What you see

Последнее слово произносит поступок.

LVNDVN - Give Me Space

Чонгук не курил. Так… Иногда баловался. Но сейчас он стоит и курит в приоткрытое окно. Едкий сизый сигаретный дым, не полностью ускользавший через окно, оставался в помещении молчаливым спутником. Нечитаемый взгляд был устремлён куда-то далеко за горизонт вечернего города, что переливался яркими огнями на мокром асфальте от сотни горящих окон. Шум шин от проезжающих где-то внизу машин, гул от непрекращающихся пешеходов и тихий шёпот дождя доносились из окна. Чонгук курил. Это была третья сигарета за последние полчаса.

“Я был тем, что тебе нужно,

Не позволяй этому ускользнуть,

Подойди достаточно близко”

Выйдя из палаты и убедившись, что Тэхён не будет один, он сорвался в спортзал. Чон бил, колотил грушу и снаряды, пока просто не упал на пол от перенапряжения. Все костяшки рук от силы ударов треснули и окрасились в алый цвет. Ему было всё равно. Внутри было больнее. Он не обижался, он не злился, он просто мирился и уважал решение Тэхёна взять время, чтобы всё обдумать. Он его понимал. Но от этого легче не становилось. Вывернув себя наизнанку впервые в жизни и получив не распростёртые объятия, а дистанцию, Чонгук почувствовал себя словно выброшенной на берег рыбой, чья жизнь зависела от случайного прохожего и его решения: отпустить в воду и позволить жить или добить и поужинать. Открыв глаза и встретившись с выбеленным потолком, откуда лился яркий режущий глаза свет, Чонгук позволил себе просто лежать на полу. В голове было пусто, куда-то делись навязчивые мысли и страхи, стало просто спокойно и пусто. Надо двигаться дальше, жизнь никто не ставил на паузу, и её нельзя перемотать вперёд, пропустив неинтересные или неудобные моменты, как в фильме. Вздохнув, мужчина всё же поднялся на ноги и пошёл в сторону раздевалок. Ополоснувшись и переодевшись, он покинул здание, окунувшись в холодный осенний вечерний Сеул. Заехав по дороге домой в аптеку за бинтами и в ближайший ресторан за ужином, Чонгук добрался до дома. Новая квартира сильно отличалась от предыдущей. Он специально выбирал полностью противоположную по всем параметрам. Это квартира была выполнена в более светлых тонах и находилась на сороковом этаже. Но и в этой квартире он снова глотал пустоту. Было тихо и так холодно, словно тут никто никогда не жил. Бездушные стены встречали его каждый день. Она была настолько пустой, что, посели сюда любого человека, и она ему подойдёт. Полки были пустые, холодильник тоже. Ванна имела зубную щётку с пастой, гель для душа и шампунь. Кровать была застелена, на ней никто не спал. Чонгук задыхался в этом одиночестве и пустоте. Больница показалась ему намного уютнее, он усмехнулся своим мыслям и поймал себя на том, что это не больница уютная, а человек, что был в ней. Расположившись на диване в гостиной с едой, Чонгук хотел позвонить Намджуну, но в Нью-Йорке ранее утро, слишком раннее. Поэтому он написал смс-ку Чимину. “Как Тэхён? Всё в порядке?” Через минут пять на экране высветился ответ: “Врачи дали лекарства, и сейчас он спит. Ты как?” “Я рад. Ему надо восстанавливаться. Я нормально. Только теперь не знаю, что делать.” Ответа не было минут двадцать. Он уже не думал его получить, однако экран загорелся новым сообщением: “Дай ему завтра день, чтобы всё осмыслить, а потом приходи.” Прочитав сообщение, Чон улыбнулся и, откинув телефон в сторону, продолжил свой ужин, что казался безвкусным.

_____

Рыдания сотрясали тело. От боли внутри Тэхён завыл, и на этот звук сбежались врачи. Медсестра позвала доктора Ри, и тот вколол парню дозу успокоительного. Через несколько минут рыдания сошли на еле слышные всхлипы.

“Ночь не наступает достаточно быстро

Это то, чего ты добивался?

Как ты потерял всё, что нашёл?”

Парень лежал, уставившись нечитаемым взглядом в потолок. В голосе словно на повторе звучал голос Чонгука и его слова. Тэхёну казалось, что это был какой-то сон и всё неправда, потом казалось, что это реально. И так по кругу. — Тэ? Парень не сразу обернулся на звук своего имени. Чимин зашёл в палату, тихо прикрыв за собой дверь. — Тэ, что случилось? Ты плакал? Парень снова промолчал, лишь перевёл свои покрасневшие глаза на друга и смотрел. — Тэ, ты меня пугаешь. Скажи хоть слово. Болит что-то? Мне позвать врача? — Нет, — всё же прохрипел парень. Чимин вздохнул и, подсев поближе, обхватил руками ладонь Тэ, как ранее минутами назад сделал это Чонгук. — Расскажешь? — Ты расскажи, — еле слышно и хрипя. — Чонгук. — Ладно, — прочистив горло, парень продолжил: — Он позвонил мне как-то вечером и спросил про тебя. Он узнал, что ты был в больнице без сознания. Я, честно, сначала не хотел и слова ему говорить, но Юнги убедил меня, что, когда Чонгук хочет, он может быть настойчивым. Так он узнал о тебе. В тот же день он вылетел в Сеул, а после добрался до больницы. Когда мы с ним встретились, он уже успел поговорить с врачом. Чонгук сразу перевёл тебя в отдельную палату, снял ограничения на посещение по времени и взял все расходы на себя, — по мере рассказа у Тэ стало учащаться сердцебиение и расширяться глаза. — Неожиданностью для меня стало то, что он практически не отходил от тебя. Всё то время, что ты здесь находился, он буквально жил в этой палате. Даже днём, когда он сам не мог быть здесь, он просил меня или Юнги побыть с тобой. Я думаю, ты сам можешь сделать вывод, насколько можно верить его словам, сказанным сейчас тебе. — Он сказал, что влюблён в меня, — снова прохрипел парень. — Да. Я понял это через несколько дней после его приезда. Пусть он сам никогда не говорил этого. Тэ, это твоё решение, но я думаю, что ты совершишь огромную ошибку, если оттолкнешь его. Подпусти его к себе. — Ему это не нужно. Всё не нужно. — Что не нужно? — Это, — переведя взгляд на свои перебинтованные руки. — Тэхён, он всё знает. Вернее… Доктор Ри рассказал ему про твою депрессию и что ты хотел… Блять! Зачем ты это сделал? — Я не хочу жить, — по щеке Тэ покатилась одинокая слеза. — Не говори такое. Я чуть с ума не сошёл, когда нашёл тебя на полу. Ты хоть представляешь, что я испытал, когда подумал, что тебя может не стать? Ты должен и будешь жить. — Зачем? — Хорошо. Если не ради себя, живи ради людей, которые тебя любят. Ты же тоже влюблён в Чонгука и не говори “нет”. Я не поверю. А Танни? Ты подумал о нём? Он практически каждый день скулит и совсем перестал играть с другими собаками. Он скучает по тебе. — Я не хочу быть обузой. Со мной много проблем. — Ты создаёшь проблемы на пустом месте. Ты и не ответил, что произошло в тот день? — Мама. Она пришла в галерею, — парень сглотнул, — просила прощения и хотела всё вернуть. Я отказался, — повисает пауза. — Я вообще думал, что никогда её не увижу. А ещё, — лёгкая ухмылка, — она оказалась женой Сокджина. — Брата Намджуна? — в голосе вопрос. — Да. — Это всё равно не повод так поступать, Тэ. Их разговор прерывается звуком открывающейся двери. Медсестра с улыбкой заходит с подносом в руках и, пожелав приятного аппетита, удаляется. — Я помогу тебе, — снимая крышку с подноса, говорит Чим. — Я не хочу есть, — снова тихо. — Надо. Знаю, ты не любишь больничную еду, но поешь хотя бы суп. Я позже спрошу, что тебе можно, и тогда у тебя будет другой ужин. Тэхён всё же сдаётся, смотря в беспокойные глаза своего друга. Следующие минуты проходят в тишине, Чим наблюдает, как постепенно в тарелке становится всё меньше и меньше бульона. Потом парень, взяв палочки, начинает есть рис с овощами, и это ничего кроме улыбки не вызывает внутри у Чимина. Съев весь бульон и немного риса, Тэхён отодвигает от себя поднос и поднимает глаза на друга. — А шоколадный пудинг? Ты его любишь, — вопрос с улыбкой. Чимин передает баночку пудинга с ложкой Тэ. — Пока твой рот занят едой, я всё-таки выскажусь. Давай поменяемся местами с тобой. Представь, что сейчас я лежал бы на больничной кровати. Ты отказался бы от меня? — Нет. — Тогда почему я, Чонгук или ещё кто-то должен это сделать? Или если бы Чонгук лежал бы сейчас здесь? Ты оставил бы его? Послушал бы его слова: “тебе это всё не надо”? Зная тебя — нет. Ты бы остался до последнего. Тогда, блять, почему ты поступаешь так? — Да потому что я не хочу делать ему больно. Ты не понимаешь? — откинув баночку с недоеденным пудингом на поднос, сказал Тэ. — Ты делаешь ему больно своим отказом. Кстати, Инсон приходил, Чонгук сказал. И мне он звонил несколько раз, спрашивал про тебя. — Я не хочу его пока видеть, — подняв глаза и замерев. — Чонгук знает о…? — О звонках нет, а о том, что вы, скажем так, проводили время вместе — да. — Блять, — закрыв глаза и вздохнув так, словно боль пронзила всё его тело. — Он узнал это ещё в первый день. Доктор Ри видимо рассказал. И он всё равно остался с тобой. Подумай об этом. Встав со стула, Чимин молча собрал остатки еды и отнёс поднос. Вернувшись, он снова сел около Тэ и просто смотрел на него. Он просто ждал, когда его друг всё поймет. Ожидание затянулось на долгие семнадцать минут. — Я… Я сказал, что мне нужно время, — прохрипел Тэ. — Думаешь, что я сделал ошибку? — Это ты должен сказать. — Я не знаю… — Чего ты на этот раз боишься? — слишком спокойно. — Что ему надоест. Надоест меня спасать. Тогда что? Он уйдёт, и я снова буду… — Он не ушёл сейчас. Он не ушёл даже после того, как узнал про Инсона. Почему он должен уйти потом? — парень выдержав паузу, продолжил: — Тэ, при всей моей любви к тебе… что тебе ещё надо? Человек прилетел с другого конца мира, жил в палате, смотря в глаза извинился и признал свои чувства. Что тебе ещё надо? — Ничего.

