Багровый плен

"Он был груб, неотёсанно брутален и ему хотелось перечить". Виктория Роа "О Филипе Марлоу"

Паб со звучным названием «Голодный койот» был совершенно нетипичным заведением для тихого города, но тем не менее пользовался популярностью у определенного количества жителей в Сэнткроссе. В зале посетителя встречали легкая живая кантри-музыка, картины и плакаты в стиле Дикого запада, громкие голоса мужчин, играющих партию в бильярд, терпкая смесь запахов пота, сигар и крепкого алкоголя. Контингент заведения, в основном, состоял из мужчин средних и преклонных лет, с натруженными руками, с характерными признаками пристрастия к алкоголю, неопрятно одетых и вставляющих бранное словцо в каждой фразе, и небольшого количества женщин, в основном не уступающих внешне мужской части и предпочитающих, изысканным дамским напиткам, крепкое дешёвое пойло, коего здесь всех видов предлагалось в избытке. Детектив Николас Уайт, мужчина средних лет, с темной слегка растрепанной шевелюрой и яркими зелеными глазами, скрючившись сидел в тёмном углу барной стойки. Сегодня случайно оказавшись в этом колоритном месте, он размеренно вливал в себя местную текилу — стопку за стопкой, изредка глуша горечь алкоголя, сводящими скулы, кислыми дольками лайма, щедро присыпанными солью. Его пальто скомкано свисало со спинки высокого барного стула, напоминая небрежной кучей своего хозяина. В мятой от длительной носки голубой рубашке и усталым измученным взглядом с намечающимися синяками под глазами детектив выглядел неважно. Его небрежный образ завершала тёмная двухдневная щетина. В этот день жизнь подкинула ему нелегкое испытание, последствия которого он пытался сейчас утопить в большом количестве текилы. В голове детектив все время возвращался к тому, что произошло сегодня, пытался осмыслить весь ужас, который увидели его глаза. Пасмурно. Сумерки за окнами автомобиля, освещённые лишь тусклыми уличными фонарями, добавляли и без того паршивому настроению ноты уныния. Уайт сосредоточенно следил за дорогой, до побеления костяшек сжимая руль. И чем ближе он подъезжал к месту обнаружения тела, тем сильнее волнение подкатывало к горлу. К своему везению, а может, к несчастью, ему еще не приходилось иметь дело с маньяками. Самое запоминающееся расследование, одно из его первых, было связано лишь с двумя неудачливыми беглыми заключенными. Они пытались ограбить дом, но напоролись на хозяйский винчестер. Глава семьи обезвредил одного из ублюдков, но второму удалось вырваться, и он успел от страха смертельно ранить обоих супругов. А когда полицейский патруль прибыл на место, спасать было почти некого. Выживший преступник успел скрыться, а Нику достались неприятные воспоминания о том дне. Мужчина на всю жизнь запомнил этот кошмар, ждавший их внутри дома. Это зловоние насильственной смерти — металлический запах крови и испражнений. Припарковавшись неподалеку от огороженной территории, детектив быстро вылез из машины. На ходу поправив пальто, натянул кожаные перчатки и проскользнул за ограждение. Дом окружённый полицейскими, несмотря на бедный район, выглядел удручающим бельмом. Окна и двери выбиты, грязно-зеленые стены покрыты странными граффити и застарелой пылью. Одним словом, здание вряд ли использовали по назначению последние лет десять. Ник осторожно вошел в темный провал главного входа, прямо по валявшейся у проема двери, хрустя толстой подошвой ботинок по осколкам мусора и стекла. Внутри все выглядело ненамного лучше, чем снаружи. В комнате, освещённой лишь фонарями и всполохами полицейских сине-красных мигалок, добавляющих напряжения, и без того мрачной атмосфере, посреди груд мусора, лежал труп молодой девушки. Полностью обнаженный, сливающийся своей серостью с обстановкой вокруг. Около жертвы собралась приличная толпа криминалистов и полицейских, но все его внимание было приковано к мертвому телу. Словно кошмар, который мучал не одну ночь, воплотившийся в реальность. Подошедший коронер Ричард Николсон, пожилой мужчина, с седыми прядями в волосах и с проступающей небрежной щетиной поздоровался с Уайтом, на ходу закидывая в рот леденец. Ник даже