Спорим?

Как назло, день был невероятно солнечным и красивым. Ласковый ветер колыхал листья деревьев за окнами, а яркие лучи солнца проникали в коридор больницы, освещая унылое помещение. Однако настроения тех, кто сидел здесь в ожидании, от погоды не зависели. Друзья Феликса и его мама, все они словно были охвачены тягучим чувством тревоги, и их лица говорили о том, что они переживали страшные минуты. Их сердца сжимались от волнений, а мысли постоянно возвращались к самому ужасному сценарию. — Боже, какая я дура! Это всё я виновата! — в отчаянии воскликнула Рюджин, ее голос дрожал, а слёзы катились по щекам. — Ему нельзя было волноваться! — Рюджин, успокойся, всё будет хорошо! Ты не виновата! — лицо Чана исказилось от гнева, пытался успокоить её. — Виноват этот мерзавец Хван! Он даже не пришёл! Даже не удосужился узнать, что с Феликсом! Он не человек! — Рюджин, правда, успокойся, мы с тобой! — Минхо вытирал слёзы, его глаза были полны боли и тревоги. — А ему вообще кто-то говорил что с Феликсом? — Я написал ему пять минут назад. — Джисон, всегда спокойный и рассудительный, пытался расслабить напряжённую атмосферу. Он мягко погладил Чана по спине, чтобы тот успокоился. — Пусть только попробует прийти или не прийти. Я его смазливую рожу в любом случае размажу по стене! — никак не унимался Крис. Прошло совсем немного времени, и вот к больнице подъехала машина Хёнджина. Чан моментально заметил её. — Предупреждаю, я за себя не отвечаю! — процедил сквозь зубы он. — Он заплатит за то, что сделал. — Что с Феликсом?! Что произошло?! — ворвался в коридор Хван, глаза его были полны паники. Чан уже готов был наброситься на него, но мама его удержала. Она крепко схватила его за руку, не давая совершить необдуманный поступок. Но вот Рюджин, не сдержавшись, подошла к Хвану и, не говоря ни слова, мощно вмазала ему сильную пощечину. Звук удара был глухим, но он не сравним с тем эмоциональным взрывом, который последовал сразу после этого. — Ты нормальный?! Ты так рассказывал как любишь его, и так заботился о нем, а потом сосешься с каким-то двадцатилетним чуваком пока Ликс в больнице, из-за тебя у него снова разрыв сердца и он скорее всего умрет, а ты приезжаешь, и ещё смеешь спрашивать что случилось?! Ты подонок, Хван Хёнджин! Настоящий подонок! — Что?! Снова разрыв сердца?! — на лице Хёнджина отразилась истинная боль. Его глаза мгновенно покраснели, и он, потрясённый, прикрыл лицо руками. — Нет…

***

Дверь палаты резко открылась, и в коридор вышел Доктор Ким, его лицо было усталым, но серьезным. Он подошел к друзьям Феликса и выжидательно остановился перед ними. — Мы сделали всё, что могли, — сказал он с тяжёлым выражением на лице. — Теперь всё зависит только от Феликса и его желания жить. Всё в его руках. Хёнджин, не вытерпев, бросился в сторону палаты. Он оттолкнул Доктора Кима, который пытался его удержать, и ворвался внутрь. Его взгляд был полон паники и безумной тревоги, а сердце готово было вырваться из груди. Он присел у постели Феликса, беря его маленькую руку в свои. Лицо Хвана было искажено болью, его глаза были полны слёз, которые бесконтрольно катились по щекам. — Ликси... Цыпленок мой... — прошептал он, едва сдерживая рыдания, которые, казалось, рвались наружу. — Пожалуйста, открой глаза. Пожалуйста, не оставляй меня! Он прижал его ладонь к своей щеке, стараясь как-то чувствовать его тепло, но Феликс оставался таким же бледным и безжизненным. Хёнджин сглотнул, его голос стал чуть громче, но от этого не стал менее болезненным. — Я бы отдал всё, чтобы увидеть твою улыбку ещё хотя бы раз… Ту твою солнечную улыбку, с которой ты всегда так ярко освещал мои дни. Чтобы ещё хотя бы раз провести тебя домой под дождём, под своим зонтом, смеясь над тем, как ты снова шлёпнулся в лужу как маленькая неуклюжка… Чтобы сказать тебе, как я люблю тебя, и увидеть, как твои веснушчатые щёчки краснеют от смущения... Я так сильно тебя люблю, Ликс. Пожалуйста, не уходи. Не оставляй меня. Я не могу без тебя. Внезапно, среди тишины и напряжения, кардиомонитор издал пронзительный, душераздирающий сигнал. Экран показывал зловещий нуль. Это был момент, которого все боялись. — Доктор Ким! — крикнул Хёнджин, его голос был полон страха и отчаяния, он схватил Доктора за рукав, глаза горели паникой. — Он умирает! Сделайте что-нибудь! Не оставляйте его! Пожалуйста! — Хван, немедленно покиньте палату! — прогремел его голос, жесткий и строгий. — Остановка сердца! Хёнджин не мог поверить в то, что происходило. Он сжимал руки Феликса так сильно, как будто надеялся, что его прикосновения смогут вернуть его, что всё это — не более чем страшный кошмар. Но реальность была безжалостной. Хван отшатнулся, стоя у дверей, его душа разрывалась, а его мысли были в полном хаосе. Он не мог поверить, что всё это происходит с ним. С ними. С Феликсом. Весь мир казался пустым и холодным, словно потерявшим всякое значение.

