Живое пламя

ГЛАВА2 После того вечера Максим прожил спокойно всего несколько дней. Визит в родной театр на примерку нового костюма принес Раковскому весьма неприятный сюрприз. Выходя из примерочной он нос к носу столкнулся с тем, кто стал его худшим ночным кошмаром. Отшатнулся, чувствуя, как собственная магия едва не звенит, готовясь ударить обидчика. - Максим, - молодой мужчина расплылся в улыбке. - Баярунас. Ты за каким чёртом здесь? - выдохнул Раковский, стараясь не скрыть свой испуг. - Неужели ты думал, я тебя в покое оставлю? Отдам кому-то другому? - улыбка Ярослава, больше похожая на оскал, стала еще шире. - Отвали от меня! - тихо прошипел Раковский. - Я тебе принадлежать не буду! - Будешь. Еще как будешь, - ласково промурлыкал Ярослав. - Хороший тут у вас театр, режиссер талантливый. Думаю, мне стоит согласиться на ее предложение поработать. К тебе буду поближе, - Баярунас облизнулся, окинув Максима голодным взглядом. Как же хотелось скрутить его, снова заставить сладко кричать от боли. Ломать, пока не не подчинится, не признает чужую силу, пока не отдаст свою свободу и волю. Снова ощутить это гибкое, стройное тело под собой. Ярослав заурчал, предвкушая, как будет охотиться на этого мага. - Яр, не советую тебе сюда соваться. Я не мстительный, но зло помню. Так отплачу, вовек не забудешь, если живым останешься, - тихо произнес Максим позволив ледяному пламени на миг отразиться в глазах. - Угрожаешь, а сам от страха дрожишь, - улыбка Ярослава погасла, когда он шагнул к Раковскому, прошептал так, чтобы слышать мог только он: - Здесь, или в другом месте, мы тебя все равно достанем. Второй раз ты уже не уйдешь, сам цепь наденешь и служить будешь. И другу твоему я еще должок отдам. Ответить Макс не успел. Коллеги по сцене, дружной толпой вышедшие на кофе и короткий перерыв, не дали закончить разговор. Яр зло сверкнул оскалом ухмылки и быстро растворился среди коллег. Максим прерывисто вздохнул, чувствуя, как колотится сердце от страха. Его трясло после этой короткой встречи. Усилием воли он заставил себя подавить накатившую было панику. Борясь с собой, Максим не заметил, что у этого разговора было два свидетеля. И если один наблюдал со стороны, то второй поспешил вмешаться, почти бегом направившись к Раковскому. — Макс, ты в порядке? Эта тварь опять к тебе сунуться решила? — Рычков положил руку Максиму на плечо, мрачно взглянув вслед Баярунасу. - Они не оставят меня в покое, — Максим как-то вымученно вздохнул. Сердце бешено билось, в ушах до сих пор стоял вкрадчивый, похожий на змеиное шипение голос Ярослава. — Он даже хочет к Полине в постановку, только чтобы ко мне подобраться. И я не знаю, что мне делать. — Вот же суки! Постановка? Хрен ему, а не постановка! — Не надо, не ругайся, — сказал Максим. — Это не поможет, - он прижался к Рычкову плечом, чувствуя, как страх начинает отпускать. Тот обнял вокалиста за плечи, что-то успокаивающе прошептал на ухо поспешив увести его из коридиора. - Ой как интересно, - пробормотал Егоров, провожая их задумчивым взглядом. Не укрылись от него ни почти физически ощутимая злость Баярунаса, ни напряжение, страх Максима. И то, как держался с ним Рычков. — Неужели Ярослав тоже имеет виды на него? Хм, Максим панически боится Ярослава и тянется к Рычкову. Надо поговорить с Кириллом. И подробнее разузнать, что вокруг Раковского происходит, — себе под нос пробормотал Егоров. — Так и знал, что найду тебя здесь, — Кирилл будто соткался из падающих снежинок, мягко, почти бесшумно ступил на крышу, на краю которой сидел Женя. — Понимаю, почему ты любишь тут бывать. Красиво. И спокойно, — Гордеев остановился рядом с Егоровым, глядя на ночной мегаполис, будто укрытый покрывалом из огней, переливающихся всеми оттенками золота, куда хватало взгляда. — Может, расскажешь, наконец, откуда у тебя дыра в плече и что такого важного случилось, что ты выдернул меня из Питера посреди премьерного блока спектаклей. Женя потянулся словно кот, отряхнулся от снега, тонким покрывалом успевшего укрыть его плечи, припорошить