_____

“Чтобы начать заново, нам нужны лишь наши жизни” Тэхён уже десятый раз перечитывает одну и ту же строчку и пытается её осмыслить. Сегодня утром Чимин принёс сборник эссе Сьюзен Сонтаг, который Тэ давно хотел почитать, и вот как знак свыше ему попалась эта строчка. Он снова её читает и несколько раз произносит вслух, словно перекатывая на языке конфету, пробует на вкус. Вкус у слов сладкий с нотками кислинки, что заставляет хотеть эту конфету снова и снова. Оторвав взгляд от книги, Тэхён устремляет его в окно, рассматривая очертания мегаполиса в тумане. За окном уютная дождливо-туманная погода, зима постепенно подкрадывается всё ближе. Парень не замечает, как теряется в своих мыслях. Спустя время он слышит звук открывающейся двери, а после щелчок. Переведя взгляд в сторону двери, он видит перед собой Инсона. Мужчина почти бесшумно подходит ближе с улыбкой и пакетом в руках. — Привет. Ты как? — садясь рядом на диван и отставляя пакет на столик, спрашивает парень. — Привет. Нормально, — вздох. — А ты что здесь делаешь? — слегка хмуря брови и отложив книгу на подлокотник дивана. Мужчина улыбается, а после достает из пакета картонную коробку. — Услышал, что тебе лучше, и принёс твой любимый чизкейк. — Спасибо, Инсон, — переведя взгляд на коробочку. Взяв её из рук мужчины, Тэхён слегка улыбается и отставляет её на столик. Вернув снова свой взгляд на мужчину, Тэ оказывается практически нос к носу с Инсоном, что успел наклониться в желании поцеловать. Раньше Тэхён бы позволил себя поцеловать, но после последнего разговора два дня назад с Чонгуком и его слов, парень не хочет прикосновений Инсона. Внутри Тэхёна всё кричит и противится чужим прикосновениям. — Не нужно, — увернувшись от губ парня, Тэ поднялся с дивана и подошёл к окну. — Что случилось, Тэхён? Ты обижен на меня? — а в голосе нотки непонимания. — Нет. Я очень ценю твою заботу, но всё это не может дальше продолжаться. Я хочу закончить наши свободные отношения, — говоря эти слова, Тэхён даже не смотрит на мужчину. — Причину ты мне не скажешь? — поднявшись с дивана и подойдя к Тэ. — Ты начинаешь испытывать чувства, а у нас был договор только на секс, — режет словами. — Ясно, — пауза. — Значит это он причина. — Кто он? — обернувшись спросил парень. — Чонгук. — А он здесь при чём? — Тэхён, не надо передо мной играть, — Инсон шагнул вперёд, заставляя сделать шаг назад Тэхёна, направляясь спиной к окну. — Ответь на вопрос: у вас была пауза в отношениях, и ты спал со мной, потому что хотел забыться? — Что? Откуда ты… — об этом Чимин его не предупреждал. Откуда Инсон мог взять всё это? — Ответь, блять, на мой вопрос, — повышая голос, говорит мужчина. Если ложь поможет закончить эти отношения, то Тэхён ей воспользуется. — Да. Ухмылка так и скользит по лицу Инсона. Ещё шаг. Он словно загоняет в ловушку Тэ, потихоньку наступая и всё сильнее сокращая расстояние между парнем и стеной с окном. — Интересно, как ты мог спать с одним, испытывая чувства к другому? — шаг. — И как ты будешь снова с ним спать после того, как спал со мной? — Тебя это не касается, — отрезает Тэ, стараясь не выдать голосом своё волнение. Ему не нравится, как себя ведёт мужчина, сейчас он пугает его. — Раз я стал невольным участником ваших отношений, то тебе не кажется, что я нуждаюсь в объяснении? Последний шаг за Инсоном и Тэхён оказывается прижатым к стене. — Ты уже сам всё знаешь. Мне нечего больше тебе сказать. Лишь спасибо. Наши отношения закончены. По лицу Инсона проходит тень, в глазах появляются нотки злости. — Они будут закончены, когда я скажу, — почти кричит мужчина и с силой ударяет ладонью по стене около лица Тэхёна. С лица парня сползают все цвета, делая его бледным. Руки начинают трястись, а сердце ускоряет свой ритм. — Что есть в нём, чего нет во мне? — снова почти кричит мужчина и схватив за руку Тэ, сжимая перебинтованное предплечье, резко дёргает на себя. — Отпусти, — почти шепчет парень со слегка покрасневшими глазами, из которых вот-вот могут политься солёные капли. Тэхён весь дрожит, выдавая свой страх и нестабильное состояние психики. — Ответь! Что мне надо сделать? Кем стать? — ещё сильнее сжимая руку. — Мне больно… — в ответ мужчина улыбается уголком губ и продолжает сжимать руку, делая больнее. От силы сжатия, затянувшаяся корочкой рана трескается, и бинты на руке потихоньку начинают пропитывать кровью. — Инсон, — хрипит Тэ, еле сдерживая слёзы от страха и боли. Мужчина никак не реагирует на слова парня, он как глухой стоит и лишь пристально смотрит в лицо напротив. Звук открывающейся двери нарушает их безмолвный диалог глаз. Тэхён переводит взгляд за спину мужчины, готовый просить о помощи любого пришедшего в палату. Увидев, кто именно пришёл и сейчас стоит и немигающим взглядом смотрит на происходящее, парень словно цепенеет и замирает, останавливая свой взгляд на этом человеке. На Чонгуке. Мужчина замечает покрасневшие глаза Тэхёна и его дрожащие губы. Ни слова не говоря, он бросает принесённый пакет в кресло и, пересекая расстояние за пару шагов, встаёт сбоку так, что теперь ему видна зажатая рука Тэ в руке Инсона. — Что здесь происходит? — в голосе так и сквозит сталь. — Выйди. Я ещё не договорил с Тэхёном, — не отрывая глаз от парня, произносит Инсон. Тэхён от присутствия Чонгука и от пережитого нервного срыва всё-таки позволяет себе пролить пару слёз. Предплечье словно в огне ноет от боли. — Ты делаешь ему больно, — заметив слёзы на щеках парня, произносит Чонгук. А после мужчина крепко хватает за руку Инсона, и тот от неожиданности отвлекаясь на это, расслабляет ладонь, удерживающую руку Тэ. Это даёт Чону шанс дёрнуть за предплечье мужчину, отвернуть от Тэ и потащить к выходу из палаты. — Мне казалось, что я ясно сказал тебе не приходить сюда. Инсон вырвав резко руку из хватки, останавливается. — Что, бойфренд явился? Ты кого от кого защищаешь? Если тебе так важен Тэхён, то где ты, бойфренд, был, пока мы трахались эти два месяца? — сделав, секундную паузу. — Или он и с тобой всё это время трахался? Внутри у Чонгука за секунду всё вспыхнуло. Ещё одно слово, и он просто взорвётся, и плевать на последствия. Схватив на отвороты куртки Инсона, мужчина грубо прижал того к стене так, что тот немного ударился головой и теперь еле стоял на носочках. — Думай, что, кому и о ком ты говоришь, сука, — прошипел Чон. — Хочешь вывести меня из себя? Чтобы я избил тебя? Я могу, но здесь я этого делать не буду. — Ты и в прошлый раз только угрожал, — улыбка растеклась по лицу Инсона. — Чего ты испугался? Думаешь, что у Тэхёна есть ко мне чувства и поэтому не хочешь упасть в его