***

Прошло несколько часов, и наконец дверь палаты снова открылась. В коридор вышел Доктор Ким, его лицо было мрачным и уставшим, как если бы он вынул всю свою душу за эти несколько часов. Все, кто ждал, с замиранием сердца обратили внимание на его выражение лица. Они уже знали, что что-то не так, но никто не осмеливался спросить первым. Только Чан и Хёнджин, не в силах больше выносить молчание, подошли к врачу. — Ну что? — почти в один голос спросили они, их голоса звучали одновременно тревожно и с надеждой. Доктор Ким помрачнел еще сильнее, и его глаза наполнились печалью. Он сделал глубокий вдох, прежде чем заговорить. — Он… я не… — его голос дрожал, как будто каждое слово давалось ему с трудом. Он не мог выговорить то, что все боялись услышать. — Простите, я не смог... Я не смог его спасти... В этот момент помощник, выбежав из операционной, с тревогой и восторгом в голосе воскликнул: — Доктор Ким, он открыл глаза! Он живой! Никто не стал раздумывать, можно ли сейчас заходить в палату. Все, словно на одном дыхании, кинулись туда, едва не сбив врача с ног. — Феликс, боже, мы так рады, что ты жив! — воскликнул Хёнджин, его голос был полон счастья и облегчения. — Простите, что заставил вас так волноваться, — слабым голосом ответил Феликс, пытаясь улыбнуться, хотя его силы были на исходе. — Господи, солнышко, я чуть инфаркт не схватила, — заплакала мама Феликса от счастья, её слёзы были искренними и тёплыми. — Ты не представляешь, как я переживала. — Цыпленок мой, как я переживал! Я думал, с ума сойду! — Хёнджин поцеловал косточки пальцев Феликса, едва сдерживая слёзы. Его сердце наконец-то начало успокаиваться. — Охотно верится, — Феликс выдернул руку из ладони Хёнджина. — Феликс, как по мне, вам нужно поговорить. Я вообще запутался, что между вами произошло, но одно я могу сказать точно, — сказал Джисон, его глаза были искренне обеспокоены. — Хёнджин переживал, и очень сильно. Он сидел у твоей кровати, рыдал, как сумасшедший, и умолял, чтобы ты не уходил. Он говорил, как сильно тебя любит. В таком состоянии я его ещё не видел за все наши шесть лет дружбы. Феликс удивлённо округлил глаза и замер. — Что? — только и смог выдавить из себя. — Так, выходим все, дайте им поговорить, — сказала Рюджин, не дав остальным шанса вмешаться. Она осторожно выталкивала всех за дверь, оставляя пару наедине. — Так… — начал Хёнджин, его лицо стало серьёзным. — Что у тебя с Чанбином? Феликс в замешательстве посмотрел на него и, наконец, ответил. — Ничего! Я пытался тебе это сказать, но ты не слушал! Он ко мне пришёл, начал плакать, говорить, что так боялся меня потерять… А потом, ни с того, ни с сего, взял и поцеловал меня! И в этот момент ты и зашёл. — Что... О боже, прости меня. Что я наделал! — Хёнджин схватился за голову. — Я уже столько всего себе напридумывал… Прости, пожалуйста. Феликс слегка улыбнулся, но его взгляд оставался серьёзным. — А теперь у меня вопрос к тебе. — он посерьёзнел, его глаза немного потемнели. — Я знаю, что ты поспорил на меня, и я подумал, что ты меня не любил. Эта догадка подтвердилась, когда мне позвонила Рюджин и сказала, что все видели тебя с Чимином… как пару. А сейчас я вообще ничего не понимаю. — Прости, я просто с последними событиями не успел тебе сказать про этот спор. Я действительно любил и люблю тебя, — Хёнджин заговорил тихо, его голос был полон искренности. — С Чанбином, как ты знаешь, мы давно не ладим. Он заметил мои чувства к тебе, и, зная твой характер, подумал, что это никогда не будет взаимно. Он всегда ищет способ меня подколоть, позлить, так что он решил взять меня на слабо. Я согласился, потому что и без спора хотел бы начать отношения с тобой. А насчёт Чимина… Когда я увидел тебя с Чанбином, я был настолько зол, что позвонил ему и сказал, что хочу вернуть отношения. Но как только я получил сообщение о том, что тебе снова делают операцию, вся злость ушла, и я честно сказал Чимину, что люблю тебя. Вернул отношения только из ревности, чтобы ты почувствовал то же самое, наверное. Боже, это было так тупо, и из-за меня ты чуть не умер… Поэтому если ты больше не захочешь меня видеть, я пойму... Феликс немного привстал на локтях, притянул к себе голову Хёнджина и поцеловал его, искренне, как никогда раньше. — Больше тебя никогда не видеть? Ты издеваешься? Я тогда точно сдохну, — сказал он, слабо улыбаясь. — Я люблю тебя, Хван Хёнджин. И снова, не дав ему сказать ни слова, Феликс притянул его к себе в поцелуй. Хёнджин оказался на кровати, нависая над Феликсом, осторожно, чтобы не причинить ему боль, ведь тот только что перенёс операцию. — Так, стоп-стоп-стоп! Ану рассосались! — в комнату ворвался Чан, его лицо было недовольным и строгим. — Будете заниматься такими делами, когда Феликс выйдет из больницы! И вообще, вы должны были просто поговорить, а не вот это вот… О, боже, Феликс, тебя нельзя ни на секунду оставить!

