Расправив крылья заново

      Как Анатолий и полагал, до начала вьюги всё поджечь не успели, хоть Александр, с горем пополам, решил помочь. Поэтому теперь троица пробиралась по быстро вырастающим сугробам, а обзор нещадно начинал снижаться. Девочку предусмотрительно усадили на плечи Саши, чтобы ещё сильнее не тормозить процесс, ведь ребёнок не мог и шагу ступить — сугробы доходили ей до пояса.       Толя вёл их к главной дороге. Так как по ней проезжают торговые сани и проходят пехоты и конницы, она даже в метели бывает почти чиста.       Деревня, в которой живёт отряд Анатолия, стоит практически на границе снежного региона и является чем-то вроде «последней остановки перед далёким путешествием» для северян, которые покидают Родину по заданию или по собственной инициативе ради долгожданного отпуска в более тёплых странах. Также и наоборот — она первая встречает долгожданных путников, что возвращаются домой, или путешественников с торговцами. Поэтому в деревне есть и баня, и бар, небольшой отель и даже маленький ресторанчик.       Застрельщик вздохнул. «Да, сейчас бы в баню, обогреться...»       Выйдя наконец на главную дорогу, Толя посмотрел на своих спутников. Саша, неся девочку на плечах, рассказывал истории из его детства в Мондштадте до того, как стал воспитанником Дома Очага, а та внимательно слушала, уплетая за обе щёки паёк, что ей дал Анатолий. Да, чем уж и могла похвастаться служба в Фатуи — так это вкусным пайком и новой семьёй, что обретаешь в своём отряде.       Толя также нацепил на ребёнка свою шляпу и тёплые перчатки, которые пришлось подвернуть несколько раз, чтобы они налезли на её маленькие руки - мужчина не мог смотреть на то, что она столько времени на морозе была в одной шубе и даже без шапки. Огромные рукавицы Александра, пропитанные анемо энергией, просто физически ей бы не пошли.       От сердца мушкетчика отлегло, когда на лице девочки появилась еле заметная улыбка. Как вдруг в глазах её мелькнул испуг, и она резко повернула голову в сторону деревьев. Толя с зарождающимся чувством тревоги быстро посмотрел в ту же сторону.       Хиличурл.       Обычный, даже никакой стихией не способен нанести урон. Монстр, увидев, что его заметили, бросился прочь. Интуиция Фатуи подсказывала, нет, даже прокричала, что его ни за что нельзя упустить.       Анатолий рванул в его сторону, крикнув другу:       — На базу!       Уже не слыша сзади взволнованных слов товарища, застрельщик начал петлять между деревьев в погоне за проблесками пшеничного меха на белоснежном фоне.       Материализовав в руках свою винтовку, он на ходу сделал несколько залпов. Не попадёт, но хотя бы заставит монстра испугаться. И ему это удалось. Хиличурл, отскочив от выстрела, который каким-то чудом пролетел очень близко, врезался на всём ходу в дерево. Не теряя ни секунды, солдат прицелился и совершил точный удар огненного ядра в затылок монстра. Тело слегка дёрнулось и упало к корням берёзы, которая и стала косвенной причиной его погибели.       Подбежав к трупу, Анатолий начал быстро соображать. Как избавиться от тела? В момент, когда солдат его увидел, он сразу понял, зачем монстр там был.       Если бы у него и хватило мозгов устроить засаду, он бы напал уже давно. Нет. Он следил за ними, чтобы узнать, куда солдаты уведут последнего оборотня из той общины. Какова вероятность, что этот неудачливый шпион не входил в состав утреннего набега? Да ещё и следовал за ними какое-то время. Вряд ли просто послушать истории из Мондштадте от Саши.       Застрельщик начал в уме быстро перекидывать варианты. Если есть один, то неподалёку могут быть ещё монстры. Огнива с собой нет, зажигалка осталась у Саши. Снова использовать элементальную активацию доспехов плохая идея - появляется серьёзный шанс потерять сознание из-за перегрузки. Толя поднял голову, задерживая взгляд на стволе той самой берёзы, а выше были и тяжёлые снежные шапки, что покоились на ветвях дерева.       