Белый кот и хозяйка

Как вы думаете, быть злодеем легко? Нет, от слова совсем. Вечно в бегах, ты в розыске, тебя ищет полиция и герои, да и тем более люди тоже могут сдать тебя в любое время, ведь ты известен как злодей. Ты опасный человек для общества, так думают они. И отчасти они правы, но не на 100%. Почему я так считаю? Потому-что я—злодей, и я знаю, что говорю. Это сложно, так как у меня нету жилья, всё дряблое, и грязное. Старая рваная одежда, какая-то еда, украденная из магазина. Чаще всего это просто хлеб, либо булочка, как повезет. Либо вообще, голодовка. Потому-что не получилось что-то украсть, и приходится довольствоваться водой из речки, или озера. Тоже было, не буду врать. И о такой жизни я мечтала, когда была маленькой? Никто не мечтал о таком. Сейчас и мои коллеги мечтают о нормальной жизни. Красивой, и комфортной жизни. Мистер Компресс например хочет иметь домашнее животное, котёнка. Он любит маленьких пушистиков, я тоже. Они милые и маленькие, беззащитные создания. Твайс хочет даже если маленький, но уютный домик, где будет ощущаться комфорт и покой. Когда можешь ощущать себя в безопасности, и можешь заняться своими, личными делами, без чужих глаз и осуждения. Тога хочет жить со своим любимым человеком, с которым она может поболтать о не о чем, и заняться совместными делами, такими как просмотр фильмов, или например, порисовать. Если так подумать, то все мы, хотим иметь свой комфортный уголок. Для меня этим «комфортным уголком» стал Томура. С ним мне удобно даже молчать, что очень много означает для него. Я люблю проводить с ним время, хотя иногда это бывает невыносимо сложно. Были случаи, когда он молча уходил от меня в неизвестность, а потом через несколько часов возвращался, ни говоря ни слова о том, где он был? Я понимаю, что он так делает, только ради меня. Если вдруг ощущает желание накричать на кого-то, либо ударить, он сразу же уходит от меня, не хотя причинить мне вреда. Это я уже поняла после четвертого случая. У него тяжёлый характер, да и управиться с ним не каждому удаётся. Я же знаю несколько способов, как можно его успокоить. Лёгкий поцелуй, либо же прикосновение к нему, поглаживание, и тёплые обнимашки—всегда спасают меня. Почти. Конечно, иногда он срывается. Из-за накипевших эмоций внутри, Томура этого не сдерживает, и выпускает наружу, после чего остаётся сухое поле, как в пустыне, ни воды, ничего, кроме сухого и раскалённого песка. По началу было сложно это всё терпеть, ведь это было безумно сложно, да и немного больно. Со временем, я привыкла. Точнее он начал держаться со всех сил, дабы не ранить любимого человека.

***

Уже прошло около трёх месяцев. У нас больше нету нашего, маленького, и старого «дома». После нападения героев, мы теперь не имеем конкретного места расположения, и постоянно прячемся по заброшенных местах, чтобы хотя бы от дождя укрыться. Нам всем было сложно после этого периода, но больше всего пострадал наш Лидер. Он «потерял» своего учителя. Человека, кто проявил к нему милосердие в тот самый день. Его взгляд был пустым, а аура кажется изменилась с раздражительного, в более гнетущую, и пожирающую. Это было заметно всем. Несколько дней мы ничего не делали, стараясь принять то, что у нас отняли жалкую иллюзию дом. Мы были подавлены, и никто не знал, что делать дальше. Из вещей теперь у нас была только одежда. Даже мой рюкзак, который кажется, ядерную войну переживет, тоже остался там, на базе, и я более чем уверена, что его уже обследовали на экспертизе, снимая отпечатки пальцев, хоть что-то, что даст им какую-то зацепку. У нас не было надежды, да и печальный вид нашего босса не давал никаких надежд, потому что он тоже не знал, что делать дальше. Дни тянулись один за другим, время кажется не летело уже, как было раньше, а медленно ползло, оставляя за собой ощущение невероятной скуки. Сколько ещё придётся нам терять себя? Да, это звучит именно так. Когда наша жизнь начинает идти, чуточку в хорошую сторону, нас сразу сбивают с ног, и мы падаем в глубокую пропасть, что называется бездной. Наша команда устала. После того случая, никто ничего не делал, кроме как валялся на каком-то старом диване, и мы по очереди ходили добывать нам еду, только что б не умереть где нибудь в подворотне. Чувство апатии настигло нас всех, даже меня. Томура был в отчаянии, и единственное, что я могла сделать, это лишь молча смотреть на то, как он обнимает белые руки своей семьи. Шигараки не подпускал меня к себе, да и я не хотела тревожить его, хоть и нуждалась в его холодных, но сильных объятиях. Мы должны были жить, только ради для наших целей. Всё кажется таким нереальным, и далёким. Мы вечно карабкаемся по высокой горе, и не видно ни конца ни края. Мы должны были продолжить, для нашей общей цели—уничтожить героев. Я же просто поддерживала своих коллег, хотя по большей мере я это делала только для Томуры. Если это сделает его чуточку счастливее, я не против. Приятно видеть его улыбку, и эти моменты правда редкость. Поэтому, я стараюсь делать всё, что в моих силах, чтобы нам обоим было комфортно в этих отношениях.