***

Прошло полтора месяца, и вот, наконец, Феликса выписывали из больницы. Это был день, которого все ждали с нетерпением и тревогой, но теперь на смену всем этим чувствам пришло настоящее облегчение. Феликс был готов вернуться домой, а значит, жизнь снова начнёт наполняться радостями. Друзья решили устроить для него вечеринку-сюрприз. Все было готово — украшения, еда, напитки, и конечно же, атмосфера любви и заботы. Хёнджин приехал в больницу, чтобы забрать своего парня. Он был в хорошем настроении, его сердце переполняли эмоции, ведь скоро они смогут провести время вдвоем, в уютной атмосфере дома. Когда он зашел в палату, его лицо озарила улыбка. — Приветик, цыпленок, — мягко произнес Хёнджин, подходя к Феликсу и нежно целуя его в губы. Эти маленькие моменты теперь были для него особенно ценными. Ли, с улыбкой на лице, посмотрел на него, и в его взгляде мелькнула искорка озорства. — Поехали к тебе? Я столько всего хочу сделать... — сказал Феликс, соблазнительно взглянув на Хёнджина. Хван, почувствовав это, едва не поддался соблазну. Но он немного отстранился и взглянул на Феликса с загадочной улыбкой, в которой скрывалось нечто большее. — Нет, Ликси. Ты только вышел из больницы, нам нужно еще хотя бы неделю подождать, — ответил Хёнджин, его голос был полон нежности, и заботы. — Да и тем более у нас другие планы… — добавил он. Ли нахмурился, пытаясь понять, что за планы Хёнджин держит в секрете, но тут же в его глазах зажглась искорка любопытства. — Уу, заинтриговал, — сказал он, наклонив голову в сторону и подмигнув в ответ. — Ну что ж, тогда я, кажется, готов к любому сюрпризу.

