной уже целый год, а может и больше? » — предположил Хан, дрожа. Он испуганно протянул руку к человеку, желая проверить жив ли тот вообще. Пульс был, но незнакомец из клиники, казалось, сгорал, его кожа была очень горячей, даже в таком холодном подвале, Джисон отдёрнул руку, не зная, что нужно сделать. Вынести на улицу этого человека он не сможет, а убежать самому не давала совесть. Этот человек болен, а если он тут умрёт? Может позвонить в скорую? Нет, тогда придётся объяснять, что сам Джисон делает в этом подвале, который вообще-то Чана, но он его не покупал, а одолжил у какого-то друга, который неизвестно как сам его нашёл. «Надо было закрыть дверь! » — раздражённо подумал Хан. Он боязливо коснулся лба парня —горячий. «Ну и что делать? » — трясясь, то-ли от холода, то-ли от страха, подумал Джисон. Он решил попробовать превести парня в чувства, потряс его. Незнакомец не очнулся, и Хан, испугавшись, снова проверил его пульс. Вроде жив. Джисон достал бутылку воды, пошарив по полу, нашёл ткань, затем осмотрел парня из клиники. Тот сидел без футболки, а на ногах у него были лишь шорты, его тело было очень худым и грязным. «Блять, почему именно сегодня? » — недовольно спросил Хан, на мгновение переставая бояться. И вместо того, чтобы петь дорогому Чану песни, он спасал какого-то незнакомца, никогда не знавшего Криса. Нужно сделать так, чтобы он очнулся и попросить его поскорее уйти. Хан намочил тряпку водой, аккуратно протёр парню лицо, охлаждая и смывая грязь. Тот, не очнувшись, поморщился. Может нужно сказать что-то, чтобы пробудить его. Джисон прокашлялся, настраиваясь. — Хм… Извините, вы не могли бы… — прошептал он. Голос сковало, Хан испытывал такое очень часто в общении с людьми. Незнакомец не просыпался. Хан дотронулся до стены, на которой он лежал и сразу же отдёрнул руку. Холодно. Джисон посмотрел на парня. Такими темпами он умрёт тут. Хан поднялся, собрал все силы, отодвинул свою неприязнь к телу незнакомого человека подальше и стал за плечи тянуть парня к спальному мешку с одеялом. «Пусть хоть кто-то попробует мне сказать, что я плохой человек… » — подумал Джисон, пытаясь отдышаться. Была надежда, что незнакомец проснётся, но нет. Хан подтолкнул его на спальник и накрыл одеялом. «Надеюсь, он не умрёт… » — устало подумал Джисон, кладя мокрую тряпку парню на голову. Сегодня третье октября и, не смотря на все обстоятельства этого дня, нужно было почтить память Чана. Джисон подошёл к гитаре Криса, которую Хан хоть и использовал только один раз в году, но всё равно ухаживал за ней как за нежным цветком и убирать из подвала не смел. Сердце болезненно билось. Джисон достал их с Чаном единственную совместную фотографию, она была заклеена скотчем, чтобы вдруг не испортилась. Потом он вытащил листок бумаги с песней, которую написал вчера. Хан сел в углу, положив себе на колени гитару. — Привет, Чан, — сглотнув, начал он, рассматривая фотографию на его коленях. Никто не ответил, хоть Джисон и каждый раз надеялся на чудо, на то, что он проснётся, а рядом будет его брат. — Чани… Хан вдруг замолчал, опуская голову от накативших мыслей. Затем он выдохнул и продолжил: — Чан, ты наверняка ждёшь… нашей с тобой песни, но сегодня я… Из глаз потекли слёзы, руки задрожали и Джисон встряхнул ими, чтобы сыграть. — Так вот, Чан, я хочу сыграть новую песню. Я знаю! Я обещал, что больше никогда не буду сочинять без тебя, но знаешь мне кажется я поступил очень эгоистично, ведь ты всегда хотел, чтобы наша музыка жила и создавалась всегда. Чан, я сыграю эту песню для тебя. Она о том… Ты поймёшь, я знаю. Хан громко набрал побольше воздуха, подтянул к себе гитару, закрыл глаза, чтобы было не страшно и тихо запел, перебирая струны. 