.’*🎀драбблы с зайчиками🎀*’.

Весеннее утро, каникулы. Совсем недавно стал сходить снег, оставляя за собой юркие ручейки и белоснежные цветы — подснежники, усеивая ими любой, даже самый маленький удобный уголочек земли. Всюду щебечут птицы, заполняя пространство своими звонкими, и как сами ручейки журчащими голосами. Людей на улице стало несколько больше, нежели ранее. Наконец земли коснулось тепло, помогая природе очиститься от снега и всевозможной грязи, чтобы дать вырасти новой, высокой и пушистой траве, дать ожить тем цветам, что дарили воздуху приятные ароматы, абсолютно всевозможные. Перед нами не большой, но уютный домик, огражденный решетчатым заборчиком. Во дворе можно увидеть скромную беседочку, вокруг которой летом обычно красуются собою цветы, но сейчас там лишь остатки снега и еще неожившая трава. Из окна светлого домика показывается женская, хрупкая, да и к тому же невысокая фигурка, старательно поливающая цветы, расположенные на подоконниках. Вдруг, слышится испуганный ‘ой’ той же фигурки. Через окно прорывается крепкая, крупная рука, держащая неряшливый, но довольно милый букетик первых подснежников. —Подскажите, не здесь ли Т/и проживает?? Девушка выдыхает. Голос оказался ей знакомым, как никакой иной. Ромочка, её любимый, её прекраснейший Ромочка. Она, облокачиваясь на подоконник, подпрыгивает. —Тише ты! Что ты здесь делаешь? - серьезно шипит девушка, пусть по глазам и видно, что та безумно рада такому визиту. И ведь естественно, кто может быть не рад увидеть с утра пораньше мальчика с цветами, который так старательно за тобой ухаживает, даже не подозревая, что уже любим своим объектом очарования. —Я? -недовольно, чуть протягивая спрашивает Пятифан - Гулять тебя звать пришел, не соизволишь? Он говорил настойчиво, отчасти серьезно, но, всё же, нотка веселья и задора в голосе ощущалась. Вздохнув, девушка соглашается. —Цветы-то хоть возьми, женщина! Нелегко я их для тебя раздобыл. Осторожно, чуть касаясь рук юноши, девушка принимает подарок, и, искренне улыбнувшись, скрывается за окном. Эта улыбка, которой она наделяет Рому так редко, пробрала того до самых костей, заставив нелепо улыбнуться, оголяя все передние зубы. Вернемся к девушке. Лишь скрывшись за окном, она, словно маленький ребенок начинает прыгать, радостно хлопая в ладоши, но, осознавая, что юноша мог всё услышать резко останавливается. Быстро набирая в прозрачный стакан воды и погружая туда свой ‘весенний подарок’, она бежит в свою комнату; надевает свитер потеплее, также теплые штаны, и поверх всего этого вязаную жилетку; делает вид по серьезнее, затем покидает дом. Моментально она встречается взглядом с юношей. —Ну, куда изволишь меня отвести?? - спрашивает она, лукаво улыбаясь. —Сейчас всё увидишь. - отвечает он, направляясь вперед. Попутно, девушка выслушивала различные рассказы о стрелках, о том, как круто Рома кому-то вмазал, о том, что он вместе с Бяшей вытворял в школе, и обо всем том, что могло быть характерно для Пятифана. Но сейчас девушка не могла вслушаться в суть его слов. Она смотрит на его лицо. Она чувствует все тепло и увлеченность его светлых, красивых глаз, она чувствует всю нежность его губ, уголки которых так и норовят тянуться вверх, озаряя ‘его даму’ своей улыбкой, она практически тонет в его низком, порою устрашающем, но таком любимом голосе. Порою и она способна увлечься в своем монологе, в то время как Пятифанов точно также увлекается ею. Его завораживают ее чуть прищуренные от искренней улыбки светлые глазки, его увлекает за собою запах ее шелковистых, сверкающих на любом потоке света волос, его так и манит за собою приятный голосок. Иногда они идут и просто молчат. Но это совершенно не означает, что они не общаются. Они общаются чувствами. Каждый из них ощущает каждую, даже самую маленькую нотку эмоций, которые испытывает или девушка, или сам юноша. Порой это тоже служит им общением. Общением чувств. Но вот, шатен хватает её за рукав. —Погоди-ка. Ничего не слышала? Она округляет глаза. —Нет.. А что? Вдруг из-за деревьев выскакивает темный силуэт. Черное пальто, того же цвета штаны, ботинки и перчатки, и капюшон, натянутый на лицо так, что его и вовсе не видно. От неожиданности она вздрогнула, инстинктивно схватившись за рукав Ромы. —Что тебе нужно ? - серьезно, и в то же время грозно спрашивает Пятифанов. —Какая девушка с тобой красивая, - шипящим, тихим голосом говорить незнакомец - может познакомишь, на? У Ромки задергался глаз. Или тот слишком вжился в роль, или из-за проскочившего ‘на’ . Девушка моментально натянула улыбку на свое светлое личико. —Вот уж не думала, Бяша, что ты бандитствуешь ! Затем она залилась звонким смехом. Рома вроде хотел действительно отмудохать товарища, но, увлекшийся смехом девушки улыбнулся, как идиот. Бяша снимает капюшон, глядя на товарища и его ‘подружку’ удивленно. —Че, не удалось наше героическое спасение, на? - прошипелявил тот. —Приложу в следующий раз тебя, мудака - говорит тот, улыбаясь. Но легкий смешок юноши резко приглушился коротким, но нежным поцелуйчиком бархатных губ. После ‘отходняка’ от ступора, Рома прогоняет товарища одним лишь движением руки, и тот, понимая, быстро удаляется. Шатен поворачивается в сторону дамы с серъёзным видом , чего та отчасти испугалась. —Что это было?? - спрашивает тот. — Прости. Я думала ты не разоз- Фраза прервалась. Юноша подхватывает её мощными, чем-то оцарапанными и побитыми руками , заключая в объятиях, погружая в неумелый, но такой душевный и приятный поцелуй. Она берет его за щеки обеими руками, параллельно улыбаясь, не прекращая целовать любимые, такие долгожданные губки. Расцвела весна, а вместе с ней они и их чувства.