глазах? — Его чувства не помешают мне выбить из тебя дерьмо, которое ты несёшь. — Чонгук, не надо, — оправившись от шока и испугавшись, что они сейчас и правда подерутся, Тэхён подошёл к мужчине и положил ладонь на предплечье. Чонгук сильнее прижал Инсона к стене, ещё выше приподнял над полом и только после этого взглянул в испуганные глаза парня. — Пожалуйста, — ещё тише сказал Тэ. Чонгук пару секунд пытался что-то разглядеть в этих красных глазах. Он увидел беспокойство, только за кого из них? Неуверенность внутри мужчины решила, что парень беспокоился за Инсона, и эта мысль разлила боль внутри Чона. Пересилив себя, Чонгук перевёл взгляд на Инсона в руках, а через секунду отнял руки от ворота куртки и вместе с этим потерял тепло от руки Тэ на своём предплечье. Сделав шаг назад, Чонгук замер. — Одно слово Тэхёна, и ты сразу растаял? — Инсон не унимался. Он улыбался ярко, словно вся ситуация его забавляла. — Видимо, ты тот единственный, кому эта шлюха всё-таки даёт себя трахать. Эти слова стали последними для Чонгука. Замахнувшись кулаком, он с силой ударил Инсона в нос, оттуда сразу полилась кровь, парень перегнулся пополам, и стал рукой утирать её, мужчина нанёс ещё один удар в скулу и Инсон упал на пол. — Чонгук! Остановись! Тэ кинулся вперёд, пытаясь встать между ними, но из-за небольшого расстояния это плохо получилось, и мужчина было уже снова замахнулся для удара, как парень, обхватив его предплечья ладонями, перевёл внимание на себя. — Он не стоит этого. Не надо. Пусть говорит, что хочет, и уходит. Тэхён беспокоился за него. За Чонгука. — Уходи отсюда или тебе поможет охрана, — обращаясь к Инсону, что пытался встать с пола, держась за нос. Обхватив рукой не кровоточащую руку парня, Чонгук завёл за свою спину Тэхёна и выжидательно уставился на Инсона, что пытался всё утереть не перестающую литься из носа кровь. Видимо, мужчина не рассчитав сломал тому нос. Инсон оглядел своим презрительным взглядом сначала Чонгука, а потом за его спиной Тэхёна. Фыркнув и зажимая нос рукой, он всё же вышел из палаты. Чонгук задержав на пару секунд взгляд на закрывшейся двери и убедившись, что нежеланный гость всё-таки ушёл, обернулся к Тэхёну. — Он ведь ничего тебе больше не сделал? — с нотками беспокойства в голосе и смотря на руку, на которой бинт уже успел пропитаться кровью, просил мужчина. — Нет, — слегка тряхнув головой. Чонгук кивнул и, повернувшись лицом к двери, хотел сделать шаг, как его остановило сначала прикосновение, а потом и голос. — Ты куда? — обеспокоенный голос. — Тэхён, я просто позову медсестру, чтобы перевязать тебе руку. Парень, подумав пару мгновений, кивнул и выпустил руку из своей хватки. Вернувшись через несколько минут с медсестрой, мужчина подошёл к окну и стал рассматривать город перед собой. В это время Тэхён, расположившись на диване и подставив свою руку медсестре, ни на секунду не сводил взгляда со спины мужчины. Так прошли следующие шесть минут. Медсестра, закончив перевязку и дав таблетку обезболивающего, покинула палату. А Тэхён больше не мог сидеть на месте и думать о том, насколько он противен Чонгуку. Поэтому, встав с дивана, подошёл к нему. — Чонгук, — позвал он. Мужчина, моргнув несколько раз, вышел из оцепенения мыслей и развернулся к парню, не сразу поняв, что медсестра, закончив свою работу, ушла. — Болит? — смотря на травмированную руку, тихо спросил Чон. — Нет, — также тихо ответил парень. Чонгук не сдержался. Он не мог видеть такого напуганного Тэхёна. Сделав шаг вперёд и не сказал ни слова, он обхватил слегка дрожащее тело руками, прижимая к себе. Тэхён растерявшись, замер, но все же через несколько долгих секунд позволил себе положить ладони на спину мужчины, обнимая в ответ. Молчаливые слёзы всё же покатились по щекам парня, впитываясь в ткань пуловера мужчины. Пережитый стресс бьёт по нервной системе Тэхёна, и тот, затерявшись в своих слезах, обмякает в тёплых руках Чона, уткнувшись носом в шею. Как и в прошлый раз Тэхён снова чувствует себя защищённо и спокойно в этих руках. Мужчина успокаивающе водит ладонями по спине, позволяя плакать, выпуская свои переживания. Проходит одна минута, за ней следующая и следующая, но поток слёз и всхлипов не стихает, а лишь сильнее разыгрывается. — Шшш… тише. Тише… — зарываясь пальцами одной руки в волосы и поглаживая по голове, шепчет Чон. — Я здесь. Больше такого не повторится. Слова “я здесь” становятся спусковым крючком для Тэ. Слёзы резко останавливаются. — Отпусти, — парень пытается вырваться. — Тэхён… — Отпусти меня, — всё-таки вырвавшись из объятий. — Не делай вид, будто всё хорошо. Просто скажи прямо, что ты не это рассчитывал услышать, — повысив голос. — Услышать что? То, что говорило то ничтожество? — Да. — Блять, Тэхён. Ты сейчас действительно не понимаешь?! — Так объясни мне, дураку! — перебивая, повысив голос, говорит парень. — Хорошо! Мне плевать на это всё! Как ты не понимаешь? — смотря в глаза с вызовом. — Думаешь, я святой? У меня не было связей на одну ночь? Было! И что? Это меняет твоё отношение ко мне? Я стал для тебя другим? — Тэхён молчит и лишь смотрит на мужчину. — Что молчишь? Не меняет? Тогда почему это должно менять что-то для меня? Парень продолжает молча смотреть в угольные глаза, что сейчас приобрели нотки раздражения. Мужчина, выдержав небольшую паузу и вздохнув, делает пару шагов и трёт пальцами лоб. — Тэхён, мне всё равно, что было до меня, — голос уже спокойнее. — Я говорил уже тебе и повторю ещё раз. Я влюблен в тебя, — пауза, — и все какие-то люди, случайные связи, диагнозы докторов, шрамы и всё остальное не меняют для меня ничего. Я принимаю всё это, — снова небольшая пауза. — Если ты что-то чувствуешь ко мне, а я думаю, что это так, в противном случае ты меня тогда бы не целовал, то не надо отталкивать меня. Думаешь, отталкивая, я успокоюсь? Нет. Я всё ещё оставляю выбор за тобой. — Какой выбор? — Хочешь ты отношений или нет. Да, я совершил ошибку, за что попросил уже прощения. Но сейчас я здесь и выложил перед тобой все карты. — Что ты хочешь от меня? — голос слишком спокоен. Чонгук молчит. Он уже не знает, что сказать. Сказано всё. — Что ты хочешь от меня? Ответ? Выбор? Что? Вы все приходите, когда хотите, и уходите, когда хотите. Вы не спрашиваете, готов ли я впустить вас или отпустить. Вы лишь ждёте всё время от меня положительный ответ. Я устал. Я не вещь. Я тоже человек, — он в истерике кричит, смотря Чонгуку в глаза. — Тэхён, успоко…. — Нет! Ответь мне! Зачем ты пришёл? Я просил время, но ты снова решил иначе! — Тэ… — Что ты хочешь от меня? — кричит Тэ. — Тебя, — не выдержав, в ответ кричит Чонгук.

