***
- В смысле? - спрашивает Трусова. - Ты ко мне определенно что-то чувствуешь - говорит Щербакова, проходя дальше в помещение. Она встает за спиной рыжей, что сидит и непонимающе на нее смотрит. Девушка кладет свои руки на ее напряженные мышцы, наклоняется к уху и тихо говорит: - Если ты скажешь мне о них, то всё получится. После, она наклоняется к её шее и кусает выпирающую венку на ключице. Трусова начинает скулить от таких действий брюнетки. Но сдерживает себя и молчит. Она не может сказать этого ей. У них ничего не будет. Ничего не получится. Щербаковой такое не нравится, поэтому она пускает в ход свои руки. Они непослушно залезают под рубашку и начинает исследовать голый торс девушки. Невесомо проводить рукой по стальному прессу и вырисовывать на нём какие-то узоры ногтями. Следы после этих действий остаются красными на светлой коже. Саша пытается найти этому оправдание и стерпеть эти издёвки и пытки. Но у неё плохо получается. Мысли превратились в кашу, путаницу. Они непослушно скрутились в клубок и не собирались раскручиваться обратно. Язык онемел, от чего она не могла произнести и слова. Но рот предательски издавал непристойные звуки, когда её сосков коснулись холодные пальцы. Брюнетка смотрела на лицо старшего лейтенанта. Такое ей нравилось. Та специально отвела свой взгляд, чтобы не видеть этого. Ей было стыдно. Но чертовски приятно. Тогда Аня решила не медлить и потянулась к застёжке ремня. Но её действия прервали. Рука Трусовой остановила Щербакову. Она потянула девушку на себя и поцеловала. Жадно. Напористо. Саша прикусывала нижнюю губу Ани до крови и возвращала свой язык в её рот, там она хозяйничала и изучала каждый ее уголок. Переплетала свой язык с ее языком. Когда воздуха категорически не хватало, брюнетка отстранилась от рыжей и ухмыльнулась. Рыжая тянула ее к себе и с мольбой просила большего. Девушка мимолётно чмокнула ее в щеку и направилась к выходу, поправляя свою одежду. - Я тебе говорила. Признаешься - всё будет. Я от тебя ничего не услышала - цитирует брюнетка и выходит на улицу. Трусова сидела в шоке со своих действий, но в то же время и злилась на Щербакову. Ей такой расклад не нравился.***
С приездом Ани в часть Саша изменилась. Хоть она и стала намного больше импульсивнее, чем раньше, но она изменилась в душе. Начала чувствовать хоть что-то кроме холода и безразличия, высокомерности и гордости. Каждый гребаный вечер она чувствовала, как грудная клетка наполняется бабочками и перестает дышать. В голове всплывал образ Ани. Сердце начинало отбивать чечетку и приятно ныть. На лице незаметно появлялась нежная и мечтающая улыбка. Но после осознавания того, что происходит с ее разумом и телом, начинала злиться и ругаться. Марк все это видел, он не понимал таких отношений. Они слишком запутанные.***
- Кость, скажи, что бы ты сделала, если бы тебя возбудили, а потом бросили? - устало говорит Саша, потирая переносицу. Алёна стоит в шоке и слушает такой вопрос. С чего бы ради она стала такое спрашивать? Блондинка садится на стул и с удивлением спрашивает: - Щербакова? - В яблочко.. - Я вчера видела, как она у твоего домика ежилась, а потом вышла только через час. Долго вы там... - Ничего не было! - снова ударяет кулаком по столу Трусова. - Ладно-ладно. А чего она вообще хочет от тебя? - Чтобы я призналась ей в.. - и снова язык не поворачивается сказать это. - Чувствах? - спрашивает Косторная. - Да.. - Ну ты и влипла. Как я слышала от других девчонок. Она беспощадна в этом деле. Если она так сказала, значит так будет.. - Да твою ж мать.. Алёна удаляется из комнаты неторопливыми шагами к телефону, что гудел от входящего звонка. Саша расплывается на столе и с грустью смотрит в окно. Темно. А на душе больно. Кошки когтями скребут. Уже завтра приедет Семененко. А значит и все шансы уйдут. Но возможно так будет лучше. Поэтому девушка неторопливо берёт пачку сигарет и вновь отправляется на улицу. Слишком холодно. Хоть и безветренно. Зато сигарета не потушится. Значит, можно спокойно покурить. Рыжая затягивается и выпускает большое облако дыма. То, что нужно. Единственное лекарство от нервов. Но вдруг, сигарету снова забирают и не дают насладиться еще одной затяжкой. Кто это мог сделать? Конечно же Аня. Вновь мешает. Терпение Саши на пределе. Она разворачивается и со злобой смотрит на брюнетку. Та уже тушит бычок и выкидывает его в мусорку. Смотрит на неё с недовольством и говорит: - Я же вам говорила, старший лейтенант. - Моё терпение на исходе, Щербакова. Либо прекращай водить меня за нос, либо сделай то, что так хотела давно - гневно говорит Трусова. - Так не интересно - отвечает брюнетка, усмехаясь. Она поправляет свои волосы и злобно скалится. - Твоё не интересно, в скором времени погубит всё, что я чувствую к тебе. - Все-таки у вас есть чувства ко мне? - с издевательским акцентом проговаривает кареглазая. - Заткнись. Сначала играешься, а потом делаешь вид, будто ни к чему не причастна. Меня бесит такое. Бесит то, что ты трахаешься с