Ревность

Альбедо шел по просёлочной дороге между красивыми и местами разваленными домами. Радовался, потому что весь день голова была заполнена приятными мыслями о проведении свободного времени с любимым человеком. Как будто назло его ещё и задержали работе, оттягивая это воссоединение. Подходя к двери уже с подготовленным ключём, он какое-то время провозился с замком, в попытках открыть его. Через пару секунд у него это все таки получилось и он зашёл на участок, где его встретила собака. — О, привет, Гун, — поздоровался с ним Альбедо, будто с другом, присаживаясь на корточки. — Скучал, да? Хех. Погладив пса короткий промежуток времени, парень направился к дому, открывая дверь и проходя внутрь с улыбкой. — Прив... — Улыбка быстро сошла с лица, а на смену ей пришел страх. Встретили его... не с хлебом и солью. — ...ет. Блондин так и замер на пороге дома, не решаясь ничего говорить больше и даже не шевелиться. — Ну, привет, — Скарамучча отошёл от стены, на которую облокачивался все это время, и подошёл ближе к парню. — Как там твой Кэйа? Наигрался с ним? — Какой Кэйа? О чем ты? Я работал весь день. Да, меня задержали, но я как можно скорее хот... Лицо обожгла ладонь брюнета, что вслед за этим с силой сжала чужие скулы, заставляя Альбедо схватится за руку, в попытке отодвинуть ее от себя, и зло зашипеть от боли. — Работал, да? Хах, да по тебе все видно, — брюнет, видимо, не собирался останавливаться, что заставляло мурашкам пройти по телу блондина. — По глазам, что жахался с этим попугаем, который лезет не в свое дело. Ну и как? Понравилось? У него больше, чем у меня хер, да? С этими словами в глазах Альбедо погас тот огонек, с которым он возвращался домой. — У нас ничего не было. — Сейчас и проверим. Скарамучча с жадностью поцеловал парня, зарываясь одной рукой в волосы и оттягивая их, а вторую опустив на его задницу, сильно шлепая. Действия вызывали отвращение и страх, особенно укусы и лапанье с его стороны. Брюнет с силой сжимал чужое тело, не жалея. Альбедо не мог и думать, что такое с ним может сделать его любимый человек, но сопротивляться смысла не было. — Придурок, как меня бесит твоя шлюшья натура, — зло прошипел Скарамучча прямо в губы начиная стягивать с того одежду. — Обрезать бы тебе волосы, хоть не так сильно был бы похож на бабу. Небось на столе тебя трахал, хм, и как тебе? — Да не было ничего, — ягодицу снова опалила резка боль, заставляя закусить губу и посмотреть в глаза на против с некой злостью. Оставив Альбедо только в белье, брюнет сжал его запястья в своей руке и потащил в спальню, где грубым толчком пихнул на кровать, нависая сверху и вытягивая ремень со штанов. Толстая пряжка из кожи ложится на сложенные друг на друга запястья, что позже были зафиксированы за изголовье кровати, не позволяя нижнему свободно шевелиться. Ситуация вызвала не самую добрую ухмылку на лице Скарамуччи, что принялся снимать уже с себя штаны и белье, позже двигаясь ближе к лицу парня. Снова берет блондина за скулы, больно сжимая и заставляя открыть рот, в который сразу же проникает ещё вялый член брюнета. — Соси, — со строгостью и неким безразличием в голосе сказал Скарамучча, перемещая руку на волосы и насаживая голову нижнего на свой орган. Движения становились все резче, а стоны сверху все невыносимее. С каждым грубым толчком в глотку, кислорода в лёгких становилось все меньше, глаза, что были наполнены слезами, было невозможно держать открытыми. — У него так же брал в рот, а? — Щёку снова обожгла чужая рука, что с характерно громким шлепком ударилась о кожу. — Или с большим удовольствием? Я уже не так тебе нравлюсь, да? Шлюха. Ещё несколько грубых толчков ударили в горло и Скарамучча отстранился, опускаясь чуть ниже, к паху нижнего. Брюнет посмотрел на не вставший член партнёра, вслед за этим поднимая раздраженный взгляд на лицо. — Я тебя уже не возбуждаю, ясно, хорошо, — тянется рукой к чужому рту, проталкивая внутрь два пальца. — Рот открыл. В твоих же интересах их лучше смочить. И блондин слушается, пропускает пальцы в рот, обильно смачивая слюной. — Вот так, умница, — похвала звучала как-то наигранно и не возбуждающе, заставляя тело Альбедо покрыться мурашками. Скарамучча вынул пальцы и приставил их к анусу нижнего, проталкивая сразу оба и заставляя глаза блондина снова слезиться. Брюнет двигает ими на манер ножниц, проталкивая глубже и грубее с каждым толчком, со временем добавляя третий. — Так жадно принимаешь их, — достал пальцы, подставляя к растянутому колечку мышц головку уже стоящего колом органа, надавливая. — Мм... Слишком медленно, не так ли? Заждался уже? Скарамучча сжал бедра нижнего, грубо толкаясь, вырывая из груди вскрики и вызывая слезы. — Пре.. прекрати, — кое-как выдавил из себя Альбедо, чувствуя боль и обиду. — Хватит... — Заткнись, — с этими словами в рот нижнего снова протолкнули пальцы, надавливая на язык. — Раздражаешь. Толчки становились все глубже и грубее, доставляя большое удовольствие парню сверху. Он снова шлёпает Альбедо по ягодице, оставляя красный след и обжигая кожу. — Мм, да, — стонет Скарамучча, наблюдая, как в парня входит член. — Тебе хорошо? Поднимает глаза на блондина, убирая из его рта пальцы и возвращая их на бедра. Сжимает, впиваясь в кожу ногтями, и сильнее вбивается в тело, приближаясь к финалу. И кончает уже через несколько толчков, входя полностью. — Хаа.. вот так, да, — раздвигает задницу, открывая вид на член и семя, что начинает понемногу вытекать из ануса нижнего при движении Скарамуччи. — Чья же сперма тебе нравится больше, а? — ..., — Альбедо отворачивает голову, шмыгая и не желая отвечать на вопрос. *** — Ну что ты, — уже с не наигранной лаской в голосе говорил Скарамучча, смывая шампунь с блондинистых волос. — Не обижайся. — Тц... это было больно и страшно, — бурчит Альбедо, не поднимая взгляд на парня и, после смытия пены, опускает голову, укладывая ее на колени. — Я тебя люблю, Лотос, — нежно и мягко прошептал брюнет почти на ухо парню, опуская такие же нежные поцелуи на плечо и спину. — Прости меня.