sick and twisted affair

      Мигель опустил голову, устало потерев переносицу и тяжко вздохнув. Наблюдение за сотнями других мультивселенных сказывалось на нём отнюдь не положительно. Это требовало огромной внимательности и сосредоточенности, которые надо было совмещать с наблюдением не только за другими мирами, но и за своими подопечными, которые, в свою очередь, кажется, совсем этого не ценили. Больше всего беспокойство у него вызывала эта закадычная троица, треплющая ему нервы на постоянной основе и неспособная учиться на ошибках, не то что на чужих, но и на своих собственных. Но если Гвен и Моралеса ещё хоть как-то можно было взять под контроль, то контролировать Хоби было невозможно. Что в компании, что в одиночестве, Браун был неуправляем, и это было серьёзной проблемой, в особенности для Мигеля. Ему не нужны были проблемы, но ему нужен был Хобарт, кажется, даже больше чем любой Паук из их Общества. Почти что.       Он откинулся на спинку кресла, закрыв лицо ладонями. Усталость брала над ним верх, но у него было ещё слишком много работы.       Мысли в его голову вернул стук в дверь. Мужчина медленно убрал руки от лица, тяжёлым взглядом уставившись на дверь. Уже была глубокая ночь, какого чёрта кто-то его беспокоит.       Не дождавшись ответа, который Мигель и так не собирался давать, незванный гость открыл дверь, бесцеремонно ввалившись в кабинет. – Йо, как жизнь?- Хоби привалился к дверному косяку, надув пузырь из жевательной резинки, который тут же лопнул. – Прекрасно. Было, пока ты не пришёл,- О'Хара в очередной раз устало вздохнул, беглым взглядом пробежавшись по маленьким синеватым мониторам. В глазах уже двоилось. – Я несу добро и радость,- фальшиво сладким голосом протянул Браун, медленно подойдя к мужчине. Его худая рука легла на плечо Мигеля, слегка сжав, после чего юноша медленно наклонился к нему, делая вид что вглядывается в синий экран. – Ты сюда пожевать пришёл?- с лëгким раздражением спросил Мигель, оттолкнувшись от пола, из-за чего стул на колëсиках отъехал в сторону, на приемлемое расстояние от Хобарта. – Тебя это раздражает?- Браун уже в открытую смотрел прямо в глаза мужчине, с открытой весёлой улыбкой.       Сбежать от Брауна подобным способом у лидера Пауков не удалось: мальчишка, поверив в себя и в очередной раз убедившись в собственной безнаказанности, уперевшись ногой в край стула, не дал ему далеко отъехать и, коротко подпрыгнув, тут же оказался на столе, зацепившись ногой за подлокотник, притягивая его обратно. – С каких пор ты такой наглый?- вопрос, конечно, риторический: Браун никогда не славился соблюдением субординации и уважением к чужому личному пространству, а с Мигелем, судя по всему, не собирался соблюдать это вообще. – С каких пор ты такой душный?- парень закинул руки мужчине на плечи, наклонившись к нему вплотную, сидя при этом на самом краю стола,- когда ты в последний раз отдыхал? – Не время для отдыха,- ответил О'Хара максимально холодным тоном, несмотря на то, как участилось его сердцебиение, когда он смотрел в тёмные, блестящие глаза Хоби, когда чужие тонкие тёплые пальцы гладили его по шее, когда приоткрывались чужие полные губы, изгибаясь в кокетлевой улыбке. – Тебе надо развлечься,- уверенно сказал Хоби, зарывшись пальцами в густые тёмные волосы Мигеля, прикоснувшись губами к его скуле. – Ты предлагаешь?- ладонь О'Хары легла на затылок юноши, мягко перебирая его жёсткие кудрявые волосы.       Браун опустил голову, уткнувшись мужчине в шею и вдыхая его запах. Запах пота, шампуня и табака, ставший уже частью Мигеля. Это не было чем-то особенным, но Хобарта тянуло и влекло к этому, как и к самому О'Харе в целом. Этот мужчина был слишком хорош, чтобы игнорировать его, и Хоби предпочитал бесить и выводить его из себя, чтобы обратить на себя как можно больше его внимания. Мне нравится когда ты злишься. Чëрт, это так по-панковски. – А ты согласен?- Мигель был слишком увлечëн чужими волосами, из-за чего он слишком поздно заметил, что Браун сидит уже не на столе, а у него на коленях, прижавшись к нему вплотную. – Браун, я тебе в отцы гожусь. – Я могу называть тебя "папочкой". – Если хочешь,- мужчина не мог не обнять его, прижимая к себе и уткнувшись ему в плечо. Это было слишком нестандартно что для него, что для Брауна. Мигель не хотел открываться кому-то, Хоби не хотел никому подчиняться. Но почему-то они это делали друг с другом.       