***

Когда Хёнджин и Феликс подъехали к дому, атмосфера была пропитана напряжением и радостью. Когда они перешагнули порог, раздался громкий крик. — Сюрпри-и-з! — одновременно крикнули все, кто собрался. Феликс, застигнутый врасплох, сначала замер, а потом рассмеялся. — Боже, вы что, решили, как только я вышел из больницы, сразу новый приступ мне устроить? — хохотал он, вглядываясь в лица своих друзей. — С возвращением, солнышко, — с теплотой сказала его мама, обнимая его крепко. Её глаза были полны счастья и облегчения. — Я так рад, что тебя наконец выписали! — улыбнулся Минхо, подойдя к Феликсу и хлопнув его по плечу. — Ага, мы уже соскучились, — добавил Джисон. — И я за вами! — светился от счастья Феликс, чувствуя, как в его сердце снова появляется та самая теплая, родная атмосфера. В этот момент к Феликсу подошел Чанбин, и его лицо стало немного серьезным. — Э-э, кхм, Феликс? — начал он немного смущенно. — Можно тебя на секундочку? — Нет, нельзя его на секундочку! — резко ответил Хёнджин, его взгляд был полон угрозы. Он явно был готов защитить Феликса от любых неприятностей. — Окей-окей, если тебе так будет спокойнее, можно вас двоих на секундочку? — закатив глаза, сказал Со. — Ну? Мы слушаем. Чанбин явно нервничал, его голос дрожал, когда он начал. — Ликс… — Чанбин видел взгляд Хёнджина, полный предупреждения. — Кхм, Феликс, я… Я хотел извиниться за тот случай в больнице. Я знаю, что ты с этим дебил… Э-э, с Хёнджином. Извини, я просто… ну… Ладно, думаю, ты и так понял, что я к тебе что-то чувствую, но это не важно. Просто знай, что всегда можешь на меня рассчитывать и что я всегда буду твоим хорошим другом. Феликс на мгновение замолчал, а затем, улыбнувшись, сказал: — Это уже больше похоже на признание, а не на извинения. — он наигранно закатил глаза и добавил с улыбкой: — Ладно, проехали. Пошли ко всем. — Эй, это ещё не всё, — сказала Рюджин, с явным намеком в голосе. — Эта вечеринка не только для Феликса. Потому что… Чонина тоже сегодня выписали! Минхо уже поехал за ним! Так что готовьтесь снова орать, как сумасшедшие! — Что?! Реально?! Круто! Значит, сегодня мы в полном составе! — радостно воскликнул Чан. — Что? Его до сих пор не выписали? Чан, ты же говорил, что ничего серьезного, просто зашили рану, чуть более глубокую, чем царапина! — удивленно воскликнул Феликс. — Не переживай! Всё будет нормально, — успокоил его Чан, — уже все окей, его выписали, скоро сам увидишь. Я тебе потом всё объясню, только не переживай! — Да ладно-ладно, — ответил Феликс, с легким смехом. — А почему Минхо за ним поехал? И мне ничего не сказал... — удивился Джисон, слегка поджав губы. — А что, ревнуешь? — засмеялся Сынмин, подмигнув другу. — Да нет, это же Чонин. У них с Минхо слишком большая разница в возрасте, это нужно быть уж слишком ревнивым, чтобы переживать. — хихикнул Хан. — Но эта разница не мешала им встречаться пару месяцев назад. — сказал Чанбин. — Реально?! Они встречались? А я не знал, — изумился Хёнджин. — Знал только я, — произнес Сынмин. — Минхо просил не говорить никому. А потом однажды Чанбин застал их в комнате Минхо, когда они там сосались, так всё и стало ясно. Но не думайте лишнего, они всего пару недель просто поняшкались, поцеловались, а потом разошлись, потому что Минхо понимал, что это неправильно. Все с облегчением выдохнули, за исключением Джисона, который оставался в раздумьях. — А в Минхо были парни... ну или девушки, не считая меня и Чонина? — спросил он, стараясь не выдать беспокойства в голосе. — Да вроде нет, — ответил Чанбин. — Нет, не было, — подтвердил Сынмин. «Неужели он спал с Чонином? Да ну… не может быть...» — думал Джисон, вспоминая их с Минхо разговор несколько недель назад. Но его раздумья прервала Рюджин. — Они приехали! Бегом становитесь на места! Все поспешили занять свои позиции. В это время Минхо с Чонином вошли в дом. — Сюрпри-и-з! — Твою мать! — испугался Чонин, заметив всех своих друзей. — Вы что, совсем?! Что? Феликс? Боже, тебя тоже выписали! Я так рад, что с тобой всё хорошо. Я наверняка переживал сильнее всех, потому что все видели, что с тобой, а я только на словах знал. — И я очень рад, что у тебя всё хорошо. Я думал, что с ума сойду, когда прочитал сообщение от Хёнджина, что с тобой что-то случилось. Но слава богу, что всё нормально, — ответил Феликс с широкой улыбкой. — Ма-а-м? А какой-то тортик или что-нибудь такое будет? — В гостиной накрытый стол, — сказала мама Феликса. — Практически всё готовили мы с Рюджин. А суши заказали. Будет тортик, не переживай, сладкоежка. — Ого! Вы на год вперед приготовили? — засмеялся Чан. — Если будет лишнее, я доем, не переживайте! — сказал Чанбин, с улыбкой поглядывая на стол. — Мы и не сомневались, — засмеялись Минхо и Хёнджин. Вечер прошел весело и уютно. Смех, разговоры, игры, и снова смех. Даже мама Чана и Феликса оторвалась по полной. Постепенно все начали расходиться, и наконец наступил момент прощания. — Мам, Рюджин переночует у нас, хорошо? — спросил Чан, направляясь в свою комнату. — Хорошо, только детей там не наделайте, — засмеялась мама. — Мы подумаем, — подмигнул Чан, заметив, как Рюджин покраснела от такой темы разговора. — А я поеду к Хёнджину. Ты не против? — спросил Феликс, потягиваясь. — Хорошо. — Вы тоже там детей не сделайте, — рассмеялся Чан, провожая Феликса и Хёнджина взглядом.

