Охота (на) падальщика

В Четвёртой всё было как обычно. Македонский в безразмерном свитере носился, разливая чай. Табаки сидел возле окошка и напевал себе под нос какую-то унылую мелодию. Сфинкс сидел на общей кровати и молча наблюдал за всеми, в особенности за своим вожаком, будто боялся, что с ним что-то случится. А Слепой спокойно пил чай вместе со Стервятником. От Слепого пахло дохлятиной, краской и пылью. Он был одет в неизменно грязный, дырявый свитер. Прядки грязных волос свисали на лицо и прикрывали его пустые глаза. Он молчал. - Спасибо за приглашение,.. - проговорил Стервятник, допивая вторую чашку горького чёрного чая. - ...но я наверное пойду. Аккуратная белая чашка стукнула о стол. - Погоди, я тебя провожу. - Слепой встал из-за стола одновременно со Стервятником. Его голос был спокойным и размеренным, как и всегда, но ощущение, будто что-то не так, никак не выветривалось из головы. Стервятник выпрямил спину, поправил воротник из чёрных перьев и прошёл к выходу. Слепой побрёлся за ним. Выйдя из спальни, они остановились. В момент, когда дверь спальни закрылась, Птичий Папа увидел встревоженного Сфинкса, который уже был готов соскочить с кровати. Слепой явно хотел что-то сказать, но почему-то не решался. Он резко поднял голову. В его глазах цвета плесени вдруг заиграла метель. Скрытность, ложь, недоговаривание. Всё это пряталось за редкими чёрными ресницами. - Рыжего пытались убить. - отрезал он, после чего снова опустил голову. Стервятника, как молнией ударило. В памяти вспыхнуло воспоминание. Слеза под зелёными очками. Руки в карманах. Прощание. Что это за чувство? Вина? Возможно, но что можно было сделать? Единственное, чего сейчас хотелось - это вернуть время назад, предупредить, пойти с ним, что угодно, лишь бы этого не случилось. Да, Стервятник недолюбливал Рыжего, но такой судьбы ему точно не желал. Он прекрасно понимал, что тот человек, который совершил покушение на него самого - это и есть убийца Рыжего. - Боже мой, - только и смог выдавить из себя Стервятник. - Что с ним сейчас? - Лежит в Могильнике. - Слепой запнулся на последнем слове, как и многие в Доме, он ненавидел это место и явно не хотел произносить его название. Стервятник закрыл рот рукой, чтобы не закричать. Слепой же продолжил: - Сомневаюсь, что он выживет. Говорят, множество ножевых ранений. - он снова опустил голову. Будто всего вышесказанного и не произошло в реальности. Будто это не имело значение. - Спасибо, что рассказал. - Стервятник старался сдерживать свои эмоции, но у него плохо это получалось. Попрощавшись с вожаком Третьей, Слепой вернулся в спальню. А Стервятник стоял возле двери и не знал, куда себя деть. Противный звон в ушах не давал сконцентрироваться на собственных мыслях. Вспышка в глазах. Воспоминание. Красное полотенце, чёрная перчатка, крик. Слёзы градом покатились из глаз. Тень плыл по стенам, которые до потолка были украшены всевозможными посланиями. Слова о любви. Слова о смерти. Между ними нет ничего общего, но и различий в них тоже нет. Любовь кроется в смерти. Смерть таится за любовью. Это всего лишь две стороны монеты или стены. Просто фразы, которые бережно хранит в себе Дом. Смерть всегда будет, от неё нельзя спрятаться, она никого не щадит. Так же, как и человеческая привязанность, которую все называют "Любовь". А есть ли она вообще? Может это всё ошибка? Тень остановился у массивной двери, намекая на то, что дальше брату нужно идти самому. Прислушавшись к тому, что происходит за ней, Стервятник ничего не услышал. Стук. Ничего. Ещё стук. В закрытом кабинете послышались шаги. Дверь отворилась, на пороге стоял уставший Ральф. Огромные мешки под глазами говорили о тяжёлом рабочем дне. К вечеру он всегда становился недовольным, всё таки дети изматывают. Тем не менее при виде Стервятника он немного повеселел. - Ральф... Он упал на воспитателя, повис у него на шее. Он держался из всех сил, чтобы не разреветься. Ральф отошёл, крепко сжимая рубашку Птицы, и закрыл за ними дверь. - Снова! Кто-то пытался... пытался убить... Рыжий. Он в Могильнике! Это только начало... только начало. - Птичий вожак казался таким виноватым, больным. Повторял те же слова снова и снова. Он молил о пощаде неизвестно кого. Плакал и истерил. Ральф большим пальцем стёр слезу с бледной щеки. В его глазах читалось желание помочь, поддержка. Он был спокоен, в этом была его сила. Именно в этом Ральфе Стервятник нуждался сейчас. Воспитатель прижал парня к себе, погладил по голове, поцеловал в лоб, а затем посмотрел своими добрыми, заботливыми, родительскими глазами и поцеловал солёные губы своего молодого воспитанника. На секунду он отстранился, чтобы вытереть вновь накатившие слёзы. Тушь ещё больше размазалась по глазам. Стервятник уткнулся головой в грудь Ральфа, постепенно сползая ниже. Вскоре он упал на колени, крепко обхватил сильные мужские ноги и... замолчал. Ральф тяжело вздохнул и посмотрел на грязный деревянный потолок. - Что же будет дальше? - тихо спросил Стервятник, подняв голову на Р1. Тот лишь молча глядел вниз. Вскоре он наклонился, чтобы поднять паренька с пола. Стервятник попытался успокоится, выпрямил спину и вцепился взглядом в серьёзного и угрюмого Ральфа, ищя успокоение. Хоть частичку надежды на то, что это всё скоро закончится само собой. - Послушай меня, пожалуйста. Стервятник вскинул бровь, показывая свою готовность слушать. Ральф набрал побольше воздуха в прокуренные лёгкие и продолжил говорить. - Я видел Рыжего, могу сказать, что его шанс выжить очень мал. Мне кажется, что покушение на тебя и на Рыжего - это не совпадение. Вряд ли этот человек остановиться, но... - Ральф замолчал на долю секунды, а Стервятнику эта пауза показалась целой вечностью. Но прокуренный голос вскоре нарушил тишину. - ...Я... всегда буду защищать тебя. В глазах вспыхнули искорки. Маленький огонь, потухший очень и очень давно, наконец-то загорелся снова. Янтарные глаза стали переливаться на свету маленькой лампы. В один момент можно было подумать, что в них действительно заиграло пламя. Ни темнота комнаты, ни чёрная одежда не могли потушить золотой блеск. Надежда, вера в будущее. И злость. За печалью всегда следует ярость. За смертью прячется любовь. - Обещаешь? - Да.