Хобарт хрипло рассмеялся и отстранился, прижимая Мигеля за плечи к креслу. – Раз так, то... - парень наклонился к Мигелю вплотную, из-за чего их губы практически соприкасались,- ... Трахни меня, папочка.       Мужчина взял парня за подбородок, проведя большим пальцем по его пухлой нижней губе. – Какие грязные слова для такого красивого рта,- он усмехнулся, хитро прищурившись и аккуратно повернув голову Хоби сначала в одну сторону, а затем в другую, рассматривая его лицо. – Нравлюсь, да?- Браун оскалил зубы в дерзкой, нахальной улыбке, в его глазах сверкали откровенное веселье и возбуждение. – Нисколько,- вопреки его словам, Мигель поддался вперёд, оставив на губах Хоби лёгкий, мимолётный поцелуй, но Хобарт не собирался отпускать его так легко. – А ты мне очень,- юноша, сжав О'Хару за волосы, впился в его губы горячим, напористым поцелуем, не позволяя мужчине отстраниться. Впрочем, Мигель с лёгкостью мог бы оттолкнуть нахального мальчишку, но он этого не хотел, и с не меньшим энтузиазмом ответил на поцелуй, покусывая чужие губы и проникая языком в его рот, перехватывая инициативу на себя.       Когда воздух в лёгких начал кончаться, им пришлось отраниться друг от друга, тяжело дыша и смотря друг другу прямо в глаза. – Как ты хочешь?- спросил Мигель, мягко проведя рукой по спине панка, между острых лопаток, по пояснице и спускаясь ниже, положив ладонь ему на задницу. Хоби слегка выгнулся под прикосновением, поддавшись навстречу этой ласке. Из его горла вырвалось тихое мурлыканье. Не только от ласок, но из-за самого того факта что Мигель задал этот вопрос: О'Хара был очень тактичен и обходителен со своими партнёрами. Вернее, со своим партнёром. Браун не хотел думать о том, что кто-то другой может быть на его месте. – Как ты захочешь, мне всё равно,- парень тяжело дышал старшему мужчине на ухо, покусывая его за мочку уха и наслаждаясь тихими вздохами, которые сопровождали его действия.       Внезапно чужие пальцы на его заднице с силой сжались, заставив его вскрикнуть от неожиданности. – Встань,- неожиданно холодным, командным тоном произнёс Мигель, и юноша подчинился, вскочив на ноги. Испанец поднялся на ноги, другая его рука, до этого всё ещё держащая Хоби за лицо, опустилась на его шею, слегка сжав. В следующую секунду его развернули, грубо толкнув на стол и уткнув лицом в холодную столешницу. Он выгнул спину, прижавшись задом к паху Мигеля. Затем с него стащили джинсовку, отбросив в сторону. Следом за ней последовали и джинсы. В любой другой ситуации Браун бы возмутился, но это была всего лишь игра, в которую они оба играли с удовольствием.       Большие руки Мигеля блуждали по телу Хоби, сжимая и поглаживая, заставляя Хоби стонать и извиваться, царапая ногтями стол, но тут же его руки были заведены за спину, а запястья связаны крепкой, липкой паутиной, не позволяя освободиться. Браун ценил, когда Мигель пытался быть нежным с ним, но чёрт, как же он любил когда он проявлял свою силу. Это позволяло Хоби чувствовать себя в безопасности, позволяло отречься от жизни Человека-Паука на какое-то время. Позволяло ему отдохнуть от всего. Он мог выбрать любой другой способ отдохнуть и отвлечься, но он выбрал самый приятный.       Мигель провёл кончиками когтей по спине юноши, сначала мягко и игриво, просто дразня, а потом уже более настойчиво, разрывая когтями его костюм. Плевать, это можно восстановить.       Изо рта Хобарта вырвался томный вздох, и он неосознанно поëжился от ощущения холода на своей коже, но это чувство тут же было компенсировано россыпью поцелуев по его спине, в некоторых местах превращаясь в укусы. "От этого точно останутся следы" - подумал Хоби, но все мысли улетучились из его головы, когда нижняя часть его костюма была стянута вместе с бельём и по его заднице тут же прилетел звонкий шлепок. Затем ещё один. И ещё.Хоби вскрикнул, слабо дëрнувшись. Это должно было быть больно, но его тело реагировало довольно... Нестандартно. От каждого прикосновения и шлепка его член становился всё более твёрдым, требуя к себе внимания. И Мигель это заметил. – Нравится, да?