не поразился тому, как в этой напряженной обстановке коронеру удается выглядеть невозмутимым. Сколько детектив знал Ричарда, он всегда был таким. Язвительным, прямолинейным и слегка фанатичным в работе. Прослуживший большую часть своей жизни в полиции, он отличался своим трудоголизмом и специфичным чувством юмора. Благодаря этим качествам, Уайт с ним отлично сработался и даже как-то позвал его пропустить по стаканчику. Однако вопреки внешнему спокойствию, даже коронер скрывал под сдержанной маской замешательство и тревогу. — Расскажешь к каким выводам пришел? — спросил детектив у Николсона и тот утвердительно качнул головой. — Труп неизвестной женщины, возраст от двадцати до тридцати лет, рост примерно пять с половиной футов. Блондинка, татуировок нет, кожа бледная, по состоянию трупного окоченения, смерть наступила около двух недель назад. По расположению тела и отсутствию биологических жидкостей вокруг, предполагаю, что его переместили сюда и оставили. Одежду и личные вещи не обнаружили. Внешние повреждения кожных покровов, царапины, ссадины, ушибы по всех поверхности тела. На шее следы душения, но не думаю, что они стали причиной смерти. Удалены фаланги пальцев, возможно с целью усложнения идентификации личности жертвы. Что еще? Да. Причина смерти предположительно удар тупым предметом, в затылочную часть головы. Жертва потеряла много крови перед тем, как скончалась. Судя по половым органам девушки, она была подвергнута неоднократным сексуальным пыткам. И также это. - коронер указал на руки жертвы, - Николас, отчетливо видны глубокие порезы, в виде неизвестных узоров. Уайт подошел к телу и присел около девушки. С трудом сдержав рвотный позыв, стал бегло осматривать тело. Смерть по-настоящему — это некрасиво и непоэтично. Это омерзительно, ужасно и привыкнуть к такому невозможно. Осторожно повернув руку девушки, лишенную пальцев, осмотрел багровые царапины на коже. Трясущейся рукой детектив щелкнул их на камеру телефона и больше не тратя время, отошел в сторону, изо всех сил стараясь сохранять спокойствие. В голове Ника засела свербящая мысль о нереальности происходящего. Но запахи разлагающегося трупа говорили об обратном. Детектив зажмурился и выругался про себя. Хищные звери и то милосерднее к своим жертвам, чем это чудовище, растерзавшее несчастную девушку. - Больше скажу после вскрытия, детектив. К утру положу отчет на твой стол. Так в общем пока что все. - констатировал коронер и заглотил очередную конфетку. - Будешь леденец? Уайт поморщившись, влил в себя очередную порцию текилы. Снова и снова мужчина прокручивал в голове множество догадок, постепенно осушая стоявшую перед ним бутылку. Несмотря на внешнюю усталость, разум работал как заведенный, но эти бесконечные мысли не приносили удовлетворения. Ожидание сводило с ума от неопределенности. Интуиция подсказывала Уайту, что вряд ли он услышит что-то новое от коронера, но в душе теплилась надежда получить хотя бы одну несчастную подсказку. Убийца нагло подбросил тело, как будто пытаясь втянуть полицию в свою извращенную игру. И детектив догадывался, что это только начало. Он с шумом отодвинул от себя почти опустестевшую рюмку. Мимолетное удовольствие от алкоголя прошло, сменяясь головной болью, усталостью и раздражением. Дурацкая особенность организма. Нику никогда не удавалось напиться по-настоящему, чрезмерное употребление всегда приводило лишь к неприятным ощущениям еще до наступления похмелья. Чтобы немного отвлечься он обвел взглядом окружающую обстановку. Людей было не слишком много, дело близилось к ночи, поэтому даже джаз-бэнд, резко бренчавший на инструментах, завел заунывную мелодию. На другом конце барной стойки было кое-что, что слегка удивило Уайта. Взгляд зацепился за симпатичную рыжеволосую женщину, непонятно как оказавшуюся в этом злачном месте. Незнакомка сосредоточено листала документы в папке. Кончиком пальца время от времени возвращая сползавшие круглые очки, она потягивала ядовитого цвета коктейль, налитый в стакан для виски. Детектив невольно засмотрелся на её аккуратные ноги в полупрозрачных колготках, обутые в элегантные туфельки, а