"Бесчеловечность - и есть справедливость, Джеффри. "

В полиции Нью-Йорка образовался маленький отряд по поиску Тэйджа из восьми человек. В общей сложности получалось десять человек, готовых расследовать дело. Очередное собрание. На нем было типичное замешательство по поводу действий L. Никому не известно, где он брал столько данных, как приходил к выводам, как размышлял. Даже психологию человека определял так, словно сам психиатр со стажем. Кто-то спросил однажды, чем ещё он занимается помимо детективного дела, а тот ответил, что это приведёт людей к его личности. А раскрой кто-нибудь личность L, то раскроются ещё две - K и R. R нечасто принимал участие в расследованиях, но тоже мыслил быстро и ясно. Все трое славились своей справедливостью, при этом полностью соответствовавшей уголовному кодексу любой страны. Как раз ее и обсуждали на собрании, параллельно гадая, какой на вид может оказаться команда из двух детективов и одного судьи. Один мужчина подметил, что эти ребята умеют навести шума: как только L отправил в Интерпол несколько файлов с обоснованным заявлением о виновности некоторых людей, совершивших очень загадочные и запутанные убийства, подписав это одной лишь буквой "L", о нём заговорил весь мир. Хотя перед этим и не существовало никаких скрытных детективов. В кабинет зашёл шеф полиции: - Да, не густо. Один сержант- Ален Джонсон - ответил: - Это все, кто согласился расследовать "Дело Тэйджа", сэр. Включая вас, L, K и R, следовательная группа составляет одиннадцать человек. R присоединился к расследованию. - Я зашёл, чтобы сообщить новость - мы едем к одному отелю. L решился принять участие в деле лично. Можно сказать, мы едем знакомиться. Нас туда отвезут - шофёр уже ждёт внизу. Все уже были собраны, так что никого ждать не пришлось, поэтому группа из восьми человек уже через девятнадцать минут стояла у входа в номер, который сообщил L. Шеф позвонил в дверь. Из номера кто-то начал отмыкать замки. После чего этот кто-то приоткрыл дверь, и уже знакомый голос тихо сказал: - Входите. Потрясение. Мало того, что L невысокий, это девушка, которая сейчас стоит перед недоумевающей группой, испытывая то же самое недоумевание. "Хотя, тут всё ясно - они надеялись увидеть взрослого дядьку в пиджаке с серьёзным выражением лица и складками между бровями, а не лохматого ребёнка в огромной одежде" - думает L, прежде чем ожидаемо произнести: - Я - L. Полицейские стараются создать у себя в голове характеристику этого человека. Первое, что бросается в глаза - невысокий рост и очень тёмные крути под глазами. Если описывать точнее - широко раскрытые тёмные безразличные глаза, расслабленное выражение лица; лохматые чёрные волосы, длиной где-то до плеч(хотя это явно маллет и за спиной они длиннее); бледная, на удивление чистая кожа. Цвет кожи являет собой смесь бледно-лилового оттенка, когда человеку холодно, и бледно-бежевого, который появляется если человек долго не выходит на улицу или долго не спал. Одежду, видимо, предпочитает однотипную - висящую и широкую. И это даже не назовёшь топ-хеви: широченные тёмно-синие джинсы и хлопковая(тоже огромная, кто не понял) белая рубашка с расстёгнутыми двумя верхними пуговицами. Ещё одна примечательная черта - босые ноги. Тут явно очень чистый пол. Но нужно сохранять спокойствие и предъявить документы, представиться. Первым представился шеф. - Ларри, - он показал удостоверение, - Тэйлор. Остальные последовали его примеру. - Фил Кларк. - Ален Джонсон. - Тони Картер. - Николас Митчелл. - Льюис Харвард. - Брендон Паркер. - Габриэль Гонсалес. - Простите, мы, наверное, поздно и... - Шеф не успел договорить свою фразу - его перебила L, она подняла правую руку, сделав из указательного и большого пальца пистолет. - Бам... Снова секундный шок. - Как это понимать?! - Начался протест. - Если бы я был Тэйджем, мистер Тэйлор, вы были бы в скором времени выслежены и убиты им как помеха. Постарайтесь не разглашать своих имён так несерьёзно, - монотонно проговорила L, разворачиваясь в противоположную сторону. - Пройдёмте. Говорила она обо всем этом так, словно они обсуждали какие нынче погоды стоят в Нью-Джерси, а не о серийном убийце и маньяке, которому при поимке грозит как минимум семь пожизненных сроков, если его не казнят, конечно. L ушла в гостиную, внутреннего убранства не было видно за стеной. - Попрошу вас выключить телефоны и оставить их на этом столе. В этой гостиной она села на кресло, стоящее возле стеклянного журнального столика, на котором лежала черная папка и рядом с ней ручка. Сидела она забравшись обеими ногами на кресло. Фактически, на