Расправив крылья заново

      — Так... ты говоришь, что теперь эта малышка под твоим присмотром? — большой и толстый мужчина с добрыми голубыми глазами с сомнением посмотрел на Анатолия.       Капитан отряда собрал всех за столом в общей гостиной и рассказал как всё есть на самом деле (а то девочки уже успели поднять суматоху). Окна, за которыми металась пурга, закрыли плотными узорчатыми занавесками — каждому с детства стал надоедать этот пейзаж. Комнату мягко освещали свечи, стоящие в чугунных блюдцах. На столе не было угощений — с одной стороны потому что ребята ещё не успели приготовить, чтобы поднять настроение другу с неудачного обхода, а с другой потому что разговор был серьёзный. Члены отряда неуверенно переглядывались.       — Нет, друг, мы совсем не против, если ты успел так подумать, — один из парней махнул рукой, развевая напряжение. Другая рука покоилась на перевязи и висела безвольно. — Просто... Ты действительно хорошо обдумал этот вопрос? Это же, типо, реально огромная ответственность. Даже если тебе правда позволят её оставить.       — Да, Гоша, я обдумал, — решительно ответил Толя, не давая другу и секунды на сомнения. После чего устало вздохнул. Только середина дня, а он уже ужасно вымотался. — Ещё даже не факт, что её разрешат оставить...       Мужчина виновато бросил взгляд на Яру, которую облепили Наташа со Златой и весело чирикали над ней, заплетая косички. Он был прав — девчонки были только рады малышке. Та тоже выглядела счастливой — её хвост дёргался из стороны в сторону. Под внушительной, пусть и порванной, шубой было довольно худое тельце, но в то же время и крепкое — девочка была духом-животным, что жил в лесу как никак. Он даже не удивится, если малышка может без проблем поймать какую-либо дичь в своём-то возрасте.       — И что нам делать, если всё же не позволят? — раздался нетерпеливый голос парня с повреждённой рукой в стороне.       — «Нам»? — Анатолий удивлённо вскинул брови.       — Конечно, «нам», — вздохнул Гоша, сверкнув светло-карими, почти янтарными глазами из-под короткой светлой чёлки. — Ты же не думал, что мы оставим тебя одного с ребёнком? Она хоть и выглядит вполне взрослой, но всё ещё маленькая.       — Да-да-да, Толян! — сразу закивал Саша рядом. Друзья выглядели уже по-домашнему без своих внушительных доспехов. — Мы все — одна семья! Если эта девочка... Яра же вроде? — услышав своё имя, малышка повернулась в мужчинам. — Если она будет частью твоей семьи, то и нашей тоже!       Друг лучезарно улыбнулся капитану и тому ничего не оставалось, кроме как вздохнуть и улыбнуться в ответ.       — Тогда, наверное... будем молить Царицу, чтобы нам позволили её оставить...       Остальные кивнули и приложили левую руку к сердцу, выполняя пожелание капитана сразу же. Яра посмотрела на людей и сделала тот же жест, повторяя за ними, чем вызвала хихиканье девушек.       — Ярочка такая милашка! — пропищала Наташа, не способная подавить приступы умиления при виде девочки. — Я знаю её всего полчаса, но если с ней что-то случится, я убью каждого, кто к этому будет причастен, даже если это вы, ребята, — девушка с зеленоватыми волосами изобразила слезу, и сказала всё это с таким бесстрастным тоном, что её сестра Злата только выставила большой палец, полностью разделяя её точку зрения.       — Да, девочки, мы не сомневаемся в этом... — немного с опаской улыбнулся Саша, говоря это абсолютно правдиво — если эти двое объединятся, то со своими цицинами легко смогут раскидать почти всю группу, кроме Анатолия, конечно — тот был в прошлом агентом и с ним так легко не справиться.       — А как... — Яра впервые за долгое время подала голос, но сразу замолчала, чувствуя на себе множество взглядов, даже восьмиглазый взгляд Павлика, которого перевезли жить куда-то под потолок на шкаф. — А как... вас зовут?       Опасаясь непонятно чего, Яра произнесла это очень тихо и опустила глаза в пол, стесняясь их поднять. Но её встретили только добрые улыбки окружающих её людей.       — Я Саша, ты меня уже знаешь, — махнул сильной рукой анемо боец, после чего указал на остальных членов отряда. — А это Рома — наш лекарь, — крупный мужчина-толстячок кивнул. — Это сёстры-близняшки Наташа и Злата, разбавляют собой наш грубый мужской коллектив.       — А как же иначе? — Наташа прикрыла глаза, довольствуясь собой и собрала в позу лотоса ноги, укрытые вязанными носками. — Без нас вы даже ничего сложнее окрошки с яичницей не могли бы съесть.       — Оттого ты так и позеленела, да? — с усмешкой произнёс Рома.       — Чт-... да как ты смеешь! — сразу вспыхнула та под смех сестры. — Сам же знаешь, что это из-за элементального фонаря! Тц. Шарик водяной.       — А это наш щит — Георгий, — Саша похлопал по плечу друга с перевязанной рукой под недовольный взгляд того. — К слову, временно не функциональный.       Короткую тишину развеял смешок Яры, который та попыталась подавить.       — Простите, просто... — девочка смущённо прикрыла рот ладошками. — Ваше имя так созвучно с энергией, которой от вас веет, что меня это... позабавило...       Не дав малышке ещё сильнее засмущаться, Александр в ту же секунду разразился смехом, и его поддержали девушки. Анемо боец даже успел постучать кулаком по столу, не сдерживая веселья.       — А малышка-то шарит! Пха-ха-ха!       — Прошу, не используй эту шутку хотя бы ты, — с настоящей мольбой Георгий посмотрел на девочку. — Я уже не выношу их постоянных подколов.       Яра сразу же кивнула, стараясь успокоить мужчину, уставшего от глупого каламбура друзей.       — Яра, ты... можешь чувствовать элементальную силу? — удивлённо спросил Анатолий, посмотрев на девочку.       Услышав слова капитана, члены отряда замолчали. А ведь правда — они ни слова не сказали, что используют элементальные, пусть и искусственные, силы. А малышка без проблем даже определила элемент раненного друга.       — Эм... Да, я могу их видеть, если присмотреться, — неуверенно ответила девочка, слегка приподняв уши. — У каждого здесь есть свой элемент, и он очень стойкий... — она беспокойно оглядела каждого человека. — Но при этом... будто ненастоящий...       — Да, есть такое, — печально вздохнул Рома, соглашаясь с ребёнком. По рассказу друзей, девочка даже не знает что такое Глаз Порчи, жаль ломать ей и без того шаткую психику.       — Не забивай себе этим голову, — звонко посмеялась Злата, желая сменить тему. — Давай лучше мы тебе нашу общагу покажем! Она у нас просто загляденье! — и, не дожидаясь ответа, потянула малышку за руку за собой в сторону коридоров, уводящих в жилые комнаты и на лестницу на второй этаж.       За мгновение до того, как они скрылись за углом, Анатолий увидел, как изумрудные глаза Яры блеснули беспокойством. Он закусил губу, понимая, что от неё скрыть природу Глаз Порчи и их последствий не получится.       — Ух-ты, вот так видеть элементальную силу, завидую, — присвистнула Наташа. Заклинателям цицинов тоже нелегко приходится — от постоянного запаха туманной травы из фонаря, привлекающих этих существ, заклинательницы нередко сами крышей едут. — Наверное, быть оборотнем круто.       — Не думал, что встречу за свою жизнь волкодлака, — кивнул Рома. — Собак и волков в наше время днём с огнём не сыщешь — это кошек развелось пруд пруди.       — Ребят, хех, такое дело, — Саша неловко почесал затылок.       — Яра — не волкодлак, — сухо произнёс Анатолий, привлекая внимание друзей. — Она — потомок древних духов, что жили ещё во времена Белого Царя. Крылатые гончие.       — Дух?! — Рома с Гошей в один голос воскликнули, глядя на капитана.       — О, я помню что-то такое! — сразу улыбнулась Наташа, будто проигнорировав природу девочки. — Кажется, давным-давно мы со Златой слышали в Доме Очага истории о... крылатых гончих... — осознание сказанного медленного доходило до разума девушки. — Но погодите... а где тогда её...       Саша отвёл глаза, не желая отвечать, Толя же промолчал, с пустыми глазами глядя на подругу. Ответ ей и не нужен был. Ссылаясь на обстоятельства, при которых они нашли ребёнка, она уже понимала, что произошло с крыльями этой гончей.       — Это те твари сделали, да? — её голос стал очень пугающим, а взгляд — словно звериным. Злить женщин... очень опасно.       