Chris Isaak - Wicked Game

Тэхён замолкает, его истерика будто становится на паузу, он смотрит немигающим взглядом в глаза мужчины. По щекам продолжают катиться слёзы. Через минуту внутри что-то щёлкает и истерика новой волной захлёстывает тело парня. Он позволяет себе разрыдаться в голос и осесть коленями на пол. Тэхён словно кукла падает на колени и, сгорбившись, опускает взгляд в пол, руки безвольно висят, касаясь пальцами пола. Он весь сломан. Сломан, как ненужная старая игрушка, которую никто не пожалел. Из груди парня вырываются всхлипы вместе с воем. Это сокрушает Чонгука до боли в теле, хочется вывернуть себя наизнанку, лишь бы не видеть эту боль. Мужчина словно под гипнозом, не отрывая взгляда от Тэ подходит к нему и также падает на колени. Без слов он утыкается лбом в лоб Тэхёна и смотрит на эту боль. Чёрные ресницы слиплись от влаги, щёки и нос приобрели алый цвет и также блестят от непрекращающихся потоков из глаз. Чонгук тяжело вздыхает, и последние сомнения, преграды, страхи и вообще всё, что было внутри него против Тэхена, ломается, падает, исчезает. Мужчина тёплыми ладонями обхватывает мокрые и холодные щёки Тэ и успокаивающе поглаживает их большими пальцами. — Тебя. Только тебя, — шепчет около губ. Слыша эти слова, новая волна слёз и рыданий вырывается из парня. Он не хочет это слышать. Он боится это слышать. Он боится быть кому-то нужным, потому что в один день ты можешь стать ненужным. Он не знает, как это быть кому-то нужным настолько, что перед тобой опустились на колени. Снова. Чонгук молчит, и лишь касание лба и поглаживание щёк служат его молчаливой поддержкой. Он позволяет всему, что Тэхён держал в себе, выйти наружу. Тишину палаты, прерываемую лишь всхлипами, нарушает звук открывающейся двери. Медсестра заходит в палату и, увидев ситуацию, бросается ближе.        — Тэхён-щи… Вам нужна помощь? — обеспокоенным голосом с нотками паники, спрашивает она.        — Выйдите, пожалуйста, — вместо Тэ подает голос Чонгук.        Голос тихий, но строгий.        — Но… — девушка пытается возразить.        — Выйди! — почти кричит он.        У мужчины нет терпения. Не тогда, когда любимый человек рассыпается у него в руках. Девушка теряется на несколько мгновений, а потом спешно покидает палату. — Отпусти меня, — шепчет Тэ. — Нет, — уверенно, но тихо в ответ. Не выпуская лица Тэ из объятий, мужчина мажет сухими губами по правой щеке, собирая влагу. Прикосновения скользят вверх по скуле, дальше на висок, спотыкаются об него и переходят на бровь, спускаясь на правое веко. — Нет, — снова шёпот. Тепло течёт на лоб, переходит на левую щеку вверх по скуле до виска, переливаясь на бровь и левое веко. Губы текут вниз через переносицу, по спинке носа на кончик, они не отрываются от кожи, оставляя за собой тёплые и слегка влажные прикосновения. Добравшись до кожи над верхней губой и оставив на ней поцелуй, Чонгук замирает на несколько секунд, поднимая глаза к прикрытым глазам Тэ. Кроме слегка приоткрытых губ и закрытых мокрых глаз он не видит ничего, поэтому осмелившись, прижимается своими губами к губам Тэхёна и еле ощутимо сминает их несколько раз. Его не отталкивают, но и не отвечают. Он словно стучится в закрытые двери, за которыми прячется хозяин дома, боясь открыть и впустить внутрь. Чонгук продолжает аккуратно водить губами по губам в надежде получить хоть что-то в ответ. Тэхёну кажется, что это какой-то сон и сейчас он проснётся в своей кровати или как минимум в палате один. История повторяется. Снова они с Чонгуком на коленях, и снова Чонгук целует, только почему-то этот раз кажется другим. На коже ещё ощущаются нежные и тёплые касания губ, рассыпанные по всему лицу. И сейчас эти же губы, что сорили поцелуями по влажной коже, скользят по губам, заставляя откликнуться в ответ. Приоткрыв слегка губы, Тэхён даёт немое разрешение, он молча подпускает к себе, надеясь, что на этот раз его не оставят одного. Чонгук ловит нижнюю губу, проходясь по ней языком, а парень в ответ приподнимает голову, давая больший доступ к губам. Мужчина прижимается теснее к губам и с каждым касанием целует глубже и сильнее. В ответ губы приоткрываются в желании ответить и мягкий язык проскальзывает со вздохом Тэ к нему в рот, щекоча нёбо, оглаживая ряд зубов. Тэхён запускает пальцы одной руки в волосы, притягивая ближе, а мужчина, отпустив щёки, кладёт ладони на спину, прижимая к себе всем телом, углубляет поцелуй, сплетаясь языками с Тэхёном, лижет и покусывает губы, и снова вторгается в чужой рот, ловя чужое дыхание. Услышав звук входной двери, будто сквозь толщу воды, Чонгук всё же разрывает поцелуй и, перенеся одну ладонь на макушку Тэ, а вторую на спину, прижимает его к себе, не позволяя увидеть его в таком состоянии никому кроме себя. — Что здесь происходит? — заходя в палату спрашивает доктор Ри. Тэхён не в силах вымолвить ни слова. Он опустошён. Поцелуй забрал последние силы, поэтому, зарывшись носом в столь соблазнительно пахнущую шею, он позволяет себе обмякнуть в крепких объятиях Чонгука. — Ничего, — отвечает Чон, прижимая сильнее парня к себе. — Если у Тэхёна приступ, вы должны были сказать нам, а не выгонять медсестру из палаты, господин Чон. — У него нет приступа. Небольшой спор, — подняв глаза на доктора, режет мужчина. — Ему нельзя сейчас волноваться и… — Я знаю. Так получилось. Больше этого не произойдет, — переведя взгляд на медсестру, что стояла поодаль от доктора Ри, Чонгук продолжает: — Прошу прощения. Девушка кивает со смущённой улыбкой и продолжает стоять. В палату следом заходит пара мужчин-персонала больницы, оставаясь стоять за доктором с медсестрой. — Господин Чон, ему надо дать успокоительное, отпустите Тэхёна и позвольте специалистам им заняться. — Нет. Я сам, — отрезает мужчина. Тэхён безвольная кукла в его руках. — Господин Чон, — с напряжением в голосе. — Господин доктор, я вас услышал. Я сам переложу Тэхёна на кровать и пусть посторонние покинут палату. — Вы забываетесь, это больница и здесь есть правила, — недовольство так и сквозит в голосе. — Вы правы, это больница, — секундная пауза, — в которой очень легко поменять правила за определённую сумму. Пусть посторонние покинут палату, — кивая на персонал на спиной доктора. Доктор Ри смерил Чонгука взглядом, а после повернувшись к двум мужчинам, махнул головой, говоря без слов им выйти. — Док Ми, принеси капельницу с успокоительным. Девушка кивнула и вышла следом. Доктор Ри стоял и не двигался, а Чонгук бросил на него последний взгляд и вернул всё своё внимание к Тэхёну. Парень в руках продолжал быть безвольной куклой, он сам жался ближе, цепляясь руками за мужчину, уткнувшись носом в шею и дышал мускусом. Он больше его не раздражал. Он его успокаивал. Проведя несколько раз ладонью по голове Тэхёна, мужчина перенёс руку на спину. — Помоги мне, Тэ, — прошептал Чон около уха. — Обними меня. Парень, услышав эти слова, прижался ближе и обхватив мужчину руками за шею, обнял. Чонгук перенёс вторую руку под колени парня, слегка приподнявшись на одну ногу, подхватил Тэ на руки и, выпрямившись полностью, пошёл в сторону кровати. Всё это время Тэхён продолжал обнимать его, буквально душить руками, но мужчине было всё равно. Опустив парня на кровать, Чон хотел было выпутаться из объятий, но Тэ не отпускал. — Не уходи, — слова прошлись по коже на шее. — Я здесь, — тихо сказал Чонгук в ответ и, сев на край кровати удобнее, перехватил его за спину, заваливая на себя и прижимая. Тэхён удобнее устроился в объятиях, положив голову на