Цикл перерождений

Целый город выглянет из окон, увидев наше прибытие.

Я не мог решиться, быть ли жертвой или судьёй. Я был дрожью, приносящей свет во тьму, Освобождающей тебя от этих ослепительно сверкающих цепей. И я не могу понять, были ли это смерти или возрождения…

      Тёплый воздух ударил по лицу, от такого круговорота событий виски начинали гудеть, Амелия протяжно вздохнула. Габриэль смотрел на девушку исподлобья. Они ушли, Амели ушла, оставляя Амрита стоять там, злого, раздражённого, готового сорваться. Чем бы закончилось все это, если бы Габриэль не пришел туда? Индолог обиженно посмотрела в его сторону, он же пристально наблюдал, скрестив руки.       Эмоции. Это то, что проявляют люди, такие чувства движут ими, миром, управляют сознанием. Есть ли смысл в существовании, если ты не испытываешь их? Нет. Это нормально и правильно. Амелия всегда жила эмоциями, давая волю чувствам. В детском доме её часто ругали за необоснованные истерики, за импульсивность и слёзы. И сейчас, совершенно забывая о своей цели, ради которой двое людей пришли сюда, девушка сорвалась.       Осознание действительности и правды давались нелегко, пожирая каждую крупицу тела. Поверить в существование чего-то нереального: бхуты, тени, божества, что ещё индолог должна увидеть тут в Калькутте? Паника одолела, руки начинали дрожать, всё что она видела, было реальным.       — Что это было черт возьми? — Габриэль кричал, громко, привлекая внимание, туристы с интересом напрягли уши, а местные недовольно оглядывали. — Я оставил тебя, ты сказала Дубея нет в городе! Боже, Амелия вы стояли так близко друг к другу, тебя совершенно не напрягала его рука на талии.       Он был прав, её это волновало в последнюю очередь, тем более после всего, что произошло между ними.       — Не ори на меня, Габриэль! — карие глазки загорелись, — перестань всё держать под своим контролем, это утомляет.       Руководитель не мог переварить услышанное, руки зачесались, а жилки напряглись. Его сильно злило то, что Амели совсем не беспокоится об этом.       — Ах, тебя это утомляет, — Грант усмехнулся, проводя руками по волосам, — почему то мне кажется, что ты знакома с ним намного ближе, чем следовало, и это не первая ваша встреча.       Сил спорить не было, да и не хотелось. Амелия зажмурилась, нужно было сосредоточиться, собрать всю полученную информацию воедино и начать действовать. Но вместо этого они тратили драгоценное время на споры, проявляя людскую натуру во всей красе.       — Я узнала про иглы, давай соберём группу, нужно обсудить всё. — не желая и дальше слушать упреки со стороны мужчины, девушка ушла вперёд.       Руководитель крикнул ещё что-то, а после сдался, устало двигаясь в ту же сторону. Поездка до отеля прошла в тишине, каждый думал о своём.

