Живое пламя

- Макс, ты идёшь? - Егоров чуть замешкался у дверей студии, надевая куртку. - Ты иди, я еще немного побуду. Хочу в тишине пройти пару сцен, прочувствовать лучше, - Раковский мотнул головой. - Ты ключи мне оставь, я зал сам закрою. - А, ну тогда ладно, до завтра. Ключи вот, на стуле, - Егоров вышел, аккуратно прикрыв за собой дверь. В тишине Максиму работалось легче. Можно было не отвлекаться на окружающих, отслеживая их реакции и действия, не держать перед ними маску шебутного, немного шкодливого парня. Выдохнув, он уселся прямо на пол, подобрав под себя ноги, и в который раз стал перечитывать текст сложной сцены, которую завтра они собирались репетировать. В уютной тишине студии звук открываемой двери показался особенно громким. Вздрогнув, Максим резко поднял голову, весь подобрался, увидев троих на пороге. Высокие, крепкие парни, от которых за версту веяло опасностью. - Добрый вечер, - в голосе Раковского звучала настороженность с примесью удивления. - Парни, а вы кто? Студия уже закрыта, - произнес Максим, стараясь не спровоцировать незваных гостей. - Он? - крайний слева мужчина обернулся к стоявшему рядом. - Он. Собирайся, с нами поедешь, - от усмешки говорившего Максима передёрнуло. Он мгновенно оказался на ногах, отступив от незваных гостей на пару шагов. - С вами я никуда не поеду. И вообще, объясните, что происходит и кто вы такие?! - страх неприятно кольнул изнутри. Была мысль, что их послали те, от кого ему удавалось столько времени скрываться. Но тогда они пришли бы сами, не посылая наемников. А если не они? Тогда кто? Кому он понадобился? Кто еще знает его секрет? Позвать бы кого на помощь, только друг далеко, он не успеет. А Гордеев с Егоровым, скорее всего, уже на полдороге к дому. Присмотревшись к троице, Максим мысленно выругался. Ищейки. Наемники магического мира, натасканные на поиск всего, что потребуют, только заплати. Плохо дело. - Поедешь. И вернёшь, что тебе не принадлежит, - оскалился один из Ищеек. - Отдашь - даже калечить сильно не будем. Его слова вызвали у Максима недоумение: - Так, стоп. Ребят, я ничего ни у кого не брал. И я не понимаю, о чем вы говорите, - произнес он, стараясь держать дистанцию между ними - ему нужно было пространство для маневра. - Вы явно ошиблись адресом. Либо тот, кто вас послал, ошибся. - Какой, однако, непонятливый, - Ищейки заржали. - Да, непонятливый. Ребят, я простой артист, живу себе тихо-мирно, никого не трогаю. А тут вы трое вваливаетесь и что-то требуете. Вы хоть бы объяснили, что вам надо, - Максим добавил в голос возмущения. Впрочем, и выглядел он сейчас испуганно и несколько растерянно, как обычный человек, с которым произошла незапланированная неприятность. Наемники переглянулись между собой, и один из них ответил: - Ты купил чужую вещь несколько дней назад, ее законный владелец хочет получить обратно свое имущество. Раковский задумался, перебирая в голове события последних дней, включая и списки покупок. Зима, праздники на носу. Он много чего купил родным и друзьям. И подарки приобретались, и для себя необходимое, для праздников кое-что по мелочи.  - Да нет у меня ничего! Я только вон подарки покупал коллегам! Сувениры всякие разные, книги. Парни, серьезно, вы ошиблись. Ничего ценного там нет абсолютно, тем более чужого! — Максим надеялся, что получится выяснить, что ищут наемники, и разойтись по возможности мирно. - Врёт как дышит, — хмыкнул крепыш, стоявший ближе к Максиму. — Что ж, тебе же хуже. - Эй! Вы что задумали? - Максим отшатнулся, схватившись за горло. Невидимая петля удавкой сдавила его шею, нити чар оплели тело, обездвиживая Раковского. Заклинание подхватило, протащив несколько метров по полу, приподняло и с силой приложило об стену. Повинуясь чужой воле, магия заставила Максима встать на колени, почти выворачивая так, что тело выгнулось дугой. Сжав кулаки, вокалист сопел, сцепив зубы. Боль впивалась острыми иглами, обжигая там, где его касались магические путы. - Говорить будешь? — вкрадчиво поинтересовался один из троицы. Максим мотнул головой, пытаясь незаметно высвободиться. Один против троих Ищеек он не выстоит, если быстро не придумает, как вырваться из хватки чужой силы, что практически парализовала его тело. — Жаль, — в голосе задавшего вопрос сквозило напускное огорчение. Раковский едва