Другие

Все начинает рушиться, когда появляются Другие. Быстрые, точные, опасные. От них мало что может спасти. Одиночка почти гарантированно обречен. Поэтому они – живые – сбиваются в толпы. И идут. Идут. Идут. С единственным желанием – оставаться живыми дальше. А для этого нужна еда. Именно она целью и становится. В новом мире добыть еду не так уж просто – одиночке почти невозможно. За это спасибо Другим. Даже один из них иногда способен перебить толпу. Те, с кем шел бок о бок, падают снова, и снова, и снова. День за днем. Как... костяшки домино? Он на секунду останавливается. Пытается вызвать в голове образ. Понять, насколько подходит… Но останавливаться нельзя. Он забывает, о чем думал – пытался думать – только что. И идет. Идет. Идет. Небо зеленое. Трава голубая. Их мир в порядке. Был бы в порядке. Если бы не Другие. Всегда громкие. Суетливые. Вечно что-то кричат и куда-то бегут. И бьют. Бьют. Бьют. Бьют тех, кто всего-то пытается выжить. Кто просто идет. Идет. Идет. Он не знает, что с ними не так – и не хочет знать. Из какой-то прошлой жизни прорывается память. Что-то о живых мертвецах. Кажется, Другие именно такие. Ожившие мертвецы, делающие мертвецами остальных. Рушащие мир, который без них был бы в порядке. Почему они не понимают? Почему они не слышат? Почему не прекратят бежать и не станут такими же, как живые? Но ему некогда думать. Ему нужно идти. Он слишком поздно замечает, что отбился от остальных. Перед ним – Другой. Только не громкий. Не суетливый. Просто застывший. Странно. Обычно они не такие. И лицо… Это радость или ужас? Отчаяние или ликование? Он не уверен, что знает значение этих слов. Когда-то, кажется, знал. А сейчас нужно просто идти. Только в этот момент он почему-то не идет. Странно. Странно. Странно. Странно. А затем появляется ещё один – вот этот кричит и бежит. Размахивает палкой. У них часто есть палки. Палки опасны. Палки бьют – и убивают. – Ты сдохнуть хочешь?! Какого хера здесь засты… И вдруг – тишина. В тишине оба Других замирают. Смотрят на него сверху вниз. Лица – то ли ужас, то ли счастье. Неважно. Легкая добыча. Добыча?.. – Это не он, – наконец говорит тот, второй, который только что бежал. – Это уже не твой друг. Тебе нужно… Да блядь, он чей-то мозг жрет прямо сейчас! Он не понимает, что значат слова. Ему нужно идти. Сильнее, чем идти, ему нужно есть. Точно. Сейчас он ест – потому не идет. А когда закончит… Здесь есть еще еда. Мир прост. Так почему Другие до сих пор не хотят понимать? – Черт! Не можешь сам прикончить его – это сделаю я! Еда заканчивается. Он смотрит вниз. На свои руки. Алое. Алое. Алое – на пальцах. Алое – на зеленом небе. Он поднимается – ноги трясутся. Мало ест? Наверное. Нужно это исправить. Напротив – тот, первый, который ни разу не пошевелится. Лицо – грусть? Нежность? Неважно. Еда. В теле – прилив сил. Он бросается вперёд. Бах. Он падает. Падает. Падает. Он – настоящий. Он – нормальный. Он – живой. Алое – на голубой траве. Рассвет? Закат? А что это? Перед глазами – лицо. Смирение? Облегчение? Вода на щеках – это что-то важное? Нет. Неважное. Палка – концом к его лбу. Важное – идти. Есть. Важное… Бах. …ничто.