золотистые кудри. — Кир, я нашел его. Твой шанс попасть в Совет. Шанс, который откроет перед тобой все двери и позволит Дому Теней выстоять в грядущей битве за власть. - Ты что, самого Мерлина откопал? Или Грааль? - Лучше, друг мой. Куда лучше. Я нашел Ледяное пламя. Живое пламя, — заявил Женя, наслаждаясь эффектом от своих слов. Гордеев застыл, пораженный словами Егорова. Кириллу даже сперва показалось, что он ослышался. — Повтори. Что ты только что сказал? — в голосе Кирилла послышалось шипение. — Я. Нашел. Живое пламя, — ухмыльнувшись, произнес Егоров. — Кто? — отрывисто бросил Кирилл, просчитывая возможные варианты и пути получения этого сокровища. — Не поверишь. Макс Раковский. — Да ладно? Этот… Это мелкое непоседливое чудо? — Он самый. Более того, он неплохо владеет своими силами. Мне довелось увидеть его в бою. Да, он не обучен, это очень заметно. Но даже так он вполне способен постоять за себя, даже прибил пару наемников. Я тут немного покрутился вокруг него, послушал, что говорят те, кто попадает в круг его общения. И мне очень не нравится тот факт, что около Раковского акулами кружат Баярунас с Казьминым. Они аккуратно подбираются к нему. Максим огрызается, и пока довольно успешно. Только он один, за ним нет никакой силы. Долго против этих двоих он не выстоит. — Твой бывший ученик, — Гордеев скривился. — Да, к сожалению, ученик, к счастью, бывший. Кир, Раковский боится их. Причем обоих. Видимо, есть причина. Ну и моя заноза в заднице, Сашенька Рычков. — Он еще живой? Удивительно, что ты ему до сих пор шею не свернул! — А зачем? Батл с ним — хорошая тема для хайпа. Опять-таки, фанатам будет чем заняться, — проказливо усмехнулся Женя и тут же посерьезнел: — Рычков вообще от Максима почти не отходит. Везде, где только возможно, сопровождает. — Александр же человек вроде бы. Ему такая сила без надобности. — Человек. Только странный, неправильный какой-то. Как будто слепили его не так как надо. — Неправильный, говоришь. Интересная мысль, надо будет посмотреть на твоего «близнеца» сценического. — С Раковским что делать будем? Силой такого привязать — скорее навредить, нежели удержать. Слишком уникальный дар в нем. Нет, можно, конечно, придумать, как сломать и заставить, только как магия отреагирует на подобное насилие к носителю ее благословения? — Не спеши. Присмотрись к Максиму, заодно и к Рычкову. Надо понять, что их связывает, раз он, как ты говоришь, не отходит от Раковского. Выясни аккуратно, что от него надо твоему бывшему ученику. И попробуй с Раковским сблизиться. — Кирилл задумался. — Знаешь, мне уже давно старейшины нашего клана мозг выносят, чтобы я пару себе нашел. Возможно, это и будет решением, которое устроит всех. Но пока информация. Получим ее — сможем точнее планировать свои действия. - Вариант. Тогда я попробую сблизиться с ним, возьму под свое крыло, не афишируя этого, — решил Женя. - Тем более что я ему обязан, он меня подлечил, выхаживал. - Вот тебе и возможность стать к Максиму ближе, - усмехнулся Гордеев. - Только не усердствуй сильно. Я со своей стороны продемонстрирую интерес к нему, поухаживаю. Мне любопытна его реакция и реакция Баярунаса. Что он предпримет и как. И Жень, если поймешь, что ему нужна охрана, — действуй, - приказал Гордеев. Репетиции постановок в театрах Этериус и Вита принесли Максиму неожиданный и весьма неприятный сюрприз. Сперва Егоров, а следом за ним и Кирилл Гордеев стали уделять Максиму повышенное внимание. И если действиям Жени с трудом можно было найти объяснение, списав заботу на благодарность за лечение, то поведение Гордеева Максима в первый момент озадачило, вызвав вопросы, а потом начало откровенно пугать. Его знаки внимания, забота, да и сам Гордеев вызывали у Раковского страх. А вот реакции Максима, и Рычкова, который от Раковского не отходил, вызывали вопросы уже у Егорова. Слишком странным было то, как Максим дергался каждый раз, стоило Кириллу оказаться рядом, , да и к самому Егорову он стал относиться более настороженно. Будто не верил в искренность его намерений, подозревал