плечо и уткнувшись снова носом в шею. Мужчина ощущал чужое дыхание на коже, что посылало по спине мурашки и дарило тепло внутри. Доктор Ри не сказал ни слова, только молча наблюдал за происходящим. Он поймал себя на мысли, что увиденная картина не вызывала у него отвращения или непринятия. А Чонгуку было плевать, кто здесь и что видит. Сейчас для него имел значение только Тэ, что разбудил в нём прежде незнакомые чувства. Через пару минут снова послышался звук открывающейся двери. Медсестра вошла в палату с капельницей в руках. Девушка подошла ближе к кровати, а мужчина поднял голову, поняв без слов, что требуется. — Тэ, дай мне эту руку, — нежно коснувшись руки с катетером попросил Чон. Почти сразу парень ослабил объятие одной рукой, а мужчина аккуратно обхватив ту, протянул её девушке. Она осторожно подсоединила капельницу, положила руку парня на бедро мужчины и слегка улыбнулась, на что мужчина кивнул в знак благодарности. Тэхёну было всё равно, какие лекарства ему сейчас вводят или что ещё ему дадут сегодня, сейчас для него имело значение только чувство. Чувство безопасности. Находясь в объятиях Чонгука, он ощущал ни с чем не сравнимое чувство безопасности и спокойствия. Он был уверен, что о нём позаботятся и всегда будут на его стороне. Природу таких чувств Тэхён не знал и знать тоже не хотел. Тем временем девушка покинула палату, а доктор продолжал наблюдать. — Вы что-то хотите, доктор Ри? — не выдержав пристального взгляда, мужчина всё же спросил. — Да, — шаг. — Если вы продолжите вызывать в нём яркие эмоции и не положительного характера, то я вам больше не смогу помочь, и вам придется переводить его в психиатрический центр. — Во-первых, я вам уже говорил, он не будет там лежать. Во-вторых, если бы ваш персонал не пропустил бы в палату господина Кана, ничего бы такого не произошло. Поэтому проверьте работу своих подчинённых, прежде чем ставить условия. Если вы не можете выполнить свою работу — стабилизировать состояние, то так и скажите, я найду другого врача, — каждое слово так и сквозило еле сдерживаемой злостью. На пару мгновений на лице доктора Ри мелькнуло замешательство, но быстро придя в себя, он всё же ответил. — Я проверю работу персонала. Больше не позволяйте ему нервничать, — с этими словами доктор покинул помещение. Оставшись один на один с Тэхёном, мужчина глубоко вздохнул и окончательно успокоившись, пару раз провел ладонями по спине парня. — Тэ, — тихо позвал Чонгук. — Как ты? — Холодно, — шёпотом около шеи. Чонгук, кивнув, огляделся по сторонам в поисках пледа. Тёплое одеяние лежало на спинке дивана. — Отпустишь меня, чтобы я принёс плед? — также тихо спросил Чон. Тэхён не хотел отпускать его, но, дав последний шанс Чонгуку уйти, всё же ослабил объятия и, опустив руки, отстранился, выпрямившись. Мужчина улыбнулся, заметив слегка опухшие глаза и милые пухлые губы. Он перенёс руку с катетером со своего бедра на бедро парня, а после, поцеловав того в лоб, встал с кровати. Захватив плед с дивана, Чон набросил его на плечи Тэ, после зашёл в ванную, взял чистое полотенце и намочил его горячей водой. Опустившись на кровать, Чонгук аккуратно смахнул прилипшие пряди со лба Тэхёна, а после нежно обтёр его лицо тёплым полотенцем. Всё это время Тэ не сводил взгляда с мужчины, следя за каждым его действием. С каждым знаком внимания парню всё больше и больше хотелось плакать от какого-то своего бессилия, а может просто от расшатанной психики. Но эта забота отзывалась внутри только слезами. Закончив с лицом, Чон отложил полотенце на тумбу и, налив воды в стакан, протянул его Тэхёну. Парень свободной рукой медленно взял стакан и сделал пару глотков, вернул взгляд на мужчину. — Ещё будешь пить? — тихий вопрос. Парень покачал головой в отрицательной манере. Тогда Чон взял стакан из рук и поставил его на тумбу. Достав из кармана брюк телефон, мужчина бросил его рядом со стаканом и вернул своё внимание на Тэ, что смотрел на него с какой-то неуверенностью. — Ты… Ты сейчас уйдешь? — охрипшим от слёз голосом, прохрипел Тэ. — Если ты не хочешь, то не уйду, — смотря в глаза. — Не хочу. — Хорошо. Ложись, тебе надо отдохнуть. — Не хочу. — Тогда чего ты хочешь? — спокойно спросил Чон, а после вздохнул. Тэхён не ответил. Он продолжал молча смотреть на мужчину будто что-то обдумывая, а после, словно что-то решив для себя, придвинулся ближе и, положив голову на сгиб плеча, замер. Чонгук тихо усмехнулся, а после подтянул плед на плечи повыше и подсев ближе, обхватил Тэ в объятия, положив ладони на спину, повалил на себя, укладывая. Парень в руках немного завозился, устраиваясь удобнее. Найдя удобное положение, Тэ замер, наслаждаясь теплом и объятиями, а Чон оставил поцелуй в волосах, удобнее перехватил парня. В ответ Тэ лишь сильнее прижался, боясь потерять желанное тепло. — Засыпай. Я никуда не уйду, — невесомо водя руками по спине, прошептал Чонгук. Минут через семь Тэхён заснул, мужчина понял это по тому, как потяжелело тело в его руках, а он продолжал сидеть и обнимать парня, что спал у него в руках. Уйдя в свои мысли, он не заметил, как солнце окончательно село за горизонт, погрузив палату в уютный мрак, нарушаемый только подсветкой панно и одного торшера. Телефон завибрировал на тумбе, на экране высветилось имя Чимина. Стараясь не разбудить Тэ, мужчина аккуратно наклонился и, подхватив телефон, ответил на вызов. — Да, Чимин, — полушёпотом. — Привет. Что с голосом? — Тэхён спит, — всё так же полушёпотом. — А, ты с ним. Как он? — Сейчас нормально. Инсон приходил, устроил сцену, — Чон не хотел говорить, но скрывать бессмысленно. — Кто его пустил? — Не знаю. Это уже не важно. Ты что-то хотел? — Уже нет. Думал заехать к Тэ, но если ты там, то не буду. — Отдохни, ты и так тут каждый день. Если очень хочешь прийти, то можем позавтракать завтра. — Договорились. Пока, — с нотками улыбки в голосе. Сбросив звонок, Чонгук отложил телефон обратно на тумбу и запустив пальцы в волосы Тэ, принялся медленно перебирать их. Тэхён даже не пошевелился на это действие, так и продолжал спать крепким сном, иногда тихо посапывая. А мужчина думал. Думал, что делать дальше, как быть с Тэ и что он скажет, когда проснётся. Помимо дум внутри Чона было ни с чем не сравнимое тепло и счастье. Тэхён в его руках. Через некоторое время телефон снова зазвонил. На этот раз на дисплее высветилось имя Джека, коллеги-куратора из Нью-Йоркской галереи. Быстро поговорить с ним не получится, поэтому мужчина аккуратно переложил Тэ на кровать и, накрыв его пледом, вышел с телефоном в коридор. Джек просил прислать некоторые материалы по выставке и откомментировать присланные им. Для этого необходим был Чонгуку ноутбук. Поразмыслив пару мгновений, мужчина решил съездить за компьютером и купить им ужин с Тэхёном, пока тот спит. Повернувшись на другой бок, Тэ провёл рукой по лицу во сне и, не встретив сопротивления, отчего-то приоткрыл глаза. Осознания ранее произошедшего охватило парня через несколько секунд после пробуждения. Сейчас он был в палате один. Чонгук ушёл, хотя пообещал не уходить. В груди от этого осознания всё стянуло непонятным ноющим чувством. Оглядев палату ещё раз, он сел на кровати и, обхватив руками колени, зарылся в них лицом. Он снова сделал ошибку. Чонгук снова пришёл и снова был рядом, когда был необходим, а Тэхён накричал на него и обвинил в том, в чём тот не виноват. Тихие слёзы покатились по щекам, впитываясь в ткань штанов. Он устал плакать и устал отталкивать людей. Он хочет быть с Чонгуком, хочет его рядом.

