Каштан

Словно огромным комом накатывает разочарование. Хочется вырвать эти дурацкие синие локоны, что она привычно заплетает в причудливые прически, хочется выломать пальцы, которыми она фальшивит, играя на фортепиано. Пусть и фальшивит она лишь слегка. Потом она его целует. Она не сомневается в том, что парень ее любит. Она вообще в чем-то сомневается? Иногда кажется, что в ее голове совсем пусто. Не касаемо выученных хобби и поведения, что подобает ее статусу. Она добрая, беззатейная, и даже интересный собеседник. Но это почти никогда не претендует на что-то глубже светского разговора с едва знакомыми людьми. Она умная и всегда знает, что делать. Она ответственна и поступает почти всегда мудро. Не расчетливо, а по-бытовому сглаживая углы. Обходительно. А еще она чудесно готовит блинчики. Не понятно, то ли безмерно любит Личчи фон Лебанлоса, то ли для галочки нашла кого-то надёжного, да посерьёзнее. Прошло уже несколько лет, как вампир выпустился. Всего ничего, а рутина и абсолютная скука сдавливают все больше. Равенна не виновата в том, что парень с чего-то решил, что это его последний шанс ощутить каково это, когда тебя любят. Спустя столько невзаимных влюбленностей, он впервые почувствовал что-то, что казалось бы ответно. Но в итоге это «что-то» ничто иное, как жажда ласки, заботы и понимания. Но это явно не то понимание и ласка, что ему были правда нужны. Казалось, что что-то зарождается и степень близости все больше, но по итогу глубже не было ничего особо интересного. И ее причудливые прически тут ни при чем, потому-что это отвращение в первую очередь к себе и своей глупости. Он не выбрал ее. Он согласился быть выбранным.

***

Его моральные принципы никогда не позволили бы ему изменить или засмотреться на кого-то. На самом деле, у него и не было интереса засматриваться. И честно говоря, не было интереса почти ни в чем. Он неплохо зарабатывает починкой всякого барахла и созданием незамысловатых девайсов для упрощения людской жизни. Уже давно не было проектов от которых у Личчи горели глаза. Равенна довольна. Сидит дома и читает книжки. Кажется, открывает какой-то свой бизнес или вроде того. Ее сложно слушать. Или только ему сложно ее слушать. И лишь изредка долгие прогулки, случайные события и стечения обстоятельств вызывали у него искреннюю улыбку. Это же надо, тратить свое бессмертие на что-то столь тухлое. Хотя, вероятно, когда у тебя столько времени, нет такого щемящего страха все упустить. Тем не менее у Личчи было.

***

–Это же надо, тратить свое бессмертие на что-то столь тухлое.–Равенна входит в душную комнату парня, изучая горы из бумаг и чашек. Она открыла окно, в попытке запустить хоть немного воздуха. Личчи показательно кашлянул, приподнимаясь на локти. Диван под ним омерзительно проскрипел. Вампир опять провалился в сон посреди ночи. От скуки, на 40 минут, добившись лишь боли во всех 33 позвонках. Побег от реальности или просто хроническая усталость? –Да кто тебя просил?! –Еле открывая глаза возразил Личчи, почти переходя на крик. –Я просто не хочу, чтобы ты задохнулся тут. С каких пор ты считаешь нормальным повышать на меня голос. Личчи все так же яростно хотел что-то добавить, но девушка, предвидев, покинула комнату. Она не выглядела оскорбленно или обижено. Или ее на курсах игры на клавишах так и не научили понимать свои эмоции. А кого собственно учили? Сразу после ненависти, Личчи захлестнул стыд. Открытое окно захлопнулось от сквозняка, словно давая подзатыльник. Равенна права, ему стоит освежиться.