***

—Ух...ну и холодина—немного дрожащим тоном сказала Тога, когда обняла себя своими руками, пытаясь согреться. —На, держи, может это поможет—Мистер Компресс снял с себя свой шарф, и отдал Тоге. Блондинка надела на себя оранжевый и немного грязный шарф. Это не помешало ему сохранить свою мягкую текстуру, из-за чего тепло поступало, медленно согревая шею девушки. —Спасибки тебе! Только осень, а такое ощущение, что уже зима—возмущалась она, положив свои руки на бёдра. —Мне показывает тринадцать градусов—послышался холодный и без эмоций голос Даби, который сидел на одном камне, и смотрел в свой телефон, с разбитым экраном. —Жуть как холодно! Хотя мне нормально. Точнее очень холодно! Но я держусь—ответил Твайс, который упёрся спиной в дерево. —Сколько нам ещё жить на улице?—спросил Спиннер, стоя в этой компании «друзей». —У босса спроси—ответил Даби, когда поднялся с холодного камня, и пошёл искать еду, потому-что его очередь. —А кстати, где он?—подняв обе брови, Спиннер. —Спит где-то, наверное—задумано ответила Тога, пряча свои руки в карманы плаща, который она недавно купила. —Ему нужен отдых, и нам тоже. После Гигантомахии он вымотан—пробормотал Мистер Компресс, присаживаясь на землю, упираясь спиной в камень, на котором недавно сидел Даби. Погода действительно была прохладной. Ветер был острым, но лёгким, вызывая мурашки по бледной кожи. Тем более, мы сейчас в лесу, и здесь ещё холоднее, от большого количества деревьев. Солнце не светило, оно было укрыто тучами, которые кажется собирались на дождь. Они были хмурыми, как настроение Томуры. На улице было немного темно, даже если был сейчас только обед. До пробуждения Гигантомахии остался час с лишним. Поэтому можно было спокойно расслабиться в осенней атмосфере леса, когда не слышно разрушений от постоянных битв, и не слышно никаких людей, кроме нас. Мы были далеко от города, так что тут было тихо и спокойно. Было бы лучше, если бы мы сейчас были в совместном и уютном домике, где могли бы укрыться тёплым и мягким одеялом, и положить свою голову на мягкую подушку. Сейчас же моим одеялом был Томура. В прямом смысле этого слова. Сейчас я лежала на каком-то холме, не слишком далеко от ребят. Под моей головой был мой новый рюкзак, который мы купили с ребятами, чтобы можно было там перетаскивать еду, и хотя бы средство лечения, как например бинты. Больше ничего у нас не было. Я всматривалась в даль густых, и оранжево-жёлтых деревьев, ощущая тёплое дыхание Шигараки у себя на шее. Он обнял меня, и уткнулся головой мне в шею, обвивая моё тело своими крепкими, и тёплыми руками. Выражение его лица было таким мирным, что при первой мысли и не скажешь, что это Лидер Лиги Злодеев. Как беззащитный и маленький котёнок, который только и хотел тепла от других людей. Одной рукой я приобнимала его за спину, а другую держала на его голове, иногда нежно массажируя макушку. Умиротворённый вид моего парня, правда был милым. Сейчас он спал, после тяжёлой битвы с этой громадиной. Весь вымотан, он лишь молча подошёл ко мне, и сказал: я хочу спать.. Это прозвучало так тихо, и так жалобно. Кажется, что это было сказано маленьким мальчиком, а не человеком, которому двадцать один год. Мы уединились, когда никто не видел, и легли вместе в крепких объятиях. В этой позе он засыпает моментально, иногда слышался его тихий храп, но я не против это слушать, поскольку это было смешно. Посмотрев на лицо своего любимого, я увидела немного пыли и грязи, от недавней битвы. Аккуратно и тихо я достала с кармана влажные салфетки, стараясь тихонько открыть их. Раздался звук шелестящей пачки, и я напряглась, не хотелось бы разбудить его, он очень устал. Достав одну салфетку, я лёгко коснулась влажной тряпочкой его лица. Я протёрла ему нос, и приступила к левой щеке. Спустившись к низу его