《Однажды, холодной зимней ночью маленький мальчик заблудился в лесу. Ему хотелось найти метеорит, упавший с неба, и прославиться на весь мир. Он то шёл, то бежал по холодному снегу. И никак не мог понять куда же ему идти. Вокруг лишь деревья и тёмное небо. Вокруг лишь снег и знобящие ветры. Малыш заблудился и начал кричать, но никто его не стал спасать. Мальчик начал стонать, просить пощады у леса и неба. И вдруг на небе засветился огонёк и полетел прямо к мальчику. Это звезда упала с неба прямо к малышу. «Что ты здесь делаешь?» — спросила звезда. А мальчик молчал и дрожал. Звезда подошла ближе и своим светом сгорела мальчика. Звезда всё сама поняла и пошла вглубь леса, ярко светя. Мальчик шёл за ней, ему не было холодно ведь он шёл за звездой. По пути они не говорили, ведь не знали языков друг друга. Но им и не нужны были разговоры, мальчик шёл рядом с тёплой и яркой звездой, забывая о метеорите, забывая о той мечте, что была вначале. Ему уже не хотелось метеорита, хотелось, чтобы звёздочка навсегда осталась с ним. Но он вдруг они вышли на поляну, освещаему синим светом. Мальчик побежал к метеориту, думая, что его звёздочка бежит ним, но обернувшись он не увидел её. А посмотрев в небо понял, что она снова там, её миссия на Земле завершена.》 Прежде чем закончить Хан поиграл на гитаре ещё немного. — Как тебе, Чан? — Хан открыл глаза. Его сердце начало стучать так громко, как только могло, зрачки расширились, а руки онимели от страха. Перед ним стояла высокая чёрная фигура, которая не освещалась светом. — Чан… — прошептал Джисон. Пересилив страх, Хан встал с места, не смотря на того что его колени дрожали очень сильно. Он подошёл к тёмной фигуре ближе, как во сне. — Чан, прости, что меня не было рядом. И вдруг фигура стала оседать на пол. *** Голова раскалывалась от боли, а телу было очень холодно. Хотелось царапать кожу, чтобы боли стало меньше. Минхо редко дышал, потому что казалось, что он сейчас на плоту, который находится далеко в море, под палящим солнцем. Ли схватился положил дрощащую руку на плот и почувствовал что-то мягкое. «Суни? » — подумал он, тут же начиная поглаживать своего кота. Что же он тут делает? А вдруг он упадёт в море, нет. Минхо прижал его к себе ближе. Голова загудела, потому что в далеке послышались какие-то звуки, похожие на пение сирен. Слышались их голоса: «Ты никому не нужен, плыви к нам в забытьё… » Ли почувствовал, как Суни завертелся. Минхо погладил кота, успокаивая его. Скоро будет хорошо, скоро у нас не будет боли. «Я люблю тебя, Суни», — мысленно признался Ли. Вдруг послышался чей-то голос, который отчаянно звал: — Чан! Чан! «Чан… » Минхо это имя показалось знакомым. Думая о нём, он ощущал что-то родное и тёплое, похожее на шерсть кота, только более человечное. Но вспомнить ничего не мог и плыл к сиренам, желая наконец почувствовать покой. Их музыка всё не прекращалась, звала его к себе. Минхо чувствовал, что если он не остановит плот и доплывёт до них, то тут же умрёт, но какой-то голос внутри шептал: «Нет ничего плохого в том, чтобы умереть.» — Чан! Чан! — всё кричал кто-то. Ли никак не мог вспомнить кто же это. — Чан!!! И вдруг в голове возник образ человека. Появилось ощущение объятий, защищённости. Минхо слышал крики кого-то, чувствовал в голове образ. И вдруг подумал: «А может » Не смотря на боль, которая приковывала его к плоту, Ли стал плыть к тому кто