Самый страшный кошмар Люциуса Малфоя

– Мой дорогой Люциус... Мне жаль, но я вынужден констатировать, что я весьма тобой разочарован. Ты знаешь почему. Эта миссия была крайне важна, и я рассчитывал, что ты сумеешь организовать всё наилучшим образом. Старинные кресла, дорогие картины на стенах, мягкий свет от огромной хрустальной люстры, подвешенной под потолком. Двое мужчин в изысканных мантиях, сидящие друг напротив друга с бокалами вина в руках. Тихая музыка, звучащая на самой грани слышимости. – Просите, милорд, я подвёл вас... – Люциус склонил голову. Его длинные платиновые волосы блестели на свету, словно были сделаны из драгоценного металла. – Если вы сочтёте необходимым наказать меня, я приму всё, даже Круциатус. Я заслужил... – Брось, Люциус, это было бы уже чересчур! – поморщившись, прервал его Волдеморт. – Я не буду наказывать тебя с помощью настолько вульгарных методов. То, что годится для таких жалких субъектов, как Петтигрю, совершенно неприемлемо, когда речь идёт о настоящих аристократах. Я не буду унижать тебя и себя, опускаясь до такого варварства! Люциус невольно вздохнул с облегчением. Не то, чтобы он так уж боялся Круциатуса, но... Скажем так, лучше обойтись без экстремальных ощущений. Он улыбнулся и отпил немного вина из своего бокала. – Тем не менее, наказание всё-таки должно иметь место, – твёрдо сказал Волдеморт. – Ты провалил важную миссию и значительно отдалил момент нашего окончательного триумфа. Мы не могли действовать, пока не освободили вас из Азкабана. К тому же, я так и не узнал, что было в том пророчестве. Он сделал паузу и внимательно посмотрел на Люциуса. Затем усмехнулся и погрозил ему пальцем. – Но только не думай, что ты отделаешься лёгким испугом, мой дорогой друг! – весело сказал он. – О нет, я придумал для тебя нечто особенное. Твоё наказание будет поистине запоминающимся!

***

Люциус смотрел в зеркало широко открытыми от ужаса глазами и молчал. Просто молчал. Слова в данной ситуации были бесполезны, потому что никакими словами нельзя было передать всю кошмарность и абсурдность того, что с ним только что произошло. – Да ладно, Люци, не расстраивайся, тебе даже идёт, – насмешливо мурлыкнула стоящая сзади Беллатрикс. Если бы Люциус плохо её знал, он бы даже мог подумать, что она ему сочувствует. Увы, это сочувствие было насквозь фальшивым. Нет, Белла злорадствовала и торжествовала, и у неё была на то веская причина. – Дорогой, они всё равно отрастут, ты даже не успеешь оглянуться, как они снова станут такими же, как раньше! – а вот Цисси действительно была на его стороне. Моя верная Цисси... Как жаль, что ты вынуждена видеть меня таким... – А знаете, я очень давно так не веселилась! – с чувством сказала Беллатрикс, щёлкнув ножницами, которые держала в правой руке. – Спасибо, милорд, я так рада, что вы поручили это именно мне! – Ну что ты, Белла, разве я мог лишить тебя такого удовольствия? – Волдеморт погладил Беллатрикс по густым чёрным кудрям и ласково поцеловал её в висок. – Люциус, я надеюсь, ты осознал, насколько был неправ? – Да, повелитель, я всё понял... – сглотнув, пробормотал Люцуиус. – Но только... только... Всё-таки это слишком жестоко! Уж лучше бы вы наказали меня Круциатусом... Он ещё раз глянул в зеркало и отвернулся, закрыв глаза рукой. Это было тяжело. Слишком тяжело. Невыносимо. Он всю жизнь по праву гордился своими волосами, а теперь... Теперь ему и в самом деле остаётся лишь ждать, когда они отрастут заново. Ну неужели нельзя было придумать что-нибудь другое?!