Хрупкий гений

Прямо поверх травы течёт река, широкая, но неглубокая. Трава колышется в воде, совсем не похожая на водоросли, она ведь трава. – Мы же семья! Ты вообще понимаешь, что это такое? – кричит на Джарета Сара, и в этот раз, в полуосознанном сне (Джарет предпочитает плохо помнить, что это сон, но помнить, что тут ему можно все), он делает то, что хотел в жизни и подавил: хватает Сару за плечи и встряхивает ее. – Да за кого ты меня держишь, девчонка, за идиота что ли? – после чего укладывает её себе на колени и порет ремнем по голой заднице. Разумеется, на раздевание время тратить ему не пришлось, одежда исчезла сама, как только он пожелал. Сара стонет сладко-пресладко и, хотя для виду немного брыкается, он знает, что ей очень нравится происходящее. Потому что тут все происходит так, как хочет Джарет, а ему хочется, чтобы ей нравилось. И чтобы она после этого улеглась на траву в соблазнительной позе и принялась кокетливо просить утешить её. И Джарет утешает, даже несколько раз, с разных сторон. Хотя он не уверен, что Сару, скорее - себя. В конце река разливается широко-широко, и они занимаются сексом уже в воде, в ней это делать особенно легко и приятно. Он в первый раз позволяют себе такое во сне, но на самом деле - как же ещё ему сбрасывать это напряжение желания? Не идти же к другим женщинам, которых он не любит, не так низко он себя уронил. Лучше уж он будет мечтать о Саре, не притрагиваясь к ней и пальцем в реальности. *** На воскресенье у семьи есть совместные планы - пойти на вечеринку в честь дня рождения Эшли Дженкинс. Дженкинсы - друзья Уилльямсов, семьи постоянно общаются и помогают друг другу. Но Саре очень не хочется в этом участвовать. На самом деле ей хочется к Джарету, ведь очень жалко терять целый день, который можно провести вместе, обсуждая все эти волшебные вещи и строя совместное мысленное пространство. У неё уже почти получается, возможно, в это воскресенье всё бы уже вышло. Она вспоминает вчерашний разговор и почти со скандалом отбивается от этой чести. Ну в конце концов, это же не её личные друзья. Её друзья - это Пенни, Миа, Оливия и, пожалуй, даже Джарет скорее относится к ним, чем Дженкинсы. Почему она вообще должна идти? Следить за Тоби? Весёлое развлечение! В общем, ни отцу, ни мачехе не удается её переупрямить, и Сара вырывается на волю, где сначала бежит к Пенни - она обещала помочь ей сострочить занавески и повесить вместо старых. На гаражной распродаже Пенни очень удачно нашла классные полрулона цветастой ткани всего за двенадцать баксов и задумала обновить себе комнату: сделать покрывало и занавески с оборками. Сара, которая всегда предпочитала обустраивать свою комнату сама, полностью поддерживает Пенни в этой идее. Даже если это будут не самые красивые в мире занавески и покрывало, но это будут собственные занавески и покрывало Пенни. Совсем другое дело. - Ну как вы съездили? - спрашивает Пенни, как только они закрываются в комнате, поздоровавшись с её мамой и папой. - Хорошо! Ходили, конечно, немного, потому что у Джарета всё ещё болит нога, но зато нашли змеиный выползок! Интересно, а как Мэри Поппинс сделала себе из такого пояс? - задумывается Сара. - Без магии - никак, - отрезает Пенни. - Змеиная кожа после линьки ни на что не годится. Сара это знает, но в том-то и дело, что ей интересно, как Мэри Поппинс это делала с магией. Надо будет расспросить Джарета, возможно ли такое. Она задумчиво кивает, и Пенни спрашивает нетерпеливым тоном: - Как целуется твой доктор Кэрролл? Сара поднимает на нее недоуменный взгляд: - Понятия не имею, мы не целовались. Пенни разочарована. - Ну как так, вы даже уехали на свидание и не целовались?! - Это не было свидание, вот мы и не целовались. - А что это было? - Просто прогулка! Сара сердито начинает заправлять нитку в машину. Вот глупости какие! Сара, может, и хотела бы, но нельзя же так с Джаретом. Вообще-то, стоило бы сначала посмотреть на ткань и подобрать к ней цвет ниток. Но Саре хочется срочно отвлечься, и она делает вид, что прямо очень занята делом. Пенни смотрит на неё с интересом, подперев руками лицо. - И долго вы собираетесь так просто гулять? Или может, ты не в его вкусе? А может, у него просто есть девушка? - Лучше бы у него была девушка, - ворчит Сара. - Ладно, показывай свое сокровище. Они отвлекаются на ткань, которую сначала раскладывают так и сяк по кровати, примеряя, как лучше расположить рисунок, потом перепроверяют все расчеты и наконец кроят и её, и подкладку. И Пенни возвращается к разговору: - Только не говори мне, что вы дружите. Для дружбы разница в возрасте у вас или слишком мала, или слишком велика. - Слишком мала? - рассеянно переспрашивает Сара, подкалывая друг к другу булавками занавеску и её подкладку. - Ну, знаешь, иногда старики сдруживаются с детьми возраста своих внуков, - объясняет Пенни, - но у вас совершенно не тот случай. Сара согласно кивает: в самом деле, она недостаточно юна, чтобы выглядеть внучкой Джарета, хотя он, определённо, достаточно стар. - Думаю, ему скучно, - говорит Сара и предполагает, что это не только про человеческую маску Джарета, - и я его немножко развлекаю. Он, знаешь, тоже любит психологию, только читает всякие научные труды по ней и немного рассказывает мне. Конечно, я нахожусь не на том же уровне, но, возможно, делиться с неофитом всё-таки приятно. И это отчасти объясняет ей про их нынешние отношения с Джаретом. Всё бы очень хорошо складывалось, если бы он, помимо того, не был в неё влюблён. Вместе с этим все складывается как-то не совсем ловко.