***

      Собравшись в номере Гранта, дабы избежать утечки информации, команда была в сборе, не хватало только Вайша.       — Рэйтан не придёт, — спокойно сказала Лима, — готовится к похоронам родственника влиятельной семьи, стоп. — рыжеволосая перевела взгляд на Амелию, вопросительно выгнув бровь. — Ты ведь сказала, что они не хоронят людей?       — Наверное, он так сказал, чтобы ты поняла причину, — индолог устало теребила подол своего сари, вспомнив, что накидка осталась в библиотеке, чуть улыбнулась, — в Индии популярна кремация, перед этим высшие касты устраивают праздники, провожая душу умершего в новую жизнь, масштаб зависит от положения человека.       Услышав подробности, Габриэль цокнул, намеренно закатывая глаза.       — Давайте перейдем к делу, — руководитель заправил рукава своей рубашки, — сегодня утром мы с Амели проникли в библиотеку одной влиятельной шишки.       Грант специально выделил последнее предложение, поглядывая на индолога. Киллиан и Лима непонимающе переглянулись, не смея перебивать.       — Я нашла там информацию, — девушка пыталась говорить сдержанно, не обращая внимание на упреки коллеги, — про иглы, это было достаточно трудно, в обычных секциях не было ни слова об этом.       — Я правильно понял, — Киллиан принял задумчивое выражение лица, — вы проникли туда незаконно?       — Это не так важно сейчас. — пробубнила девушка, отчего получила слегка заметный смешок от Гранта.       Хотелось его ударить, опустить и без того задетое самолюбие. Он раздражал, всем своим видом. Амелия держалась из последних сил, такое поведение в корне меняло отношение к мужчине, Габриэль вел себя как маленький, обиженный ребенок, чью игрушку забрали в песочнице дети постарше.       — Иглы используются для того, чтобы отдать богам женскую энергию, — девушка взяла в руки листок, вырисовывая какие-то узоры, это помогало держать себя в руках, — энергия Шакти, душу умершей обрекают на вечные страдания, пронзая сердце священной калидасой, — индолог оглядела присутствующих, смотря в глаза к каждому, — я думаю, следующая жертва будет снова девушкой.       Повисло молчание, каждый размышлял о своём, переваривая полученную информацию. Никто из команды не подозревал о том, что им придется иметь дело с ритуальными убийствами.       — Охренеть. — тишину нарушил Киллиан. — Предлагаю завтра съездить в архив, поднимем старые дела, может такое было раньше, выйдем на нужный след, поймаем этих фанатиков и уедем отсюда к чертовой матери.       Амели слабо улыбнулась, его оптимизм забавлял, остальные члены команды поддержали Лайтвуда. Для них это все казалось обычным, трое людей большую часть своей жизни потратили на то, что как или иначе было связано с расследованиями, решая сложные головоломки. И лишь одна Амелия понимала, что всё не так просто. Если боги и вправду существуют, а сомневаться было бессмысленно, то простым англичанам в этом деле не разобраться.       Добравшись до своего номера, девушка обессилено упала на кровать, закрывая глаза, индолог вспоминала библиотеку, Амрита, его поцелуи и бхутов.       Он сказал, что она тоже может управлять ими, но как? Какое отношение простая британка имеет ко всему этому. Зарывшись руками в волосы, девушка заплакала.       Её друг пропал, его команду по очереди используют как жертв Темной богине. Потусторонний мир существует, она видела это собственными глазами, могла чувствовать их присутствие, а с кем-то даже разговаривать. Незнание и беспомощность обрубало все руки, словно связанная, Амелия была одна в этом мире. Родных не было, единственный близкий человек исчез, а Амрит Дубей чуть не заставил голову их руководителя разлететься на мелкие кусочки.       Ещё это непонятное чувство рядом с ним, что это вообще было? Индолог словно неконтролируемая так спокойно подчинилась, дала до себя дотронуться. Однако сейчас смыть с себя его касания не хотелось, на коже до сих пор чувствовались импульсы, исходящие от мужских губ и пьянящий аромат вишни и шоколада.

