Ну все Грейнджер, ты попалась

      Драко Малфой:       Я долгое время не мог понять, как это распределяющая шляпа так ошиблась и отправила Грейнджер на Гриффиндор? Ведь её место на Когтевране. В ней нет той присущей всем гриффиндоркам смелости, огня, силы, уверенности. Она такая заучка, серая мышь, которая только и умеет, что учиться, лизать жопу преподам и следовать правилам. Грейнджер всегда такая скромная, серьёзная и примерная. Она казалась больше походила на мебель, чем на девушку, тем более с Гриффиндора. Нет, она слишком фригидная для такого факультета. Тут же в памяти всплыли образы жаркого секса с гриффиндорками — такими ненасытными и неугомонными, мятежницами, жаждавшими приключений. По сравнению с ними Гермиона оставалась в тени, выглядела непривлекательно и несексуально. Она явно не может привлекать мужчин, ну если только кто-то похожий на Узела на неё поведётся. Снова эти мысли прокрутились в моей голове, не давая мне покоя, пока я вел машину.       Мы ехали с Блейзом на одну из многочисленных вечеринок Тео. Нам пришлось прокатиться на машине — я немного умел водить, так что мы сели в чёрный BMW. Дороги были полупустыми, ветер приятно обдувал лицо, впервые за долгое время у меня было не самое плохое настроение. Мы ехали в тишине: слушать маггловские песни — прерогатива Тео. Увеличивая скорость, я быстро догнал белый Мерседес, из него лилась громкая музыка. Появилось сильное желание обогнать его. Вдавил педаль газа, сравнялся с этой тачкой — Забини только успел бросить взгляд в окно машины, как я обогнал её. Блейз повернулся ко мне:       — Там в Мерсе за рулём Грейнджер.       — Не может быть, тебе показалось, такие как она уже спят или тихо в спальне дрочат на учебник по заклинаниям, — ответил я ему. Или же она сосётся с этим Уизелом где-то в коридоре — подумал я, но не стал озвучивать эту мысль. Я схватил сильнее руль и сжал челюсть.       Я вижу в боковом зеркале, как Мерс пытается нас обогнать, начинаю петлять и ускоряюсь. Но ей всё же удаётся меня опередить, выехав на встречку. Я успеваю взглянуть в окно, на пассажирском сидении Джинни, она нам средние пальцы и прибавляет музыку.       — Гриффиндорская шлюха, — сказал я тихо.       Кто был за рулём я не успел заметить. Но кто бы это не был водил машину он хорошо. Мерс вскоре скрылся из виду, раз там была эта рыжеволосая стерва, то они точно едут к Тео. Вот она похожа на гриффиндорку, в ней есть этот запал, не то, что в этой зубрилке Грейнджер. Сучка редкостная эта Гермиона, вечно лезет в голову в самый неподходящий момент.       Меня взбесила до невозможности эта ситуация, я позволил обогнать себя каким-то девчонкам, тем более скорее всего из Гриффиндора. Я сильнее сжал руль и вдавил педаль газа, легко маневрируя между машинами. Хотел побыстрее доехать до дома Тео. Оставшуюся дорогу Блейз предпочёл молчать и лишь пару раз покосился на моё недовольное лицо. Он включил музыку, чтобы не начинать разговор.       Когда мы подъезжали к дому, я заметил этот же Мерседес, так и есть — Джинни мимо своего носа ни одну вечеринку не пропустит. Мы вышли из машины. Джинни, Пэнси и Гермиона стояли около белого Мерса. Что ещё раз? Гермиона? Взглядом я скользил по её телу, она была в очень облегающем и коротком красном платье, сразу было видно всю её фигуру, грудь призывно вываливалась из декольте, талия казалась невероятно тонкой, а бёдра соблазнительно округлыми. Что, блять? Ещё раз повтори о чём ты подумал, Драко? У заучки есть фигура? Однако как мне отрицать то, что видят мои глаза. Она привлекательная, и не просто красивая, а сексуальная. Чё, блять? Как грязнокровка может быть привлекательной? Как бы в подтверждение я почувствовал, что мой член привстал только от одного взгляда на неё. Хотелось прижать её к этой машине и руками изучать это сексуальное тело. Злость и раздражение на то, что меня обогнали тут же улетучились, и все мои мысли сосредоточились на Грейнджер.       — Любите погонять, девочки? — спросил Блейз.       — Грейнджер, ты тоже тут? Разве такие приличные девушки, как ты в это время не ложатся спать? — добавил я, снова проводя взглядом по её телу. Она казалась выше, ну да, бросил я взгляд вниз, она на каблуках. Чего, нахуй? Она умеет ходить на каблуках? Сегодня что день удивительных открытий? Я поднял взгляд снизу вверх, ей шли каблуки, ноги были стройными и соблазнительными.       Грейнджер закатила глаза, и они вместе с подругами ушли, мне оставалось только смотреть на её офигенную задницу в этом облегающем платье, я переглянулся с Забини.       — Охуенная у неё фигурка, оказывается. Да ладно, Драко, не отрицай это. — Блейз по-дружески похлопал меня по плечу. Что-то сильно укололо меня внутри от осознания, что не только я посчитал её сексуальной.       — Ну, может, совсем чуть-чуть, всё равно она остаётся Грейнджер — даже в этом платье и на этих каблуках.       Мы вошли в дом. Гермиона и Пэнси разговаривали с Тео. Они заметили нас, и снова эти недовольные взгляды. Я быстро нашёл нужный — её.       — Ну, куда ты убежала, Грейнджер? Или это ваша хвалёная гриффиндорская смелость себя показала? — спросил я.       Ухмыльнулся. Так хотелось её задеть. Хотелось, чтобы она разозлилась на меня и показала себя во всей красе. Я не мог оторвать взгляд от её карих глаз, раз за разом проходился по её телу, сердце начало стучать уже где-то в горле.       — Просто не хочу тратить своё время на двух дебилов! — Грейнджер строго на нас посмотрела, почти как Макгонагалл.       — Двух дебилов? А что, Поттер и Рон тоже приехали? Ну, зачем ты так о своих друзьях говоришь? — поинтересовался Блейз, он как всегда хорош в остротах.       Во взгляде Гермионы полыхнул огонь, тот самый, присущий гриффиндорцам. Неужели для этого нужно было всего лишь вывести её из себя? Мне было этого мало, хотелось больше жара в её взгляде. Её щёки слегка тронул румянец, тяжело было не признать, сегодня она выглядела великолепно, даже её пушистые волосы были уложены и завивались в красивые кудри. Я не удержался и снова опустил свой взгляд ниже, рассматривая её тело.       — Гермиона, как тебе не стыдно, это платье гораздо короче, чем полагается надевать приличным девушкам, что на это скажет твоя любимая Макгонагалл? — спросил я у неё, желая разозлить ещё сильнее, мне нравился этот огонь в глазах, как она сжимала свои маленькие ладони в кулаки, и хмурила брови.       — Она скажет, чтобы ты, Малфой, шёл на хуй со своими советами. — Гермиона буквально прошипела эти слова и сделала шаг ко мне. Ух ты, как она может злиться. Мой член уже сильно оттопырил ткань брюк, но в полутьме этого не было видно. Я начал заводиться, ну же Гермиона, сделай ещё один шаг ко мне, и я не выдержу и начну приставать к тебе прямо здесь.       — Оу, какой острый язычок, Грейнджер. Может это ты хочешь пойти на хуй, к примеру на мой? — усмехнулся, она хотела подойти ещё ближе, ну, давай же ещё один шаг, и меня не остановят даже твои подруги, но Пэнси удержала её и что-то прошептала на ухо. Опять эта ведьма, какого хера она во всё вмешивается?       Тео подошёл к нам. Я с трудом отвёл взгляд от Грейнджер и посмотрел на друга.       — Да отстаньте вы от них.       — Мы привезли ещё пять ящиков огневиски. — подмигнул ему Блейз, — они в багажнике.       — Оу, классно. А то я уже раскис, слишком много пригласил в этот раз людей.       Гермиона и Пэнси начали уходить. Я услышал как зазвонил чей-то телефон. И это был смартфон грязнокровки. Она зашла в туалет, чтобы ответить. Интересно, почему? От кого она прячется? Может её Уизел не отпускал сюда? Становится всё интересней. Тео с Блейзом пошли к машине, я же встал напротив двери в туалет. Слишком долго она там с кем-то разговаривала, парни уже успели принести алкоголь, и два раза позвали меня в зал. А я всё смотрел на дверь и представлял, что скажу Гермионе, когда она выйдет. Я хотел её снова разозлить, но она всё не выходила. Я постучал, решил её поторопить. Гермиона открыла дверь, в её глазах цвета молочного шоколада была легкая влага, как будто она только что плакала. Интересно, из-за чего? Что её расстроило? Или кто? Меня это напрягло.       