***

— Можно я у тебя приму душ? — спросил Феликс, приехав к Хёнджину. — А как на счет вместе? — хитро улыбнулся Хван. — Заманчиво. Феликс уже лежал в набранной ванной. Как вдруг вошел Хёнджин. Полностью обнаженный Хёнджин... Ли рассматривал его сильные подкаченные руки, его пресс, и... Взгляд на секунду скользнул ниже пояса. Хёнджин подошел и залез к нему в ванную. Он лег, а Феликс улёгся сверху, откинув голову ему на плечо. — Я так сильно тебя люблю. — сказал Феликс и поцеловал Хёнджина в скулу, потому что в такой позе не дотягивался до губ. — И я тебя, цыпленок. — улыбнулся Хван. — Почему ты называешь меня цыпленком? — спросил Феликс и перевернулся на живот слегка смутив Хёнджина и себя трением внизу живота. — Не знаю… Может быть, твои маленькие острые губки напоминают клювик? – улыбнулся Хёнджин и нежно чмокнул "клювик" Феликса. — А мне тогда как тебя называть? Утка? — засмеялся Феликс. — Сам ты утка. — с наигранной обиженностью сказал Хёнджин. — Ладно-ладно. Джинни? — Как скажешь. Феликс хотел перевернуться обратно на спину, но Хёнджин его остановил, нежно положив руки на талию, и посмотрел уже хорошо знакомым взглядом. Пронзительно, долго, не мигая. После таких взглядов люди обычно целуются. Что Феликс собственно и сделал. Он затащил Хвана в мокрый поцелуй. Целовал нежно но уверенно медленно проталкивая язык. По комнате разносились громкие причмокивания вперемешку с плеском воды. Ли медленно перешел на шею, слизывая капли воды, закусывая кожу, и оставляя розоватые отметки. У Хёнджина пробежались приятные мурашки и он почувствовал тягость внизу живота. Феликсу уперлось в бедро что-то... Большое. И это что-то явно желало внимания. — Чёрт, извини. — слегка покраснел Хван. Но Феликс только улыбнулся, затянул Хёнджина в новый поцелуй, и запустил свою маленькую ручку куда-то вниз. Он легонько провел по стволу Хвана и слегка надавил на головку, в ответ получив тихий стон. Хёнджин отстранился, вылез из ванны и замотался полотенцем. — Я тебя жду у меня в спальне. — сказал он и вышел. Через пару минут Феликс вышел из ванны, вытерся и без полотенца пошёл в спальню. Когда он вошел Хёнджин резко бросил его на кровать, навис сверху и слился с ним в страстном поцелуе. Затем Хван задрал руки Феликса вверх и к чему-то прикрепил. Феликс разорвал поцелуй и посмотрел вверх. — Ого, наручники? Прям так? — удивился Ли. — Можно и без них если не хочешь. — Да нет. Просто интересно, и скольких девушек или парней ты так здесь... — Не много. — коротко ответил Хёнджин. — Это сколько? — не переставал Феликс, немного испортив обстановку. — О боже, да успокойся. Ну четверо девушек и один парень. Это был секс по пьяне на одну ночь, а с утра я просыпался сам, и больше их не видел. Доволен? — Погоди, а Чимин? — У меня с ним ничего такого не было. Феликс улыбнулся радуясь, что секс по любви у Хёнджина впервые именно с ним. Из раздумий его вывел горячий поцелуй Хвана на который он с удовольствием ответил. Затем Хёнджин начал спускаться ниже к шее, тогда к острым ключицам, потом обводил языком кубики пресса повсюду оставляя довольно заметные засосы, которые потом долго нужно будет замазывать, но сейчас это никого не волновало. Как вдруг Хёнджин спустился ещё ниже, и обхватил своими большими мягкими губами головку члена Феликса, и легонько прикусил ее. По комнате раздался несдержанный стон. Хвана это только завело еще больше, и он начал заглатывать член поглубже. Затем он отстранился на секунду, и достал смазку. — Сначала может быть неприятно. — предупредил он, и вошел одним пальцем у Феликса, продолжая движения ртом словно компенсируя боль. Через пару минут он ввел второй и начал растягивать стенки принципом ножниц, не переставая работать ротиком, сводя Феликса с ума. Затем и треий. Спустя некоторое время он сказал: — Так, ладно, достаточно. Хёнджин надел презерватив, вылил смазку на ладонь, размазал по стволу, и медленно ввел головку члена в Ли. По комнате раздался ещё более громкий стон. Хван начал медленно двигаться, наслаждаясь вздохами и стонами своего парня. Через пару минут он вошел уже полностью. Феликса накрыло разнообразием приятных чувств и он издал гортанный стон. Хван окончательно потерял контроль и начал двигаться все сильнее наращивая темп, взамен получая сладкие стоны на ушко. Затем освободил руки Феликса, и он начал водить ладонью по своему члену в такт движениям своего парня. Ли сносило крышу от такого темпа и точного попадания по простате каждый раз. Заметив, что Ликс вот-вот кончит Хван замедлялся, потом постепенно снова набирал скорость, наслаждаясь сладкими стонами парня под ним. Эта игра продолжалась до тех пор, пока сам Хенджин не почувствовал, что уже очень хочет разрядки. Он сорвался на бешеный темп, вбивая Феликса в постель, а тот практически кричал от удовольствия. Через пару минут они оба кончили и Хёнджин услышав удовлетворенное "Джинни..." себе на ухо, обезсиленно упал на кровать рядом с тяжело дышащим Ли. Они пролежали так пару минут. Успокоив дыхание Хёнджин повернулся к Феликсу, переплел их пальцы, придвинулся поближе и тихонько прошептал на ушко нежно покусывая мочку: — Я люблю тебя, мой цыпленок. — И я тебя, Джинни.

