Невозможный я

На следующее утро, Кихо постучался в дверь палаты своего омеги и услышав приглушённый ответ, прошёл в помещение. По приятно-голубым стенам плясали солнечные зайчики, на тумбочке из бамбукового дерева, стоящей у кровати Шоты, находился поднос с завтраком, а сам омега читал книгу и пил горячий час с черносливом. - Привет, милый, - улыбнулся Кихо, осторожно усаживаясь на край кровати и даря своему возлюбленному нежный поцелуй в щёку, - Как ты тут? Скоро выписывают? - Привет, я в порядке, попросил врачей меня отпустить уже сегодня вечером под предлогом того, что смогу о себе позаботиться, - сжав ладошку Хаку в своих руках, Юн поглаживал пальцы и внимательно слушал омегу. - Я также могу о тебе позаботиться, родной. И не только о тебе, - увидев недоумённый взгляд Шоты, альфа провёл ладонью по его щеке, - У нас будет ребёнок. Эмоции одна за одной сменялись на лице омеги: от неверия, до страха, а после до нежности и осознания. Он отложил в сторону книгу и чашку, потянулся к Кихо, обнимая его за шею и утыкаясь в волосы. Руки альфы мягко легли на тонкую талию, притягивая ближе к себе. - Я... Я так счастлив и в тоже время шокирован... - прошептал Шота, вдыхая запах истинного, - Ты... Ты правда не оставишь нас...? - Конечно нет, солнце, - со всей серьёзностью произнёс Юн, заглядывая в глаза своему любимому и даря ему нежный поцелуй, - Я сделаю всё, чтобы вы с малышом ни в чём не нуждались. **************************************** Вечером того же дня, Кихо и Шота выходили из здания больницы, держась за руки. Нужно было обязательно сообщить родным обо всём, что с ними приключилось, а потому, первым, что они сделали, когда сели в машину, это позвонили родителям. Мама Шоты была безмерно рада, пусть и шокирована, а отец попросил передать трубку альфе своего сына и убедившись в его намерениях и серьёзности по отношению к Хаку, довольно хмыкнул и пожелал удачи. Они условились о том, что в ближайшие месяцы, как Шота окончит обучение, сразу же приедут погостить и познакомиться. Уже сидя дома, в объятиях друг друга, они обдумывали все произошедшие с ними события. Нужно было обязательно поблагодарить Тэяна. Только влюблённые вспомнили об этом, как по всему дому раздалась трель. Они переглянулись и пошли открывать. - Сюрприз! - воскликнула четвёрка друзей, налетая на Шоту, - А мы тут с подарками! - Тэян, Чонсоб, Интак и Джиун остановились в прихожей, сняли обувь и отнесли подарки на кухню. Среди них было много фруктов, шоколада, несколько баночек виноградного лимонада, парочка дисков с играми, чипсы и многое другое. Они все расположились в гостиной, потягивая чай с землянично-кремовым тортом и делились новостями. Когда Чонсоб протянул Шоте бутылочку соджу, тот хотел принять подарок, но Кихо сообщил, что его омега беременный. Со всех сторон сыпались поздравления и счастье, плескавшееся в чайных кружках и отзвуках бокалов, продолжалось до самого утра. **************************************** Постелив ребятам в гостиной, влюблённые удалились на второй этаж. Уже лёжа в объятиях своего альфы, Хаку прошептал: - Я даже мечтать о таком не мог. Я всегда считал себя невозможным .. Недостойным счастья, хотя всегда... Надеялся на лучшее... В моих мыслях было, что я просто невозможный идиот... - он отошёл к окну, усаживаясь на кресло. Милый парень в кенгурушке с коровками обхватил себя руками, пытаясь сдержать слёзы. Кихо подошёл к нему и оторвав ладошки от раскрасневшегося личика произнёс: - Ты самый лучший для меня, Шота... Я люблю тебя... С тех пор, больше омегу не беспокоили подобные мысли. А если и бывало, то его альфа доказывал свою любовь и был рядом. У них родился мальчик-омега, которого они назвали Кихён. И каждый день, укладывая малыша спать, они понимали. Если бы один невозможный омега не нашёл бы одного невозможного альфу, то ничего из этого не было бы.