Благословение небожителей/Изменённая китайская версия

Се Лянь перечислил кучу преимуществ, но у Хуа Чэна всегда было спокойное лицо, и, казалось, он этого не одобрял. Се Лянь мог только сказать: "Ты знаешь происхождение королевства Юнъань и королевства Сяньлэ. Я не собирался иметь ничего общего с королевством Юнъань. Именно из-за Лан Цяньцю я остался и стал советником". Хуа Чэн посмотрел на него и, наконец, спросил: "Почему?" Се Лянь сказал: "Как именно я попал в Юнъань советником, я думаю, что ты уже слышал об этой истории?". Хуа Чэн сказал: "Цветочные ветви избавляют от демонов". Се Лянь сказал: "Ты такой проницательный, но на самом деле принц был очень растерянный. Лан Цяньцю отправился в патруль помолиться о благословении и был спасен мной. Я повел его и нескольких стражников в направлении дворца. По дороге постоянно появлялись демоны. У Лан Цяньцю в то время было слабое здоровье, и он все время засыпал в повозке. Однажды я повалил повозку, он проснулся и вылез наружу, и когда увидел меня…начал плакать." Хуа Чэн молчал. Се Лянь улыбнулся и сказал: "В тот момент я подумал, что он плачет, потому что увидел мой убийственный взгляд. Потому что я был весь в крови, и держал голову в руке, поэтому, видя, что он плачет, у меня не было выбора, кроме как выбросить голову, чтобы успокоить его, но он все равно продолжил кричать. В тот момент, я уничтожал демонов что преследовали нас всю дорогу. У меня больше не было сил успокаивать ребенка, поэтому я чувствовал себя очень беспокойной и думал, что он очень избалованный. Даже я так много не плакал, когда был ребенком." Хуа Чэн приподнял уголки губ, и казалось, нечаянно сжал ярко-красную коралловую бусинку на конце косички и сказал: "Правда?" Се Лянь сказал: "Конечно! Я изначально хотел отдохнуть у этой повозки, но у меня не было другого выбора, кроме как уехать подальше, чтобы он не боялся. Неожиданно не успел я сделать и двух шагов, как вдруг он выпрыгнул и повис у меня на руке, спрашивая, не издеваются ли надо мной другие". Глаз Хуа Чэна слегка дрогнул. Се Лянь сказал: "Я очень удивлен, что сказал Его Высочество? Никто надо мной не издевался." Но он открыл глаза широко раскрыл их и спросил: "Почему никто не вылез, когда монстр только что появился, и только вы поднялись, чтобы противостоять ему?" Другие охранники тут же опустились на колени. Сцену было почти невозможно остановить, поэтому у меня хватило наглости сказать, что это потому, что я был самым сильным. Хуа Чэн сказал: "Где же здесь наглость? Это чистая правда. Также я уверен, что другие люди, должно быть, прятались за тобой, как мусор, ожидая, когда их спасут". Се Лянь на мгновение поперхнулся и сказал: " К этому нельзя так относиться. Большинство из этих людей имеют смертное тело и не могут видеть демонов. Выйти из повозки - значит просто умереть, поэтому я позволил им уделить приоритет защите Его Высочество наследного принца." После минутного молчания Хуа Чэн сказал: "Это несправедливо". Се Лянь посмотрел на него, внезапно улыбнулся и сказал: "Тоже самое, сказал и Лан Цяньцю. "Он сказал: "Но это так несправедливо. Никто не пострадал, только тебе было так больно!" - вздохнул он. "В тот момент я подумал… какой хороший мальчик. Позже он перевязал мою рану, рассказал о небесах и земле и о своем детском желании, сказал, что хочет поклоняться мне как учителю, научиться моим навыкам и вырасти, чтобы спасти обиженных духов Королевства Сяньлэ в старой столице. Все говорили, что я спас Его Высочество наследного принца, но я думаю, что это он спас меня." Хуа Чэн повернулся боком, не в силах ясно видеть. Се Лянь сказал: "Что с тобой не так? Извини, я сказал лишнего?" Хуа Чэн обернулся, выглядел как обычно, слегка улыбнулся: "Нет, продолжай. Я очень хочу услышать". Се Лянь подумал "куй железо, пока горячо" и сказал: "Итак, Градоначальник Хуа, ты хороший человек, так что отпусти его, он не будет тебе надоедать. Ты можешь снять с него это заклинание." Хуа Чэн уверенно сказал: "Я нехороший, и я не человек". Се Лянь не знал смеяться ему или плакать:"Ты..." Хуа Чэн: "Он поднял большой шум на моей территории, я просто слегка наказал его". Когда он сказал это, Се Лянь был слишком смущен, чтобы продолжать умолять, поэтому он мог только сказать: "Господин Хуа, я главный посланник, посетивший ваш Призрачный город, чтобы он ни сделал, это было сделано для того, чтобы помочь мне, и я не могу избежать вины. Я обещаю тебе все что угодно, можешь ли ты, пожалуйста, на этот раз отпустить его?" Хуа Чэн улыбнулся и сказал: "О? Обещаешь мне все что угодно?"