в чем-то. И этот страх, который то и дело мелькал в глазах Максима. Еще и Рычков: Женя то и дело ощущал на себе его тяжелый, недобрый взгляд. А то, как Александр тенью следовал за Раковским, раздражало уже самого Евгения. Максим почти отшатнулся, когда чужая рука мягко коснулась плеча, привлекая внимание. — Ты чего? — Женя отступил на шаг заметив испуг в серых глазах вокалиста — Прости, я задумался, не заметил, как ты подошел. — Максим исподлобья взглянул на протянутый ему коллегой стаканчик с чем-то похожим на чай. - Это что? — Чай обыкновенный. Я тебе и себе сделал, — пожал плечами Егоров. В другой руке он держал точно такой же стаканчик с ароматным напитком. — Я… Спасибо, — Максим чай взял, только пить не стал. — Ты извини, мне пора, дела еще, — вокалист поспешил уйти, оставив Егорова в недоумении. Тот хотел было последовать за Максимом, но тихий голос за спиной заставил его задержаться. — Оставь Раковского в покое, — тихо и как-то особенно недобро сказал Александр. — Видишь же, ему твое внимание неприятно. Ни твое, ни Гордеева. — Саш, а тебе-то что до этого? Ревнуешь, что ли? — ощетинился Егоров, резким движением сбрасывая чужую руку с плеча и поворачиваясь лицом к Александру. - И вообще, я у тебя забыл спросить, что мне делать. — Раз забыл, значит я тебе это напомню. — На мгновение Жене показалось, что на него глазами Рычкова смотрит жуткая тварь Бездны, образ которой Александру как-то довелось воплотить на сцене. — Саш, нарываешься, — предупредил Егоров. — То же самое могу сказать тебе, Жень. Отвали от него, понял? И Гордееву своему это передай! — Угроза? - подобрался Егоров. — Предупреждение. Вы, маги, только и умеете, что гадить, вредить другим. Что ты, что твой Гордеев - какими бы хорошими вы ни прикидывались, ничуть не лучше остальных. Такие же твари, — взгляд Александра пробирал до костей. Слишком страшно оказалось смотреть Рычкову в глаза. — И я тебя пока еще добром прошу: оставь его. И до Гордеева донеси, пусть не лезет к Максу. Один раз он в ваши сети уже попал. Достаточно. Больше я навредить ему не позволю. Считай это единственным предупреждением, - выплюнул Рычков. Развернувшись, он пошел прочь. Женя скрипнул зубами, глядя Александру вслед. Давно его так не пугали. И кто? Обычный человек. Хм... А человек ли? Евгений присмотрелся, было в Рычкове нечто странное, будто неправильное. Но что? — Я тебе этот вечер еще припомню, — прошептал Егоров сквозь зубы. Вернувшись домой, он заперся в зале для тренировок, выплеснув на несчастные манекены всю свою ярость. Обессиленно рухнув на маты, Женя снова прокрутил в голове разговор с Рычковым. Тогда, на эмоциях, он не обратил внимания на некоторые слова Александра, сейчас же, всплыв в памяти, они заставили Женю задуматься, вызывая все больше вопросов. Только вот у кого ответы искать? Максим? Сомнительно, что он что-то скажет. Женя успел заметить, что Раковский умеет красиво уходить от неприятных ему тем или отвечает так, что получается ответ без ответа. Александра прижать? А если говорить не захочет? Хотя... Если правильно подойти… Надо попробовать. — Саш, можешь задержаться на полчасика после репетиции? — На следующий день Женя решил воспользоваться тем, что сегодня репетиция постановки «Последнего Испытания» проходила без Максима, уехавшего в Питер с театром Этериус . — Хочу попробовать пару задумок в сцене братьев, прежде чем Полине их показывать. Останешься? — Пару часов у меня есть, я в твоем распоряжении, — глядя Егорову в глаза, кивнул Александр. Между строк он читать умел, ждал чего-то подобного от сценического «брата». Рычков вызвался сам закрыть зал, отговорившись тем, что хочет немного еще поработать над сценой боя самостоятельно, прочувствовать ее в тишине. Не торопился и Егоров, облазив весь зал и раздевалку под предлогом поиска утерянных наушников, на деле же ожидая, пока все разойдутся по домам. Сложив руки на груди, Александр хмуро взирал на Женю, давая ему возможность начать разговор первым. — Саш, мы с тобой не особо ладим, но может, хоть раз поговорим мирно? Правда, я