кричал, слыша лишь голос. Это последняя попытка выбраться. *** Тёмная фигура оседает на пол. И в тусклом свете лампочки Джисон вдруг узнаёт больного парня. Сердце вместо того чтобы успокоиться начинает колотиться ещё быстрее. Хан присаживается на корточки и, не взирая на страх, смотрит на парня. Его глаза открыты, но взгляд затуманен, волосы мокрые, а сам больной дрожит и быстро дышит. Джисон трясёт парня за плечо. — Извините, может вы всё-таки домой пойдёте? Но парень молчит, глубоко вдыхая воздух и обессиленно тряся руками, так как будто он куда плывёт. Джисон вздыхает. Может это судьба, что незнакомец появился здесь именно в день рождения Чана? Может они смогут подружиться? Хан грустно опускает глаза. Он понимает, что это глупо, ему просто хочется больше общения. Ему хочется иметь того человека, которому он и вправду нужен. Нужен именно он и никто другой. Чтобы эта дружба не заканчивалась на школе, переписках и редких встречах. Хотелось бы обрести семью. Джисон понимал, что этот парень ничего ему не обязан и скорее всего он просто уйдёт, когда выздоровеет, но может так будет хотя бы не одиноко сочинять песни? Хан снова тащит больного на лежак, накрывает одеялом. Нужно как-то согреть его, чтобы он не умер. Джисон роется в портфеле, мысленно понимая, что ничего полезного он там не найдёт. Хан смотрит на больного, тот сначала спокойно лежит, находясь в спокойном сне, но потом начинает стаскивать с себя одеяло и гладить его. Джисон нервно цокает, пытаясь отобрать одеяло. Парень крепко вцепился в него и наверняка не дал бы забрать, если бы не болезнь. Когда парень наконец успокаивается, Хан сново роется в портфеле и вдруг находит обед, который положила мама. Она всегда ложила побольше еды Джисону в школу, когда приезжал его брат, потому что знала, что младший сын не придёт домой пока старший не уедет. Хан потрогал коробку с обедом, она была довольно тёплой. Джисон решил не будить парня, боясь, что станет хуже, и просто положил тёплый ланчбокс к нему под одеяло. Незнакомец тут же прижал коробку ближе, поджав под себя ноги. Хан устало усмехнулся, этот парень был чем-то похож на дворового кота. «Интересно, а у него есть семья? » — Пришла мысль Джисону. Наверное, у него нет родных, они бы точно не оставили его на улице. А ещё этот парень любит котов, ну или он просто чокнутый. Хотя наверное лучше общаться с чокнутым бездомным, который любит кошек, чем со злым человеком, который ненавидит животных. Хан посмотрел на парня. «А у тебя кто-нибудь спрашивает про твоё самочувствие? » «А любит ли тебя кто-нибудь?» Джисон вспоминает о том годе после смерти Чана. Тогда наступило одиночество. Одиночество — это пустота, громкий крик, который никто не слышит. В этот год он увидел разницу между его братьями. Настоящим и кровным. Чан был дан судьбой. Он направлял Джисона, помогал ему развиваться в музыке. Но на этом их дружба не заканчивалась. Они играли в футбол, и Чан не старался обыграть, посмеяться над Ханом, он был рядом и веселились они вместе. А брат просто был. Джисон всегда был для него обузой, маленьким глупым мальчиком, которого нужно привести домой. Он смеялся над увлечениями, он запирал его в комнате, когда уходил. Было больно, когда в очередной раз после насмешек брата, Джисон не мог убежать к Чану, потому что его уже не было. Было больно прийти на футбольное поле, на котором они раньше играли с Чаном, и увидеть пустоту. Зелёная трава, мяч, ворота, но его уже нет. Хан обернулся и посмотрел на гитару Криса. — Не волнуйся, Чани, я сыграю тебе ещё пару песен.