сдержал крик, когда его снова швырнуло на пол, вжало в деревянное покрытие, придавливая, едва не ломая кости. Тихо зарычав, Максим пошевелился, с трудом превозмогая давление чужой магии. Тело неохотно, но отозвалось на попытку двинуться самостоятельно, когда он с трудом приподнялся на руках. - Макс, я, кажется, клю... А что тут происходит? - звонкий, очень знакомый голос отвлёк Ищеек, заставив их обернуться. - Вы что творите?! «Женька» — почти неверяще успел подумать Макс. Давление резко ослабело, и он, пользуясь моментом, вскочил на ноги. Его движению вторил крик боли. Максим мазнул взглядом по Егорову, медленно сползавшему по стене, вцепившись в плечо, из которого торчала рукоять кинжала. - Уроды, - прошипел Раковский, отпуская себя. Магия отозвалась приятным теплом, заплясала на кончиках пальцев призрачными огоньками, сплетаясь в боевое заклинание. Хлестнула по Ищейкам, сбивая с ног. Почти не обученный магическому бою, Максим действовал на инстинктах и тех крохах знаний, что получил от друга и из книг. Сгусток пламени ударил в грудь наемника, что был ближе всего к Максиму, прожигая в нем дыру размером с кулак. Тот отлетел через ползала, упав сломанной куклой. Злость придавала Раковскому силы, помогая на время отрешиться от собственной боли. Наемники, увидев, что стало с их товарищем, атаковали Максима, стремясь добраться до него раньше, чем он успеет их перебить. Матерясь сквозь зубы, Егоров вытащил кинжал, краем глаза и со все возрастающим удивлением наблюдая за тем, что происходило в зале. Такой злости и силы от вроде бы слабенького мага он никак не ожидал. Сперва дёрнулся было вмешаться, помочь, а потом застыл, забыв как дышать. Появилось желание протереть глаза, когда с рук Раковского взвилось синее пламя. Уникальная сила, способная открыть перед ее обладателем любые двери. За обладание ею многие готовы были убить или продать душу. Почти утраченный дар Ледяных фениксов, оставленный тысячелетия назад в наследство магам. Живое пламя, и оно сейчас принадлежало тому, на кого Егоров никогда бы не подумал. Он отполз в сторону, чтобы не оказаться на линии огня, и принялся наблюдать за боем, мысленно просчитывая детали будущего плана. Этот маг был сокровищем, и его нельзя упустить, отдать в чужие руки. Максим же на время забыл про Егорова, разбираясь с наемниками. Против тренированных бойцов Раковскому было бы не выстоять без магии. Голубое пламя то окружало его руки, то разлеталось яркими искрами. Плести заклинания у Максима не было ни времени, ни возможности, пришлось сражаться на чистой силе, то и дело укрываясь щитами от летящих в него заклятий. Раковский зашипел, когда зеленоватый сгусток заклятия задел его, бок окрасился красным. В отместку Максим хлестнул чистой силой, не сдерживаясь. Второго из наемников удалось сбить с ног и основательно приложить по-простому - кулаком в лицо. Кувырком уйти в сторону с линии огня. Третий из наемников, самый сильный и самый опасный, оскалился в предвкушении, видя, как Макс начинает уставать. «Черт!» Максим кузнечиком носился по студии, уворачиваясь от ударов, пытаясь придумать что-то, что сможет спасти жизнь и ему, и Егорову. Взгляд упал на дальний угол зала, где сиротливо стоял посох, его так и не отнесли в каморку с прочим реквизитом. Хм… А это мысль. Максим подставился под удар, лишь затем, чтобы в последний момент упасть, проехавшись по полу. Вскочив на ноги, метнулся в угол, выхватывая почти родной посох с уродливой драконьей лапой. Шарик в лапе вспыхнул ярким синим пламенем в руках Раковского. Улыбка на лице артиста стала поистине демонической. - Это что за хрень? — Наемник отпрыгнул в сторону, вытаращившись на странный посох в руках мага. - Сейчас узнаешь, — почти пропел Максим, скопировав тот жуткий образ, который не раз видел у Егорова, игравшего Рейстлина Маджере. Ищейку, судя по тому, как он спал с лица, тоже проняло. Он стал отступать. — Стой! — властно велел Максим. — Забирай своих и вали отсюда. А тому, кто вас послал, передай: если у него есть вопросы, пусть сам меня найдет. И мы всё обсудим мирно, как воспитанные люди. Понял? А теперь пошел вон отсюда! Егоров, наблюдая эту картину, зашипел сквозь зубы. Кровь сочилась сквозь пальцы, и попытка лечить рану магией успеха не принесла. Что-то было в ране, что не давало магии