Охота (на) падальщика

Кладбище. Чёрная тень бродит среди крестов в поисках раскопанной могилы. Где-то в глубине кладбища гниющее тело зовёт свою неупокоенную душу. В небе сгущались чёрные и густые тучи. Скоро должен был пойти дождь. Призрак ловко лавирует среди голых деревьев. Земля в этом месте пропитана смертью. Стоит только ступить на неё, как с каждым шагом становишься всё ближе к концу. Тень продолжает пробираться по кладбищу. И вот через несколько метров стала виднеться странная яма. Тень приблизилась к ней и взглянула на надгробие. На нём была чёрно-белая фотография молодого светловолосого человека. Он не улыбался. Его лицо выражало вечный траур, который он нёс с собой с того самого переломного момента. Но далеко не фотография казалась странной. Поистине парадоксальным было то, что имени на камне написано не было. Оно было закрашено чёрной краской, а поверх аккуратными красными буквами выведено "Стервятник". Тень посмотрела вниз. Открытый гроб. Искалеченное тело. Земляные черви, пытающиеся отобрать у сородичей самый лакомый кусок от трупа. Испуганная душа попятилась назад, но собравшись с силами, разбежалась и вернулась в уродливое тело. Глаза покойника распахнулись. Стервятник очнулся. По лицу стекал пот. Его окружали некогда белые стены Могильника. Сейчас они скорее были серо-коричневыми. Утренний свет понемногу проникал в комнату. В два ряда стояли заправленные железные кровати. Стервятник протёр глаза одной рукой. Пелена спала с глаз, и он внезапно осознал где находится. Он резко поднялся, но спину пронзила ужасная боль. - Эй, осторожнее! - послышался тихий голос сзади. Очевидно человек был взволнован и молниеносно подбежал к Стервятнику. Высокий мужчина положил руки ему на плечи и наклонил голову. Он дышал тяжело, хрипло и размеренно. По шее пробежали приятные мурашки, Стервятник прикрыл глаза. Ему даже показалось, что боль стихла. "Какой знакомый запах... " - подумал он, после чего обернулся и столкнулся носом с Ральфом. Воспитатель слегка отстранился, но потом провёл указательным пальцем по горбатому, крючковатому носу блондина. Тот начал нервничать, потому что до этого Ральф никогда так не делал. Несвойственное воспитателю поведение автоматически было воспринято как дурной знак. Стервятник опустился на кровать. Ральф присел рядом, аккуратно поглаживая спину в том месте, где она ужасно болела. Жуткий "сон" никак не выходил из головы. Ощущение было, будто Стервятник провёл вечность среди кладбищ и склепов, ища раскопанную могилу. Свою могилу. Сколько времени прошло в Доме? - Как долго я спал? - Где-то пару дней... - задумчиво произнёс Ральф, будто бы намеренно плохо пытаясь соврать. - А если честно? - Пару недель. - сознался Ральф. - И зачем было мне врать? - разозлился Стервятник. - Чтобы ты не спрашивал, с кем всё это время были Птицы. - виновато проговорил Ральф. Стервятник напрягся. Нахмурил брови и поджал губы. - Только не говори, что ты оставил их с Рыж... - Да. Усталый и недовольный взгляд устремился на Ральфа. Жёлтые глаза прожигали душу. Ральф же старался делать вид, что ничего не случилось. Тем временем Стервятник набрался сил, чтобы продолжать диалог. - То есть из всех в Доме, кто мог остаться с моей стаей, ты выбрал этого зелёно-очкового? - сказал Птичий вожак тоном отца, отчитывающего ребёнка. На самом деле он больше был похож на маленького мальчика, у которого отобрали любимую игрушку и дали поиграть другому ребёнку. Вскоре Стервятник уже покидал Могильник. Стены этого жуткого места провожали его своей пустотой и холодом. Отсутствие рисунков на стенах пугало и казалось слишком чужим, слишком неправильным. Тёмный силуэт следовал за Стервятником, полз по стенам, перескакивал на пол. "И где же ты был, Тень?" - пронеслось в голове. Огромные двери Могильника раскрылись перед двумя братьями. Переставляя трость, Стервятник поковылял до своей стаи. В спальне воцарилась абсолютная тишина. Всё будто бы замерло в этой комнате. И сейчас, когда Птичий Папа вернулся, буря, нависшая над Домом, должна была стихнуть. В комнате, как и полмесяца назад, было сыро. Стремянка стояла на прежнем месте, а на верхней ступеньке стоял Луис в том же горшке, что и раньше. Всё выглядело так, будто здесь никогда и не было никакой рыжей Крысы. Тем не менее парень в зелёных очках валялся возле стремянки и пил Птичью