нашим капитаном, а потом пытаешься и меня совратить. Перестань - грубо выплевывает Саша. - А то что? Рыжая берёт с лавки вазу с цветами, что были подарены Ане от Жени и разбивает её о стену корпуса. Глаза брюнетки стали мокрыми. Она со страхом посмотрела в хвойные глаза, что так и говорили: Доиграешься скоро Девушка падает на колени и пытается собрать со снега осколки стекла. Она собирает свои любимые пионы. Ей не было обидно за подарок Евгения. Ей было обидно за цветы, что лежали на снегу и мёрзли. Резко из глаз начали течь слезы. Она пытается их сдержать, но не получается. Аня давно не видела такой импульсивности от людей. Она боялась звуков разбитой посуды, криков, грубых слов в её адрес. Не умела только это контролировать. Слезы и страх. Трусова понимает, что сделала и берёт брюнетку на руки. Она смотрит на причину слез девушки и тяжело выдыхает. Та бьётся в истерике и пытается вылезти из крепкой хватки рыжей. Но ничего не получается. Её несут в лазарет, кладут на кровать и пытаются помочь снять верхнюю одежду с себя. - Не трогай меня! Не лезь ко мне! Уйди! - заливается горькими слезами Аня. Саша смотрит на истерику маленького ребёнка и садит ее к себе на колени, прижимая к своей груди. Гладит по голове и напевает какую-то мелодию. Почему она себя так ведёт? Для чего вся эта забота? Всё равно на утро они станут снова друг для друга никем. Приедет Евгений. И всему придёт конец. И Трусова больше не сможет приблизиться к ней. К этой плутовке. Сколько в её голове грязных идей? Возможно тысячи и миллионы. Но в её голове есть один план. Получить Сашу. Она будет придерживаться только ему на это время. Пока не настанет слишком поздно и она не потеряет эту яркую девушку. Она попытается всеми способами услышать от нее признание. У неё получится. Возможно. Аня успокаивается и начинает засыпать. Она берёт руку девушки, переплетает их пальцы и кладёт к своей груди. - Люблю тебя - тихо говорит брюнетка, прижимаясь к телу рыжей. Та аккуратно и нежно поправляет волосы девушки за ухо и невесомо водит пальцами по её лицу. Очертаниям. Изучает каждый миллиметр и пытается его запомнить. Завтра все вернётся на круги своя. Как и её служба. Аня перестанет контактировать с девушкой. Станет ее избегать.***
Второй день зимы. Трусова радостно хлопает в ладоши, когда понимает, что сегодня бойцов ждет долгая и муторная тренировка. Она сможет помучать и без того бедных Камилу и Женю, что бегают по всей территории части с разными заданиями. Не давала им отдыхать. Она помнила тот диалог. Мстила им. Девочки частенько отлынивали в лазарете. Рассказывали Ане о изменениях в поведении и общении Саши. Та с охотой слушала все это и анализировала. Как будет лучше поступить с этой девушкой. Торопиться или нет. Нужна ли спешка в их отношениях? Она сделала для себя выводы и выбрала один из вариантов. Будет медленно и постепенно подливать бензин в ее огонь. Тогда рыжая точно перестанет себя сдерживать и начнет бороться за нее. Спасет ее от Семененко.***
Зимнее утро у всей части не выдалось особенным, как таковым обещал капитан. Просто приехал и засел снова в лазарете. Как обычно. Все-таки, получается, этот день был обещан только Щербаковой. И ей снова приходится терпеть эти выходки со стороны своего возлюбленного. Но того ничего не волнует кроме неё. Даже служба уже не нужна. Аня часто на него ругалась, что тот уже совсем от рук отбился. Не следит за частью и за ней ходит двадцать четыре на семь. Будто на поводке. Но добровольно. Даже от части говоря, специально. В лазарете частенько были слышны крики девушки и звуки разбивающейся посуды, которую ей приносили с кухни. Но для чего, не понятно. Поэтому билось всё, что попадётся под руки. Кроме препаратов конечно же. Они были слишком ценны. Трусова не осмеливалась подходить к месту пребывания Евгения. Она могла получить от него выговор. К тому же он начал пить прямо на службе, почти не просыхал. Саше доводилось тащить его до казармы, чтобы оставить спать там. Потому что Аня устала от этого пьяницы и его выходок. Она слёзно умоляла Сашу и Марка унести его от сюда хотя бы на ночь. И те соглашались. Им было жаль девушку. Особенно Трусовой. Она каждый раз смотрела на измученную брюнетку, что была бледной как смерть из-за недосыпа. В последнее время количество заболевших солдат становилось больше и больше. И её работа вынуждала не спать по ночам. К тому же ещё не приехала помощница. Пока что всё на одной девушке. Она пила ночами горький кофе и проверяла состояние бойцов со серьёзными травмами каждые 3 часа. Было сложно. Но такой у неё долг. Всё шло не так гладко как раньше. Вся часть пошла под угол. А всё из-за одной. Из-за Щербаковой. Что вскружила голову капитану и довела до того, что тот уже не хочет служить и собирается сваливать от сюда. Он хочет забрать девушку с собой. Куда-то далеко. Но каждый раз брюнетка отказывалась от такого предложения. Она не такого хотела для себя. Она хотела быть вместе с Сашей. И та собирается начать борьбу за отношения.