Стоя так близко к ней, было заметно какая она маленькая, даже на этих каблуках гораздо меньше меня, с хрупким телосложением и соблазнительной фигуркой. Она смотрела на меня снизу вверх, мне нравилось в каком положении она оказалась: зажатая в коридоре. Можешь не храбриться Грейнджер, я же вижу какая ты слабая, ты ничего не сможешь сделать.       — Гриффиндорская заучка потерялась? — Снова я усмехнулся, не мог остановить взгляд, который гулял по её телу, изучая изгибы.       — Нет, Малфой, отвали, иди куда шёл! «Злая, кто же тебя разозлил?»       Что-то внутри меня укололо и появилось дикое желание, чтобы её злил только я, это моя привилегия — доводить Грейнджер до этого огня во взгляде. Её щеки слегка покраснели, она провела влажным языком по нижней губе, быстро и, видимо, случайно, но этого было достаточно, чтобы член начал требовать секса с ней, я еле себя сдерживал, чтобы тут же не прижать её к стене, нависая сверху и изучить её рот языком. В глазах Грейнджер ещё была влага, от этого они казались ещё огромнее, как у лани — большие и доверчивые.       Она направилась в сторону гостиной. Не так быстро — теперь я решаю когда тебя отпускать. Хотел её ещё задержать, а лучше сразу накинуться на неё. Присвистнул, она вздрогнула. Видно, нервничает. Что же случилось?       — Грейнджер, не ожидал, что ты стала похожей на девушку. Такая аппетитная попка у тебя.       Я обогнал её и преградил дорогу, опёрся рукой о стену, так, чтобы она не могла пройти, нависая над ней. Её попа и вправду была красивой, признался я себе, хотелось бы, чтобы эта грязнокровка была как раньше — уродливой. Некрасивой, чтобы она не возбуждала меня и не интересовала. Я снова скользнул взглядом по её телу, не удержавшись. Облизнул губы, но она этот жест проигнорировала.       — Так странно, ты оказалась такой сексуальной, особенно в этом в платье. Тебя если приодеть, глаз невозможно будет оторвать. А твой парень Уизел, ебёт всё, что движется, кроме тебя. Он даже не целует тебя при всех, только невинно держит за руку. Но, почему? Настолько «уважает», что не хочет? Или он хочет, но ты ему не даёшь? Меня давно мучают эти мысли. Почему ты вообще с ним? Явно не из-за внешности, не из-за денег, и относится он к тебе дерьмово. Так почему, Грейнджер? Неужели ты его так сильно любишь?       Глаза Гермионы выдают все её эмоции, и выглядят такими испуганными сейчас, как будто её резко окатили ведром холодной воды, и только сейчас она начала всё осознавать. Казалось, если прислушаться, было слышно, как шевелятся её мозги, быстро-быстро соображая. Неужели она об этом не знала и не догадывалась? Так лучше, пусть знает обо всём. Мне не нравилось, когда я видел её с Уизелом. Это вызывало раздражение и часто портило мне настроение. Её щёки сильно покраснели. Она всё ещё молчит, и смотрит на меня, мои глаза опускаются ниже на её тонкую шею и сильно выделяющиеся ключицы. Меня резко одолевает мысль провести по ним языком, так чтобы она начала извиваться подо мной. Внутри нарастало дикое желание — накинуться на неё и трахнуть прямо здесь, в коридоре.       — Мы больше не вместе, Малфой, так что не терзай свой маленький ум такими вопросами. Я понимаю, моя жизнь в разы интересней твоей, но следи за собой. А теперь, уйди с дороги, мне нужно пройти.       Мысль о том, что они расстались, как-то странно меня успокаивала. Как будто внутри кто-то одобрительно заурчал, как котёнок. Но я не собирался её так просто отпускать. Я видел, что она уже ссорилась с этим рыжим уёбком. И почему-то у меня появилось желание, чтобы эта ссора была последней, чтобы они больше не были вместе.       — Куда-то торопишься? Снова простить своего рыжего уродливого долбоёба? Я уверен, он уже ищет тебя, но перед этим трахнет, ещё одну легкодоступную девушку —настолько непотребную, что кинется только на него, — сказал я ей.              