её синий опрятный костюм-двойка великолепно подчеркивал её красивую стройную фигуру. Спустя пару минут любования этой женщиной, детектив случайно заметил, как неприятный волосатый тип, похожий на неандертальца, с наглой улыбкой приближается к ничего не подозревающей рыжеволосой красавице. Мужик бесстыдно навалился на барную стойку, едва не касаясь плеча незнакомки. Детектив не мог разобрать слов, но суть и так стала ясна, как только тот мерзкой лапищей схватил женщину за запястье. Сжав кулаки, Уайт ощутил поднимающееся к горлу отвращение и не долго думая соскочил со своего места. Не церемонясь, детектив подошел вплотную к наглому типу, оттесняя его от растерявшейся женщины. — Лучше не надо, — тихо сказал Ник, не давая мужику осуществить свой гнусный план. Уайт достал из кармана полицейский значок и, многозначительно глядя ему в глаза, попытался мягко оттолкнуть наглеца. С презрением оглядев детектива с головы до ног, неандерталец грубо рыкнул ему в лицо: — А ты ничего не попутал, коп? Николас понял, что пьяный мужик не отступит. Напряжение между ними достигло максимальной точки кипения и ублюдок решил убрать со своего пути помеху. Сделав стремительный шаг навстречу, мужик поднял кулак, но не успев даже прикоснуться к Уайту, согнулся от ответного удара под дых. Внутри детектива поднялась непонятно откуда взявшаяся злость, и он продолжил жестко избивать мужика, даже когда тот свалился на пол. В какой-то момент Уайту грубо скрутили руки за спиной, останавливая это безумие. Пока избитый мужчина пытался встать, собирая с пола грязь, перемешанную с накапавшей из разбитого носа кровью, Ник немного пришел в себя. В висках стучало от алкоголя и резкого скачка адреналина. Детектив, слегка оттолкнув державшего его человека, развернулся лицом к спасённой женщине и наткнулся на пронзительный взгляд серых глаз. Повнимательнее присмотревшись к лицу незнакомки, он, к своему удивлению, не заметил на нем ни капли страха или отвращения, несмотря на то, как Ник обошелся с ее преследователем. Под стеклами круглых очков в толстой оправе совершенно точно светилось изучающее… Любопытство? Словно мужчина был для неё той самой букашкой под микроскопом ученого. Уайт отвлекся на избитого мужика, который пошатываясь скрылся в темноте зала. Нику было слегка не по себе от этого инцидента, но, казалось, никто в пабе особо не обратил внимания на то, что произошло у барной стойки. Видимо, стычки здесь происходили нередко. Лишь пара свидетелей, разнявших намечавшееся избиение, прожгли Ника слегка осуждающими взглядами, но и они вскоре снова вернулись к бару, к своим недопитым бокалам. Незнакомка, спасенная Уайтом, тем временем, подхватив свои вещи, поспешила на выход. Детектив было дернулся за ней, но чуть не врезался в чью-то широкую грудь, едва прикрытую не по размеру растянутой футболкой. Три массивные фигуры преграждали ему путь, не давая шанса к отступлению. Недавно побитый «знакомый», пошатываясь, стоял в окружении группы поддержки. Кажется, хитрый мерзавец сбегал за дружками и теперь дело принимало дерьмовый оборот. Ник поднял глаза и обвел всю эту «могучую кучку» усталым взглядом. — А теперь ты получишь, урод! Уайт, несмотря на нетрезвое состояние и начинающуюся головную боль, ловко увернулся от летящего огромного кулака. С грохотом круша все вокруг, все трио разом набросилось на него. После этого казавшаяся сонной атмосфера паба встряхнулась. Словно в насмешку, музыканты заиграли задорную мелодию, лихо ворвавшуюся в шум разгорающейся потасовки. Неожиданно на помощь детективу пришли несколько крепких мужчин, и избиение превратилось в массовую драку. Среди этого бардака уже было сложно разобрать кто за кого и с кем дерется. После того, как Уайту удалось вырубить одного из громил, внутри поднялась безумная смесь азарта, адреналина и ярости. Костяшки рук горели от ударов, а саднящая боль в рассеченной брови притупляла все другие чувства. Оглянувшись на приближающегося соперника, он на миг утратил бдительность. Вырубили распалившегося Ника жестко и метко. Мужчина даже не понял, что произошло, резко встретившись лицом с грязным полом паба.