Не дождавшись ответа от парней, Наташа встала и ушла туда, где скрылись сестра с девочкой, громко топая по деревянному полу.       — ... М-да, — протянул Роман, облокотившись на стол локтём, отчего тот слегка скрипнул.       В то же время девушка с зеленоватыми волосами нагнала девочек на втором этаже. Там располагалась рабочая зона: в центре стоял большой и широкий стол, длинное окно почти во всю стену выходило видом на лес, с противоположной стороны комнаты висела карта, что изображала всю близлежащую территорию. На полу, под ножками шкафов с документами, покоился расписной ковёр, похожие на который можно было обнаружить в каждой избе и чаще — висящим на стене.       Злата с Ярославой были здесь — сестра с улыбкой что-то рассказывала, а девочка с веником в руках слушала её и хвост у неё радостно вилял. Заметив присутствие Наташи, обе посмотрели на неё.       Девушке, повелевающей электро цицинами, стало больно и бесконечно грустно от чистого и яркого взгляда изумрудных глаз. Наташа всхлипнула и, подбежав к малышке, с чувством крепко обняла её. Яра не ожидала такого действия и пару мгновений смотрела в одну точку. Но после произнесла:       — Я же просто пол подмела...       День прошёл незаметно, и солнце стало быстро двигаться к горизонту, хоть на часах только-только начинался пятый час. Хотя для северных земель это было абсолютная норма.       На вечерний обход ушли Роман с близняшками, остальные же работали по дому. Георгию на правах покалеченного позволили просто пройтись по полкам и стереть пыль. Саша рубил дрова во дворе под снегопадом. Мужчина не был уроженцем Снежной, ему бы стоило и потревожиться о своём здоровье после такого. Анатолий же вместе с Ярой был на втором этаже. Хоть девочка и заметно больше была расположена к застрельщику, но их отношения всё равно казались неловкими. Мужчина буквально стал свидетелем того, как за один день малышка полностью осиротела, а после обзавелась приёмной семьёй. Но то, как быстро Яра со всем этим смирилась только пугало. Она и так легко начала звать его «папой»... Неужели у всех духов такие стальные нервы? Он сомневался...       Анатолий посмотрел на Яру, что глядела вдаль через окно с повисшими ушами. Её пушистый хвост не подавал признаков движения. Капитан также сомневался, что эта вся безмятежность не показная...       — Слушай, Яра... — неуверенно позвал он, шурша документами, которые ему скоро нужно было предоставить на собрании. Услышав своё имя, девочка сразу повернулась к Толе. — А... как вы жили в своей деревне? Вы же, кажется, ни с кем не контактировали... — увидев, как та закусила губу, солдат сразу замахал руками. — То есть нет, прости, лучше забудь, о чём я говорил...       — Нет, ничего... — Яра тихо ответила, в голосе не слышалось боли. Или она её скрыла. — Всё равно я чувствовала, что вскоре произойдёт что-то такое...       — Что... ты имеешь в виду? — Толя против воли нахмурился и подошёл ближе, будто чувствовал, что должен быть рядом.       — У наших... сильная чуйка, — упавшим голосом продолжала девочка, отведя взгляд. — Мы можем видеть большинство элементальных сил, слышать многое и ощущать то, что не доступно людям... Мама, например... — она немного замолчала, вспомнив тело на заснеженной земле. — ... тоже чувствовала чужое присутствие, могла даже на короткий промежуток заглянуть в будущее... Мне от неё передалась чувствительность к мыслям окружающих.       — Ты что же, можешь и мысли читать? — улыбнулся Толя, стараясь поднять настроение. — Прямо как волшебница?       — Нет, — не поняв намёка поправила девочка. — Не могу читать. Скорее, слышу отголоски того, о чём кто-то думает и что собирается сделать. У нас все могли так...       — Это, наверное, очень утомляюще, — вздохнул мужчина, скрестив руки. — Когда каждый вокруг может догадываться, о чём ты думаешь.       — Хех... да, было такое... — на краткий миг Яра улыбнулась, вспоминая безмятежную жизнь в общине. Но безмятежную ли? — Потому и каждый знал, что однажды этот день настанет... Периодически в лес выходили охотники, чтобы принести домой какую-нибудь дичь, но... Даже на охоте можно лишиться жизни из-за диких животных... Какими бы сильными воинами мы ни были раньше, в конце концов мы почти не отличаемся от обычных людей. У нас... вполне нормально было взять опеку над осиротевшими детьми. Я просто надеялась, что этот день настанет как можно позже...       