Daniel Di Angelo - Lose Face

Минут через двадцать послышался звук открывающейся двери, парень подумал, что это медсестра, поэтому даже не поднял головы. — Ты просну… — мужчина осекся и улыбка сползла с лица, заметив позу парня. — Что случилось? — Ты не ушёл? — услышав голос, Тэ резко поднял лицо с заплаканными глазами. — Ты просил не уходить, — нахмурившись, ответил мужчина и, бросив пакеты на столик, вернул взгляд на парня. Чонгук сделал свой шаг, теперь очередь Тэхёна. Тэхён слез с кровати и, подойдя к Чону, обхватил его руками за шею, прижимая к себе. Мужчина немного растерялся, но через мгновенье обнял в ответ. — Прости меня. Я не хотел тебя обижать, говоря те слова, — пауза на несколько секунд, — я не хо… — Тэ… — перебил Чон. — Нет, дай мне договорить, — перебил Тэхён и отстранился, сняв свои руки с шеи мужчины и держа их между ними, а мужчина продолжал его обнимать. — Я… У меня ничего не осталось, я потерял всё, что любил. А сейчас ты… И я просто…Просто не знаю, что мне делать. Я не понимаю, почему могу быть тебе интересен, я же… У меня ничего нет, что бы я мог тебе дать, кроме кучи проблем и даже сейчас… — Стоп, — перебив парня и продолжил мягким голосом мужчина: — Послушай, тебе не нужно что-то давать мне, кроме себя самого. Тебе не нужно быть кем-то, иметь что-то или не иметь вообще. Тебе просто нужно быть собой без условий и требований. Мне нужен ты, а не то, что ты можешь мне предложить. Ты сможешь мне дать это? Дать себя? Пока мужчина говорил, Тэхён поднял голову, встречаясь с бездонными чёрными глазами, в которых улавливались нотки нежности. Сердце внутри парня забилось чаще, он по крупицам осознавал, что от него просят. От него хотят не то, что он может предложить, от него хотят его самого. Его. — Да, — пауза в секунду. — Но взамен я хочу тебя, — слова на грани слышимости. Тэхён не знает, откуда в нём эти слова и эта смелость. Чонгук не соглашается, не улыбается, не говорит ни слова. Он только продолжает смотреть. Сможет он быть просто собой? Собой со всеми ошибками, недостатками и просто таким, какой он есть? Проходит не меньше минуты, как мужчина медленно приближается лицом к лицу Тэ, следя за эмоциями. В ответ парень не отступает, а лишь прикрывает глаза, заставляя, до этого еле заметные капли слёз в уголках глаз превратиться в солёные дорожки на щеках. — Забирай, — соприкоснувшись лбами, шепчет в губы Чонгук. Смысл одного единственно сказанного слова по каплям просачивается в сознание Тэхена, отчего его с головы до ног окатывает тёплой волной воодушевления, смешанного с волнением. Уголок губ на миг поднимается в улыбке, а после пальцы Тэ обрушиваются на волосы Чонгука, зарываясь в них и притягивая к себе, а губы ловят чужие. Это первый раз, когда Тэхен сам целует мужчину, тянет ближе, вжимая в себя. Сейчас в этих руках он расслабляется, ему больше не от кого защищаться и выстраивать стены. Он в безопасности. Руки мужчины со спины текут на талию парня и, обхватив её, буквально вжимают в себя это податливое тело. Чон посасывает губы, водит по ним языком и, скользя в податливый рот, снова целует, на этот раз оглаживая тёплую мягкость, лаская язык. Тэхён второй рукой зарывается в волосы, потягивая их, и тянется языком навстречу. От всех поцелуев и рук у Тэхёна начинает кружиться голова, поэтому он сильнее цепляется за мужчину, а Чон наклоняет голову вбок, углубляя поцелуй, не позволяя разорвать это тепло. Губы продолжают ласкать губы, иногда оставляя лёгкие укусы, провоцирующие тихие стоны у Тэ, от которых мужчина буквально теряет голову. Все дни без друг друга, все сомнения, страхи, ошибки и просто всё буквально тонет между ними в потоке нежности и чувств. После одного особо сильного укуса и такого же громкого стона, мужчина усилием воли собирает себя и, прижав к себе сильнее, отрывается от губ, зализывая место укуса. Собирает общую слюну с красных, опухших губ, а после на вдохе утягивает в новый поцелуй, на этот раз нежный и тягучий. За это время Тэхён успевает сотни раз разбиться и сотни раз собрать себя заново. С каждым движением губ ему как будто становится легче дышать. Разорвав всё-таки поцелуй, Тэхён не отпускает мужчину от себя, держит, затеряв пальцы в волосах и прижавшись лбом ко лбу. — Я… Я влюблён в тебя, — еле слышно слова слетают с губ. Теперь очередь мужчины ощущать волнение от слов. Он словно упал с большой высоты, и это чувство падения охватывает тело, провоцируя слабость. Сейчас Чонгук в полной мере понимает слова Намджуна, сказанные ранее. В ответ Чон улыбается и сжимая ладони на талии, тянет ближе, желая снова поцеловать, но парень сжимает пальцы в волосах, останавливая. — Хочу чтобы ты знал, Инсон… — Тэ, — тихо, но уверенно прерывает Чон. — Ты не должен что-то говорить. Мы закроем эту тему сейчас и больше к ней никогда не вернемся, словно этого не было. Договорились? — Да, — вдох. — Только знай, что ничего из того не имело для меня значения. Тэхён обнажается так же, как до этого обнажился Чонгук. Мужчина с улыбкой снова ловит губы Тэ, но на этот раз поцелуй нежный и глубокий. Руки гуляют по талии, бокам