настойку из гранёного стакана, сворованного из столовой. Стая уставилась на Большую Птицу, как на восставшего мертвеца, а потом оживилась и всем составом кинулась к нему. Птицы обняли Стервятника так крепко, как никогда. Некоторые из них будто в самом деле боялись, что больше не увидят его. Рыжий тоже поднялся с пола и подошёл к истинному Птичьему вожаку. Поздоровавшись за руку, они оба начали пристально разглядывать друг друга. В Рыжем не было ничего нового. Те же зелёные очки, красные волосы, презервативы, торчащие из кармана старых джинсов на низкой посадке. На удивление, в траурной, тёмной комнате, наполненной всевозможными растениями, он выглядел даже уместно. Хотя Рыжий - тот человек, который всегда и везде будет в своей тарелке. По крайней мере в стенах Дома. - Выглядишь не очень. - резко нарушил тишину Крысиный вожак. - Ты тоже. В целом, всё как обычно. - с ухмылкой на лице ответил Стервятник. - Я на самом деле удивлён... - Что? Думал, после меня не останется ни одного кактуса? Я ж не настолько безответственный. - Рыжий скалился и извивался, как змей. Он очевидно был доволен тем, что смог удивить Большую Птицу. Стервятник лишь промолчал в ответ. - Кстати, - настроение Рыжего резко сменилось, его голос стал тише и вкрадчивее, будто он опасался чего-то. - ты расскажешь, что с тобой произошло? Стервятник напряг мозги и начал вспоминать и пересказывать события того дня. Естественно, он скрыл всё то, что было связано с Ральфом. В своих словах Стервятник всегда был изворотлив и мастерски ускользал от тем, которые могли вызвать сомнения. В пределах своей стаи он не старался что-то скрывать, хоть о подробностях своей личной жизни никогда не распространялся. Но от остальных Стервятник утаивал всё. Говорить так, чтобы никто не понимал - это был его талант, поэтому поддерживать таинственный и скрытный образ не составляло труда. Рыжий внимательно слушал рассказ Большой Птицы, впитывал каждое слово, ищя хоть один ответ на какой либо вопрос, коих у него было миллион. Когда Стервятник замолчал, Рыжий начал переминаться с ноги на ногу и поджимать губы. - Как думаешь, кто это мог быть? - опасливо проговорил он. - А ты думаешь, что тебе это тоже может грозить? Сомневаюсь, что после Самой Длинной, тебя ещё раз попробуют убить. Хотя... - Стервятник задумался. Ведь после той ночи, Рыжий стал более уязвимым. - Что "хотя"?! - в голосе слышался неподдельный страх. - Не знаю. Рыжий схватился за грудь, расстегнул верхнюю пуговицу. На миг Стервятнику даже показалось, что под зелёными очками промелькнула слеза. Он казался до невозможности жалким в этот момент. Вскоре Рыжий успокоился и уже покидал Гнездо, натягивая улыбку и махая рукой Птицам. Но за всем этим крылся ураган эмоций. Страх вперемешку с болью. Ложь с жалкостью. Кровь с водой. Закрывая дверь спальни на ключ, в голове проносились слова, фразы, воспоминания. Удаляющиеся шаги, вкус собственной крови во рту, мокрый пол под ногами. Стервятник залез на первые пару ступеней стремянки и осматривал родное Гнездо. Ангел пробирался среди растений к Большой Птице. - Папа! - крикнул он, когда подобрался ближе, потом подбежал и обнял Стервятника. - Мы скучали... - Я тоже скучал по вам всем. - он пригладил белые Ангельские волосы и крепко держал его, как отец родного сына. - Могу кое-что спросить? Почему здесь всё... - Стервятник старался подобрать слова. - ...Такое же, как раньше? Просто я удивлён, что после Рыжего здесь ничего не произошло. -Ничего не произошло?! Да этот недоношенный уёбок уронил лимонное дерево! Я потом Бабочку успокаивал целый вечер. Кхм... - он отвёл глаза, поняв, что сболтнул лишнего, но после продолжил. - Мы вчера всей стаей полы драили под руководством этой полевой мышары. Стервятник рассмеялся. В этом был весь Рыжий. Конечно, он знал, что так и будет. Всё таки Дом не поменялся за эти пару недель. Родные стены, любимая стая, запах цветов и спирта, слегка дурманящий разум после проведённого времени в Могильнике. В такие моменты хочется и плакать, и радоваться. Обнимать тех, кто всегда любит и ждёт тебя. Вне зависимости от того, с кем ты трахался две недели назад или с кем ты будешь обсуждать попытку убийства. Так приятно видеть, как Птенцы бегут обнимать тебя, как радуются твоему возвращению. Знать, что ты кому-то действительно нужен. - Наконец-то я дома...