Толя стоял рядом и не мог выдавить и слова из себя. То, что он услышал, повергло его в полный шок. Значит... она просто уже смирилась с неизбежным и не знала, когда этот момент произойдёт. И, вероятно, каждый ребёнок в том месте ежедневно думал о том же, провожая своих родственников на охоту и другие вылазки. Какой кошмар...       Солдат даже не мог придумать, как ему поддержать малышку — ситуации, в которых оказывались дети из Дома Очага были столь похожи, что на язык ничего не ложилось. Но возглас внизу освободил его от ответа:       — Ребята, мы вернулись! — крикнула одна из сестёр. — Накрывайте на стол, мы жрать хотим!       Толя хотел остаться с девочкой, но понимал, что должен и с данными пришедших друзей разобраться. Но Яра не выглядела так, словно собиралась идти вниз.       — Это ничего, если ты пока не хочешь быть в шумной компании, — его слова побудили её удивлённо посмотреть на него. — Всё же, каждый из нас пережил нечто подобное, Яра... Здесь тебя обязательно поддержат, не бойся.       Кивнув ей, мужчина пошёл на первый этаж, где девочки, перебивая друг друга, вовсю уже рассказывали, что за весь обход им не встретилось абсолютно ничего необычного. С одной стороны они разочаровались из-за отсутствия какого-либо приключения, как это было у Толи с Сашей, а с другой... и хорошо, наверное, что этого не было?       Где-то под конец бравады, в которой Рома даже не участвовал, к столу почти незаметно пришла и Яра, во все глаза глядя на говоривших, словно зверёк, чем только рассмешила девушек и пару парней.       — Я всё хотела спросить... — неуверенно начала девочка, поднимая взгляд на щитовика. — А почему у вас рука сломана?       — О-о-о! А это отдельная история! — не сдерживая смеха, протянула Злата под утвердительные кивки сестры.       — Решили как-то два очень умных идиота поспорить — что сильнее? Поток ветра? Или каменный щит? — назидательно отвечал Роман с видом мудреца. От его слов Георгий с Сашей отвели взгляды в сторону. — Результат спора ты можешь видеть своими глазами.       — О-оу...       — Ром, ну не показывай нас в плохом свете! — смущённо проговорил Александр, закрывая лицо большой ладонью.       — Вы сами с этим прекрасно справляетесь, — улыбнулся капитан.       — Толь, ну ещё и ты туда же! — взмолился Саша, видя, как тот только пожал плечами. — Ну ребят, ну я же уже извинился раз сто! И это только перед Гошей!       — Вот, Ярочка, ты можешь пока спать на моей кровати, — Злата похлопала по заново расстеленной постели в комнате девочек. — Надеюсь, мальчики быстро раздобудут нам кроватку и для тебя. А я пока с сестрёнкой посплю. Да, сестрица? — последние слова она произнесла с неким злорадством.       — Втащишь мне ночью своими копытами и я сброшу тебя на пол, — без шуток ответила Наташа с презрительным прищуром.       — О-кеюшки! — сразу улыбнулась Злата и бросила в лицо сестре подушку.       Яра смотрела на то, как девушки выделили ей часть своего места, как те со смехом дрались друг с другом, в после почти одновременно отключились на кровати Наташи. Всё это время девочка тепло улыбалась, глядя на них. Когда же их комната погрузилась в темноту и тишину, тогда в сердце поселилась печаль, накопившаяся за весь этот нелёгкий и долгий день. Она уставилась в потолок, укрываясь под тёплым одеялом и не понимала, почему не могла уснуть. Хотя... Странно было бы, если бы она, наоборот, без проблем погрузилась в сон. Девочка вновь посмотрела в сторону девушек. У неё самой никогда не было ни братьев, ни сестёр... Интересно, каково это? Когда вы можете и драться, и обзываться, но при этом всегда знаете, что это совсем не всерьёз. Почему-то на душе стало невероятно одиноко. Так сильно, что сжимало сердце.       Окно, за которым бушевала очередная метель, было занавешено плотными шторами. От этого комната только сильнее покрывалась темнотой. И темнота эта была не успокаивающей, а скорее, наоборот.       