- усмехнулся О'Хара, поглаживая ягодицу парня, с удовольствием отмечая про себя то, как тот дрожит под ним. – Да,- выдохнул Хоби, по-кошачьи выгнувшись и оглянувшись на Мигеля, глянув ему в глаза. Блеск чужих алых лисьих глаз сводил его с ума. О'Хара весь целиком и полностью сводил его с ума,- а я тебе нравлюсь? – Да,- мужчина улыбнулся, наклонившись и поцеловав Брауна в шею, втянув смуглую кожу в рот и оставив тёмный засос,- Me gustas tanto que quiero follarte ahora mismo.       Хобарт всхлипнул, уткнувшись лбом в стол. Он не знал почему, но почему-то его очень сильно возбуждало когда Мигель говорил по-испански. Его низкий бархатистый голос, дразнящий тон, его горячее дыхание, обжигающее кожу Хоби, жар его большого, крепкого тела сверху... Хоби был готов растаять как мороженое на солнце. – А можно по-английски?- усмехнулся Хобарт,- у меня двойка по испанскому. – С каждым днём всё больше и больше убеждаюсь, что тебя нужно наказать. – Да...- сладко протянул Браун и двинул бëдрами, потеревшись о стояк Мигеля,- накажи меня, папочка~       По мнению Мигеля следующий шлепок был уже не таким сильным, но всё равно от каждого действия Хоби поддавался к столу всё дальше, ударяясь челюстью о столешницу. Он чувствовал, как его кожа горит, как его член нестерпимо ноет и требует к себе внимания, а похотливое желание всё нарастает, не собираясь отступать. – Мигель... Мигель,- юноша оглянулся на О'Хару, судорожно кусая губы,- ... Ну... Трахни меня уже. – Ты забыл волшебное слово,- промурлыкал Мигель, целуя Хоби в шею и плечи и ласково поглаживая по заднице. И всё-таки ко всем можно найти подход, даже к такому неуправляемому парню как Хоби.       Хоби раздражëнно зарычал, наступив каблуком ботинка на ногу Мигеля, на что тут же получил ответ в виде змеиного шипения и острых зубов, впившихся в его плечо. Из горла Брауна вырвался короткий вскрик. – Мелкий сученыш,- ладонь Мигеля скользнула к паху юноши, с силой сжав твёрдый, истекающий предэякулятом член,- хочешь, чтобы я оставил тебя так? или чтобы я выставил тебя за дверь в таком виде? – Нет... Нет,- парень прекрасно знал, что Мигель этого не сделает, но всё равно решил ему подыграть, состроив при этом испуганное выражение лица,- простите меня... Сэр,- юноша, покусывая пухлую нижнюю губу, глядел на Мигеля горящим от вожделения взглядом из-под прикрытых глаз. Этих по-глупому тёмных, чарующих глаз с этими по-глупому длинными, пушистыми ресницами. Глаза, которые постоянно заставляют Мигеля что-то чувствовать. – Я всё ещё не услышал от тебя волшебное слово,- с напускной холодностью в голосе ответил О'Хара, слегка потянув Хоби связанные руки, притянув юношу к себе и дразняще проведя кончиком когтя по его горлу.       Хоби закрыл глаза, ощущая как острый коготь обводит его кадык, слегка надавив. Достаточно, чтобы это было ощутимо, но недостаточно чтобы это было больно. Скорее даже наоборот. – Пожалуйста,- прошептал Браун, облизав губы и тяжело сглотнув, почувствовав, как его горло внезапно пересохло. – Всё для тебя, принцесса,- мужчина мягко поцеловал Хоби в висок, потянувшись в ящик стола за смазкой.       Он вылил немного смазки на свои пальцы, растирая её между подушечек пальцев. Он и сам уже был на пределе, ткань костюма неприятно давила на твёрдый член, но он сдерживал себя, не желая причинить боль Хоби. В конце концов, он был очень обходителен со своими партнёрами. – Расслабься,- прошептал Мигель, покусывая мочку уха Брауна, пытаясь его успокоить, ибо парень, вздрогнув от холодной смазки и ощущения чужих пальцев внутри, инстинктивно слабо дëрнулся и зашипел.       Хоби издал несдержанный стон, когда пальцы Мигеля погладили его простату. – Ага,- усмехнулся О'Хара, разведя пальцы ножницами и согнув их, заставив Хоби заскулить и попытаться насадиться на чужие пальцы,- все панки так делают? – Практически,- выдохнул Хоби, чувствуя, как из груди рвётся очередной полувздох-полувскрик,- чёрт бы тебя побрал, О'Хара... – Я тебе это припомню,- фыркнул Мигель, спустив нижнюю часть костюма и обнажая твёрдый член. – Ну, давай уже,- Хоби зашипел, пытаясь прижаться к его члену, изнывая от желания и нетерпения. Порой Мигель слишком долго тянул, оттягивая основное действие. Иногда он мог очень долго ласкать Хоби, а потом просто уйти, оставив его самостоятельно разбираться со своей проблемой. "Ты большой мальчик, и должен сам уметь решать свои проблемы"- говорил он в такие моменты. И Хоби очень не хотелось бы, чтобы это был один из таких моментов. – Погоди,- Мигель тяжело вздохнул, натягивая презерватив,- ты куда-то торопишься? – Ага,- Хоби закатил глаза, с трудом подавляя в себе желание снова наступить О'Харе на ногу,- очень тороплюсь сесть на твой член.       