Изо всей силы качнув берёзу, солдат отскочил назад. Огромные кучи снега упали прямо перед его носом, полностью покрыв тело монстра, став его могилой.       «Надеюсь, его здесь никто не найдёт», — пронеслось в голове Анатолия.       Солдат заспешил обратно к главной дороге, ведь метель уже полностью брала свои права хозяйки этих земель.       Быстро вернувшись на главную дорогу, Анатолий удивился — Саша и девочка, как стояли на том месте, на котором он их оставил, так и стоят. Хотя он отдал товарищу приказ немедленно возвращаться в деревню. Не хватало им ещё бо́льших проблем, если рядом действительно есть монстры. Девочка стояла на своих ногах и беспокойно вглядывалась в пургу, выискивая глазами мушкетчика. Саша держал её за руку и тоже ждал товарища.       И вот девочка наконец заметила шедшего им навстречу застрельщика и, легко освободившись от хватки солдата, побежала к нему.       — Дядя Толя! — в её голосе слышалось облегчение. Она подбежала и обняла его, а её хвост радостно завилял из стороны в сторону.                         Застрельщик к такому не был готов, потому завис на какое-то время.       «Совсем недавно вся её община была уничтожена из-за монстров... Думаю, она сильно переживала, когда я побежал за одним из них», - Анатолий искренне сопереживал ей.       Они были в одной лодке.       Толя недовольно перевёл взгляд на Сашу.       — Я же сказал идти вперёд, — мушкетчик взял девочку за руку и пошёл в сторону деревни, проходя мимо товарища.       — И оставить тебя одного? Ну уж нет! — возмутился боец. — Или ты забыл почему в отрядах разведки местности минимум по двое солдат? И вообще, малышка тоже заявила, что без тебя никуда не пойдёт!       — Ладно, закрыли тему, — входить в глупые перепалки сейчас мужчине хотелось меньше всего.       Наконец впереди показались избы, огороженные деревянными заборами, темнеющие на фоне снега. В окнах горел свет, освещая им путь. Застрельщик устало вздохнул. Долгое хождение по сугробам и внеплановая активация боевого режима доспехов порядком измотала его. Сейчас бы выпить чаю с вареньем и лечь на печку, отдохнуть...       От одного из домов отделилась высокая фигура и поспешила им навстречу. Толя прищурился и разглядел сквозь снежные хлопья меховую шапку, синюю шубу и длинную густую седую бороду. Староста деревни — Мороз Васильевич. Отдых придётся отложить.       — Ребята! Где же вы пропадали так долго? — услышала троица низкий голос старосты. — Заставили же поволноваться старика, — он посмотрел грозно на мужчин, как на детей, что во время прогулки измазали в грязи новую одёжку. Но тут он заметил девочку, что во все глаза глядела на него. — Ох, а что это за маленькая леди с вами?       — Оу, это... — Толя замялся. — Это долгая история.       — Ох! Совсем голова дырявая! — спохватился Мороз. — Вы заходите, заходите. У нас с Васенькой и самовар заварился. И в баньке отогреетесь.       Мушкетчик повернулся к Саше.       — Саш, ты иди к нашим, расскажи, что случилось и составьте новую карту для перевозок, а я пока тут, — он кивнул в сторону старосты. — ... разберусь.       Боец коротко кивнул и поспешил к теплой общаге солдат. Толя с девочкой и стариком зашли в большую избу старосты. Каждый раз, когда застрельщик в неё заходил, его глаза всегда подмечали железную подкову, висящую на двери. Он хотел и для их общаги раздобыть, но всё руки никак не доходят.       Несмотря на лютый мороз на улице, в избе у Мороза всегда тепло и порой даже душно. А всё благодаря печи, что располагалась в дальнем углу. Печь эта была большая и старая. Когда дети спрашивали, сколько она уже стоит здесь, Мороз с улыбкой шутил: «Может веков пять, может и тысячу лет». Окна закрывали белые льняные занавески с узорчатой вышивкой по краям. Большой стол, укрытый белоснежной скатертью с красными узорами, стоял недалеко от двери и был усыпан тарелками с пирожками, а в его центре, словно боярин, стоял самовар с сапогом на трубе, «чтобы вкус чая не выпаривался», как любил говорить старик.       