***

Фон Лебанлос прогуливается кривыми тропинками местного парка. В очередной раз. Личчи пинает носком каштан. Личчи смотрит на землю и вдыхает сырой, холодный воздух. Укутывает себя и свой страх в коричневый шарф. Отвратительный запах нового ополаскивателя для одежды режет глаза и нос. Парень останавливается и закрывает глаза на мгновение. Они перестали болеть. Он остался на едине с собой. Этой секунды хватило, чтобы прочувствовать всю злость и омерзение от себя. «Это жалко».–Подумал Личчи, вновь вовлекаясь в жизнь парка. На наручных часах 2 ночи. Никаких мыслей, абсолютная тишина в голове. Это не мешающиеся в кучу идей — это страх даже покоситься на свои истинные чувства и желания. В этом не виднелось никакого смысла. Пнув плод вновь, вампир был полностью вовлечен в асфальт и непонятные рисунки мелом. –Осторожнее, мужчина! –Возмутилась прохожая с вырвиглазной малиновой помадой. –Простите.–Так же не поднимая глаз. Уродливо сгорбившись, она потерла косточку на ноге. Пиная все свои проблемы от себя прочь, в итоге ты сделаешь больно кому-то другому.

***

Звезды сегодня особенно яркие. А луна кажется ненормально огромной. Личчи спрятался на самой невзрачной скамейке. Но его догнали. «–Ты помнишь, как ты любил космос? –Заткнись. –Ты затыкаешь себя же, идиот. Когда это закончится. Когда ты ей скажешь. –Что же я должен сказать. –Что ты не любишь ее, мудак. –Я люблю ее, еще как. –Личчи скрестил руки на груди, что больше было похоже на объятие своих предплечий. –Ох, правда?..» Ответа так и не последовало. У него никогда не было много друзей, но сейчас это ощущалось неописуемо одиноко. Кому из зазнаек с конференции будет интересно это? Кому вообще будет интересно это. Наверное, только Равенне и будет, что иронично. Иногда у них были те-самые-разговоры, за которые Личчи цеплялся, убеждая себя, что счастлив с ней. Что он любит ее за эту сродненность и уют. Сейчас, он достает из кармана на пиджаке записку от девушки, полугодовалой давности. Перечитывает, чувствует укутывающее тепло. «–Я точно люблю ее. Она такая милая. И. креативная. и красивая.? –» Это было вопросом даже для него. «С чего бы я?.. Реально мудак."–парень тяжело выдохнул и впился ногтями в свою же руку. Как сбрызнуть усохший мох из пульверизатора.

***

«В очередной раз он ведёт себя так, будто я ему лишь обслуга."–Она кладет в мусорный бак сухие цветы в крафтовой бумаге. На хлопке дверцы под раковиной, со стиснутыми зубами, она заключает, что больше так продолжаться не может. Сняла с крючка тряпку, полирует до блеска столешницу. В право В лево В голове пробегают строчки, что она так намеренна выпалить в лицо ему при возможности.

***

–Прости меня, пожалуйста.–Он протянул ей пышный букет белых лилий и виновато глянул исподлобья. Равенна заулыбалась и бросилась ему в объятия. Она поцеловала его в лоб и положила цветы на тумбу. –Все в порядке, я понимаю, стресс. Хочешь посмотрим какой-то фильм и ты отвлечешься. –Было бы отлично.–Парень улыбнулся левым уголком губ. «–Вот видишь, все хорошо, я люблю ее.»

***

Личчи сидит напротив своей девушки. Она увлечена фильмом и поглаживает его торчящие кости на запястье. «Вот видишь, какая она очаровательная. Не считая вон тех прищиков у линни волос. И неряшливой формы бровей, за выведенными сверху линиями. И эти морщины под глазами. Но если смотреть дальше.» –Солнышко, что ты делаешь? –девушка с недоумением смотрит на вампира, который отдалился и с прищуром смотрел на ее лицо. –Не бери в голову, все хорошо. –Ладно. Эти черты ощущались такими привычными. Изученными, подобранными, как пазл. «–Одобренными и доступными.» — послышалось изнутри, но так тихо, что Личчи и не разобрать. И будто не нужен никто другой. Но не понятно, нужна ли эта. У Равенны новые духи. У них замечатальный запах. Завтра он впечатается в каждую клетку тела Личчи, потому-что рука девушки уже на его шее.