Мигель хмыкнул, огладив стройные бёдра юноши и медленно толкаясь внутрь. Он закрыл глаза, шумно втянув воздух сквозь плотно сжатые зубы, вслушиваясь в низкий, протяжный стон Хоби. К одному постоянному партнёру быстро привыкаешь, но к Хоби было невозможно привыкнуть. – Блять,- Браун уткнулся лбом в стол, зажмурившись и зашипев. Мигель явно не компенсировал в этом вопросе, его член был большим, идеального размера в длину и ширину. Собственно, Мигеля по всем параметрам можно было описать этим словом: идеальный. Но, несмотря на его размер, больно не было, что удивительно. Удовольствие было в приоритете.       О'Хара, очевидно, в этот раз не считал нужным двигаться медленно и плавно, и потому практически сразу задал жёсткий, быстрый темп, и уже через полминуты кабинет наполнился громкими, протяжными стонами Хоби и более тихими и сдержанным стонами Мигеля, иногда переходящими в рычание. Все мысли мужчины были заняты исключительно самим процессом, но позже он мысленно благодарил всех мыслемых и немыслемых богов за звуконепронецаемые стены своего кабинета и за возможность наслаждаться стонами и криками своей пассии столько, сколько ему будет угодно. – Так... Хорошо... - Браун дрожал и извивался, поддаваясь бëдрами навстречу, а тонкая нить слюны стекала с его губ на гладкий стол, ибо он не мог даже сглотнуть, и позже он удивился, что вообще смог сказать хоть что-то, даже эти жалкие пару слов.       Пальцы Мигеля сжались на бедре Брауна, впиваясь в смуглую кожу острыми когтями, и он взял Хоби за связанные руки, рывком притягивая к себе и прижимая спиной к своей груди. Его преследовало желание впиться зубами в чужую плоть, что он и сделал. Его клыки вонзились в изгиб плеча Хобарта, заставив юношу завопить не только от удовольствия, но и от боли. По его коже стекла тонкая струйка крови. Мигель разжал зубы, проведя языком по месту укуса, слизывая капли крови. У Хоби был потрясающий вкус.       Рука О'Хары переместилась с бедра Хоби на его член, дроча ему в быстром и грубом темпе, а другая рука, которой он до этого удерживал связанные запястья Брауна, сжала его шею, вжимая его в стол.       Хоби почувствовал что приближается, бессознательно толкаясь в руку Мигеля и безостановочно выстанывая его имя. По его лицу текли слёзы, смешиваясь со слюной и стекая на стол. Руки юноши сжались в кулаки, впиваясь ногтями в ладони. "От этого точно останутся следы". Внезапно перед глазами парня всё потемнело, мышцы свело судорогой, и по его телу пронеслась волна удовольствия, говорящая о том, что он кончил, очевидно, испачкав чистый стол.       Мигель ускорил темп, выбивая из уже кончившего Брауна тихие поскуливания и постанывания. Мужчина наклонился к парню, потянув его за волосы, повернув его голову к себе и втягивая в грубый, порывистый поцелуй, кусая его губы и язык. Юноша застонал от чрезмерной стимуляции и собственной чувствительности, с готовостью отвечая на поцелуй. В такие моменты ему казалось, что он действительно влюблён в Мигеля, когда он целовал и трахал его. Но он никогда не признается в этом никому, даже самому себе.       Спустя несколько особо мощных толчков О'Хара кончил, издав низкий, гортанный стон и сжав до синяков чужие бёдра. Его сердце билось со скоростью света, дыхание участилось, а разум словно заволокло густым туманом. Таким же густым, как и волосы Хоби. Мужчина провëл ладонью по шее Хоби, зарываясь пальцами в его непослушные тëмные кудри, слегка оттягивая и сжимая. Ему нравились его волосы.       Мигель медленно вышел, стягивая заполненный презерватив и выкинув его в мусорное ведро под столом. Хоби тяжело вздохнул от чувства холода на его разгорячëнной коже и внезапной пустоты внутри. Он устал, его ноги подкашивались, и если бы он не опирался о стол, то точно бы упал. В следующее мгновение его обвили большие руки Мигеля, обнимая и прижимая к его широкой груди. О'Хара развернул парня лицом к себе, устало опустившись в кресло и усадив Хоби себе на колени, мягко поглаживая его по плечам и спине. Браун довольно улыбнулся и обнял мужчину за шею, уткнувшись ему в плечо.       В такие моменты им казалось, что они действительно влюблены друг в друга. Но они никогда никому не признаются в этом, даже самим себе. Даже друг другу.