не хочу с тобой ругаться. — Мирно? - эхом повторил Рычков. - Ну давай попробуем поговорить. Мирно, — Александр хмыкнул скептически. Было видно, что срываться в агрессию он не спешит. Хм, может, и правда смогут поговорить нормально. — Твои вчерашние слова… Да, ты абсолютно прав, мы маги, редко кто из нас может похвастаться добрым нравом, даже светлые не стали исключением. Раз ты знаешь о нашем мире, то, думаю, для тебя не секрет, что здесь правят те, у кого больше силы и власти, выше положение и талант плести интриги. А это никак не способствует улучшению характера. Особенно когда ты боевой маг и тебя натаскивали убивать. Макс не в счет. Он удивительное исключение из правил. Иметь дар и сохранить светлое отношение к окружающим — это надо уметь. — Женя заметил, как Александр насторожился, стоило упомянуть Максима. — И да, этим он мне нравится. Своей непосредственностью, энергией, непоседливостью. Чисто по-человечески нравится. И Кирилл ему внимание оказывает потому, что Макс его своим характером подкупил, отношением к окружающим, к самому Кириллу. Вот он и потянулся к Раковскому, тот видит в нем человека, не способ повыше взобраться. Саш, я вижу, вы с Максимом почти всегда вместе, и то как ты о нем заботишься... Если мы с Кириллом нечаянно, без умысла, влезли в ваши с Максом отношения, то ты скажи, — как можно более миролюбиво произнес Женя, внимательно наблюдая за реакцией Рычкова. Первым порывом Александра было соврать, что они пара с Максимом, только слишком хорошо было видно, что нет между ними и намека на романтические чувства. Друзья, почти братья, они всегда были друг у друга, вот только парой их назвать мог разве что слепой. — Ты не влезал никуда, — помолчав, все же нехотя ответил Рычков, решив не врать в этом. — Мы друзья, можно сказать, Макс мне вместо младшего брата. Я забочусь о нем. — Вот оно что. Теперь мне хотя бы понятна твоя реакция. Ты можешь не отвечать, если не захочешь, и наверное, не ответишь, но не могу не спросить. Отклик Максима на знаки внимания Кирилла, его страх, твои вчерашние слова, что ты больше не дашь ему навредить. Саш, кто Макса обидел? Кто сделал ему настолько больно, что Максим теперь держит всех на расстоянии? Александр молчал долго, неторопливо прохаживаясь по залу и что-то напряженно обдумывая. Женя терпеливо ждал ответа, ему надо было услышать что-то, что укажет направление куда копать. — Да. Нашлись отдельные личности, решившие, что магия позволяет им всё. В том числе ломать других. — Александр остановился напротив Жени. — Максим настолько сильно пострадал? — осторожно задал следующий вопрос Егоров. — Досталось, — ответ был уклончивым, но и его оказалось вполне достаточно. — Рыч, кто это был? — взгляд мага полыхнул недобрым огнем. — Жень, оставь Максима. Вы с Гордеевым поиграетесь им и выкинете, предварительно сломав. А ему жить потом, собирать себя по осколкам. Если у тебя хоть немного есть доброго внутри, пожалуйста, отступи. Не ломай. — Я не собираюсь ломать его. Ты ведь знаешь, насколько редкий дар у Максима? — Допустим. Тебе-то что от этого? - напрягся Рычков. - Тогда ты должен понимать, что от всего защитить его не сможешь. Ты человек. Тебя убьют, а его… Скажем так, ему могут попросту не оставить выбора, - мягко произнес Егоров, стараясь чтобы в голосе не было и намека на угрозу. Чуть подумав он добавил: - Кирилл — князь Дома Теней, вампир-полукровка. Он занимает достаточно высокое положение, и мало кто способен бросить ему вызов, побоятся. Кирилл заинтересован в Максиме, в его уникальной силе. Потому и присматривался к нему, чтобы решить, какое предложение сделать: войти в Дом Теней как собственность или как Младший князь, возможно, как равный, если магия сочтет Максима достаточно сильным для равного брака, — Женя решил сказать пусть относительную, но правду. - Если кто-то еще узнает о Живом пламени что течет в жилах Максам, за ним начнется охота. Пока же есть возможность сделать так, чтобы выиграли обе стороны: Гордеев получит силу твоего друга, Макс получит безопасность и защиту.