действовать. Черная окантовка какого-то вещества, подозрительно похожего на яд, заставила его витиевато выругаться. В голове неприятно шумело, к концу боя картинка перед глазами начала двоиться. Удерживая себя в сознании усилием воли, Егоров видел, как наемник ушел порталом, прихватив с собой трупы приятелей. — Жень! Женька! — Максим, отбросив посох, побежал к Егорову. — Ах, зараза! — стащив с себя рубашку, прижал ее к ране на плече вокалиста. Закусив губу тот зашипел от боли. — Круто! Интересная у тебя си… Ай! Сила, — хрипло выдохнул Женя. — Чего эти уроды от тебя хотели? - Хочешь верь, хочешь нет, сам не знаю. Налетели, угрожать стали. Ни объяснить, ни поговорить. Сразу напали. Ты встать можешь? Надо тебя врачу показать. Рана пакостная, — нахмурился Максим. - Он не сделает ничего. Только кучу вопросов задаст, объяснять еще придется, откуда такая рана. Судя по всему, на лезвии слабый яд, чтобы быстрее вывести противника из строя. Убери кровь магией, не надо следов оставлять, - еле ворочая языком, произнес Женя, чувствуя, как сознание все-таки ускользает от него. - Э-э-э, вот только отключаться не надо! Егоров! Вот что мне теперь делать, а?! — легкие чары помогли Раковскому убрал все следы боя. Оставалось решить, что делать с Егоровым. Взвалив на себя бесчувственное тело, Максим с трудом дотащил Евгения до машины. Решив что так будет лучше, он отвёз Егорова к себе. Везти его в больницу Максим побоялся, рана вызовет ненужные вопросы, и не только у врачей. Тем более что Егоров - лицо медийное, и о том, что он пострадал, скоро будет знать пол-Москвы. — Тяжёлые же эльфы нынче, — пропыхтел Макс, сгрузив коллегу на диван. Теперь можно было рискнуть, пользуясь моментом. Егоров был без сознания, значит, не увидит, не поймет. Сила родной прохладой коснулась пальцев, пламя заиграло на руках. Максим прижал ладонь, объятую пламенем, к ране, вытаскивая яд из крови Егорова. Женя задышал ровнее, лицо постепенно стало набирать краски, перестав напоминать свежевыстиранную простыню. Пламя же в руках Максима чернело, вбирая в себя яд и чужую боль. Вспыхнув, оно поглотило все без остатка и снова стало привычного, сине-голубого цвета. На лечение Егорова ушли последние запасы сил. Укрыв Женю пледом, Максим с трудом дотащился до собственной кровати и буквально рухнул на нее, засыпая. Утро для Егорова началось с боли, прострелившей плечо, стоило ему шевельнуть рукой. Женя резко открыл глаза, сбрасывая остатки сна. Повернув голову, окинул взглядом незнакомую комнату. Каким образом он здесь оказался, Егоров не помнил. Последним, что осталось в памяти перед тем как он отключился, было встревоженное лицо Раковского. Неужели он к себе привез? Женя повернул голову, рассматривая свежую повязку на плече. Еще и рану обработал. Странно, но яда в себе Егоров больше не ощущал. Только ноющую боль, да и самочувствие относительно сносное. Осторожно, стараясь не тревожить раненое плечо, Женя встал. Небольшая студия с отгороженной в закутке кроватью и рабочей зоной, уютная кухня в другой части помещения. — Макс? — позвал Женя на всякий случай, хоть и так понятно было, что хозяин отсутствует. Ожидаемо тишина в ответ. Пользуясь возможностью, Егоров неторопливо прошел по квартире, изучая обстановку. Ему было интересно, как и чем живет Раковский, чем его можно аккуратно зацепить, чтобы он подпустил к себе. Женя прокрутил в голове картины вчерашнего боя. И еще больше уверился в том, что это сокровище должно принадлежать его другу. Свои вещи Егоров нашел аккуратно сложенными на стуле. Только куртки не было. Она обнаружилась в ванной: отстиранная от крови, сохла на батарее. — Интересно, во что ты вляпался? — прошептал Женя, рассматривая книги на полке. Ищеек просто так нанимать не будут. И это пламя в руках Максима. Живое пламя. Как-то не верилось, что в этом щупленьком непоседливом вокалисте может таиться такая сила. Редкое голубое или же ледяное, как еще его называют, живое пламя, истоками уходящее к бессмертным ледяным фениксам и северным драконам. Этих древних существ почти не осталось, а вот носители этой силы до сих пор встречались среди магов. Обладать тем, в ком течет это пламя, способное как разрушать, так и создавать, было подобно владению одним из наибольших сокровищ. Егоров решил сделать все, чтобы эта сила попала в нужные руки.