***

— Алло, Мистер Хван? — удивленно спросила Сан. — Доброе утро. Простите, что снова обращаюсь с этим, но вы не могли бы возобновить расследование? — Да, конечно. У меня есть некоторые догадки, и я хотела бы посоветоваться с вами. — Я вас слушаю. — Я проверила записи с камер из дома. На вечеринке Ли Феликс нормально общался со всеми, кроме Пак Чимина. Кроме того, Чимин покинул дом за три часа до того, как ушел Феликс, и у него было достаточно времени, чтобы отключить камеры. — Да нет... Чимин на такое не способен. — Я еще это проверю. И есть кое-что еще. Я искала информацию о Ли Феликсе и наткнулась на кое-что... Немного пугающее. — Что именно? — Хван заметно насторожился. — Вы можете мне это отправить? — Конечно, — сказала Сан. — я подготовила все файлы и информацию, и сейчас сразу отправлю вам. Возможно, это поможет пролить свет на некоторые вещи. — Отлично, большое спасибо. Я жду. Сообщение от: Сан Время: Сегодня, 09:03 [Видео] Хёнджин включил видео, это был вырезанный фрагмент выпуска новостей. Но новостей не их страны, так как все было на английском. К счастью, Хван знал его неплохо. — Сегодня утром в Сиднее, Китайском квартале, в переулке нашли окровавленный труп мужчины. Ему нанесли девять ножевых ранений. Это был преступник, Томас Уилсон, три года назад похитивший девочку и застреливший полицейского при исполнении по имени Ли Йонг. Несколько дней назад ему удалось сбежать из тюрьмы. Хёнджину это уже не понравилось. Получается это тот мужчина, который застрелил отца Феликса. Но почему Сан мне это скидывает? При чем здесь Ликс? Ответ себя ждать не заставил. Сообщение от: Сан Время: Сегодня, 09:07 [Видео] — Сегодня нашли убийцу Томаса Уилсона, найденного мертвым две недели назад в Сиднее, Китайском квартале, в переулке с девятью ножевыми ранениями. Он был преступником, сидевшим в тюрьме за похищение маленькой девочки и убийство полицейского по имени Ли Йонг. В его убийстве признался семнадцатилетний Ли Феликс, сын того же полицейского. По его словам, а также по словам найденного свидетеля, Томас Уилсон на него напал с ножом, и это была самозащита, поэтому в тюрьму он не сядет. Хёнджин сидел в шоке переводя взгляд то на окровавленное тело, то на мирно спящего Феликса в его постели, и не верил что такой ангелочек мог такое сделать. Через полчаса Хван вернулся в комнату с двумя свежими, ароматными круассанами и чашкой горячего лавандового латте. Он аккуратно поставил поднос на прикроватную тумбочку и, наклонившись, нежно поцеловал Феликса, пытаясь разбудить его. — Мгмх, Джинни… — пробормотал Феликс, всё ещё находясь в полусне, и на его губах расплылась счастливая улыбка. — Доброе утро, цыпленок. — Хёнджин улыбнулся в ответ, целуя его в щеку. — Вставай. Нам нужно поговорить. Феликс сонно приподнял голову и внимательно посмотрел на Хёнджина. Что-то в его тоне было не так, и это насторожило Ли. — О чём? — спросил он, его глаза мгновенно потеряли ту мечтательную расслабленность, которая была на его лице только что. — Ты знаешь Томаса Уилсона? — Хван продолжал смотреть на Феликса, и его взгляд стал ещё более серьёзным, сосредоточенным. Он внимательно следил за каждой эмоцией на лице Ли. Феликс сразу же побледнел, его сердце пропустило один удар. — Д-да. А что такое? — его голос дрогнул, и он пытался скрыть растерянность. Но Хёнджин уже заметил это. — Я видел выпуск новостей, в котором рассказывалось, что ты… — Убил его. Да, это правда. Но это была самозащита. Он напал на меня с ножом, и я просто смог перехватить его. — Феликс произнес это быстро, как будто боялся, что его слова могут привести к чему-то ещё более ужасному. — Самозащита? Девять ножевых ранений? — его голос был тихим, но в нем скрывалась тревога. — Ты… ты уверен, что это было действительно нужно? Феликс почувствовал, как его грудь сжалась от тяжёлых воспоминаний. Он не хотел говорить об этом, не хотел, чтобы Хёнджин видел его таким, но не мог скрывать правду. — Знаю. Он убил моего папу, так что как только я его узнал, то я в отчаянии... — Нанес ему девять ножевых ранений? Ну и опасен ты в отчаянии. — Я знаю, знаю… — Феликс почувствовал, как его слова начинают терять смысл. Он не хотел выглядеть жестоким, но что он мог сделать в тот момент? — Пожалуйста, давай забудем об этом. Я не хотел, чтобы кто-то знал. Особенно ты. Я не хочу, чтобы меня считали психом-убийцей. Хёнджин вздохнул и погладил его по голове, как обычно, когда Феликс переживал. — Не переживай, цыпленок. Это останется между нами. — Хёнджин протянул руку, чтобы помочь Феликсу встать с кровати, и мягко поцеловал его в лоб. — Давай лучше поешь и собирайся. Нам нужно забрать твой рюкзак, не забывай, что сегодня нам в школу. Феликс взглянул на Хёнджина с лёгким недовольством на лице. Он явно не был в восторге. — О, нет… — Феликс потянулся, прикидывая, как бы ему отмазаться. — Скажи им там, что я сдох от инсульта. — Нет уж, ты едешь со мной, и это не обсуждается. — Хёнджин улыбнулся, его глаза весело сверкали. Он с любовью посмотрел на Феликса, чувствуя, как тот всё больше расслабляется. — Вставай, тебе нужно немного развеяться. Феликс тяжело вздохнул, но он знал, что сопротивляться бесполезно. — Ладно, ладно, я еду, — сдался он, улыбаясь в ответ, несмотря на то, что его мысли всё ещё были заняты этим ужасным событием. Но если есть кто-то, с кем он может справиться с этим, так это Хёнджин. И его любовь, как всегда, была тем, что придавало силы. Хёнджин лишь мило усмехнулся, снова поцеловав Феликса, и отложил на время все переживания. Для него важным было то, что они были вместе.