щеки, мой взгляд остановился на его сухих губах. Я решила увлажнить и их. Легонько наклонившись, я поцеловала его в губки, после чего, немного улыбнулась, от вида спящего парня у меня на плече. Спрятав всё ненужное, я обвила его тело руками, нежно сжимая, что б ему не было холодно. Наши тела прикасались друг к другу, и поэтому нам не было прохладно. Ещё нас согревало тепло наших сердец, что делало этот момент немного романтичным. Моё внимание привлекла картина, где он медленно открыл глаза, не полностью, и как узнав, что я всё ещё рядом, закрыл их обратно, делая вид, что спит. Я лишь тихо засмеялась, и начала проводить рукой от его макушки к его затылку, нежно гладя. Бледно голубые пряди лениво свисали, и были растрёпаны. Но это делало его вид более естественным, это показывало то, кем он есть на самом деле, что очень привлекает меня. —Твоя заслуга?—пробормотал парень, ощутив, что его лицо в некоторых местах влажное. —Может и моя—я пожала плечами, всё ещё следя за его спокойным лицом. —Что это? —Не волнуйся так, это салфетки—ответила я, когда заметила лёгкое разочарование у него, после чего Шигараки открыл глаза. Его алые шары смотрели на меня, даже не моргая. —Я надеялся, что это поцелуи..—грустно прошептал тот, добавив в свои слова слова нотку иронии. —Я могу если хочешь—с нежной улыбкой прошептала в ответ я, когда его тело полностью легло на моё, прижимая меня к земле. Его волосы спадали мне на лицо, а его взгляд был по прежнему холоден. Бледные, и измотанные руки были по сторонах моей головы, тем самым он опирался на локти, когда его дыхание нежно щекотало мне кожу. —Я начну—с хриплым тоном предупредил он, когда наклонился к моему, уже немного красному лицу. Его губы начали нежно ласкать мою кожу, касаясь моего лба, носа, потом щёк, а потом подбородок. Одну руку я держала на его шее, а другую запустила ему в затылок, крепко держа его при себе. Его губы может и были сухими, но удовольствие от этих милых и романтичных моментов было. Кажется, его сейчас ничего не волновало, кроме меня. Он специально оттягивал момент, растягивая поцелуи, делая их медленными, но уверенными. Даже его рот уже был около моего уха, когда он прикусил мочку, немного оттягивая, из-за чего их моих уст вырвался и тихий и приглушённый стон. Поцеловал меня ещё раз в нос, он спустился к губам, и теперь не сдерживать свою страсть и желание. Мои пальчики игрались с его волосами, попутно отвечая на его яркие и жадные поцелуи. Не смотря на то, что он только проснулся, он делал поцелуи жаркими, вовлекая в этот "диалог" свой язык, страстно проводя им по моей губе, и внутрь рта, оставляя во мне немного своей слюны. Он смотрел на меня из своих при закрытых век, а я лишь сладко отвечала на его действия, ощущая себя в состоянии эйфории. Когда его рука скользнула по моей груди, опустившись к талии, послышался сильный грохот, и очень громкие, и большие шаги. Он сразу же остановился, и оторвал свой рот от меня. Томура выглядел раздражительным, поскольку ему меньше всего хотелось прекращать этот момент. —Проклятье..—произнёс он, понимая, что Гигантомахия уже проснулся. —Будь осторожен—с лёгкой грустью сказала я, переместив свою руку ему на щёку, легонько касаясь. —Буду—уверенно сказал лидер, когда ещё раз поцеловал меня в лоб, и поднялся с моего тела, быстро скрылся в другом направлении. Мне надо было идти к остальным, и следить, дабы Томура не поранился, а если уже и случится, так это сразу перевязать его раны. Эта буйная жизнь уже кажется слишком надоедливой. Но что я могу поделать? Следовать лишь своему сердцу. И оно мне поговорит, бежать от этого места, пока Шигараки отвлекает Гигантомахию на себя, чтобы защитить меня, так как из-за этого он и убежал. Поднявшись, я пошла в сторону нашего небольшого "лагеря", где мы остановились.