***

Вечер.       Амрит уже второй час сидел в излюбленном кресле, смотря в одну единственную точку. Его злило все, злило пространство вокруг себя, время, которое текло с невероятно медленной скоростью. И она. Та, которую он так долго ждал, та которая завладела всем сердцем, и та ради которой он был готов рискнуть всем. Амелия привела с собой своего дружка, попутно защищая. Он помнил ее умоляюще глаза, которые желали, чтобы мужчина остановился. Руки на своих щеках, и крик, полный отчаяния и страха. Ревность съедала изнутри, заставляя самым плохим качествам вырваться наружу.       Гнев. Гнев заполнял его, наделяя небывалой мощью. Амрит ненавидел это чувство, оно возвращало его на много лет назад, в то время когда все взгляды были направлены в одну сторону. В сторону тьмы, повиновения и строптивости. Темная дымка обволакивала руки, проникая сквозь пальцы, уже знакомый холод и крики, как же он их ненавидел. Покалеченные души склонились перед ним, поглядывая на господина красными глазами, их покорность забавляла Дубея, слабые и обреченные. Возможно, когда-то и он сам станет одним из них.       — Амрит? — женский голос окликнул мужчину, Джая тихо вошла в кабинет, равнодушно оглядывая тени. — Убери бхутов, пожалуйста.       Сжав кулаки, Дубей одним взмахом отправил души обратно к своему хозяину, переводя взгляд на женщину. Какая ирония, когда-то она была его маленькой кузиной, с большими, словно монеты, глазами. А сейчас превратилась в красивую женщину, с искренней улыбкой на лице.       — Киран и Риши не вернулись? — мужчина похлопал по месту рядом с собой, приглашая присесть.       Джая лишь покачала головой, Басу сразу почувствовала напряжение в мужском теле, аккуратно положив руку на плечо Амрита.       — Что случилось? — простой вопрос, но в нем было столько сожаления, женщина прекрасно знала ответ, знала, что ничто и никто не сможет вызвать такие эмоции в мужчине кроме Амалы.       Амрит лишь отмахнулся, не желая говорить. Джая взяла его руки, снимая голубое кольцо. Дышать стало легче, легкие наполнились кислородом, он словно вынырнул из тьмы, наслаждаясь свободой.       — Я говорила не носить его, — убирая ненавистный предмет в маленькую коробочку, Басу продолжила, — так что случилось?       Джая была единственной с кем мужчина мог поговорить о своей возлюбленной. Перед Кираном Амрит чувствовал вину, а все остальные попросту не понимали его, твердя лишь о том, что Амала вернется, стоит лишь подождать.       — Амала. — сухо произнес Дубей, закрывая усталые глаза. — Возится с иностранцем, снова, порой мне кажется, что свою незавершенную сансару она проходит тут, прямо перед моим носом.       Джая слабо улыбнулась, в сердце стало чуть спокойнее, обычная ревность, ничего более, хоть Амрит прожил намного больше, в душе остался таким же юношей, чья своенравная натура часто брала вверх. Но стоило признать, за двадцать с небольшим он сильно изменился, стал спокойнее, терпеливее, начал намного лучше относиться к простым людям, помогая касте неприкасаемых.       — Я зол, Джая, очень зол на неё. — Дубей цокнул, пытаясь совладать с самим собой.       — Амрит, — девушка взглянула на мужчину, располагая их глаза на одном уровне, — ты не должен злиться на нее, Амала не помнит ничего из прошлого, тебя, Кирана, никого. Тем более ваша связь слишком сильна, думаешь кто-то имеет возможность разлучить вас?       Он все прекрасно понимал, и знал, что девушка не догадывалась о существовании другого мира, бхутов и богов.       — Даже Темной Кали не удалось…       — Раджи и Эсмэйл пришли с тобой? — не желая больше обсуждать данную тему, Дубей оборвал кузину на полуслове.       Дети Кирана и Джаи были просто замечательными, двое мальчиков, у них были глаза отца, такие же зеленые. Когда двойняшки родились, Басу благословлял всех богов, что те не послали им девочек. Ибо роль их рода вновь играла бы важную часть в жизни Калькутты, чего молодые родители уж точно не хотели для своих детей.       — Да, мы останемся тут, пока Киран не вернется, — женщина улыбнулась, понимая, что разговоры про Кали лишь сильнее будут напрягать Амрита, — в резиденции Басу слишком одиноко. — дом и вправду умирал, без женской энергии истинной наследницы.       — Конечно, оставайтесь, — Дубей собирался уходить, бросая короткое, — завтра провожаем Дэлма в последний путь, не ложитесь слишком поздно.       — Бедная Лалит, не представляю какую боль она испытывает от потери единственного сына…