Реакция была мгновенной: её глаза сузились, в них блеснул огонь, она разозлилась. Она почти зашипела на меня, а мне на удивление это понравилось. Я ухмыльнулся ещё шире. Ну же, давай, Грейнджер, шагни ко мне, ударь, подпиши себе приговор.       — Малфой. Отъебись от моей личной жизни. Рон идёт нахуй, и ты тоже.       Нет, Грейнджер, я уже решил, что на хуй сегодня пойдёшь только ты и только на мой. Я тебя так просто не отпущу.       — Такая правильная и матерится, как тебе не стыдно?       — Проваливай, Малфой!       Она толкнула меня в плечо, но я даже не шелохнулся. Она такая маленькая и хрупкая, как она могла рассчитывать меня так просто оттолкнуть? Я приблизился к ней, взглядом прожигая лицо, хотел зажать её в угол и попробовать, наконец, на вкус её ядовитый язык. Когда я собирался произнести «не сегодня, детка», услышал, что меня позвал Блейз; я отвернулся и ушёл , бросив последний голодный взгляд на её тело. Ладно, грязнокровка, сейчас тебе повезло, но вечер ещё не закончился.       Блейз и Тео сидели на диване, который стоял у стены в этой огромной гостиной, там было темнее, и можно было наблюдать за всей этой большой комнатой, за всеми кто танцует, кто выпивает, кто подпирает стенки. Я сел рядом, Тео плеснул мне в бокал огневиски.       — Что ты сцепился там с грязнокровкой? — спросил он.       — Ты видел её сегодня? Я думал, как затащить её в постель, — ответил я ему. Мысль о ней уже целый час будоражат мой мозг. Я пересплю с ней и всё пройдёт, решил я про себя.       — Ну да, сегодня она хороша.       — Они расстались с Уизелом.       Не знаю зачем я это сказал, видимо чтобы ещё о ней поговорить. Смотрел на Гермиону и на то, как она один за другим выпила два бокала, почти залпом. Оу, полегче, у меня начало складываться ощущение, что я совсем не знаю Грейнджер. Она что-то горячо обсуждала с подругами и снова начала пить. Ещё бокал и ещё. Её напряжённое лицо постепенно расслаблялось. Гермиона вышла в центр зала, собираясь танцевать. Чего, блять? Грейнджер и танцует? Та самая деревянная заучка? Она двигалась в такт музыке, периодически поглаживая своё тело. Её подруги тоже присоединились, но мой взгляд снова и снова возвращался к ней. Она двигалась так уверенно, красиво и сексуально. Мой член снова привстал. Да, она горячее, чем я думал, промелькнула у меня мысль.       Я всё смотрел и смотрел на неё, впитывал в себя каждое её действие — как она виляла бедрами, как вместе с ней двигалась её грудь. Несмотря на высокие каблуки Гермиона плавно двигалась, веселилась и, как видно, забывалась. Я не обращал внимания на то, что обсуждали Тео и Блейз.       — Хана сегодня грязнокровке? А, Драко? — сказал Блейз.       — А? Что ты сказал? Я не услышал, — впервые за полчаса я оторвал свой взгляд от неё и посмотрел на друга.       — Хана сегодня грязнокровке? — Снова повторил свой вопрос Блейз. Я ухмыльнулся этим мыслям.       — Да, сегодня я с ней пересплю и не раз.       Я снова перевел взгляд на неё и напрягся. Рядом с ней начал танцевать какой-то парень. И она была не против этого, что-то говорила ему с улыбкой. Он явно подкатывал к ней свои яйца. Он попытался её приобнять, но Грейнджер его оттолкнула. Это немного расслабило меня. Но я прошёл взглядом по всему залу — не я один на неё смотрел так жадно. Многие парни уже облизывались на Грейнджер. Действительно, трудно было на это не смотреть. Она сейчас была воплощением огня — истинная гриффиндорка. Теперь понятно почему она на этом факультете, есть значит тёмная сторона Гермионы.       Своим взглядом я должен был уже прожечь в ней дыру, неужели она не замечает, как я смотрю на неё? Но, она действительно не смотрела на меня, ни разу, даже мельком. Её подруги уже не танцевали и не пили, сидели у барной стойкой и следили за ней. Явно они сегодня будут выполнять роли охранниц. Надо будет придумать как их обойти. И снова мой взгляд вернулся к Гермионе, она откуда-то взяла бутылку огневиски и пила с горла. Мои глаза от удивления стали больше. Что она вообще творит? Как ведёт себя? Как танцует?       — Я пойду танцевать, не могу больше смотреть, она так заводит. Драко, ты со мной? — Спросил Блейз.       — Да, я иду. Тео?       — Я к Пэнси, заодно отвлеку их, — он мне подмигнул.       Блейз первым подошёл к ней и начал рядом танцевать. Грейнджер без стеснения, увидев его начала двигаться в такт музыке — очень близко, почти терлась о него. Она положила руки ему на шею и продолжала танцевать. Когда я к ним подходил, она у него спрашивала:       — Блейз, а правда, что у всех темнокожих большой член? — На сколько же она пьяна, раз задаёт такие вопросы?       — Не только у темнокожих бывает большой член, — сказал я ей, снова с ухмылкой.       — Правда? — Показалось, что её это удивилось. Она уже не смотрела на Блейза и подошла ко мне ближе. Она танцевала рядом со мной.       — Да. Правда, Грейнджер, у некоторых даже больше, чем у темнокожих.       Я ей подмигнул, она повернулась ко мне спиной и танцевала совсем близко, почти касаясь, я сделал шаг вперёд, чтобы она и вправду тёрлась о меня. Она этого не ожидала и дёрнулась, но не остановилась танцевать. Мой вставший член упирался ей в ногу, казалось ей это нравится, ведь она специально раз пять потерлась о него попой. Мои руки уже жадно скользили по её телу, которое недавно я так жадно изучал глазами. По груди, ниже к талии и бёдрам. Её это совсем не смущало. От этого внутри разливалось какое-то тепло. Я её повернул к себе лицом, она посмотрела на мои губы тяжёлым взглядом. И уже через секунду сама впилась в меня поцелуем. Меня это слегка удивило, не ожидал, что Грейнджер сама так просто прыгнет мне в руки. Её губы были мягкими и теплыми, с хмельным вкусом, и отчаянно меня целовали. Мой член ещё сильнее напрягся в брюках, я не долго думая привлёк её к себе ещё ближе. Мой язык проник к ней в рот, углубляя этот поцелуй. Гермиона мне ответила практически сразу, касаясь своим языком моего. Одна её рука была на моём плече, а вторая зарылась в волосах и притягивала меня ближе. Да, она и сама очень сильно хочет секса, и, кажется, хочет меня. Если она так горяча, и так быстро возбуждается, тогда какого хуя Уизел ебёт других? Все его телки не шли ни в какое сравнение с ней, она была красивее, её тело сексуальней, Грейнджер напоминала пламя, и она опалила меня своим жаром. Ну вот и всё, Гермиона уже в моих руках. Тебе никуда не деться, грязнокровка, твой приговор подписан и сейчас начнет исполняться в жизнь. Одна рука с талии опускается ей на попу и сжимает, сквозь поцелуй она издаёт лёгкий стон. От этого звука у меня всё перевернулось в животе, я хотел слышать это снова и снова. Я прикусываю её нижнюю губу и слышу ещё один сдавленный стон. О да, Грейнджер, ты будешь сегодня стонать всю ночь напролёт. От этого казалось, что окружающий мир исчез, и мы остались совсем одни. Я и она, мои губы и её губы.       — ГРЕЙНДЖЕР! — больше похоже на рычание, чем на голос человека. Она с разочарованным стоном отлепилась от меня. В трёх метрах от неё стоял Рон, его за плечо держал Гарри. — Я ВСЁ ВИДЕЛ, ГРЕЙНДЖЕР, КАК ТЫ САМА ТЁРЛАСЬ О НЕГО И САМА ПОТЯНУЛАСЬ, ЧТОБЫ ПОЦЕЛОВАТЬ МАЛФОЯ. И ПОСЛЕ ЭТОГО ТЫ СМЕЕШЬ МНЕ ЧТО-ТО ПРЕДЪЯВЛЯТЬ ПО ПОВОДУ ИЗМЕНЫ? — Он орал на неё. Я хотел его заткнуть, запихнуть в его глотку обратно все его слова. «Смирись, она больше не твоя» — эта мысль доставляла мне какое-то садомазохистское удовольствие, ведь следом шла ещё одна, «она и не твоя, Драко». Только ясжал руки в кулаки и сделал шаг к нему, как услышал голос Гермионы:       — Пошел на хуй, Рон. Ты мне больше никто, отъебись со своими нравоучениями. Я свободна — с кем хочу, с тем и целуюсь, что хочу, то и делаю. Поздно ты начал играть ревнивого и заботливого парня. Катись туда откуда пришел. Как ты меня вообще нашёл?! Выметайся, я не хочу тебя видеть.       