Не выдерживая напряжения, которое она сама себе составила, Яра тихо поднялась и прошмыгнула к двери. Открыла её осторожно, без скрипа и протиснулась в коридор. Проход в темноте выглядел пугающе, но её это не остановило. Она тихо двигалась мимо двери, из-за которой громко храпел Саша, а остальные его сожители наверняка использовали затычки для ушей. Удивительно, как этот храп не доносился до комнаты девушек. В конце коридора, перед общей гостиной, была ещё одна дверь, что вела уже в комнату к капитану отряда. Немного помедлив, девочка осторожно постучала. Ей никто не отвечал. Сначала Яра хотела пойти обратно, но что-то не давало ей этого сделать. Может, грусть, а может одиночество.       Переборов себя, ребёнок всё же приоткрыл дверь. В образовавшуюся щель девочка увидела, что мужчина, что теперь был её опекуном, склонился над столом и бумагами на нём. Его глаза были закрыты и лицо слегка освещал фонарь на столе. Видимо, заснул за работой. Спина болеть будет утром. И не только она. С этими мыслями Яра зашла в комнату и приблизилась к мужчине. Она протянула руку и чуть-чуть похлопала того по плечу. Анатолий сразу проснулся, отчего ударился лбом об стол и зашипел от боли. Несильно, но ощутимо. Он посмотрел в сторону пришедшего и не сразу понял, кто перед ним стоит.       — Ох, это ты... — удивлённо вздохнул Толя, после чего оглядел окружение и осознал, что ещё далеко не утро. — А почему ты не спишь?       — А вы почему не спите... папа? — видимо, ей самой было тяжело называть так кого-то ещё.       А самому Анатолию было неловко получать такой титул. Он и сам прекрасно понимал ситуацию девочки, но чувствовал, что этими словами она обманывает и его и себя.       — Послушай, Яра... — вздохнул он, отодвигаясь от стола. — Тебе необязательно звать меня так. «Дядя Толя» меня вполне устраивает.       — Но... вы же... теперь моя новая семья... — в голосе малышки слышалась пустота. Но, будто осознав это, она махнула головой с ушками и улыбнулась. — И я должна вас называть как следует.       Толя с сочувствием улыбнулся ей и, встав из-за стола, двинулся к своей кровати, сев на неё.       — Если мы твоя новая семья, то теперь действуют и наши правила — ты не обязана делать что-то, что на самом деле не хочешь, — он шутливо поднял указательный палец вверх, словно поучал её. — А также пытаться выдавать за правду то, что на самом деле ею не является.       — А? — девочка удивлённо похлопала глазками.       — Ты говорила, что можешь ощущать поток мыслей и намерения человека... — начал мужчина. — Но мне не нужны эти способности, чтобы понять, что ты пытаешься выглядеть беспристрастной. Хочешь показать, что всё в порядке. Ярослава... — он сцепил ладони в замок перед собой. — Мы все знаем, каково это — терять всё, включая близких... И мы знаем, как человек себя при этом чувствует. Не нужно пытаться казаться сильной — так ты заставляешь себя страдать ещё больше. Лучше... позволь себе выпустить эмоции... Вот так, — он кивнул, улыбнувшись.       Девочка перед ним сжала кулачки и изо всех сил сдерживала слёзы, парочка которых уже начала стекать по её лицу. Она не хотела заставлять остальных ещё и утешать её, она и так уже многим им обязана. Она не хочет стать плаксивой обузой... Она хотела заверить их, что с ней всё будет в порядке. Но даже у неё не получалось поверить самой себе. Значит, эти люди с самого начала всё понимали, да? Яра сжала губы, лишь бы с них не сорвался предательский всхлип. Перед глазами вновь мелькали все те, кого она знала всю свою недолгую жизнь, но которых лишилась за короткий миг.       Из глаз уже без преград текли слёзы. Немного помедлив, Толя развёл руки в стороны и с поддержкой улыбнулся ей. Не имея возможности сдержать себя, Яра бросилась к нему в объятия, натурально плача в его шею. Её рыдания об ушедших на тот свет заглушала завывающая метель.       На следующее утро члены отряда обнаружили их, спящих на кровати Толи. И девочка с покрасневшими от слёз глазами даже во сне крепко держалась за руку мужчины, не желая её отпускать.