***

      Амрит коснулся пальчиком щеки девушки, она сладко спала, сжимая одеяло. Даже находясь на другом конце Калькутты он почувствовал запах. Её любимых лилий. Свежий, чарующий и такой знакомый.       — Знаешь, — мужчина присел на кровать, не ощущая материю под собой, — я ведь посадил лилии по всей Калькутте, Кирану было сложно первое время, он повсюду чувствовал твое присутствие…да и я тоже.       Амрит вспомнил, как подросток кричал по ночам, как звал Амалу, как ненавидел его, обвиняя в смерти сестры. Но боль прошла, пускай не сразу, но прошла. Дубей даже завидовал, они с Джаей могли спокойно быть вместе, за их плечами не было бремени правления, в конце концов они не являлись наследниками влиятельных родов.       Амрит лег рядом, чувствуя дыхание. Он ждал ее с самого рождения, и когда Амала появилась в его жизни появился и смысл, но так быстро угасший, частичка души девушки не позволяла двигаться дальше, да и он не хотел, покорно ожидая часа, когда они встретятся вновь. Все эти годы, когда Амрит не постарел ни на день, прошли словно в ужасном сне.       — Я люблю тебя, махарани. — Дубей коснулся холодными руками лба возлюбленной. — Всегда любил.       Силы заканчивались, он пролежал рядом очень долго, истрачивая энергию. Еще немного и мужчина потеряет сознание, но Амрит не уходил, ему хотелось быть рядом как можно дольше, смотреть на спящую девушку, видеть ее спокойное личико, ощущать присутствие. Ему не хватало этого, двадцать пять лет он жил надеждой, что совсем скоро испытает нечто подобное. Спустя мгновение, смуглые веки закрылись, а тело невольно перенеслось в Тамас-Виталу.       Поморщившись, мужчина раскинул руки, позволяя себе чуть отдохнуть.       — Ты тратишь слишком много энергии, — Рита-Шива восседал на своем законном месте, — не переусердствуй.       Амрит лишь усмехнулся, разворачивая свой взгляд на аватара. Рэйтан устало закатил глаза.       — Покажи мне ее, верни обратно.— это была не просьба, а приказ, Дубей подошел ближе, ожидая пока Рэйтан перенесет их к девушке.       Вайш закрыл глаза, пространство в ту же секунду приобрело очертания знакомого номера, Амелия все также спала, совершенно не замечая присутствие мужчин рядом. Кружевная пижама облегала на хрупком теле, открывая вид на легкие изгибы, Амрит вновь лег рядом, дотрагиваясь рукой до ладошки девушки. С помощью силы божества прикосновения ощущались лучше, теперь он чувствовал тепло ее кожи.       — Когда ты отдашь кольцо Риши? — Рэйтан облокотился спиной о стену, не мешая мужчине наблюдать.       — Когда мы одержим победу, тогда и отдам. — Дубей гладил плечи Амалы, наслаждаясь моментом.       — А если не сможете? — Рита-Шива раздражался такой выходке, Рэйтан всегда осуждал Амрита за чрезмерную самоуверенность.       — Тогда я отдам Махадеви Кали свою душу.       Он не позволит больше ей страдать, сделает все, для того, чтобы Амала была счастлива, чтобы прожила свою жизнь так, как хотела. Со всеми воспоминаниями, с братом, с близкими людьми, и если повезет, то и с ним. Амрит никогда бы не подумал, что будет надеяться на везение в своей обреченной жизни.