***

Когда они подъехали к школьным воротам, школа кипела от бурных разговоров. — Привет, Минхо. — Привет, — ответил тот, не отрывая взгляда от группы людей. — А о чём все говорят? — спросил Феликс, не понимая что происходит. Минхо указал пальцем в сторону окна, где стояла компания друзей, и продолжил: — Чимин начал встречаться с нашей одноклассницей Соён. И, кстати, он подарил ей классную машину. Новую, прямо из салона! Если хочешь, посмотри через окно, там стоит возле его машины. Феликс с удивлением посмотрел на Минхо, а затем направился к окну, чтобы увидеть то, о чём говорил его друг. Хёнджин, ещё немного расслабленный и потягивающийся после утренних хлопот, тоже обратил внимание. — А что Чимин делает у нас возле школы? — Хван нахмурился. Минхо отмахнулся, закатив глаза. — Будет ждать «любовь всей своей жизни» Соён до конца уроков, — сказал он саркастически. Когда они смотрели на происходящее, Феликс подошёл ближе к окну и на секунду задумался. Воспоминания, о которых он давно забыл, начали всплывать в сознании. — Ликси, что случилось? — с тревогой спросил Хёнджин, замечая его нервное состояние. Феликс глубоко вдохнул, стараясь собрать свои мысли. — Я… Он… Я вспомнил! — его голос звучал дрожащим и паническим. Он продолжал смотреть в окно, будто пытаясь что-то понять. — Я вспомнил, как меня сбила машина Чимина! Все замолчали. — Что?! — Хёнджин, Минхо и несколько других ребят воскликнули в унисон. — Ты серьёзно? — удивлённо спросил Минхо, не веря своим ушам. Феликс, нервно глотнув воздух, кивнул.

***

— Он во всем признался, — сообщил полицейский, выходя из допросной. Его лицо было серьезным, в глазах читалась усталость. Все присутствующие в комнате замерли. Хёнджин, стоящий рядом с Феликсом, лишь кивнул в знак понимания. — Я знал, что он на многое способен, — сказал Хёнджин, поворачиваясь к Феликсу. — Но не на убийство. Это меня действительно удивляет. Феликс глубоко вздохнул. — Я тоже удивлен, — тихо произнес он. — Хотя знаешь, если бы тебя кто-то пытался у меня забрать, я бы... — Нанес ему девять ножевых ранений, — перебил его Хёнджин с легким смехом. — Тс-с! Тише! — Ли поспешно оглянулся по сторонам, словно боялся, что кто-то мог их услышать. — А то еще подумают всякое. — Но хорошо, что ты все вспомнил, — сказал Хван, снова смотря на Феликса с легким облегчением в глазах. — Он получит по заслугам. Так или иначе, он не уйдет от наказания. — Это да, — ответил Феликс, его голос звучал более уверенно, чем раньше. Он почувствовал, что решение принято, что теперь он наконец-то смог поставить точку в том, что терзало его сознание. Хёнджин подошел ближе, его взгляд стал мягче, а улыбка — более нежной. — Люблю тебя, цыпленок, — произнес он, приобнимая Феликса. В его голосе сквозила не только нежность, но и уверенность, что они смогут пройти через все сложности, что бы ни случилось. Феликс улыбнулся в ответ, ощущая тепло в груди, которое не могло не растопить его сердце. — И я тебя, Джинни, — прошептал он, чувствуя, как его тело расслабляется в объятиях Хёнджина. В этот момент казалось, что мир вокруг них исчез, оставив лишь их двоих, и все проблемы и страхи ушли на второй план.