Гермиона ещё раз сделала несколько глотков из бутылки и снова начала танцевать и уже тереться о Пэнси, и походу та была не против, так ей заразительно улыбалась. И тут Гермиона привлекла Паркинсон, схватив за талию, и поцеловала, брюнетка недолго думая ответила ей на поцелуй, углубляя его. Пэнси опустила руки ей на попу, и сжала её. Я был в шоке, член в штанах от этого зрелища просто взвыл, требуя немедленного продолжения. Бросил один взгляд на Рона, он приблизился к ней, когда она танцевала, но когда она начала целоваться со своей подругой, замер и смотрел на неё во все глаза, как будто видит её впервые. Чего нахуй творит эта грязнокровка?       — Ммм, Герми, я каждый раз удивляюсь насколько у тебя классная попа, — сказала Пэнси, прервав их поцелуй. Гермиона облизала кончики своих пальцев, начиная с мизинца и заканчивая указательным, и скользнула ими в ложбинку груди. Мой взгляд последовал в сторону её груди, куда она так зазывала своей рукой.       — И не только попа, — Гермиона ей подмигнула.       И действительно сиськи там были что надо, охуенные, надо сказать. Хотелось снова на них опустить свои руки, а не только прожигать тяжелым взглядом. Ещё чуть-чуть и я не выдержу, схвачу её и утащу куда-нибудь. Член стоял колом и требовал насадить Грейнджер на себя. Мысли исчезли из моей головы, только она, её образ, её тело, секс с ней, фантазия рисует картины этого жаркого соития. «Думай! Драко, начинай думать, её просто так тебе не отдадут!» — заставлял я себя хоть как-то включить мозги. Грейнджер тем временем сама опустила руку на попу Паркинсон и начала сжимать её, а Пэнси начала мять её грудь и скользнула в лифчик. Они продолжили танцевать, периодически целуясь. К ним приблизилась Джинни.       — Вы опять начинаете без меня? — С деланной обидой проговорила она.       Нет. Нет, нет — этого просто не может быть! Не успел я ничего толком осознать, как Грейнджер уже притянула к себе Джинни и поцеловала её тоже в засос, Уизли не стесняясь, по хозяйски начала мять попу Гермионы и углубила поцелуй. Эта картина невероятно возбуждала, заставляя воображение рисовать больше. Грейнджер би? Или она лесби? А Рон это прикрытие? Но почему тогда она буквально пару минут назад с таким жаром и возбуждением целовала мои губы? Но кто бы она не была, я её безумно хочу. Пэнси танцевала рядом с ними. Грейнджер оторвалась от Джинни и, тяжело дыша, схватила рыжую за грудь, сжимая её.       — Если хоть что-то у Уизли большое, так это сиськи.       Гермиона тоже скользнула пальцами в лифчик, в поисках, видимо, соска. Джинни облизала губы. Они продолжали танцевать, прожигая друг друга взглядом. Гермиона слегка отдалилась от своей подруги, но держала её за ладонь и протянула руку Пэнси, и они направились в сторону лестницы, немного шатаясь на каблуках.       — Ты куда, Пэнси? — Спросил Тео, который тоже был ошарашен всем этим.       — Я украду у тебя её на один вечер, — сказала ему Гермиона, подмигивая.       — Только ты меня, Герми, заставляешь сомневаться в своей ориентации, — протянула Пэнси, целуя подругу в губы.       — Это что происходит не в первый раз? — снова спросил Тео нахмурившись, видимо перспектива остаться без своей девушки на ночь не очень-то его радовала.       — Ну да, если кто и способен увести меня от тебя, то это только Грейнджер. Она такое творит своим языком, — сказала ему в ответ Пэнси, облизывая губы. Я от этого комментария кажется разучился дышать. Мне тоже очень хотелось узнать, что конкретно Гермиона творит своим языком!       Они втроём направились в сторону лестницы и уже поднимались. Рон стоял столбом, открыл рот и не мог его закрыть — следил за ними взглядом. Смотри, смотри, уёбок, это всё что тебе остаётся. Нужно срочно что-то придумать, как её забрать у них.       — Я бы отдал 100 галлеонов, чтобы на это посмотреть, — сказал я, Блейз одобрительно хмыкнул, — и ещё 200, чтобы поучаствовать.       — Я тоже, — тихо сказал Забини, зачарованно смотря в след удаляющимся девушкам.