и спине, оглаживая и создавая сотни мурашек, а руки в волосах всё тянут и тянут ближе, желая буквально вжать в себя человека, растворить его в себе. Руки Тэ в волосах станут новой зависимостью Чонгука, мужчина в этом уверен. Он буквально теряет себя в человеке, просто целуя его. Это новое и прекрасное ощущение он хочет запомнить, впитать в себя. Через минуты губы Чона скользят по линии челюсти наверх, срывая рваные вздохи, проходятся по скуле и потерявшись в волосах, остаются там, хороня себя в объятиях. Тэхён смелее обхватывает руками мужчину, оставляя еле уловимый поцелуй на шее и, уткнувшись носом в сладко пахнущую кожу на ней, замирает в тепле рук. — Что случилось до моего прихода? У тебя были красные глаза, — нарушив через некоторое время приятную тишину, тихо спрашивает мужчина. — Я проснулся и подумал, что ты ушёл из-за моих слов, — слова оседают на коже. — Мне позвонили и я вышел, чтобы не разбудить тебя. Потом заехал за ноутбуком и ужином. Ты мог позвонить мне. — Я… Мой телефон разбился… Так что… — Почему ты раньше не сказал? — Это как–то было неважно. Вкусно пахнет… Что там? — на последних словах нотки улыбки проскользнули в словах Тэ. Слегка отстранив от себя парня и поймав взгляд, Чонгук оставляет последний легкий поцелуй на розовых губах. — Пойдём, — потянув за руку Тэ к дивану. Усадив Тэ на диван, Чонгук подхватывает пакеты со столика и ставит около парня, садясь рядом. Достав пару бумажных контейнеров, мужчина протягивает один из них. — Рис, жареное мясо и овощи. А это тебе нужно открыть самому, — с легкой улыбкой протягивая белую коробку, сказал Чон. Тэхён улыбается и отставив контейнер с едой, принимает белую коробочку и принимается снимать наклейку. Всё это время Чонгук следит за ним тёплым взглядом. Сейчас парень напоминает ему ребёнка, которому подарили подарок. Открыв коробку, Тэ находит большой кусок шоколадного торта, политого шоколадной глазурью. В нос ударяет невыносимо прекрасный запах шоколада с нотками рома, что заставляют слюну скапливаться во рту. — Спасибо, — с широкой улыбкой благодарит Тэ. — Надеюсь, он такой же вкусный, насколько красивый, — улыбается мужчина. — К нему идёт капучино декаф. Тэхён лишь снова улыбается и кивает. Следующие минуты проходят в уютной тишине. Впервые за несколько дней парень чувствует что голоден, поэтому опустошает контейнер практически наполовину за несколько минут. То ли сама еда вкусная, то ли человек рядом делает её такой. Опустошив контейнер практически до дна, парень всё же оставляет его на столике и, взяв стакан, делает пару глотков кофе, прикрывая глаза от удовольствия. А после переводит свой взгляд на мужчину, что жуя смотрит в ответ. — Невкусно? — кивая на недоеденную еду в контейнере. — Нет. Очень вкусно. Не хочу больше. — То есть торт ты не будешь,— изображая серьёзный вид, Чонгук смеялся про себя. — Нет! Буду,— восклицая, отвечает Тэ. Парень тут же отставляет стакан и берёт коробочку в руки. Отломив кусочек и отправив тот в рот, Тэ снова прикрывает глаза от удовольствия. Что сегодня с едой? Чонгук усмехнулся и отправил очередную вилку с едой в рот. Шоколадный бисквит, пропитанный ромом и политый густым шоколадом, буквально таял во рту, а лёгкая горчинка компенсировала всю сладость. — Ммм… Это очень вкусно! — открыв глаза и посмотрев на мужчину. — Значит отзывы в гугле меня не обманули, — улыбаясь и отставляя пустой контейнер, ответил Чон. — Попробуешь? — с нотками надежды в глазах, спрашивает Тэ. Чонгук не большой любитель сладкого в отличие от Тэхёна, но, смотря сейчас на эти слегка расширенные глаза, полные надежды, он не может отказаться. Поэтому он кивает с полуулыбкой и пересаживается ближе, пока Тэ отламывает кусочек бисквита. Парень протягивает кусок и Чон ловит его ртом, слегка пройдясь губами по кончикам пальцев. Это незатейливое прикосновение посылает волну мурашек по руке парня. — Действительно вкусно,— прожевав говорит Чон, а после делает глоток кофе. Мужчина возвращает взгляд на парня и буквально любуется тем, как тот уплетает бисквит. — Будешь? — протягивая ещё кусочек. Чон качает головой в отрицательной манере и улыбается, после чего Тэ слегка хмурится и отправляет этот кусочек себе в рот. Улыбка на лице мужчины становится шире, видя, что уголок рта парня испачкан шоколадом. Мужчина протягивает руку вперед, а Тэ перестает жевать и только смотрит вопросительно. Чонгук, вытерев уголок рта большим пальцем подносит его к своему рту, облизывает, при этом не отводя глаз от Тэ. Щёки парня заливает лёгкий румянец, и он судорожно продолжает жевать, а после делает пару глотков напитка. — Как ты себя чувствуешь? — не может не спросить мужчина, и в этот раз он надеется, что Тэ скажет правду. — Сейчас лучше, — немного неуверенно в ответ. — Тогда что тебя беспокоит? Ты всё время о чём-то думаешь. Тэхён опускает глаза, разглядывая свои руки со стаканом кофе. Он очень хочет рассказать про маму, про руки и вообще про себя, и спросить больше в ответ, но ему нужно время. Всё слишком быстро. — Я… Можно я отвечу, когда буду готов? — В любое время, — тепло отзывается Чонгук.