***

      Собравшись у входа в отель, команда была в сборе. Вайша не было, сославшись на то, что он скорее всего занят, как и вчера, англичане направились к поджидающему их такси.       Амелия зевала, так и не попав в фазу глубоко сна, она не смогла выспаться. В центре города было невероятно много людей, повсюду девушки, в разноцветных сари, угощали прохожих сладостями, играла музыка, народ куда-то спешил.       — Мы не сможем проехать тут, — водитель обратился к команде, разговаривая на бенгальском, — идите пешком.       Лима чуть толкнула Амелию, дабы та перевела им слова таксиста, индолог выпрямилась, возвращаясь из своих мыслей в реальность. Объяснив ситуацию группе, девушка покинула машину, пытаясь понять, что происходит. Одежда у мужчин была в основном в белых тонах, а это означало лишь одно, кто-то умер.       — Они готовятся к кремации, — Амелия обратилась к Лиме, — помнишь в морге я говорила, что у брахманов кто-то умер, скорее всего это один и тот же человек, иначе бы не стали устраивать такие роскошные празднества.       Девушку всегда удивляла эта странная традиция, человек покидает их, исчезает навсегда, а они глупо верят, словно душа восстанет вновь. Даже если это правда, какой во всем этом смысл? Если ты больше не сможешь коснуться того, кто был тебе дорог. Да и что значит душа? Та вечна, бессмертна, круг сансары длится слишком долго. Но жизнь нет, человек не сможет прожить ее дважды.       Команда протискивалась сквозь людей, пытаясь держаться на близком расстоянии друг к другу. Национальные песни становились громче, несколько мужчин, несли обмотанное белой простыней тело. Из-под дорогой ткани безжизненные руки свисали вниз, на пальцах было множество колец с самими разнообразными камнями.       Амелия отстала от остальных, такое зрелище завораживало, ни у кого из них не было скорби на лице, напротив, мужчины улыбались. Девушка быстро сообразила, что те были родственниками умершего. Индолог заметила Кирана, он шел вторым, смотря прямо под свои ноги, в конце плелся Амрит, держа в руках какой-то сосуд. Амелия вздрогнула, прячась за толпами туристов, пересекаться взглядами совершенно не было желания, она помнила какими злыми глазами брахман провожал их с Габриэлем, после того как чуть не отправил второго на тот свет.       Но было поздно, Дубей повернул голову, направляя свой взор прямо на девушку. Ему даже не пришлось искать ту в толпе, он чувствовал где она стоит, как пытается избежать взгляда зелено-изумрудных глаз. Натянув фальшивую ухмылку, Амрит отмахнулся, показывая всем своим видом то, что до сих пор помнит выходку Амели.       В груди словно что-то треснуло, индолог еще никогда не видела его таким холодным и безразличным, это ранило девушку, вздыхая, она догнала группу, пытаясь выбросить из мыслей Амрита Дубея.

***

      Спустя какое-то время британцы наконец-то оказались в архиве. Стояла невероятная пыль и духота, кашляя, Амелия поблагодарила себя за то, что надела шорты, ибо смотреть на то, как Лима еле держится в своих рабочих штанах, было невыносимо.       — Они вообще сюда заходят? — Киллиан достал папку, сдувая огромный слой пыли сверху.       — Учитывая как упорно я получал данное разрешение, — Габриэль перевел взгляд на индолога, — очень влиятельная семья Дубея была против. Поэтому думаю да, определенно тут есть что-то.       — Да боже! — повернувшись всем корпусом к руководителю, девушка ткнула большим пальцем в грудь мужчины. — Перестань уже, если мы с тобой целовались, это еще не значит, что ты можешь вести себя как ревнивый собственник.       Брови Амелии сомкнулись, Грант окончательно выбил из нее последнюю каплю терпения.       — В конце концов ты даже не поговорил со мной об этом! — по лицу Габриэля было видно, что мужчина совсем не ожидал того, что индолог начнет эту тему перед всеми. — Что ты молчишь? Или ты способен лишь на то, чтобы кидать осуждающие взгляды и упреки в мой адрес?       Повисла тишина, Киллиан и Лима не смели вмешиваться, да и подходить к раздраженной коллеге сейчас было слишком опасно. Амелия была намного ниже Гранта, стоя на носочках и высоко задрав голову, девушка выжидала ответа. Руководитель лишь отвел взгляд, виновато опуская глаза.       — Прости. — тихо произнес тот, на что все члены команды распахнули рты.       — Вау! — Лима захлопала в ладоши. — Молодец, Амели, его не так уж и легко заставить извиняться.       Габриэль лишь закатил глаза, не желая слушать правды, он оценивающе оглядел рыжеволосую девушку, а после отошел к самой дальней полке.       — Вы правда целовались? — спросил Лайтвуд.       — Да. — раздраженно ответила Амели, взяв первую попавшуюся папку в руки. — Давайте просто займемся работой, уверена, никто из вас не хочет торчать тут до вечера.       Команда разошлась по разным углам комнаты, Амелия же отправилась в сторону дел, которые велись местной полицией, ибо только индолог смогла бы разобрать чужой язык.       Через несколько часов поисков Киллиан окликнул команду, прося подойти ближе. В руках у военного атташе была бумажная папка, а на самом верху водяной знак. Знак британской короны, с отметкой секретно.       — Не слишком ли странно, что такое дело лежит тут без присмотра? — Габриэль открыл пожелтевшие страницы, пробегая глазами по тексту.       Амели заметила год, тысяча девятьсот восьмидесятый, этому делу было двадцать пять лет. На первой страничке была информация о пропавшем дипломате, вчитываясь в детали дела, девушка прикрыла рот рукой.       — Его обезглавили! Дипломата! — Лима вскрикнула, забирая папку из рук Гранта. — Точно также как и первого ученого!       Пытаясь сохранить спокойствие, англичане продолжили изучать странный документ. Там были описаны еще несколько убийств, а после каждого заключение руководителя.       — Ты слышал что-нибудь про Эммета Роуза? — Габриэль обратился к Киллиану, прекрасно понимая, что девушки в тот момент еще даже не родились. — Просто перед тем как ехать сюда, мне пришлось тщательно изучить дела прошлых лет, но этого не было.       Капитан Лайтвуд лишь коротко пожал плечами. Перелистывая страницы, с каждым новым словом все становилось еще запутаннее.       — Амелия, последняя страница на хинди. — отдавая документ индологу, Киллиан попросил ту перевести.       — Это бенгальский, тут на хинди редко говорят. — вчитываясь, девушка почувствовала неприятное ощущение, словно кто-то сжимает ее голову. — Эммет Роуз был убит в ходе расследования, остальная часть команды пропала без вести.       Габриэль выхватил папку, нервно кусая губы и бубня что-то себе под нос.       — Как он умер? — спросила Лима.       — Там не написано, лишь эти пару строчек. — девушка устало присела на стул, осознавая всю серьезность ситуации.       — Почему Великобритания не расследовала это дело? Они просто бросили их тут! — Киллиан пнул стоящие рядом ящики. — С нами также будет? У нас тут тоже ненормальные индусы убивают англичан ради каких-то ритуалов!       Из рук руководителя упала небольшая сложенная бумажка, которая судя по всему была внутри документов, поднимая ее, мужчина развернул, читая вслух:

«Утверждаю на должность руководителя — Эммета Роуза, ответственного за всю группу. Жаклин Монэ как криминалиста, Денни Стоуна, из второго батальона в качестве военного атташе. И Амалу Кхан, действующего индолога. Прошу отправить незамедлительно в Западную Бенгалию первым рейсом».

      Амелия схватила себя за плечи, всем присутствующим стало жутко.       — Тут подпись премьер-министра королевы, — Габриэль передал записку остальным, тяжело вздыхая, — дело дрянь.       Вчитываясь в имена из списка, индолог заметила две очень странные детали. Во-первых сестру Кирана тоже звали Амала, а во-вторых фамилия Дианы и Эммета одинаковые.       — Фамилия второй жертвы тоже Роуз, — девушка опустила бумагу, чуть сжимая ту в руке, — они могли быть родственниками?       На Амелию все недоверчиво посмотрели, понимая, что такое совпадение было бы слишком странным. Повисло молчание, пока один из полицейских не ворвался внутрь, говоря на ломаном английском.       — Там найти вашего, — индиец почти кричал, — мертвый, пойти скорее.       Сердце девушки ушло в пятки, это мог быть Дилан, надеяться на то, что полицейский просто перепутал рода у существительных было бессмысленно. Амелия схватилась за грудь, тяжело дыша, из глаз в считанные секунды брызнули слезы. Она начинала задыхаться, закрывая трясущимися руками рот. Лима на автомате подошла ближе, хватая девушку и прижимая к себе. Сил сдерживаться не было. Сейчас Амели было плевать на все. На дело, коллег, духов и даже на Амрита, единственным желанием было обнять Дилана, уехать обратно в Лондон и никогда больше не возвращаться в это проклятое место. Криминолог аккуратно поглаживала волосы индолога, шепча слова поддержки.       — Это может быть не он, милая, пожалуйста возьми себя в руки. — рыжеволосая присела, всматриваясь в мокрые карие глаза. — Он толком не знает английский, возможно, перепутал.       Но Амелия не слышала ее, страх полностью овладел ей, еще секунда и ее уставшее и истощенное тело даст слабину.       — Что происходит? — Габриэль, уставился на девушку, которая вот-вот начнет биться в истерике.       Лима аккуратно отпустила руки индолога, понимая, что скрывать правду больше нет смысла. Набравшись смелости, криминолог рассказал все, что знает о Дилане и их отношениях с Амелией.       Габриэль внимательно слушая, взяв девушку на руки, прекрасно понимая, как тяжело ей сейчас было сидеть на жестком стульчике. Мужчина почувствовал мокрую жидкость на своей рубашке, Амелия вцепилась в неё маленьким ручками, проглатывая слезы.       — Тише, сейчас мы отвезем тебя в отель. — собираясь выйти из архива, Грант чуть не уронил вырывающуюся из его рук девушку.       — Нет! Если там он, то я должна увидеть его! — волосы прилипли к коже лица, а та малая часть туши растеклась вдоль щек, образуя темную дорожку.       — Амели, пожалуйста… — Габриэль старался говорить тише, не смея давить на индолога.       — Нет! Ты не остановишь меня! Если потребуется я переверну всю Калькутту, и найду того подонка, кто убил Дилана!       Голос разрывался от крика, а опухшие от слез глаза ужасно болели. Не став дослушивать коллег, Амелия покинула архив, жадно хватая губами воздух. Солнце почти скрылось за горизонтом, а пейзажи города утопали в кроваво-алом закате.       Пожалуйста. Пожалуйста будь живым, Дилан, я прошу тебя.