***

Прошло пять лет. — Феликс, ну тебе ещё долго?! Мы так опоздаем! — ответа нет. Хёнджин уже злился не на шутку. Он ведь разбудил парня ещё полчаса назад. Они должны встретиться с друзьями в ресторане через тридцать пять минут. — Ну все, ты меня достал! Я щитаю до трёх, и если ты не выйдешь, то я войду и... Хм... И будет плохо! — ответа по прежнему нет. — Феликс раз! Феликс два! Феликс тр... — не успев договорить Хёнджин открыл дверь в комнату, и увидел что Феликс спит как ни в чем не бывало. — Феликс?! Ты на приколе?! Нам уже нужно выходить! Ану вставай! — Ммм, — скривился сонный Феликс, — не ори мне на ухо, и вообще, дай поспать. Хёнджин наклонился и принялся покрывать все лицо Феликса поцелуями. — Мгхм, прекрати, — Феликс улыбнулся. — Да встаю я! Хитрюга! Щекотно же! Сколько времени до того как мы должны быть в ресторане? — Двадцать минут! — Блять, сколько?! — вся сонливость Феликса резко исчезла, и он быстро начал собираться. На встречу с друзьями они немного опоздали, так как минут десять Хёнджин заставлял Феликса вытереть тоналку с его веснушек. — Приветик, мы пришли! — с широкой улыбкой сказал Феликс, входя в кафе и заметив своих друзей, сидящих за столом. Его настроение сразу поднялось, как только он увидел знакомые лица. В углу заметил Чана, сидящего с Рюджин, Минхо и Джисона, а также Сынмина с Чонином и Чанбина. Но... кто это рядом с Чанбином? Соён? — Ну, наконец-то, — протянула Рюджин, вставая с места, чтобы поприветствовать Феликса и Хёнджина. — Мы уже думали вам звонить. Все друзья уже обсуждали последние новости и обменивались событиями своих жизней, с улыбками и искренним интересом рассказывая друг другу о своих переживаниях. Атмосфера была легкой, дружеской, и здесь царила особая близость. — ...а с Джисоном у нас теперь все серьезно. Джисон, сидящий рядом с Минхо, кивнул, с улыбкой глядя на своего мужа. — Да, мы расписались пару месяцев назад. — Что? А почему нас не позвали? — спросила Рюджин. — Не хотели шумного празднования. — Ну, а я с Соён, — сказал Чанбин с невозмутимым видом, но в его глазах промелькнула искорка счастья. — Мы только начали встречаться, но пока все хорошо. — А мы с Чаном через месяц планируем пожениться. Он скоро станет папой, так что это большой шаг для нас обоих. — сообщила Рюджин. В этот момент вся компания повернулась к ней, удивленно взглянув. Минхо даже приподнял бровь, пытаясь осознать то, что она сказала. — Подождите-ка, что? — спросил Ли, не веря своим ушам. — Да, — улыбнулась Рюджин, — я беременна от Чана, и мы решили, что пора создавать семью. Поэтому через месяц у нас будет свадьба. Всё происходит так быстро, но мы счастливы. Все засмеялись, обмениваясь радостными взглядами. Теперь очередь была за Феликсом и Хёнджином. — А вы как? — спросил Чан, оглядывая Феликса и Хёнджина. — У вас есть какие-то планы на будущее? Феликс на секунду замолчал, думая о том, что сказать. — Мы пока не торопимся, — сказал Хёнджин, улыбаясь. — Мы оба еще учимся, и пока хотим закончить университет. Так что свадьба не в наших планах на ближайшее время. Феликс кивнул в подтверждение. И хотя они оба понимали, что их отношения полны любовью и доверия, их шаги в будущее были рассчитаны с осторожностью. Возможно, когда они окончат университет, всё изменится, но пока они решили не спешить. — Ну, и хорошо, — сказал Чан, поднимая бокал. — Всем счастья и успехов, ребята! Что ж. На этом история заканчивается. Я думаю у них всех все будет прекрасно. Что? Вы не согласны? Спорим?