Sam Smith - Lay Me Down

Тэхён кивает, слабо улыбаясь, и делает ещё глоток кофе, после чего отставляет стакан на столик и снова поднимает глаза на мужчину. А тот в ответ смотрит с немым вопросом во взгляде, и, кажется, Чонгук начинает без слов понимать Тэ. — Иди ко мне, — нежным голосом говорит Чон и вытягивает руку в приглашающем жесте. У Тэхёна на губах расцветает улыбка, он подползает ближе, а мужчина обнимает его рукой, притягивая к себе. Парень кладет голову на сгиб плеча и шеи, а руку поперёк живота Чонгука, в ответ его обхватывают руками, заключая в самые тёплые объятия, и кладут подбородок на макушку. Несколько минут они сидят молча, греясь в объятиях друг друга. Тэхён поднимает голову, смотря на Чона. — Что? — еле слышно спрашивает мужчина. В ответ Тэ молча качает головой с полуулыбкой, мужчина улыбается в ответ, а после подносит руку и поглаживает щеку, смахивает упавшую чёлку со лба. Пальцы движутся вниз и, добравшись до подбородка, слегка задирают его, и мужчина ловит губы Тэхёна своими. В ответ рука парня скользит по животу вверх, через грудную клетку и ложится на голую кожу шеи, не скрытой одеждой. Поцелуй нежный, тягучий и изучающий, парень плавится в этих руках и под этими губами. Его обнимают, оглаживая бока и руки. Тэхён слегка разворачивается и наклоняется вперёд, чтобы быть ближе. Цепляется за Чонгука, оглаживает шею, щёки, зарывается в волосы, потягивает, сжимает и впитывает ответную нежность прикосновений. Секунды переходят в минуты, а те как капли капают и наполняют пустые сосуды внутри мужчин. Каждый поцелуй, каждое прикосновение растворяет обоих в друг друге. Тэхён уже и не помнит своё желание оттолкнуть, Чонгук уже и не помнит, почему отталкивал и убегал. Сейчас всё правильно. Обхватив рукой ладонь Тэ, Чонгук всё же разрывает долгий поцелуй и несколько раз целует руку парня, после чего прижимается щекой к ладони Тэхёна и поднимает глаза, ловя полный нежности влюбленный взгляд. Парень позволяет себе так выглядеть, он поглаживает щеку несколько раз, а после скользит этой же рукой на шею и подавшись вперед обнимает. Его также обнимают в ответ. — Руки не болят? — тихо спрашивает мужчина куда-то в район изгиба плеча и шеи. — Сейчас нет, — также тихо. — Тэ, пожалуйста, не нужно от меня что-то скрывать. Если тебя что-то беспокоит, я хочу узнавать об этом первым. Парень сильнее прижимается и сжимает руками шею. — Обещаю не скрывать, но сейчас правда не больно, — снова тихо в ответ. И снова минуты проходят в уютной тишине. — Мне нужно немного поработать, посидишь со мной? — куда-то в район шеи. — Угу, — с нотками улыбки в голосе. Чонгук оставляет безобидный поцелуй на плече Тэхена, а после аккуратно выпутывается из объятий. Поднявшись с дивана, он сначала берёт плед, а потом и сумку с ноутбуком. Накинув на плечи парня плед, он садится рядом, а Тэ сам устраивает голову около шеи, получая ответное объятие. Открыв все необходимые файлы, Тэхён не узнает ни одного документа. — Макет выставки? — Да. Для галереи в Нью-Йорке. Надо отсмотреть и откомментировать. Поможешь? — повернув голову и взглянув на Тэ. — Я? Но… — посмотрев в ответ. — Отказ я не приму, — перебивает Чон с улыбкой. — Тогда зачем спрашиваешь? — прищурив взгляд и хмуря брови. — Ну я же должен сохранять рамки приличия, — серьёзно заявляет мужчина. Волна тёплого смеха разлетается по палате. Тэхён удобнее устраивается на плече мужчины и сосредотачивается на материалах. Выставка была посвящена картинам Марка Шагала, точнее переосмыслению его творчества, и библейских посланий в картинах. — А почему главный цвет — зелёный? — спрашивает парень спустя полчаса и шесть слайдов макетов. — Думаю, что Джек решил сделать так из-за его самой известной картины “Над городом”. — Может… Может его изменить на синий? — Почему? — обратив всё своё внимание на Тэхёна, спрашивает Чонгук. — Ну… Когда мы говорим о Ван Гоге, то первый цвет, который всплывает в голове, — ярко-жёлтый. Когда говорим о Гогене, то это зелёный, ведь он полагал, что это цвет свободы и дерзости. А Шагал… Он голубой, как небо. Смотри, — показывая пальцем на картину, — даже на той картине небо розовое, а люди — зелёные, и это вместе даёт голубой цвет. Сам знаешь, он был очень религиозен и всегда писал рай, а рай синего цвета. — И после этого ты спрашиваешь, почему я прошу тебя помочь? — задумчиво и одновременно восхищенно смотря на Тэхёна. — Отлично, Тэ, — поцелуй в лоб, — тогда поменяем немного концепцию. Через час в палату зашла медсестра и принесла вечерние лекарства. Ещё через полчаса лекарства окончательно подействовали, и Тэхён уже во всю дремал на плече мужчины. Чонгук старался как можно скорее разобраться с работой, чтобы, наконец, полностью уделить всё своё внимание Тэ. Через ещё пятнадцать минут Чон захлопнул ноутбук, предварительно выслав всё, что необходимо, и, отложив его на столик, повернул голову к парню, что уже успел заснуть. Мужчина, улыбнувшись, аккуратно снял плед с Тэхёна и, убрав с себя обнимающие его руки, переложил голову парня на спинку дивана. Поднявшись, он собрал весь мусор, оставшийся после их ужина, в пакет, откинул одеяло на кровати и приглушил максимально свет в палате, а после вернулся к дивану, на котором спокойно спал парень. — Тэхён, — позвал он, подхватывая под коленями и обхватив рукой поясницу. В ответ ему послышалось сонное мычание, — Обними меня, я отнесу тебя в кровать. Парень окольцевал руками его шею и, сильно прижавшись, промычал что-то сонное. Подойдя и опустив свою драгоценную ношу на кровать, мужчина подтянул одеяло и накрыл им Тэхёна. — Ты уйдешь? — послышалось тихое и сонное. — Не уходи, — после парень зашевелился и двигаясь как можно сильнее к другому концу кровати, слегка поднял одеяло. — Ложись. Чонгук заулыбался. — Я не ухожу. Сев на край кровати, мужчина снял обувь и стащил с себя свитер, оставшись в футболке. Приподняв одеяло одной рукой, он опустился на кровать и, повернувшись лицом к Тэхёну, пододвинулся ближе. — Иди сюда, — просовывая руку под подушку парня, позвал Чонгук. Тэхён, приоткрыв один глаз, пододвинулся ближе и был пойман в самые тёплые объятия. Его буквально вжали в себя, а он удобно примостил голову около шеи и прижал руки к груди. Чонгук подтянул одеяло повыше, кутая парня в тепло, и оставил поцелуй в волосах, после чего запустил вторую руку в кудри Тэ, медленно перебирая их. Это что-то новое и незнакомое для Чонгука, делить постель и свой сон с кем-то. Обнимать кого-то во сне. Быть уязвимым во сне рядом с кем-то. Сейчас внутри есть только тепло и желание лежать так вечность. Через несколько минут мужчина устраивается удобнее, натягивая выше одеяло на Тэхёна и прижимая его к себе ещё ближе. Он, наконец, позволяет себе закрыть глаза и почти сразу проваливается в глубокий сон. За эти два месяца он очень устал.