Элитная Школа "Тейват"

«Гнев убивает разум, заставляя тело стать своей марионеткой»

В главе

      Должно быть, ему и вправду хорошенько прочистили мозги, думала Люмин, глядя на то, как на лице блондина медленно появляется подлая ухмылка, не предвещающая ничего хорошего лично для неё.       — Итэр… — это имя Люмин произнесла медленно, почти что по буквам, словно ощущая, что есть еще какой-то неведомый вкус у этого слова. Какой-то горький, отвратительный, от которого сильно хочется пить, будто ты провел около колодца несколько недель, не имея сил дотянутся до ведра, наполненного до отказа. Её брат невольно содрогнулся, в глазах пролетело подобие стыда… девушка простояла несколько мгновений. Ветерок из открытого окна трепал по голове, шептал, что сейчас самое время уходить, пока не поздно…       Люмин ни в коем случае не винила своего брата в том, что могло произойти дальше, и что уже произошло. Она слишком любила его. Помнила таким, каким он был в загороде. Добрый, веселый заводила — просто не верилось в то, что человек может так сильно измениться всего за год. Девушка медленно развернулась и зашагал прочь под насмешки своего бывшего друга и товарища.       Через несколько недель Люмин смирилась с этими постоянными нападками, но всегда отвечала что-то колкое, лишь бы не молчать в ответ на оскорбления. Под покровом учёбы время текло быстро и не давало сосредоточиться на отдыхе, то подбрасывая адреналина в кровь, а то заставляя чувствовать себя изматывающе настолько, что хоть прямо здесь ложись и помирай.       Первым по расписанию в пятницу у десятого «М» шло Природоведение, что не могло не радовать Люмин. Зайдя в класс, она вдохнула уже привычный запах свежих, только политых листьев. На учительском стола, необычайно низком, занимал довольно много места аквариум с разного рода живностью от золотых рыбок до морских звездочек и улиток. Весь класс был оформлен в зеленых тонах, в каждом уголке класса примостилось одинокое растение, а подоконники ломились от цветочных горшков. Нахида, низкая девушка средних лет, с пушистыми бело-зелеными волосами, казалось, жить не могла без них. Она вела предмет интересно, затягивая в свою речь, как Морфей затягивает в свое царство ночью — медленно, но верно. Девушка никогда не обращала внимание на учеников, предпочитавших телефон её речам, потому что таких попросту не было. Ну, не считая десятого «С».       Нахида уже сидела в своем учительском кресле, когда начался урок — в отличие от Венти, она была довольно пунктуальной, хоть учительнице и не были чужды опоздания. Не дожидаясь никого, девушка начала свою речь о каких-то растениях, животных, их строении и признаках. Весь урок пролетел незаметно, а звонок по сравнению с тихим, нежным голосом Нахиды был оглушающим и неприятным. Встав с насиженного места, разминаясь по пути к двери и весело болтая с Лизой, Люмин вышла из класса и направилась к месту проведения следующего урока — Этики, которую вел вечно опаздывающий и пьющий Венти. Иронично.       После этого урока, прошедшего, так сказать, как обычно, Люмин, уже уставшая, плелась к столовой в своей новой компании, в которую входили только Беннет и Лиза. С белыми волосами, футболкой не по размеру и шортами, паренек был неуклюжий, весь какой-то сбивчивый и с пластырем на носу — по словам Лизы, вечный атрибут Беннета, который не меняется из года в год. Компания весело болтала, а девушки то и дело поднимали беловолосого на ноги, когда тот в очередной раз спотыкался на ровном месте. И тут пришла очередь Люмин споткнутся — на одинокой, непонятно откуда взявшейся скамейке сидели её брат с той блондинкой, имя которой девушке было неизвестно до сих пор. И ладно бы просто сидели — тогда она бы прошла мимо, даже не обратив на это внимания. Они прильнули друг к другу губами, и смотреть на это было… мерзко, мягко говоря — учитывая то, что есть гораздо более подходящие для поцелуев места, чем скамеечка в коридоре школы.       Девушка от увиденного споткнулась, прямо как Беннет минутой ранее, и упала бы, разбив нос, а может и всю голову, если бы не сам беловолосый паренек — тот подхватил Люмин, но и сам не избежал её участи… неудача воистину ставила ему капкан на каждом шагу… Лиза попыталась как-то поймать двоих сразу, но получилось у неё плохо — в итоге все трое лежали на полу, а все кому не лень хихикали над этим происшествием. Люмин, не мешкаясь, вскочила и как ошпаренная кинулась к парочке, все ещё целующейся на скамейке, а потому осталась незамеченной. Она уже раскрыла рот для грандиознейшего скандала насчет того, с кем связался её брат, но это пришлось отложить — звонок дал о себе знать в самое неудачное время, да и друзья уже подбежали, чтобы оттащить рассвирипевшую девушку, твердя, что это не её дело, с чем она была совершенно не согласна, а Беннет своими жалобами на то, что это все из-за его неудачливости, делал только хуже. На вопрос об имени той блондинки, Лиза тихо ответила: — Синьора. Та еще заноза в заднице. Мне жаль. — она нежно взяла Люмин за руку и повела в кабинет, а Беннет медленно плелся сзади, не зная, как поступать в такой ситуации.       