Василиса, внучка Мороза, показалась из соседней комнаты с банкой малинового варенья. Её длинные каштановые волосы были всегда завязаны в косу, а по дому она ходила в зелёном теплом платье ниже колен. Увидев нежданных гостей, она удивилась, но сразу же улыбнулась, тепло приветствуя их.       — Васенька, будь добра, затопи баньку нашу для запоздалых гостей, — попросил её дедушка.       Солдат смущённо поклонился, сконфузившись от того, что их появление отвлекло людей от скорой трапезы.       — Сейчас будет, дедуль! — улыбнувшись снова, Вася поставила варенье на стол, накинула коротенькую шубку на плечи и вышла из избы к бане, что стояла в нескольких метрах от дома старосты.       Толя снял с ребёнка свою шляпу и перчатки, чтобы она могла немного подкрепиться, пока грелась в избе. Всё же одним сухпайком сыт не будешь. Девочка с горящими глазами взяла пирожок с повидлом, который ей в руки дал дедушка, и, откусив, её хвост снова завилял из стороны в сторону.       — Васенька сама всё испекла, кушайте, — улыбнулся старик, наливая ребёнку чай, — Я же на старости лет уж ни на что не способен.       Застрельщик на эти слова многозначительно посмотрел на старосту. Всегда он так говорит, но каждый житель деревни из раза в раз замечает его, колющего дрова с нехарактерной старику силой. Также очень частая картина в этой пограничной деревне: староста, что носит всем соседям эту самую охапку дров или свои новые статуэтки, вырезанные из тяжёлого полена, что по сути своей одно и тоже. На замечания, что ему бы стоило пожалеть спину, Мороз всегда говорил: «Не настолько старый, не усохну». Две крайности, что живут в одном человеке.       Пока девочка-оборотень уплетала уже пирожок с мясом, мужчины обсуждали погоду, улов охотников и всё, что угодно, но не то, что действительно относилось к делу. Старик, очевидно, заметил, что солдат не говорил нужной информации в присутствии гостьи, и сам этот вопрос пока не поднимал. За это Толя был ему очень благодарен. Вот открылась дверца, запуская морозный ветер.       — Баня растоплена, кто первый пойдёт? — уведомила Василиса.       — Малышка идёт первая! — ответил Толя, не давая девочке и слова вставить.       Ребёнок пару секунд сверлил солдата нахмуренным взглядом, надув щёчки. После чего она запихнула пирожок с мясом себе в рот и поспешила к двери. Василиса уже хотела идти за ней, чтобы помочь смыть с себя прилипшую грязь, но Анатолий остановил её.       — Слушай, Василис, — он не знал, как объяснить ей это. — У неё могут быть раны на спине... большие. Ты, это, посмотри там, пожалуйста.       Девушка задумчиво посмотрела на него.       — Ла-а-адно...       После того, как девушки удалились, солдат повернулся к старосте, собираясь с духом.       — Так, что же произошло? — сдержанно поинтересовался Мороз.       Мужчина вздохнул.       — В общем...       — Да уж... — старик после рассказа солдата стал намного задумчевее, чем обычно. — Не думал, что порождения Бездны дойдут до такого.       — Я тоже... — мужчина склонился над столом, оперевшись на руки, и уткнулся в них лбом, пряча от взрослого глаза.       — Не сокрушайся так, Тоша, — старик ободряюще похлопал его по плечу. — Это была скрытая община духов, ты бы никогда даже не узнал о её существовании, если бы не это. Духи защищают свои поселения скрывающими рунами, видимо, что-то произошло, и они перестали работать, а монстры этим воспользовались. В этом нет ничьей вины. Я-то знаю, как ты переживаешь за каждое проешествие.       — Наверное, вы правы...       Вздохнув, мужчина всё-таки откусил один из пирожков с ближайшей тарелки. Тёплое тесто и сладкое повидло заполнило на несколько секунд все его мысли, пока он пережёвывал угощение.       — Но что же симарглы делали здесь, на окраине Снежной? — проговорил Мороз, подливая себе чая из краника самовара.       — Симарглы? — мужчина навострил уши.       — Крылатые гончие, — пояснил старик. — В своё время они были почти на одном уровне с нашими северными божествами. Они были воинами, защищавшими людей от нечисти, а иногда и просто сторожами многочисленных посевов простого народа. Но основной их обязанностью было присматривать за одним из частей Ирминсуля, Мирового Древа, чей корень пророс в нашей стране, как и во всех остальных странах.       Так вот оно что.       Припоминая, Толя приметил, что в разрушенной деревне оборотней было поражающее количество трупов именно хиличурлов, а жителей было меньше. Раз они были воинами, то как же так вышло? Как же получилось, что монстры стёрли с лица земли одних из сильнейших воинов?       — Мы ослабли со временем, — раздался детский голос со стороны двери.       Повернувшись, мужчина увидел всё ту же девочку, но уже чистую, с расчёсанными волосами и обработанными ранками. В глазах её отражалась печаль об утрате прошлого. Толя перевёл взгляд на Василису, но она лишь с болью посмотрела на спину девочки, а в руках держала чистые бинты. Тяжело вздохнув, она удалилась в соседнюю комнату. Видимо, застрельщик угадал с тем, какая ужасная картина была там.       — Что ты имеешь в виду, Солнышко? — нарушил тишину старик.       — ...Испокон веков духи северных земель жили с людьми, — осторожно начала девочка. — Одни приносили несчастья, другие — защиту и благословения, третьи — в зависимости от настроения. Но у всех была одна общая черта. Силы духов зависели буквально от веры людей в них. После катастрофы пятьсот лет назад множество духов ушли от людей как можно дальше, чтобы выжить во время нападений тьмы. Далеко не все умели сражаться с... монстрами...       На этих словах она запнулась на какое-то время. Перед глазами снова пролетали ужасные события этого нелёгкого утра, а ушки будто вновь слышали какофонию десятков голосов. Крики женщин и детей, полные страха и боли, рычание хиличурлов и смех магов Бездны, похожий на искаженное пение, звучали у неё в ушах. А потом появился огромный лавачурл с ледяными когтями и рогами, что ростом был раза в два больше медведя...       В попытке успокоиться от начинавшейся паники, девочка сжала свои ладони в кулаки так сильно, как могла.       — ... Но из-за того, что множество духов ушло, люди начали забывать о их существовании, — наконец продолжила она. — Некоторые вовсе исчезли... Так мама рассказывала. А наша община ужасно ослабела, и от нашей былой силы осталось одно лишь воспоминание, — она вздохнула и взяла одну ладонь в другую. — А пятьдесят лет назад мы больше не смогли подниматься в воздух.       Девочка вернулась наконец на своё место за столом и взяла в руки теплую чашку чая.       — Так что, можно сказать, я не особо много потеряла, — она слабо улыбнулась и качнула головой за спину, говоря, как догадался Толя, о своих потерянных крыльях.       Как бы она не улыбалась и не пыталась убедить взрослых в том, что беспокоиться не о чем, застрельщик видел, какая страдающая улыбка это была. Мороз Васильевич тоже это видел.       К чему была эта жалкая попытка обмана? Северяне — народ очень смышлёный и понимающий, за версту видят правду. Наверное, чтобы обмануть саму себя.       Каково это? Родиться тем, кто может разрезать крыльями облака, но никогда не иметь возможности даже оторваться от земли...       — Но... — осторожно начал солдат. — Если ваша сила и выживание напрямую зависят от веры людей... Почему ваш род специально скрылся от них, буквально обрекая себя на медленную смерть?       Старик посмотрел на молодого с укором, будто говоря, что тот мог быть и потактичнее.       — Я... я не знаю, — её ушки опустились. — Папа говорил, что на нас лежит грех и это наше наказание. Но что это за грех он никогда не рассказывал.       Снова наступила тишина. И только вьюга за окном играла свою симфонию. Хоть для неудачных путников и даже коренного населения эта вьюга в большинстве случаев могла стать смертельной, она всё равно вызывала спокойствие и гармонию в сердце. «Главное оружие и сильнейший защитник Снежной» всегда держит свою страну под присмотром.       — И как же зовут тебя, красна девица? — с улыбкой произнёс дедушка, мягко смотря на девочку.       Та сразу же встрепенулась и подскочила, подняв ушки.       — Я-Яра! — она резко замахала головой из стороны в сторону, сразу же отрицая то, что сказала. — Ярослава! — потом добавила чуть спокойнее: — Меня зовут Ярослава. Простите, что сразу не представилась, я... из головы вылетело.       Толя посмотрел на будто снова ожившую девочку. Этот момент порядком его позабавил. Мужчина вспомнил, как она радовалась, когда слушала истории Саши и когда уплетала пирожки за обе щёки. Да, улыбка этому ребёнку шла больше.       — Тогда приятно познакомиться, Ярослава, — улыбнулся ей Толя. И на сердце у него потеплело, когда Яра чуть погодя тоже улыбнулась ему своей настоящей, а не измученной, улыбкой, показывая свои маленькие клычки.       Вьюга свистела в мертвой тишине леса, а снежинки танцевали свой смертельный танец для заблудших путников. Ветер завывал, приглашая присоединиться к этому танцу, который для каждого мог оказаться последним. Пёстрые хлопья создавали практически нулевую видимость на дальности чуть больше метра.       Но под одной берёзой шло активное обсуждение, невзирая на ужасный холод вокруг. Тёплый мех существ давал возможность какое-то время не обращать внимания на ледяное дыхание Вечной Зимы региона.       Знаменитый исследователь хиличурлского языка был бы сейчас на седьмом небе от счастья, если бы присутствовал здесь. Ведь эти монстры не часто ведут такие долгие дискуссии, как под этой берёзой!       Но отчего же внезапно такое многословие в их-то скудном лексиконе?       Три хиличурла со светло-голубой шерстью и масками с изображением снежинки что-то пытались объяснить своими, непонятными для человека, рычащими словами крио магу Бездны, что стоял напротив них и слушал их жалкие потуги.       Если бы знаменитый исследователь хиличурлского языка был здесь, он бы начал с ажиотажем пытаться перевести всё, что услышит.       Вот, что бы у него получилось:       Хиличурлы вразнобой переругивались и толкались, пытаясь доказать что-то магу.       «Большие собаки! Изрыгающие пламя! Убили брата!»       Единственное их доказательство лежало у их ног, на него они и указывали. Это был труп хиличурла с пшеничным мехом и сгоревшей головой, который они каким-то чудом нашли и откопали под этой берёзой.       На их слова маг злобно заверещал и замахал своим посохом с осколками нефрита Шивада. Его искаженный голос было бы тяжело перевести на хиличурлский, но когда это удастся, выйдет:       «Идиоты! Все собаки мертвы! Это люди сделали!»       Немного промолчав и переглянувшись друг с другом, монстры ещё пуще заверещали.       «Убить людей! Отомстить за брата!»       Они начали кричать ещё громче и стали даже пританцовывать, желая скорой расправы.       Маг рассерженно крикнул на них, и, когда он взмахнул посохом, одного из хиличурлов пронзила огромная сосулька, выросшая из земли под ним за секунду. Двое уцелевших монстра вскрикнули и затряслись от действий мага.       Поняв, что конфликт исчерпан, маг Бездны гордо развернулся и, создав себе уютный крио щит, приказал подчинённым следовать за ним обратно в Бездну.       Хиличурлы сразу же последовали за ним, уже жалея, что по такой глупой причине, как найденное тело брата, привели сюда своего командира из уютной и родной Бездны. И по своей же глупости лишились ещё одного соратника.