***

      В такси Амелия потихоньку начала приходить в себя, расположив голову на коленях Габриэля, тот медленно гладил ее волосы, пытаясь забрать частичку боли. Киллиан и Лима отреагировали на такое поведение коллег спокойно, по крайней мере сейчас это было не важно. Девушка заметила, что улицы Калькутты были пустыми, праздник закончился и лишь одинокие лилии подсвечивали ночные фонари.       Подъехав к месту убийства, индолог, словно ошпаренная, выбежала на улицу. Пробираясь сквозь огороженную лентой территорию, Амели увидела труп. Женский. В нарядном сари.       Упав на грубый асфальт, сдирая кожу коленок, девушка облегченно вздохнула. Это был не Дилан. Как Амелия и предполагала, жертва оказалась женщиной. Коллеги сразу же осмотрели спину, иглы с фиолетовым камушком, а в груди проклятый кинжал.       Становилось холодно, прядки волос поднялись в воздух, индолог чувствовала присутствие рядом. Мерзкая рука упала на голое плечо девушки, а черная тень сдавливала горло.       — Проверь ее руки. — голос Дианы Роуз эхом отдавался в ушах, обернувшись, Амели увидела девушку, чье лицо выглядело намного хуже чем в прошлый раз. Из раны выползали червяки, а плоть медленно разлагаясь. — Руки!       Индологу пришлось прикрыть рот рукой, чтобы не закричать, послушно кивнув, девушка подошла ближе, однако тень остановила ее.       — Одна! — намекая на то, чтобы коллеги не увидели, Диана исчезла, оставляя после себя легкий холод и запах смерти.       Дождавшись, пока каждый отойдет, Амелия присела на корточки, оглядывая искалеченное тело. Светлая кожа покрылась фиолетовыми пятнами, а иссохшие губы чуть приоткрыты, словно перед смертью жертва пыталась сказать что-то. Правая рука была зажата, разделить пальцы оказалось довольно сложно, а касаться мертвой плоти противно. В холодной ладони покоилась небольшая бумажка, спрятав ту в карман шорт, Амели отошла в сторону, ссылаясь на то, что находится в таком месте было невыносимо.       Раскрывая маленькую записку, девушка подпрыгнула на месте, это был почерк Дилана, который индолог узнает из тысячи. Корявые буквы и сильный наклон вправо.

«Помоги мне, и берегись Дубеев»

-Д.

      Если он написал это, значит был жив.       Грудь наполнилась надеждой, сжимая послание, Амели целенаправленно направилась к нему. К Амриту Дубею, ей было плевать, что это был дом самого влиятельного брахмана Калькутты и мужчины, который сводил ее с ума.