Следующие сорок пять минут предстояло провести с миссис Царицей — у них с Люмин с самого начала не заладились отношения, но об этом чуть попозже. Урок точных наук (который вела именно она) лишь подлил воды в и без того полную чашу терпения. Благо, это было последнее «испытание» на сегодня, и можно было пойти отдохнуть на кровати, позалипать в телефон, в потолок или поболтать с соседками.       Люмин медленно поднималась по лестнице на пятый этаж школы, в общежитие. Её устроили в комнатушку с Сахарозой и Синь Янь — та часто мешала девушкам сосредоточиться на домашке своим трыньканьем на гитаре, хотя отрицать то, что у Синь был талант было бы глупо. Люмин предпочитала делать уроки в пустом конференц-зале и лишь потом возвращаться в общежитие для тяжело дававшегося ей отдыха, но сейчас ей просто необходимо было полежать отдохнуть, а уроки могли подождать.       Соседки Люмин хорошо ладили между собой, несмотря на прямо противоположные характеры и увлечения — если Сахароза обожала всякие эксперименты, из-за чего всегда приходилось держать окно открытым, то Синь Янь любила все, связанное с гитарами и рок-н-роллом, но только не с учёбой. Первая одевалась в пастельные тона и была очень тихой, никуда не торопилась и её частенько можно было увидеть за книжкой с заправленными в хвостик светло-розовыми волосами. Синь Янь была неразлучна со своей гитарой (и с двойками в дневнике), часто напевала что-то под нос и трясла в такт своей головой с двумя огненными пучками на фоне темно-коричневых волос, которые хозяйка то и дело запрявляла за ухо. Обе очень тепло приняли новую соседку, а рокерша даже сразу придумала песенку с аккомпониментом на гитаре, посвященную Люмин.       Поднявшись до конца, Люмин поздоровалась с Лизой, проходившей мимо, отметилась в планшете и пошла вглубь длинного коридора — её комната находилась чуть ли не в конце. Какой-то едва различимый силуэт сидел на окне, болтая ногами, но придавать этому значения девушка не стала.       Блондинка уже почти дошла до своей комнаты, как путь ей преградил тот самый силуэт — оказалось, это рыжеволосый паренек из десятого «С», который не жалел колкого словечка в её сторону. Девушка в ступоре остановилась, не понимая, что тому от неё надо. — Хэй, да это же наша маленькая неудачница… — ухмылка на его лице становилась все шире, а коридор все уже, теснее… он слишком пустой… — ха-ха, чего сжалась вся? Меня, кстати, зовут Тарталья. — Рыжеволосый буквально навис над ней… спустя несколько секунд, так и не дождавшись ответа, он щелкнул пальцем прямо над ухом Люмин, и это будто послужило последней каплей…       Гнев убивает разум, заставляя тело стать своей марионеткой — руки, вспотевшие от напряжения, сжимаются в кулаки… челюсть скрипит от еле сдерживаемого желания врезать… а может, сдерживаться не стоит? Тело, привязанное ниточками, пляшет под умелымыми пальцами лучшего кукловода театра эмоций… замах. Удар. Замах. Удар. В этом нет ничего сложного, главное не давать своему сопернику передышки. Не давать слабины ни на секунду.       Ах да, ну и важнее этого в драке двух школьников разве что остаться незамеченными персоналом школы.       — … Люмин?.. — Венти неверяще протер глаза. Кажется, сначала он подумал, что это галлюцинации и последствия недавно выпитого им крепенького вина, но, убедившись в обратном, цокнул языком и вздохнул — Вы, оба! Вы вообще слушаете на моих уроках? Помните хоть, какой предмет я веду? Нет? Я вам, черт возьми, напомню — этику! Вставайте, мы идем к заместителю директора.       Люмин медленно поднялась. Доигралась. Чёрт. Струйка крови стекала по щеке, небольшой клок волос был вырван и валялся на полу, а на лбу красовался фингал, уже успевший окраситься в темно-лиловый. Тарталья, который был уже на ногах, выглядел не лучше — белая рубашка, штаны были в крови, которая даже сейчас не переставала течь из подбитого носа, плечо было помято, а глаз заплыл.       По пути к кабинету заместителя Венти не переставал читать нотации на тему «Какжеплоховысебявели» (не исправлять, так надо!), которые оба ученика успешно пропустили мимо ушей.       Но вот их маленькое «путешествие» подошло к концу около красивой двери с резьбой по краям и серебряной табличкой, надпись на которой гласила:

Мисс Паймон

Заместитель директора

      Венти дал Люмин и Тарталье непонятно откуда взявшиеся салфетки, чтобы те стерли с лица хоть малую часть крови, и постучался в дверь. Ответом ему стало короткое «войдите». Учитель открыл дверь.