корточках, но сведя колени и не поднимая пяток от поверхности кресла, сидя на самом краю. Так, что босые ноги слегка свисали с сидушки. - Присаживайтесь. Несколько человек сидели на диване, остальные расположились на креслах. - Итак, - начала L, - подозревать стоит те две семьи, за которыми следили агенты ФБР на протяжении последних дней, то бишь с двадцатого по двадцать седьмое число. Тэйлор и Гонсалес. Вы не знали, но восемь агентов ФБР прибыли из Канады,чтобы провести расследование. Агент, следивший за семьёй Тэйлор, включая вашего брата, сэр, был убит. Следовательно, главным образом подозревается семья Тэйлор. - Но L! - Начал возражать шеф. - С этой минуты называйте меня Алекс. Это для безопасности, - перебила его L. - Хорошо, Алекс. Но неужели вы готовы подозревать мою жену и моего брата в таких многочисленных и жестоких убийствах! Они не могли такого сделать. Просто не могли! Да и брат мой слишком молод, чтобы убивать восемь лет подряд. Тем более, он порядочный гражданин, учитель математики и работник отдела кадров компании. - Ya know, мне нет особо дела до его должности. Чикатило тоже был учителем, но оказался убийцей, маньяком, педофилом и некрофилом, - спокойно возразила L. - А казнили его в 1994 году. Тем не менее, должность человека ни коим образом не влияет на подозрения, которые падают на этого человека. Я не закончил свою мысль. В квартире семьи Тэйлор и квартире Джеффри Тэйлора нужно будет установить по несколько скрытых камер и столько же прослушивающих устройств. - Извините, вы, случаем, не страдаете от каких-либо психопатологических расстройств? - Перебил детектива немного разъярённый Кларк. - Тут вы правы. Мне диагностировали психопатию ещё в возрасте тринадцати лет, спустя около полугода после начала моей карьеры, как детектива, - она встала, уже привычно ссутулилась, сунула руки в карманы и подошла к панорамному окну, что было метрах в трёх от кресла, на котором она сидела. - Я представлял L иначе...- Задумчиво и тихо проговорил Картер - самый молодой из всей группы, исключая L. - Да... - Согласился Гонсалес. Вдруг L обернулась. - Ещё остались вопросы? Отрицательный ответ. - Значит, все свободны. Любая информация, полученная от меня лично, должна оставаться в секрете. После выхода всей следственной группы из номера, L ещё какое-то время смотрела в окно. Звонок. - Открыто! - Крикнула она по-английски, быстро выходя из задумчивого состояния и разворачиваясь к выходу и комнаты. Когда она открыла дверь, видеть там довелось не кого-то из высоких по сравнению с ней полицейских, забывших то-то, а не менее высокого детектива R. - Рита? - Начала она вдруг по-русски. - А кто ещё? Смотри, я тут тирамису купил, - сказала R, закрывая дверь. - О, шикарно, - слегка улыбнувшись, потёрла руки L. - А когда ты успела приехать? Даже ничего не сказала. - Около полутора часа назад. Я там пока доехал, пока навёл справки, где ты, пока погулял, пока по магазинам походил, часть продуктов я судье отвёз, часть, вот, тебе привёз. - Яфно, - L уже жевала тирамису, поэтому хорошо произнести слово ей далось с трудом. - А знаешь, вкусно! - Уже более чётко сказала она, прожевав крупный кусок пирожного. - Да, когда я ездил сюда ради последнего нашего дела в Нью-Йорке, я покупал пирожные в этом магазине. Никак не пойму, как ты одним сладким питаешься? А, кстати. Речь твою, видимо, по всему миру транслировали. - Речь, наверное, да. А про сладкое я вам уже объяснял - мне нужно много глюкозы, чтобы оставаться в здравом уме, несмотря на усталость. А я по усталости, как ты знаешь, такой ерунды могу написать, что на утро не пойму половины слов. А спать каждый день просто не вариант - больше времени потрачу и более устало буду себя чувствовать. Да и не хочется... - Ты в двенадцать, помнится, спала раз в двое суток. А сейчас? Раз в неделю? Или сразу раз в две недели, чтоб не втыкала? - Ты же понимаешь, что спать раз в две недели физически невозможно. А сплю я раз в четыре-пять дней. В зависимости от количества работы. Я ведь иногда и судью заменяю. - От её имени? - Да, конечно... Сколько же преступников мы отправили на казнь... - Вздохнула L. - Не считаешь себя жестокой? - Вопросительно подняла бровь Рита. - У справедливости острый клинок, - философски ответила L. - Предлагаю посмотреть что-нибудь старое. Аним или сериал. Чего-то серийного хочется. Давай "Евангелион"? Тут можно с телефона к телевизору подключиться. - Ну давай. На русском, надеюсь? Я устал уже от английского. Столько переговоров! - Давай на русском, почему нет. Не спать ночь за просмотром чего-либо было не впервой.