Хрупкий гений

Джарет сам не понимает, почему, но ему стало капельку легче. Как будто он хотел, чтобы кто-то другой узнал о его слабости, хотя всегда старательно её скрывал. Но, может быть, дело в том, что этот кто-то - Сара? Ему хочется душевной близости с ней настолько, что он готов делиться даже этой постыдно слабой частью себя. Лишь бы ей было интересно, а магия Саре интересна очень. И он очень надеется, что Сара не сбежит. Та, другая девушка - он очень постарался забыть её имя, возможно, именно с тех пор он забывает все имена, сбежала, едва узнала, что он не является всемогущим. Что у него, как и у людей, есть желание, чтобы помогали ему и сочувствовали ему. Чтобы в отношениях давал что-то не только Джарет. Та девушка, как оказалось, хотела, чтобы давали только ей: внимание, подарки и власть, а она их принимала или - гораздо чаще - не принимала и страдала, что ей дают не так, не то и недостаточно. Не то чтобы это было редкостью среди людей, просто именно та девица неплохо притворялась: всегда так отказывалась от того, что ей дают, будто ей не нужно, и приходилось дары и помощь буквально всовывать ей с трудом. Как будто ей впрямь не было ничего надо, как будто она правда смущалась его вниманием и не знала, что делать с подарками, а власть ей действительно казалась неприемлемой. Лучше бы она была искренней, как минимум он бы тратил меньше сил на то, чтобы делать ей приятно. И не чувствовал себя идиотом до такой степени, когда, после всех слов о том, как она ничего не хочет и ей не нужно ничего давать, она сама все даст, она пришла в ужас от того, что он тоже чего-то хочет для себя. И сбежит от этой тяжкой повинности делать хоть что-то для него. Идиотом от того, что не увидел очевидного. Он очень хорошо понимает людей и не людей, пока он их не любит. А потом, влюбившись, всегда предпочитает всегда верить в лучшее. И это никогда себя не оправдывает. Но Сара с той девицей не похожи. Как минимум ради брата Сара была готова пожертвовать своими желаниями. Та испытания не прошла. Интересно все же, чем некоторые девицы цепляют его сердце, он же не в каждую Избранницу Лабиринта влюбляется? Большинство из них остаются для Джарета просто самыми способными к его магии, теми, кто может использовать силу Лабиринта в полном объёме. Но некоторые… хотел бы он понять, что он в них находит и держаться от них подальше! Но с Сарой уже поздно, безусловно. - Теперь, когда ты поднаторела в создании общего мысленного пространства, можно заняться путешествиями между мирами, - предлагает Джарет, точно помня, что Сара этого хотела. - По-моему, кто-то убегает от сложных разговоров, - сказала Сара. - И разве это не то самое существо, которое рассказывало мне такие отличные истории про ответственность? - А я очень ответственно сейчас не беру на себя ответственность! - немедленно заявил Джарет - Я ведь принимаю то, что мне после этого будет плохо… Хм… Тут он запинается, потому что не может сказать, что никого не винит в этом своем плохом состоянии. А значит, всё-таки ответственность он перекладывает. Что-то он за это время мог сделать со своей обидой на Ирию… Например, ощутить её целиком! Джарет этого не сделал до сих пор, потому-то обида так жива… Он явно надеется, что однажды Ирия вернётся и пожалеет о том, что она сделала с Джаретом. Он послушно поддаётся её проклятию, послушно страдает и живёт для того, чтобы её обвинить, когда она появится! Без слов, своим страданиями. Отвратительно! Особенно отвратительно втягивать в это Сару, она уж точно ни в чём не виновата! - Что? - спрашивает Сара. - У меня отличная ученица, - признаётся Джарет. - Никто до сих пор меня не уедал так точно, как ты! Это комплимент, но, кажется, Сара этого не понимает. - Ну и ладно, - говорит она. - не хочешь со мной делиться - не надо! Аккуратно откладывает ложечку, которой только что ела пирожное, промакивает губы салфеткой с достоинством истинной принцессы и выходит. А Джарет не догоняет, потому что не уверен, что имеет право вообще втягивать её в эту историю про ссору между двумя бессмертными и очень могущественными существами, в которой, будем откровенными, Сару может снести, как былинку, от резкого движения любого из них. Люди такие хрупкие, как нежные цветы, как крылья бабочек, которые могут испортиться от любого прикосновения пальца. Возможно, поэтому же люди так прекрасны. *** Сара зла и на себя, и на Джарета одновременно. С одной стороны, она действительно хотела от него слишком большого доверия. С другой стороны, зачем он тогда пытается выстраивать между какие-то близкие отношения, если не собирается доверять ей своих проблем? Как вообще, по его мнению, выглядят близкие отношения? Как он это представляет? Он ей выполняет желания, как тогда в волшебном шаре, и не даёт сделать ничего для него? Сара доходит до низа лестницы, думая все эти мысли, и несется назад злая, как будто в неё вселился легион чертей из той истории в Библии. Она врывается в комнату и наставляет на Джарета палец: - Мне не безразличны твои чувства, хотя я думала, что да. Тебе не безразличны мои, потому что ты приперся и сидишь в этом маленьком городишке - с твоими-то возможностями лечиться у лучших врачей мира! Так почему ты ведёшь себя, как засранец? В конце концов, из нас двоих ты старше! И при этом морочишь мне голову!!! Как последний засранец! Хуже пацанов из команды по американскому футболу!!! Джарет, который с начала её эскапады сидел и ошарашенно хлопал глазами, наконец ухмыляется и поднимается. - Ладно, уговорила! Буду вести себя, как предпоследний засранец и капитан команды засранцев по американскому футболу! Подходит совсем близко, нависает над ней и целует Сару, положив руку ей на затылок. Это неожиданно и ожидаемо одновременно, и Сара ощущает приятные покалывания на губах и на языке, будто электричество, будто пузырьки содовой, будто они с Джаретом - два сгустка энергии, которые столкнулись и принялись перетекать друг в друга, и это исключительно приятно. И она очень сомневается, что так целуется хоть кто-то из людей. Так целуется сама магия, воплощенная в Джарета. - Так лучше? - спрашивает он. - Нет! Ненамного! Капельку! Я хотела, чтобы ты со мной разговаривал, а не это вот все, когда ты готов на что угодно, лишь бы не поговорить честно! - кричит Сара. Она опять не знает, как донести до него, что она всерьёз. А Джарет внезапно соглашается: - Это правда. Мне трудно даются откровенные разговоры. Боюсь, я сейчас не готов, дашь мне немного времени? Скажем, неделю на подготовку к беседе? - Ну ты же не согласишься без этого, - бурчит Сара в ответ, но обоим понятно, что она согласилась подождать. Хотя Саре непонятно, зачем. Джарет никогда не был похож на нерешительного человека. Ладно, нечеловека. Но все равно он всегда был достаточно решительным. Он и сейчас вовсе не был нерешительным. Зачем же он тянет?